Стеклянный Лабиринт

POV: Гермиона Грейнджер. Если бы ты знала, что на свете есть только один человек, который может сделать тебя счастливой. Один, созданный для тебя человек, чем бы ты пожертвовала, чтобы найти его? Сколько столетий ты готова была бы искать его, а потом, найдя его, разве дала бы ты ему уйти? Разве не вцепилась ты б в него, изо всех сил обеими руками, чтобы никогда, никогда больше не отпускать его от себя. У меня были такие люди. Гарри и Рон, Рон и Гарри. Два имени одного счастья. Я хочу домой. Всю свою жизнь я хочу домой. Это не кирпичная или деревянная коробка. Это нечто нематериальное, там, где спокойно, хорошо и уютно. Возможно, это место даже не Земле. Где то за пределами сознания. Я схожу с ума и не понимаю этот мир, он давит на меня, и каждую минуту своей жизни я хочу домой. Для меня не было безопасности, была только боль и ненависть. А я устала, нет, чертовски устала. Как мне надоела боль и пустота самой глубины собственного сердца. Чертовски не хочу больше гулять по выжженной прерии собственной души. Жаль только, что выхода нет. Ни здесь, рядом, ни там, где кончается горизонт. Я не вижу его больше. Быть может, мне нечего делать в этом аду, по нелепой ошибке названной жизнью. Быть может, мой мрачный водевиль затянулся и пора опускать занавес. Возможно, я сегодня усну, чтобы не проснуться, но... Я слишком слаба, чтобы оборвать нить ночного кошмара самостоятельно. Пока тянется наша жизнь, нужно наслаждаться каждым мгновением. Улыбаться каждому рассвету, ведь он наступил. Радоваться каждой неприятности, ведь ты все еще существуешь. Вот только почему, улыбка отражается болью в ребрах. Почему губы так тяжело складывать в сияние света. Почему, так не хочется открывать глаза. Почему я живу, но существую. В глубине души, на самом дне моих разбитых желаний, я знаю ответ. Я сама. Своими грязными руками предала свое счастье. Сколько угодно я могу говорить о том, что мне не оставили выбора. Сколько угодно я могу орать, что меня заставили, и я не хотела. Я могла сказать правду в зале суда. Могла разделить судьбу моего друга. Могла помочь моему любимому найти истину, но я не сделала ничего. Я настолько сильно хотела жить сама, что погружалась все ниже и ниже. Грязнокровка. Да, я самая настоящая грязнокровка. Малфой был прав тысячу раз, называя меня именно так. Вся моя жизнь один сплошной обман. Ложь и предательство переплелись во мне в единый комок, так тесно, что даже я не знаю, где моя душа, а где та боль, которую я доставляла. Мое время пришло. Совсем скоро я встречу свою смерть, как старого друга, и никто так и не узнает, чем же я была на самом деле. Сегодня я просто хочу вспомнить свою жизнь. Воспоминания окружают меня, топят под собой, а я пытаюсь найти в них те, ради которых я жила. В свои одиннадцать лет я узнала, что волшебница. Мы с семьей были так рады этому, что визит директора моей школы не вызвал подозрений. Альбус Дамблдор. Мой ненавистный кукловод, безжалостно расписавший мою жизнь. Когда он потребовал поступления на определенный факультет и дружбы с определенными детьми, я не восприняла это всерьез. Наивно верила, что он делает это ради моего блага. Гарри и Рон, мое погубленное счастье. Сначала они показались мне глупыми. А глупость я считаю самым страшным недостатком. Кто глуп, не сможет быть счастливым. Все изменил Хэллоуин 91-го. Моя несостоявшаяся поездка на тот свет. Два мальчишки, пришедшие спасти меня. Они бились с троллем, а я отдала им свое сердце. Всецело. Без остатка. О, Альбус это понял. Я стала прекрасным объектом для шантажа и безропотно делала все, что он мне приказал. Шпионила, подливала зелья, провоцировала травлю, устраивала подлянки и ненавидела себя за это. Я хотела умереть. Я осталась один на один с собой. Мои внутренние демоны пожирали меня изнутри, и хотелось орать от безнадежности. Веры не осталось когда Гарри выбрали четвертым чемпионом. Надежды со временем тоже. Каждую ночь мне хочется кричать и выть от боли, но никто и никогда не услышит. И тогда, я начала медленно сходить с ума. Видела то, чего не хотела видеть. Человеческая мерзость разъедала внутренности