Игра для взрослых

Так и начались их странные и не совсем понятные (Тсуне, по крайней мере) отношения. Хибари продолжал говорить с ним холодно и достаточно высокомерно, кроме тех случаев, когда они оставались наедине в комнате Дисциплинарного комитета, предаваясь плотским утехам. Но, одновременно с тем, Хибари на многое закрывал глаза и почти всегда молчал всякий раз, когда Тсуна нарушал правила. Тсуна боялся спросить Кею, что же их связывает – дружба, обязанность, чисто деловые отношения, или что-то большее. Где-то в глубине души он даже хотел с ним романтических отношений, но в голове тут же возникало два вопроса: первый – как объяснить Гокудере, Ямамото, маме, да и вообще всей семье, в том числе и предыдущим поколениям, как так получилось, что он теперь встречается с самым сильным и загадочным хранителем мужского пола, хотя буквально недавно он питал нежные чувства к Киоко-чан? Второй – Тсуна до сих пор не мог понять такого человека, как Хибари Кея, не мог понять его мотивов, за время их знакомства так и не мог понять, о чем же он думает, и что же скрывается за этой маской? Да и вообще – он очень плохо его знал, но тем не менее, к нему тянуло словно магнитом. Как то раз, во время совместного обеда на крыше Ямамото заявил: — Тсуна, ты в последнее время какой-то странный. Савада тут же выплеснул изо рта сок и удивленно посмотрел на друга: — Ты о чем? — Ну, ты все время ходишь какой-то задумчивый, делаешь одно – а в глазах читается совсем другое, — Ямамото перевел взгляд на его бенто. – Ну вот и сейчас тоже: ты зачем так много кетчупа льешь? Тсуна в ужасе посмотрел на свою коробочку, в которой был картофель фри, а точнее сказать, он буквально плавал в кетчупе, а рука все продолжала сжимать красную пластмассовую бутылочку. — Ой, не заметил. — Про что я и говорю. — Джудайме! – вмешался Гокудера. – А ведь этот придурок прав. Я только сейчас понял, что Вы слишком часто посещаете кабинет Дисциплинарного комитета. — Вот как? – Ямамото удивленно посмотрел на Тсуну. – Скажи, тебя что-то беспокоит? Хибари угрожает тебе? — Да нет, нет! – Тсуна заметно покраснел, но продолжал отпираться. – Просто…ну…Хибари-сан попросил у меня помощи в…организации одного школьного мероприятия, которое состоится совсем скоро. Вот я и думаю – что же можно устроить. — Почему Вы не сказали нам, Джудайме? – Хаято состорил страдальческую гримасу. – Мы бы помогли Вам. — Ну…это был секрет, никто не должен знать. Так что спасибо вам, ребята за заботу, и если что – я вам ничего не говорил, — Тсуна встал и направился к выходу. – Извините, я должен вас оставить, меня ждет Хибари-сан. Тсуна, как и обычно, три раза постучал в дверь и, не дождавшись ответа, тут же вошел. Хибари сидел за своим письменным столом, с интересом разглядывая какие-то бумаги. — Проходи, Савада Тсунаеши. Не забудь закрыть дверь на ключ, — Хибари отложил стопку бумаг в сторону. Тсуна, поковырявшись ключом в замочной скважине, небрежно бросил школьную сумку на диван и остановился посередине кабинета. — Ну чего ты стоишь там? Иди сюда. – Хибари улыбнулся, а Тсуна немного шаркающей походкой подошел к нему вплотную. Кея обхватил руками его талию и усадил к себе на колени, целуя ключицу, шею, губы. — Х…Хибари….сан, — на выдохе сказал Тсуна. – Я должен у Вас кое-что спросить. — Что мне нужно такое сделать, чтобы ты перестал говорить? – Хибари, которому в данный момент было явно не до разговоров, высоко поднял его рубашку, целуя живот. – Разговаривать будешь во время своих детских игр. Сейчас я прошу тебя замолчать! Тсуна понял, что сейчас поговорить с ним не удастся и настаивать на своем не стал, решив вернуться к этому разговору несколько позднее. А Хибари уже пересадил его со своих колен на край стола, продолжая целовать кожу и избавлять от одежды. Тсуна лег на спину, позволяя тому делать все, что пожелает. Когда же, наконец, все закончилось, Тсуна пересел на диван, а Хибари опять устроился на своем рабочем месте и принялся что-то писать на бумагах, иногда делая пару глотков минералки из пластикового стакана. — Так вот, — начал Тсуна. – Я должен Вас спросить. — Слушаю, — брюнет продолжал что-то строчить. — Скажите. А мы с Вами встречаемся? Ручка в руке парня тут же остановилась, и он поднял голову. — Ты сказал «встречаемся»? – брови медленно поползли вверх — Ну…мы же с Вами… — Ты так ничему и не научился, Савада Тсунаеши, — хранитель облака встал. – Мир взрослых отличается от мира детей. В этом мире секс без чувств и отношений – не такая уж и редкая вещь. — Значит…получается, Вы меня лишь использовали? — Думай, как хочешь. Я лишь показал тебе одну из сторон взрослой жизни, — он снова сел на стул. — Вот значит как, — Тсуна опустил голову, едва сдерживая слезы. — Ты, как я вижу, особо не возражал против подобного рода отношений. Значит, тебя все устраивает. — Нет. Вы неправы. Меня абсолютно это не устраивает, я жалею, что связался с Вами... – Тсуна, не дожидаясь ответа, схватил сумку и выбежал из кабинета, а Хибари, проявив безразличие, продолжил свою работу.