Даже любовь можно купить.

      Тьма снова давила своей противной тяжестью. Мужчина смотрел в потолок, спрятанный сумраком, и думал, что же ему сейчас делать. За окном была глубокая ночь, а он проснулся тревожным рывком и уже не уснет. Обычно в таких случаях он отправлялся на кухню, чтобы подготовить продукты на завтрак, перебрать припасы или затеять легкую уборку. Но тут в чужом доме, где все делают слуги, такая блажь не доступна. Может пойти потренироваться?       Грег не понимал, почему по-прежнему просыпается среди ночи, чувствуя тревогу. Ведь все позади, он выплатил долг, его больше не будут преследовать. Но противный обруч на груди стягивает легкие, мешает дышать, а сердце тревожно заходится вскачь.       Хорошо, что ему уже третью ночь не снится кошмар, от которого раскалывается голова и душа выворачивается наизнанку. Вполне возможно, что извращённые игры Синклера вытесняют душевную боль, заменяя телесной. Приходя с работы Тони, неизменно играет со своей игрушкой, придумывая все новые и новые извращения, от которых даже такой потрепанный жизнью мужчина как Грег, часто краснел, с дрожью вспоминая как его связывали, затыкая рот кляпом или подвешивали на веревке, причудливо перевязав техникой шибари, в которой Синклер оказался спец.        Сначала Грег думал, что после такого жесткого секса его тело будет ныть и болеть, что не сможет потом нормально двигаться. Уверенный что однажды Тони просто не рассчитает силу и травмирует его. Но нет, мимолетная боль проходила, оставляя острое послевкусье. И не смотря на некоторые неприятные ощущения от следов плети, все довольно быстро проходило. Даже воск, которым Тони наказывал его несколько дней назад, не оставил ожогов. Стерев воск, он увидел лишь красные пятна на коже, которые довольно быстро сошли.       И Грег чувствовал явно начал подсаживаться на эти острые ощущения как на наркотик. Раскрываясь и подчиняясь все больше своему доминанту. Клаундер чувствовал к Тони все более растущее доверие и это обескураживало.       Его размышление прервало сонное бормотание. Заворочавшись во сне, Синклер по-хозяйски опять положил на него руку, придвинувшись ближе. Вот же черт. Тони каждую ночь так делал. Ложил свои загребущие конечности на него, оплетая лианой. Эта привычка рыжего его нервировала. Посягала на его тщательно хранимое личное пространство. Поэтому он не любил спать с кем-то, особенно столь деятельным во сне.       Тяжело вздохнув, Грег снова скинул наглую конечность. Но, похоже, слишком раздраженно и сильно толкнул, так что Тони проснулся.        —А… Что? Ты чего не спишь? — мужчина потер переносицу, оглядев темноту комнаты, отмечая, что еще не утро.       — Ты так жмешься ко мне, что мешаешь спать, — Грег натянул одеяло повыше, удобно умащиваясь. Хотя знал, что это не поможет уснуть.        — Да ладно? До этого не мешал, а теперь резко помешал, — насмешливо парировал мужчина. — Хочешь, расскажешь, что тебя тревожит, а попробую помочь. Ты мне выспавшемся и отдохнувшим нужен.        — Я удивляюсь, что тебе нужно трахатся каждый день, — вздохнул Грег, хотя и не признается, что и ему это начинает нравиться.       — Сказал тот, кто предоставляет сексуальные услуги, — нахально усмехнулся Синклер, придвинувшись почти вплотную. Ну, вот знает же, гад, что Грег это не любил, специально нервирует. — А если серьёзно? Ты и сам не спишь и мне не даешь. То убегаешь куда-то, то пихаешь среди ночи…       — Не нравится, давай спать отдельно. Выдели мне комнату и дело с концом, не буду вашему величеству мешать отдыхать, — огрызнулся блондин. Хотя и правда, у Тони ответственная и нагруженная работа и недосып ему противопоказан категорически. Тогда чего Тони так цепляется за идею спать вместе?        — У меня несколько лет бессонница. Вот так вырывает из сна и засыпать больше не получается. Я уже привык, так что забей и ложись спать, тебе завтра рано на работу.       — А снотворное?       — Не помогает. К тому же после него я всегда вялый и еще более уставший, так что отказался. Пусть все будет как есть, я уже привык.        — Хочешь, я сделаю тебе массаж, как в прошлый раз? Ты после него хорошо вырубился— то ли в шутку, то ли в серьез предложил Синклер.        Блондин дернулся, поджав губы. Да, тогда после массажа ему было легче и он даже смог заснуть спокойно, но Грег и так слишком уж привык к этим рукам. Не хватало еще больше завязнуть в этой трясине признательности и привязаности.       — Чего ты добиваешься? Еще больше меня приручить? — Горько спросил Грег, сжимая пальцы. Клаундер не понимал участия и заботы этого мужчины. Он просто игрушка, которой Синклер мстит за прошлые обиды. Предмет воплощения грязных фантазий. Хотя скрепя сердцем, блондин должен был признать, что Тони никогда не причинял ему вреда, заботился о его комфорте. Вот блин голова кругом от всех разъедающих вопросов. — У тебя компромат, право пользоваться мной как тебя заблагорассудится. Что тебе еще нужно? Растоптать мои чувства, уничтожить гордость? Что?       Грега уже порядком трясло, он хотел разобраться. Наконец поставить все точки над «и» и не теряться в догадках. Эти чувства, что зарождались в нем к Тони, выбивали из колеи, он их не понимал. Как и намерений рыжего.       — Мне нужен ты, Грег! — прорезавшее тишину признание заставило Клаундера замереть. Он неверующе уставился на темный силуэт Тони, но в темном помещении трудно было разглядеть выражение его лица. Это что, розыгрыш?        Неожиданно его заграбастали в теплые объятья, прижав к себе. Грег ошарашено замер, чувствуя, как колотится сердце. Да что за чертовщина происходит?       — Я думал, что это ненависть и боль заставляет тебя вспоминать каждую минуту. Искать тебя, быть заполненным тобой. Но это не так, я был болен тобой, а теперь эта болезнь стала еще сильнее. Чем дольше ты рядом, тем сложнее мне отпустить тебя. Насытится тобой. Ты мой наркотик Грег! — Блондин чувствовал дыхание на своей макушке, как сжимают его теплые объятья. И не было сил сопротивляться. Он просто прикрыл глаза, уткнувшись в ключицу. Да уж так горячо в чувствах ему не признавались. И это было даже приятно… Хотя довольно странно слышать это от мужчины, да еще и извращенца.       — Ты еще спишь или до сих пор пьян? Что на тебя нашло? — Грег не сопротивлялся. Надо было вырваться, просто дать в челюсть или высмеять весь тот бред, что нес Тони. Но он уже так привык и доверился этим рукам, что и не думал что-то предпринимать. И отвечать тоже. Он еще не знал, что испытывает к Синклеру. Слишком смешанные чувства.       — Я признаюсь тебе в любви, а ты меня обламываешь.       — Ты признался в одержимости. И я не смогу ответить на твои чувства. У нас просто договор. Так ты не собираешься использовать компромат, чтобы контролировать меня? — Грег все же отстранился, но не стал сбрасывать руки Синклера.       — Нет, она в безопасности и никто до нее не доберется,— уверенно сказал Тони, чувствуя как Грег ощутимо расслабился. Он ему поверил. Рыжеволосый был рад, что Грег привык к его рукам и объятьям, и теперь не отталкивает его ласку. Этого пока было для него достаточно.       Синклер честно боролся с этими чувствами. Но чем больше проходило времени, тем больше Грег наполнял собой его мир. И к своему ужасу, он понял, что влюбился в белобрысую занозу безвозвратно.        — Так что насчет массажа?        — Как пожелаете, хозяин, — хмыкнул Грег, желая подколоть и все еще испытывая неловкость от признания.       — Провоцируешь?       — Нет.       — Тогда садись на край кровати. Должно стать легче.       Вздохнув Грег послушно сел на край кровати, решив воспринимать все как в порядке вещей. Иначе его психика просто не выдержит.        Умелые пальцы легли на виски и начали творить чудеса. Напряжение уходило, а тело расслаблялось. Жгут беспокойства, поселившийся в груди, потихоньку раскручивался, даря облегчение.       Хм, все же быть одержимостью столь умелого извращенца не так уж и плохо. Впервые за несколько ночей он спокойно заснул, сквозь сон не довольно пробурчав, когда его снова по-хозяйски обняли. Ну что за напористый тип, этот несносный Тони Синклер