изнутри. Как сильно я радовалась смерти директора и своей свободе. Радовалась, чтобы в свой короткий визит домой увидеть эту тварь рядом с моими родителями. Они улыбались ему и рассказывали о дочери, а он смотрел мне в глаза. Тогда-то я и поняла, что это конец моим мечтам. Эта смерть была для меня спасительным толчком — как будто ударом кулака прервали кошмарный сон и окунули в бездну, гораздо более страшную. Я поняла, в какой грязи увязла, но сделать уже ничего не могла. Как сильно я хотела рассказать друзьям всю правду. Я была чудовищем, которое давно предало самое святое ради жизни своих родителей и их, нерожденного, ребенка. Я сделала так, чтобы они уехали и навсегда меня забыли. Это был единственный путь к их безопасности. Я без раздумий сделала бы это и для друзей, но не могла. Плен стал для меня отдушиной. Пытки были наслаждением, потому что я восприняла это как кару, за содеянное. Беллатрикс, милая, безумная, так похожая на меня. Я восхищалась ею и была бы рада умереть от ее рук, но мальчики опять меня спасли. Я не хотела уходить. Я молила ее о смерти, и она смотрела на меня. С жалостью, а не презрением. Именно ей я рассказала свою жизнь. Все, до основания. Времени было достаточно, чтобы сделать это. Я помню, как она положила руку мне на голову и смотрела мои воспоминания. Как она опустилась на колени рядом со мной и тихо сказала: -Умирать не страшно. Я тоже жду. Я хочу снова увидеть мое потерянное дитя. Две минуты. У нас осталось очень мало времени, девочка. Запомни одно, пока ты жива, что-то еще можно исправить. Женщина поцеловала меня в лоб, а я ревела, выпуская из себя гнойный нарыв, образовавшийся в душе. Потом события слились в один растянутый миг и вот, мой лучший друг победил и выжил. Я молилась, чтобы он умер сейчас, от руки Тома. Легкая смерть. А дальше все завертелось. Арест и суд. Рон пытался бороться за Гарри, а я хотела, но не нашла в себе сил сказать ему всю правду. То, что Рон порвал со мной отношения больно ударило, ведь я потеряла последнего близкого человека. Вот и пришел тот страшный час, и я почувствовала, как где-то внутри меня не осталось веры, и осознала, что совсем скоро страшной смертью сгинет надежда, навсегда померкнет свет любви, что питала меня долгие годы, и начнется новое время. Я не буду пытаться сбежать от одиночества. Не выйдет, не стоит и пытаться. Я сейчас птица с одним крылом. Чтобы улететь, мне нужен кто-то, кто поможет подняться в воздух, да вот незадача, таких людей рядом со мной нет, да и не предвидится, ведь я своими руками убила их, раздавило под тяжестью своего предательства. Я не буду стараться заглушить свою собственную боль. Не поможет. Уж это-то я прочувствовала на своей шкуре сполна, теперь все чаще и чаще вспоминая то время, когда еще умела смеяться, а после очередного приступа все, что мне останется лишь еще больше возненавидеть себя. Однажды, настанет этот страшный день, когда я смирюсь с таким положением дел и, встретив еще один отвратительный рассвет и усмехнувшись той самой, фальшивой от и до, усмешкой, пойду рушить в меру своих сил планы Альбуса. Совсем скоро, я, как человек, перестану существовать. Мои чувства спрячутся так далеко, что достучаться до них станет практически нереально. Люди станут лишь инструментом. Я хочу отомстить. За Гарри, за Рона, за себя. За каждого погибшего в «Битве за Хогвартс». Каждый вечер я встречаю закат на крыше моего дома. Тут так хорошо, словно я снова оказалась в детстве, или в мире, где не существует взрослых проблем. Иногда поневоле, кажется, что вот она я, маленькая девочка, сижу и смотрю в безупречное небо, ожидая захода небесного светила. Солнце поначалу светит так отчаянно, словно хочет остаться, зацепившись за крыши домов, которые в этот час кажутся настолько нереальными, что захватывает дух. Лишь только последние лучи солнца падают на землю, я чувствую себя свободной. И так хочется побежать к своей маме, в тот маленький домик, где мы жили только втроем, вдохнуть запах только что испеченного пирога и крепко-крепко обнять моих родителей. От них всегда пахло молоком и травами, а еще они всегда мне улыбались. Воспоминания