Миссия выполнима

      — Дамы и господа, через некоторое время наш самолёт приступит к снижению. Просим вас занять ваши места, застегнуть ремень безопасности, открыть шторку иллюминатора, убрать столики и привести спинки кресел в вертикальное положение. Благодарим за внимание. Ladies and gentlemans…       Сидевший в сорок третьем ряду с левого края мужчина потянулся и посмотрел в иллюминатор. Царство бесконечных облаков скоро сменится цветными лоскутами земли, серыми змейками дорог и голубыми речками. Будут видны сначала отдельно стоящие особняки с садами и бассейнами на задних дворах, после небольшие посёлочки, а за ними, наконец, большой и шумный город с большими многоэтажками, так похожими на муравейники.       Послышался шум выпущенных закрылок. Самолёт слегка затрясло и качнуло вверх-вниз, словно на качелях.       «Отпуск закончился довольно быстро, остаётся лишь несколько часов до возвращения в привычную размеренную жизнь, к работе и множеству забот. Снова эта нервотрёпка, вечно ноющие студенты, едва-едва дотягивающие до минимального проходного порога…», — мужчина устало вздохнул и протёр глаза. — «Единственное, что всегда будет меня радовать это любовь милого и дорогого мне друга, кота Венечки».       Мужчина нашёл его лютой зимой под забором два года назад замёрзшего и голодного, не в меру грязного и одинокого. Он помнил, как принёс бедолагу домой, потому что оставить его на улице было равносильно убийству, как осторожно отмыл в тёплой воде и сытно накормил куриным бульоном. Чистый и довольный кот с, как оказалось, роскошной меховой шубкой после лежал на коленях нового хозяина и мурлыкал от удовольствия.       — Назову-ка я тебя Вениамином, — торжественно сказал тогда мужчина. — А ласково буду называть Веней.       Кот довольно муркнул и потёрся лобастой головой о руку хозяина. Они оба были одинокими существами — кота бросили на улице плохие люди, ну, а мужчину бросила его жена, заявив, что больше не желает иметь с ним, растяпой, никакого дела. И в том, что они нашли друг друга, оба видели некий знак свыше.       Мужчина так привязался за эти годы к питомцу, что вопрос о том, чтобы оставить его у кого-то из друзей на время отпуска, даже не рассматривался. Вениамин отправился в путешествие вместе с хозяином и теперь находился в специальном отсеке для животных. Хоть хозяин и настаивал на стойке регистрации о размещении кота в салоне, представители авиакомпании были категорически против. Поэтому пришлось на последок только потрепать питомца за ушком и затем наблюдать, как улыбчивая девушка уносит его на посадку.       — Мужчина, пожалуйста, приведите спинку кресла в вертикальное положение, — приятным голосом попросила милая стюардесса в форменном костюме кораллового цвета, неожиданно возникнув справа.       — А да, конечно, — пассажир торопливо нажал на нужную кнопку. — Скажите, девушка, как там мой кот? Может, ему что-то нужно?       — Не переживайте, все животные прекрасно себя чувствуют. Совсем скоро вы увидите своего питомца, — сказав это, стюардесса пошла дальше по проходу, высматривая других пассажиров, у которых что-нибудь было не так, как положено.       Самолёт приступил к снижению. Километры на экране в спинке впередистоящего кресла постепенно убывали. Послышался звук выдвигаемых шасси. Мужчина выпрямился и напрягся — хоть он и летал уже бесконечное множество раз, всё равно невольно замирал при посадке авиалайнера. Неотрывно смотря в иллюминатор на быстро приближающуюся землю, мужчина сжал зубы почти до скрежета. Семейная пара справа от него тоже напряглась и взялась за руки. По всему салону не было слышно посторонних звуков. И вот, подпрыгнув, самолёт коснулся асфальта и стремительно покатился по взлётно-посадочной полосе, понемногу сбавляя скорость. Посадка прошла гладко, и обрадованные пассажиры шумно выдыхали, награждая пилотов аплодисментами. Кто-то тут же начал вставать, хлопать багажными полками, однако вынужден был вновь сесть, когда подходили всё так же улыбающиеся стюардессы с настойчивой просьбой не вставать.       