На тебя одна надежда, мой друг...

---POV Марина--- Боль была такой силы, что терпеть было уже невозможно. Кричала я — кричала Нина, потому что по-другому было никак. Все проходило настолько тяжело, что мне уже ничего не хотелось. Лишь бы эта боль скорее ушла. Тужится было уже невозможно, но врачи упорно заставляли меня это делать. Теперь я поняла, как иногда пациенты ненавидят своих докторов. Сейчас я была пациентом и прекрасно их понимала. Нина поддерживала меня, как могла, хотя ей самой было непросто. Она держала меня за руку и уговаривала ещё немного постараться, даже когда это казалось невозможным. И такие мучения проходили на протяжении, казалось, вечности. Секунды шли как минуты, мне казалось, что время никогда еще не двигалось так медленно, как будто оно не хотело идти вперёд. Мне казалось, что я мучаюсь уже два часа, а прошло только 15 минут. Это было невыносимо, но, все же, я терпела и, скрепя зубами, делала то, что мне говорят врачи. Ещё мне было интересно, где мой муж. Но мысли о нем появлялись в моей голове в эти минуты редко и быстро исчезали, потому что в моменты такой боли мне хотелось не думать, а тупо орать, что, собственно, я и делала. Мне казалось, что где бы сейчас Брагин не находился, он обязательно услышит этот визг и примчится сразу же. Но рядом была только Нина. У меня были преждевременные роды. Я врач, и я знала, чем это может кончится. Ребенок может родиться неполноценным, а если все будет хорошо, то сначала ему придется долго лежать в больницах под наблюдением специалистов. А раз будет лежать малыш, то и я с ним. Каким бы он ни был, мама его не бросит. Кстати говоря, должна была родиться девочка, но я привыкла не загадывать, что будет. Мне было все равно, кто это будет. Лишь бы был здоровым. А сейчас это ставилось под большой вопрос. Малыш никак не хотел вылезать из животика, я уже начинала злиться, потому что все это надоело. Нина рядом пыталась меня подбодрить: -Вся в отца, упрямая какая. -Да уж, — Наконец вздохнула я, но ненадолго. Боль вернулась, да с новой силой. Да за что же мне это? И как женщины это терпят? За вторым ребенком ходят, за третьим… Я не говорю уже про мамочек, которые воспитывают 5, а то и больше, детей. Героини, да и только! На данный момент я если и была героиней, то героиней какого-либо ужастика, потому что я представляла, как я выгляжу со стороны. Волосы спутались и превратились в узел, мученической выражение лица и постоянный ор не могли делать из меня прекрасную леди. Но при этом, мне было глубоко на это фиолетово. Сейчас у меня были другие приоритеты. И все же, где Брагин? Опять куда-то вляпался... ---POV Олег--- Марина, наверно, думает, что со мной опять что-то случилось. Потому что я уже мог двести раз приехать в больницу! Но… Петя аккуратно вел машины. Возникало ощущение, что он сдает на права, а не едет к женщине, которая, между прочим, рожает моего ребенка. Как вообще можно так медленно ехать? Вот я бы сейчас погнал! Так бы поехал, что обогнал бы все, что только можно. Даже ветер и дождь, обогнал бы время, потому сейчас я нужен был любимой жене! Я бы сделал все! Но… За рулём был другой человек. Я не психовал сейчас в открытую только потому, что обещал Пете. Идея отвлекать его от дороги, всю залитую дождем, была плохой. Нельзя было так поступать, хотя хотелось! Я был уже готов просунуть ногу и поставить ее на педаль газа, чтобы стрелка спидометра поднялась до своего максимума. Останавливало только то, что так было недолго и разбиться, а машина была не моя. Но так хотелось увидеть дочку! Хоть бы все было хорошо с моими девочками… -Олег, возьми телефон, — Сказал мне Петя, кивая головой на телефон на панели, — Полина звонит. -Что мне ей сказать? — Я действительно не понимал, что я