Очень странная ненависть

Той ночью было так холодно… Озноб пробирал до костей, вгоняя в плоть тысячи колких игл. Они жгли кожу и дробили кости, но нельзя кричать. Нужно терпеть. Той ночью было так больно. Он так далеко. Невесть что сейчас делает. И она не имеет больше никакого права разбудить его утром мягким и сладким поцелуем в нижнюю губу. В момент поцелуя он начинал заводиться и сложно было отделаться от него, даже напоминанием о тренировке. Той ночью было так страшно… А если он разочаруется в ней на столько, что отношения остынут? Вдруг просто забудет, просто оставит, просто исчезнет из её жизни… Той ночью…не было ничего. Проснулась Кристиан рано. Раньше, чем зазвонил будильник, раньше, чем проснулись её подруги и явно раньше, чем Он. Девушка быстро собрала рюкзак, запихав туда всё, что нужно и что нет, как и стоило ожидать позабыв большую часть учебников. Моментально натянула на себя школьную форму и накинув поверх плечей куртку, пулей вылетела из комнаты, разбудив Джу с Лизи дверным хлопком. Вниз по лестнице в балетках нестись было не удобно, более того, они тёрли её пальцы, но упорству нет придела. Добежав до заветной двери, Крис пару раз ударила в неё костяшками пальцев, ответа на стук так и не последовало. Тогда голубоглазая набралась решимости и всё-таки дёрнула за ручку. Это стало роковой ошибкой. Хотя, возможно так будет лучше. Перед ней, с горящими от ярости на себя любимого, глазами стоял Кастиэль, он предпринимал бесконечные попытки прикрыть собственным торсом происходящее за спиной, но даже Его тела на подобное не хватило. — Я… Пожалуйста прости…- шептал рыжеволосый, любимый голос дрожал, а глаза, цвета пасмурного неба, смотрели прямо на ту, кого предали. Предали дважды, трижды, уже не сосчитать. И каждый раз она прощает. Глупые ошибки, ссоры, промахи… Смотрели с надеждой… Смелой надеждой на прощение, но в бестолку. Сейчас она не видела его. Не видела ничего. Глаза брюнетки свелись на едином объекте. Её сестра. Бледное тело с удобством расположилось на кровати Кастиэля, ловя голыми ключицами прохладные солнечные лучи. Словно самый невероятный ночной кошмар предстал перед нею в самом коварном своём обличии. Девушка понимающе кивнула, затем ещё раз и ещё… По щекам прокатились обжигающие дорожки солёных капель. Бунтарь медленно приблизился к Кристиан, его трясло, словно в лихорадке. Она. Её слёзы. Её хриплые всхлипы. Они пугали его. Его девочка плачет… Такая маленькая. Такая невесомая… На столько родная, что немыслимой стала сама идея жизни без неё. Парень робко и осторожно приподнял свою ладонь и медленно, словно боялся обжечь смуглую кожу, прикоснулся к её щеке, смахивая большим пальцем тёплые слезинки. — Девочка моя… Что же я сделал…- голос юноши дрожал равно на столько, на сколько и он сам. Кристиан потёрлась приятной на ощупь щекой, о тыльную сторону ладони хулигана. — Запоминай этот момент… Момент, когда первая девушка за всю практику плейбоя, перестала быть твоей — по собственной воле.- с этими словами, девушка грубо и небрежно сбросила любимую ладонь с лица и развернувшись, поспешила удалиться. Кастиэль по прежнему стоял с вытянутой рукой, не осознавая происходящего. Не осознавая ничего. Вот только, кажется осколок чего-то важного прокатился по телу, врезаясь прямо в грудь. Адская боль. Никогда такого не чувство, но кажется не мог её прекратить. Тогда Она ушла. Тогда Он для неё умер. Тогда небо рухнуло.