Наконец, самолёт остановился на стоянке. По громкой связи командир корабля поблагодарил пассажиров за выбор их авиакомпании, рассказал о погоде за бортом и, пожелав отличного дня, попрощался. Подкатили трап, и люди потянулись к выходу из самолёта.       Мужчина тоже засобирался. Накинув джинсовую куртку, он взял в руки небольшую спортивную сумку и шляпу и вклинился в очередь. Заходя в поджидающий автобус, он замедлился, чтобы оглянуться на хвост самолёта, где ещё до сих пор находился его Вениамин.       — Скоро, совсем скоро, — успокаивая себя, мужчина зашёл в автобус и занял место у окна.       — Павел Аркадьевич? — вдруг раздался удивлённый возглас рядом. Мужчина повернулся к молодому человеку, стоящему рядом. Он был в ярко-синих зауженных джинсах, модных кроссовках чёрного цвета, рубашке в зелёно-голубую клетку с расстегнутым воротом и с улыбкой от уха до уха на лице. — Совершенно не ожидал встретить вас здесь, но я очень рад, очень рад. — Парень схватил правую руку собеседника и энергично её пожал. — Ваша последняя статья в журнале «Наука вокруг нас» впечатлила меня до глубины души! Знаете, вот те слова, которые про кропотливый анализ волос и отпечатков пальцев для установления личности убийцы, просто шедевральны, я в полном восторге…       — Извините, — торопливо прервал разошедшегося собеседника мужчина. — Вы, собственно кто?       — Ой, какая неприятность, совсем забыл о манерах. Я Хрепоковский. Максим Хрепоковский, ваш преданный поклонник и почитатель. Ещё я студент, и ваши лекции по криминалистике в этом учебном году стояли у меня два раза в неделю. И я ходил на них с особым удовольствием и…       — Да-да, я вспомнил вас. Вы тот самый дотошный студент, который ходил ко мне на каждую консультацию с целью поразить меня очередной умной мыслью по тому или иному поводу. Какими же судьбами вы оказались на этом самолёте?       — Возвращаюсь домой с научной конференции для молодых судэкспертов. Даже грамоту дали об участии, — хвастливо выпятив грудь, произнёс студент. — Уже двенадцать часов в пути — к сожалению прямого рейса не существует, пришлось лететь с пересадкой. А вы, Павел Аркадьевич, тоже с работы?       К этому времени автобус наконец-то тронулся и двинулся в сторону здания аэропорта.       — Я летал в отпуск. Провёл целый месяц вдали от студентов, коллег по работе и скучной будничной жизни, — ответил мужчина. — Так что конференция, говорите, была интересной? Вы там тоже выступали или просто были зрителем?       Обрадованный интересом преподавателя, Максим встал ещё прямее и затараторил:       — Да, очень интересная. Там собралось столько докторов наук, выглядевшими такими статными, важными и довольными жизнью. И тут мы, стайка мелких, обеспокоенных произведённым впечатлением студентов-криминалистов и будущих судмедэкспертов. Чувствовали мы себя, мягко говоря, не очень, особенно в начале. Но потом как-то втянулись, раскрепостились. Под конец конференции, которая, кстати сказать, длилась почти неделю, многие из наших ребят настолько сдружились с профессорами, что сделали кучу общих фотографий, попросили их автографы и телефоны. Такие вот дела.       — Какую тему освещали?       — «Роль судебной экспертизы в судопроизводстве». Я думаю, что её роль действительно важна, ведь именно она позволяет выявить все возможные улики с места преступления, а после поймать и наказать виновного.       Павел Аркадьевич кивнул в знак согласия и посмотрел в окно. Они уже подъезжали к терминалу D, и вот-вот вся толпа хлынет из откроющихся дверей, чтобы поскорее занять место поближе к ленте выдачи багажа.       — Что ж, приятно было с вами увидеться, — начал он. — До встречи в университете через месяц.       — Подождите, может быть, пойдём вместе? — Студент никак не хотел отпускать обожаемого профессора. — Нам же в одну сторону, как минимум за багажом.       — О, не стоит, — хмыкнул профессор. — Для начала я хочу подождать, пока схлынет торопящаяся молодежь и забрать свою любимого питомца, а уж после за чемоданом. Поэтому нам совершенно точно не по пути.       