каждый раз вызывают счастливую улыбку, ведь тогда мир действительно казался прекрасным, но даже крушение этих иллюзий не смогут утихомирить возникшую где-то в сердце эйфорию. В эти моменты очень хочется летать, но я не могу сделать это без крыльев. А мои крылья остались у моих друзей, которых я люблю, отчаянно и безнадежно. Они не вернут мне возможность летать, слишком уж сильна ненависть ко мне, и так, я останусь на земле, а не покину ее с последними лучами моей свободы, и одиночество не сможет меня захватить всецело в свои смертоносные объятия. Стоит скрыться последнему лучу дневной звезды, что окрашивал мир в яркие краски, как небо становится темнее, а царство заката, вытесняет империя ночи. Сначала, единственная звезда доступная взору это луна. Она похожа на огромный неограненный алмаз, сияя в ночи своим загадочным светом. Я, конечно, знаю, что это лишь отголосок солнца, но ведь так хочется верить в такое маленькое чудо. Потом появляются звезды, вечным сиянием падая на землю. Каждая маленькая звездочка похожа на маяк в ночи. Тысячи крошечных маяков, но все так близко и далеко. Будь я феей, я обняла бы каждого небесного светлячка, что освещают путь припозднившемуся страннику, не слышно сказав, что все будет хорошо. Отсюда, из нашего маленького, но такого огромного мира, кажется, будто звезды беззащитны, хотя это тоже иллюзия. Эта красота манит своей бесконечностью и удивительными, древними тайнами нашей галактики. Наверное, ради таких моментов и стоит жить! Наверное, эти ночи сейчас самая высокая цена, которую у меня могут потребовать заплатить. В ночи, я снова вижу наши хорошие дни и безоблачное счастье. Сны - это все что у меня осталось. Сны и царство заката. Сколько раз я думала о суициде. Один шаг, и никто даже не вспомнит маленькую грязнокровку. Сейчас я существую ради мести и скорее всего, я не решусь отказаться от того, ради чего я сейчас живу. Но это теперь только моя борьба. Война против целого мира, так смешно! Я стала крысой отдела тайн, которая по мере сил портила часть артефактов, которые собирались использовать на заключенных. Это мое единственное спасение от самоубийства. Некоторое время назад у меня появился человек, который помог мне прийти к мыслям о том, как отомстить всем этим людям. Профессор Волков, милый старик, со всем вниманием и заботой отнесшийся ко мне. Благодаря ему мне удалось собрать мысли в кучу и придумать план. Я знала, что Альбус пошлет меня на казнь Гарри, которая станет проверкой моей лояльности. Я должна буду собственноручно дать ему артефакт, который гарантированно убьет его. Медленно и мучительно. Но я сделаю иначе. Эту пакость я активирую сама, убью охранников и помогу моему другу сбежать. Это все, что я могу для него сделать. Смерть Рона и Джинни обрушилась на меня лавиной боли. Отчаяние погрузило меня в свои недра и не давало выбраться. Встреча с Альбусом прошла еще хуже. Он сообщил, что Рона и Джинни убили члены некоей новой преступной группировки, а потому казни будут больше передвинуты по времени. Еще он сообщил мне, что с его подачи была уничтожена семья Дурслей. Дадли и его молодая жена, которые только недавно стали родителями, были запытаны наравне со старшими членами семьи, а их маленький сын, оказавшийся магом, скончался от удара об стену. Эта скотина с удовольствием и в красках расписывала мне мучения людей, на глазах которых убили ребенка, а я не имела права выдать свою ненависть и отвращение. Глубокой ночью, я в бессилии плакала на крыше своего дома. Ничто не было способно подарить мне хоть ненадолго успокоение. Я сидела до самого рассвета и выкуривала уже третью пачку сигарет. Новое утро уже увидела бесчувственная тварь, которая видела лишь одну цель. Я ждала, как хищник свою добычу. Я пряталась и наблюдала, собирая компромат. День, который положит конец моим мучениям, наконец, настал. Мне дали артефакт «Молчаливая погибель» для настройки, но сразу сказали, кому он предназначен и попросили закрепить его на ауру Поттера. Я сделала, как хотела сама и замаскировала все это необходимой им магией. Когда артефакт будет в моих руках, вспышка гнева Гарри активирует