должен сказать жене друга. Я сейчас вообще мало что понимал. А общение с Полиной всегда требовало включение мозга. И как так Петя живёт? Трубку все же взять пришлось. -Петь, ты где? Ты купил то, что я просила? -Полин, — Начал я, — Это Брагин, Олег. Петя за рулём, он не может говорить сейчас. -Привет, Брагин. Скажи, пожалуйста, Пете, что надо сходить в магазин, как он мне обещал 4 часа назад! Она начала говорить что-то ещё, прерываясь на крик, а я не стал это слушать и отключился. Звонок Полины заставил меня прийти в себя. Вернул в реальность. Петя уехал с максимально возможной в такой погоде скорости, просто мне всего казалось мало. На самом же деле, было бы хорошо, если бы другу не выписали штраф за превышение скорости. Машина ещё не остановилась до конца, а я уже выпрыгнул и побежал в больницу. Мы наконец-то приехали! Я часто пытался не кричать на посту, но на вопрос «где моя жена» никто не мог дать вразумительного ответа. Только одна сказала, где ее искать. Да я и сам уже понял, когда крик услышал. Бедная моя Марина, ей так больно! Накинув халат и на ходу надев бахилы, а влетел в помещение. Рядом с Мариной стояла Нина и держала ее за руку. Отныне это буду делать я! -Марин, Марин, я здесь, — Я взял ее за руку и поцеловал каждый пальчик, а потом дотронулся до ее щеки, — Я рядом. Марина ничего не ответила, а только сжала мою руку в схватках так, что мне стало больно. Казалось, что рука сейчас отвалится, но я терпел. Тоже самое делала Нина. Я видел, как изменилось и исказилось от боли ее лицо, когда Марина держала вцепилась ей в руку. Роды шли не долго. Это Марине казалось что вечность. Наконец, девочка все же соизволила выйти из маминого животика. Ребенка достали, но она не кричала. Ведь каждый новорожденный должен заплакать! Была только тишина. Врачи столпились вокруг нашей дочки и через несколько секунд она первый раз самостоятельных вздохнула и заплакала. -Господи, — прошептал я и наклонился к Марине. Я поцеловал, кажется, каждый миллиметр ее лица, изучил каждую впадинку и морщинку, как скульптор, — Золото мое, ты как? Марина, кажется, не могла говорить, но смогла найти в себе силы для улыбки. А я не требовал большего. Этого вполне было достойно. Она положила руку мне на шею и притянула к себе. А потом тоже самое сделала и с Ниной, которая к этому моменту уже расплакалась. -Поздравляю, у вас дочка, — Сказала медсестра, — Но у нее маленький вес, всего 1500 грамма, а рост 30 сантиметров. Она рано родилась. -И что теперь…? — Спросил я, чувствуя, как Марина вновь сжала мою руку. Ей было страшно. -Нам надо положить ее в реанимацию, чтобы она набирала вес. Не волнуйтесь так, через это многие проходят. Все будет хорошо, — Она даже не показала нам нашу дочку! Мы видели малышку лишь только тогда, когда ее достали. Это было ожидаемо, но так больно! Я старался сдержать слезы, а Марина не могла этого сделать. Я ещё раз ее обнял и прошептал: — Для нее так будет лучше, ты же знаешь. Не плачь, пожалуйста. Я тебя очень, очень люблю. Потом меня выгнали из операционной так же, как и Нину: выставили за дверь. Марине оставалось пройти какие-то маленький процедуры. Я решил ждать ее в коридоре до тех пор, пока мою жену не повезут в палату. -Нино, Нина! Спасибо тебе огромное! — Я так крепко сжал ее в объятиях, что подруга, кажется, запищала. -Брагин, отпусти меня, — Серьезным голосом сказала Нина. Я смутился и отошёл. А потом ее выражение лица изменилось, — Папаша, поздравляю! Это я должна тебя обнимать! — И кинулась мне в объятия. Я так был ей благодарен! Вот, зачем нужны друзья! Именно они мне помогли. Петя, Нина, Куликов, даже Павлова, даже Женя, все они переживали. И только благодаря им я был рядом с любимой женщиной и все-таки успел на рождение своей дочурки.