Студент расстроился, однако кивнул в знак согласия. Павел Аркадьевич проворно вышел из остановившегося автобуса и направился к месту выдачи крупногабаритного и хрупкого багажа, туда, где ждал его ненаглядный Вениамин. Приветливая женщина-контролёр попросила его предъявить документы на питомца, после чего, попросив минутку подождать, скрылась за дверью.       — Вот, держите скорее, — она вышла, закрыв дверь и проворно сунув бирюзовую переноску в руки ожидающего. — Ваш кот в целости и сохранности, и по-моему вполне успешно перенёс перелёт. Возможно будет немного шататься при ходьбе первое время, или будет заторможенная реакция, но это всё в пределах нормы, не переживайте.       Женщина стояла чуть в сторонке, словно сохраняя дистанцию. Сцепила в замок руки и с улыбкой смотрела на мужчину. Павел Аркадьевич кивнул в знак благодарности и полез в нагрудный карман за ключом. Он поставил клетку на небольшой столик, стоящий прямо там, рядом с дверью, отпер дверцу и осторожно вытащил кота.       — Но это не мой кот, — произнёс он вполголоса, спустя мгновение. — И вообще это не кот. Кошка. Хотя по документам значится, что кот.       — Что, простите? — Женщина подошла ближе, думая, что ослышалась.       — Она немного крупнее моего Вени, у неё чуть более тёмный окрас шёрстки и вот, видите это пятно на внутренней стороне задней лапки? У Вениамина его нет. Разве что сам себе его нарисовал за перелёт. Это не мой кот, уверяю.       — Но чей же тогда? И как попал в закрытую клетку?       — Я хотел бы это узнать. — Павел Аркадьевич со вздохом осторожно поставил кошку на стол, поглаживая за правым ушком. Она была так подозрительно похожа, такая же красивая, чёрная, с коричневыми вкраплениями подле ушей и на шее, с пушистым хвостом и парой белых волосинок на конце. Похожа, но всё равно чужая, другая, незнакомая. Да и к тому же ещё и девочка.       — Но это же просто невозможно! — воскликнула проверяющая. — Подумайте сами, самолёт был в небе, доступ к животным имели только их прямые хозяева — пускали только при наличии соответсвующих документов, — в конце концов, замок на переноске был цел, невредим и, что самое главное, закрыт, ведь вы только что самолично его открыли. Как, бога ради, в переноске мог оказаться не ваш кот?       — Я не знаю, не знаю, — прошептал мужчина, усаживая кошку обратно в переноску и защёлкивая замок. — Но очень хочу узнать и найти своего Веню. Он дорог мне, дороже всех на свете. У меня кроме него никого нет… Помогите мне, пожалуйста.       — Постараюсь сделать всё возможное. — Женщина доверительно сжала на секунду руку мужчины, после чего объявила в рацию о пропаже кота и вновь ушла за таинственную дверь с крупногабаритным и хрупким багажом. Павлу Аркадьевичу оставалось лишь забрать свои вещи и ехать домой. Но вдруг, самым необъяснимым чудом, Вениамин здесь, совсем недалеко? Вдруг он его ищет и вот-вот найдёт?       Стрелки настенных часов давно сместились заполночь. Всё также объявляли о прилетающих и улетающих самолётах, вызывали опаздывающих пассажиров, пару-тройку раз повторили о пропаже кота с убедительной просьбой сообщить, если вдруг кто-то что-то знает, на информационную стойку. Но надежда так стремительно таяла… Будь он здесь, его давно бы нашли, Павел Аркадьевич в этом нисколько не сомневался. Он вызвал такси, и каждая минута до его прибытия была крайним шансом на чудо. Которого так и не произошло. Мужчина уехал домой с тяжёлым сердцем и новоприобретённой кошкой, хозяина которой ещё предстояло найти.       Дома, с кошкой на коленях Павел Аркадьевич растерянно листал фотоальбомы, в которых было так много фотографий с Вениамином. Каждый новый разворот — и всё время его чёрная мордашка с длинными усами и поразительно голубыми глазами. С молоком на усах и просто высунутым языком. С бабочкой на макушке и рядом с любимой игрушкой. Спящий, шипящий, лежащий на спине… Наверное, Павел Аркадьевич только сейчас по-настоящему и понял, как много значит для него этот кот. Он как член семьи, без которого совсем никак. И, во что бы то ни стало, его надо вернуть!       — И я верну, — пообещал мужчина сам себе. — Как только разберусь во всём, что происходит, обещаю, что верну.       Кошка согласно зевнула и свернулась калачиком, уткнувшись носом в хвост.