его. У меня будет всего одна минута, на то, чтобы отвязать его от стула и убить охрану, потом артефакт начнет действовать в полную силу. Отправляясь в Азкабан, я с совой направила письма с доказательствами вины многих лиц Англии в МКМ. Мне больше нечего терять. Оглядываясь назад, я понимаю, что не жалею ни о чем. Сырые коридоры самого страшного места на земле встретили меня клубами тумана, зависающего сгустками то тут, то там. Комната с ржавой дверью приветствовала меня эманациями боли и ужаса, которые я отчетливо ощущала всеми фибрами души. Ожидание длилось недолго и вот они ведут Гарри. Моего любимого друга. Человека, за которого я отдам свою жизнь сегодня. -Здравствуй, Гарри. Как поживаешь? Мой друг молчал, а я начала играть свою роль. Его глаза следили за каждым моим движением. Мы были в тот миг двумя хищниками на одной территории. Поттера привязали не магией, что было очень удачно для меня. Скрытый в складках юбки нож, позволит мне быстро освободить его. -Знаешь, произошло несколько замечательных событий, которые, полагаю, тебя весьма порадуют. Мы ведь так старались доставить тебе немного удовольствия напоследок. Видишь ли, - Весело проговорила я, открывая транспортировочный сундук.- Не так давно убили Рона. Он сгорел вместе с Джинни, а над домом висела черная метка. Правда, это потрясающая новость? Но вторая. О, она тебя обрадует еще больше. Ради тебя, мы отомстили твоим родственникам, за то, что они вырастили такого монстра. Твой кузен так умолял нас не убивать своего сына, что мы даже немного прослезились. Мальчику не было и года. Справедливо не находишь? Я рассказывала мерзости, поведанные мне Дамблдором так, будто сама участвовала во всем этом. Я ждала. Глаза Гарри разгорелись жаждой убийства, и вспышка гнева не заставила себя ждать. Артефакт начал действовать в тот же миг, как созданная мной «аура смерти» из дневников Блеков убила всю охрану комнаты и отправилась дальше по тюрьме, выискивая людей со специальным маячком. Я подскочила к другу, пока меня не начали подводить конечности, и несколькими резкими движениями перерезала ремни, фиксирующие руки и ноги. Минута истекла, и я упала, как подкошенная к ногам Поттера. Он опустился рядом, положив мою голову себе на колени и повернув ее так, чтобы видеть мои глаза. В его взгляде сквозило непонимание, растерянность и боль. Собрав остатки своих сил, чувствуя на шее дыхание смерти, я прошептала: -Беги! Он не шелохнулся, а мной овладевала паника. Неужели все зря? Неужели я сделала все зря? -Здесь Дамблдор, я чувствую его присутствие всем моим существом. Мне не уйти, Гермиона. Спасибо. Я не верю, что ты сделала это ради меня. Зачем, Гермиона? Зачем?. Осознание накатило тяжелой волной. Выхода нет. Альбус не позволит Поттеру уйти, и мы оба это понимали. Моя жертва стала напрасной, но было еще что-то зудящее на границе сознания. Я чувствовала потребность поддержать друга. Дать ему ту, нерастраченную любовь, которая была еще жива в моем сердце. Мне необходимо было подарить Гарри хоть немного тепла и спокойствия. Я с трудом оторвала руку от пола и ласково погладила его по щеке. Мой друг перехватил ладонь и крепко сжал ее грубыми, шершавыми пальцами. -Прости меня. Как бы я хотела все изменить. Ничто не напрасно, Гарри. Умирать не страшно. Мой голос сорвался, и кровь пошла горлом. Он смотрел мне в глаза и плакал. Сколько бы я отдала, чтобы не видеть его слез, которые капали на мое лицо. Он держал меня на руках, пока я умирала, и это казалось мне самым большим счастьем в моей недолгой жизни. Смерть на грязных полах Азкабана в объятиях моего лучшего друга. Это было настолько хорошо и правильно, что сквозь усталость и боль, я улыбалась, и до самого конца, держала за руку моего Гарри. Как жаль, что все так обернулось. Как жаль, что рассвет для нас не наступит. Я больше не увижу солнца иного, чем в его глазах, полных понимания и прощения. Он отпускал меня к смерти с чистой душой, а я молилась за него. С последним вздохом я услышала его слова, сказанные мне и отправившиеся эхом гулять по коридорам. Я улыбнулась еще шире, в последний раз, и сердце остановилось навсегда. -Прощаю.