На тебя одна надежда, мой друг...

39. Олег приходил в больницу к Марине каждый день. Стоял под окнами, словно солдат на службе, и ждал, пока его пустят внутрь. Дочка лежала в реанимации, маме ее давали редко. Малышка была слишком слаба, но, как утверждали врачи, это было временное явление и что она обязательно наверстает упущенное. Марину это если и успокаивало, то не на долго. Ей было не по себе, что ее ребенка забрали. Она не могла вдоволь подержать ее на руках или покачать, не могла её поцеловать. Возникало ощущение, что это какая-то злая шутка судьбы. Почему так сложилось? Ей нечем было заняться, поэтому в своей голове она пыталась ответить на этот вопрос. В какой именно момент ее жизнь настолько поменялась? Хотя, конечно, ответ был на поверхности: в тот день, когда она пришла работать в Склиф. Именно с этого момента можно отсчитывать дни «новой жизни». Если бы пару лет назад ей сказали, что она выйдет замуж, и не за кого-нибудь, а за «бабника» и станет мамой, она бы очень громко засмеялась. Тогда для нее подобные мысли были чем-то из разряда фантастики. Она была зла на Брагина, но обижаться не могла. Очень странное ощущение, когда ты хочешь человека сначала ударить, а потом прижаться к нему сильно-сильно, и не отпускать. А потом снова ударить. Это вообще нормально? Марина считала, что да, вполне нормально. У них с Брагиным не может быть по-другому. Тем более, если… Олег уехал и даже ее не предупредил (написал записку и звонил, но что мешало ему сказать о своих планах Нине?), не отвечал на звонки и заставил так нервничать, что в итоге Марина оказалась в больнице раньше срока. Но при этом… Все то, что он делал, он делал ради Марины. Где была бы она сейчас, если бы не Брагин? Мужчина сделал все, что зависело от него, и даже когда он «влетел» на роды, по его выражению лица было видно, что он переживает. За это нельзя было злиться. Обида и любовь слились воедино, но, побеждало, конечно же, светлое чувство. И делало оно это так стремительно, что боль уходила с каждой секундой все дальше и дальше, пока не исчезла совсем. Но это, конечно же, не отменяла того факта, что Марина серьезно поговорить с мужем. Но… Не сегодня. Конечно, никто Олега в палату не пускал, таковы правила роддома, и поэтому он виделся с женой только через окно, при этом разговаривая по телефону. Дождь наконец то прошел, людей и крыши домов больше не сносило шквалистым ветром, поэтому сегодня Олег был не в куртке, а в обычной толстовке. Как всегда, на плече висел рюкзак. -Ну что там, как вы? Марина вздохнула. Лично она будет в порядке, когда ей отдадут дочь. Но вслух она сказала другое: -Все хорошо. А у тебя как? -Плохо, — Серьезным голосом ответил Олег. Марина сразу напряглась. Что случилось еще? Ну вот, стоило оставить мужа одного, сразу что-то произошло. -В смысле? — Спросила она, оттягивая время, пока она ещё не узнала возможных плохих новостей. Крепко зажмурив глаза, она стала ждать ответ. -По тебе скучаю, вот поэтому и плохо, — Брагин наигранно опустил уголки губ вниз, состроив грустное выражение лица. Марина выдохнула. Если уж это были самые главные проблемы Олега, то все нормально. Ее ведь скоро отпустят с дочкой. Ведь так? Если честно, она боялась услышать слово «нет». Быть пациентом уже надоедало. Каждый день она видела, как неопытные медсестры пытаются поставить уколы больным, и от этого зрелища ей становилось не по себе. У пациентов после такого лечения оставались огромные синяки, и однажды Марина не выдержала: сама поставила укол соседке по палате, чем заслужила массу комплиментов и благодарностей от всех, кроме работниц больницы. И почему-то от этого ей стало ещё более грустно. Ей не хватало Брагина с его шуточками: -Тогда и у меня дела плохи, Олег. Я тоже скучаю, — Улыбнулась Марина, — Мне не говорят, когда нас выпишут. Может, спросишь ты? -Спрошу. А ты над именем думала, как мы договаривались? -Думала, — Соврала Марина, — И ничего не придумала. Я хочу, чтобы мы вместе выбрали. -Как только я окажусь рядом с тобой и возьму дочку на руки, я думаю, имя сразу придет в голову. -Да, ми-ми-ми, например, — Засмеялась Марина. С ней в палате лежала молодая девушка и от нее Брагина узнала много молодежных слов. -Пирочинская, не издевайся над ребенком, — Сказал Олег, тоже развеселившись, — Давай я перезвоню. Сейчас схожу, спрошу, когда вас выпишут, а потом пойду на работу. -Ладно, пока, — Марина послала мужу воздушный поцелуй и сбросила трубку. Теперь нужно было ждать.