Тонкий сверкающий лёд

Седой старик, с шершавыми ледяными пальцами – как будто кубик льда касается твоей кожи. Ваня вздрагивает каждый раз, когда Бессмертный к нему прикасается. - Ну, тише, тише, - шепчет князь, поглаживая богатыря по спине. - Холодно, блин! – возмущается Иван, но перечить не спешит. Они сидят одни в холодной пещере и греются у огня. Вернее, греется только Иван. Кощеева корона лежит поодаль на камне, без нее князь выглядит просто уставшим стариком. Ваня снова закрывает глаза и пытается поцеловать Кощея. - Мне так… проще… - оправдывается он, виновато глядя в черные, как ночь глаза. - Проще представлять на моем месте юную прелестную деву? – ворчит старик, уклоняясь от теплых губ. - Да какая дева! Просто я… не знаю… - Иван и впрямь не знает, как помягче сказать Кощею о его уродствах: о жутких синеватых шрамах и запекшейся на века крови давнишних сражений. Иван безропотно целует тонкие ледяные губы, ни разу не вспомнив о прекрасной царевне-лягушке, или о ком-то еще, кого он «пока не встретил». Его мысли вообще не посещают девы. Никогда. - Не знаешь, как мне сказать, какой я урод? – спрашивает Кощей, и Ваня невольно меняется в лице, но, осознав, что выдал себя с потрохами, строит кисло-извиняющуюся физиономию. Кощей только фыркает. - Думаешь, я не знаю, как выгляжу? – спокойно произносит он, и у богатыря отходит от сердца – значит, не обиделся. - Знаю, - продолжает князь, - но мне казалось, что тебя это не волнует… Тут до Ивана дошло: он припомнил, как говорил что-то подобное Кощею еще в самом разгаре их, скажем, несколько необычных отношений. Но говорить - это одно. Как оказалось… - Не волнует, - выдыхает Ваня, борясь с невольным отвращением перед жуткими шрамами князя. Но Кощей только обреченно вздыхает, снова угадывая мысли добра-молодца. - Что же, мне мешок на голову одевать? А, может, самому в мешок залезть? Иван кусает губы, придумывая отговорку, но ничего путного в голову не идет. - А, может, нам не начинать эти… отношения… - добавляет князь осторожно и нерешительно, словно боясь, что Иван примет его предложение. - Нет! Я… поработаю над собой, - быстро реагирует парень тоже боясь серьезности этих слов. Кощей позволяет себе гаденькую полуулыбочку, и вновь прикасается к обжигающей коже богатыря, который невольно вздрагивает под его пальцами…