***
Бельфегор фыркнул, когда увидел, что Лягушка так нагло от него отвернулась. Хотя, ему-то какая разница? Ну ответнулся и ладно. Разговаривать он с ним всё равно не собирался. Этот парень всегда ужасно его раздражал и выводил из себя. Бел замечательно понимал, в кого он пошёл таким наглым, с ужасным вкусом в одежде. Никто иной, как его учитель-ананас приучил Франа к этому. Они подъехали к супермакету и зашли внутрь. Скуало сразу отправился на поиски лучшего виски, а Фран немного помедлил и двинулся в магазин подарков. Бельфегор хмыкнул и решил пойти за Лягушонком. У него была куча сомнений по тому поводу, что можно что-либо купить для Занзаса в этой глуши. Хотя, если хорошо и трезво подумать, то боссу по пьяни будет совершенно фиолетово, что ему подарят. Букет цветов это или даже детский горшок. Вот, если это будет дорогостоящее виски, да и к тому же — последняя бутылка в мире, то этот подарок Занзас точно не забудет. Фран ходил между стеллажей и рассматривал разные фигурки, открытки и другую хрень, на которую Занзасу уже сто процентов начихать. Он такого пустяка даже не заметит, а даже если заметит, то ещё и решит, что его обидели. Да, в Варии ещё те фрукты живут. Вдруг, где-то из-за дальнего стеллажа раздался возглас. — Учитель! Что вы здесь делаете? — Голос определённо принадлежал Франу, но тот не тянул гласные, как делал это всегда. Бельфегор осторожно посмотрел за стеллаж и увидел, что Фран стоит к нему спиной, а прямо перед ним — Рокудо Мукуро, его учитель. Мукуро засмеялся и ответил. — Да так. Мимо проходил. Не ожидал увидеть тебя здесь, Франческа. «Стоп! Что? Франческа…? Но это же женское имя!» Фран что-то тихо сказал, и Бел даже слов не смог разобрать, впрочем, как и следующий вопрос Рокудо. Но вот ответ на него Фран сказал довольно громко. — Нет… Куда мне торопиться? Я ещё успею выйти замуж… Что? Нет! Мукуро-сан! О каких детях может идти речь сейчас? Я ещё не в том возрасте, чтобы рожать и воспитывать ребёнка! Скажите тоже… Бельфегор застыл. Выйти замуж? Родить и вырастить ребёнка? Постойте… Так она что, женщина?! Принц попятился и вылетел из магазина, чтобы они его не увидели. У него не было в привычке убегать, но сейчас он просто не мог там оставаться, после того, что услышал.***
Фран услышала топот сзади, но когда обернулась, там уже никого не было. Червячок подозрения и страха зашевелился в её душе. Она и учитель слишком громко разговаривали. Неужели…кто-то из Варии всё-таки услышал и увидел их? — Ку-фу-фу, что-то случилось, Франческа? — В том, что касается имён, Мукуро был единственным, кто называл её полным именем. Ну, вернее, её почти никто больше и не знал, как девушку. — Нет, — Она помотала головой и задумчиво сказала. — Я думаю, что мне уже пора идти. Бел-семпай и Скуало-тайчо меня уже точно заждались. Луссурия-сан ещё потерпит, а вот эти двое… — Слушай, — Рокудо нахмурился и обеспокоенно спросил. — А у тебя всё в порядке в Варии? Ты так и не раскрыла им свой пол? — Нет, разумеется! — Воскликнула иллюзианистка. — Если я это сделаю, то босс меня сразу же выбросит оттуда! — А у тебя есть какие-то причины там оставаться? Почему ты так держишься за это место? Есть и другие места, кроме Варии, где иллюзианистов очень ценят. — Он прищурился и явно ждал ответа своей ученицы. Фран внутри вздохнула. Мукуро растил её, как собственную дочь с семи лет, но сейчас, он уже не маленькая и вполне может сама решить все свои проблемы. Хотя…действительно, почему она так хочется остаться в Элитном Отряда Убийц, где сплошные бандюки и алкаши? Возможно, что это не самое лучшее место для такой девушки, как Франческа. Если подумать, то она очень красивая: волосы, которые спускаются к лопаткам и отливают красивым мятным оттенком; немного макияжа и красивая одежда. Она будет просто куколкой, если перестанет строить из себя парня, но всё же, есть что-то, что не позволяло ей открыть эту тайну. Фран увидела, что учитель уже начал злобно сверкать глазами, в ожидании ответа. — Мне просто там нравится. — Быстро ответила девушка. А почему бы и нет? Не так уж там и плохо, если хорошо подумать! Мукуро больше не стал приставать к ней со своими идиотскими вопросами, и они мирно разошлись. Как она и подозревала, все уже с нетерпением ждали её: Скуало рвал и метал; Бельфегор стоял в стороне и как-то нервно озирался по сторонам, что было на Принца совсем не похоже. Когда он увидел Фран, то вообще чуть на воздух не взлетел. Только Луссурия оставался абсолютно спокойным. — О, а вот и наш Франни! — Обрадовался «мамочка» Варии, когда увидел его. — Ши-ши… — Бельфегор как-то позеленел и отвёл взгляд. — Чего так долго, Лягушка?***
Бел чувствовал себя просто отвратительно. Он теперь даже смотреть на этого парня даже смотреть не мог. Хотя, пожалуй не на парня, а на девку. Фран ничем не выдавал своих эмоций. — Что это с ва~ами, Бел-семпа~ай? — Поинтересовался он, когда увидел цвет лица Бела. — Отвали, земноводное. Бельфегор скрипнул зубами. «А не так давно нормально со своим учителем-ананасом говорил!» Возникла проблема: как теперь к нему обращаться? Он…или всё же она? Нет, пусть пока всё будет, как раньше. Там по ситуации видно будет.***
Вечер проходил довольно весело: Скуало что-то орал на непонятном для слуха Фран, языке. Видимо, уже успел напиться. Луссурия всем подкладывал еды и ворковал, как курица над яйцами. Леви лип к Занзасу, который ещё был совсем трезвый, не смотря на четвёртую выпитую бутылку. Бельфегор вяло ковырял вилкой салат, но скорее всего — это было из-за того, что он совсем не умеет пить, как уже говорилось ранее. Фран ещё немного посидела, а потом решила идти к себе. Выпивку она не любит. Праздник, конечно весёлый, но ей что-то уже и спать захотелось. Вся Вария была в главном зале, а коридоры пустовали, и в них даже свет не горел. Франческа проходила мимо комнаты Принца, когда кто-то грубо схватил её за руку и толкнул внутрь. Она упала на пол и в шоке посмотрела на шатающегося Бельфегора, который стоял в проёме, как-то недобро поглядывая на неё. Его взгляда она хоть и не увидела, но идеально могла это представить. — Бел-семпа~ай, что вы делаете? — Заткнись, Лягушка! — Прошипел Потрошитель. — Довольно с меня этого! Он подошёл к Фран и начал срывать с неё олежду. Она хотела закричать, но Бел запихнул ей в рот какую-то тряпку. Она недовольно замычала, хотя уже и так знала, что Бел видел её с учителем и слышал их разговор, где она и была девушкой. Голова отказывалась работать, а тело стало совсем непослушным. В этот вечер она не запомнила ничего, кроме резких и грубых движений внутри себя…