I'm holding on

POV М а й к — Чез, подожди. Полчаса, и я весь в твоём распоряжении, подожди, — пытаюсь спихнуть с себя Честера, он как всегда мешает мне делать уроки. Да, впереди ещё два выходных, но я решил всё сделать заранее. А Чез, сделав всё ещё вчера, решил, что мне это не надо. — Не хочу ждать. Тебе что важнее, геометрия, или я? — Конечно ты, пупсик, но сорьки, мне нужно доделать. Не отвлекай, и я быстрее буду с тобой. — целую Честера в щёчку, и снова возвращаюсь к урокам. — Тебе же тут неудобно, за стол сесть не? — Мне так нормально. — сижу на полу, облокотившись спиной о кровать. Чез залез на кровать, улёгся, обнял меня за шею, определив голову на моё плечо. — Ты такой мой, — уткнувшись носом в мою шею произнёс Чести, что-то не хочется мне его спихивать сейчас. — Конечно твой, солнышко. — продолжая писать, говорю я. — Я не мешаю? — Нет, сейчас нет. — Я тогда молчать буду. — Угу, было бы не плохо. Ближайшие минут десять, мне и этого времени хватит. — Хорошо.       Спустя пятнадцать минут я закончил уроки, а Чез, моя умничка, не мешал мне. — Всё, — я закрыл книгу, и убрал её под кровать. — Ну наконец-то, — Честер, будто проснулся, поднял голову с моего плеча, и поцеловал меня в висок. — Может, пойдём на завтрак? — предложил я, поднимаясь с пола. — Пошли, — улыбнулся Честер, и встал с кровати. Я быстро нарыл в ящике ключи от комнаты, и вышел, Чезечка, там чего-то закопался, и что-то искал, где-то минуту. — Всё, я тут. — улыбнулся Чез, очаровывая меня парой карих глазок. Я скорее закрыл дверь на ключ, и повернулся к Честеру. — Ой, Чез, у тебя есть карманы? Мне ключи некуда положить. — Да, есть, давай. — я понял, что вопрос был тупым, когда Честер взял ключи из моей руки, и положил их в самый заметный карман комбинезона с подтяжками. — Иди на ручки, — как маленькому сказал я, и отойдя на пару шагов, Честер, немного разбежался, и запрыгнул ко мне на руки. — теперь пошли. Если я грохнусь, виноват ты. — Эй, — обиженно выдавил Честер, и надел кепку, которая была на моей голове козырьком назад. — Ладно тебе, не дуйся. — Угу.       Всё в том же положении, под тихие разговоры мы дошли до столовой. Я наконец поставил Честера на пол, взял его за руку, и мы пошли нагребать еды. Подойдя к столу, где стояло дофига всего, мы, медленно проходясь, выбирали еду. — Фе, что это? — начал Чез, когда увидел что-то странное, вроде еды. — Понятия не имею, — ответил я. — Как-будто вырвало кого-то. — Фу, Чез, — я дал Честеру слабого подзатыльника, в ответ на что он кинулся мне на шею, приспичило обниматься, мда. Я ухватил его на руки, не обратив внимания, на кучу людей вокруг. Господи, что мы творим?.. Чез зажимает пальцами мои волосы, и ненормально улыбается. Я держу его одной рукой, второй обвиваю его шею, и притягиваю к себе, Честер прикасается своими губами к моим, проводит языком по моей нижней губе, мне уже это нравится, я податливо отвечаю на ласки Чеза, и… дикий крик директора заставляет нас обоих дрогнуть: — Беннингтон, Шинода, быстро ко мне в кабинет! — я опускаю Честера на пол, он довольно улыбается. — Чему ты радуешься? На завтрак пришли, и мигрируем в кабинет директора… — Ммм, это было сладко. О каком завтраке может идти речь? — что за похотливое настроение? Чез устраивает свою руку чуть ниже моей талии, и подмигивает. Придурок. — Да пошли уже, — беру его за руку, и мы идём в кабинет директора. — Что с тобой сегодня? — обиженно спрашивает Честер, когда мы торопливо плетёмся по коридору. — Тот же вопрос. — усмехаюсь. — Мне тебя мало. — Вау. И я понадобился тебе именно в столовой, так? — Ммм, угу. — Охренеть. — несколько секунд тишины. Мимо проходит Том, и, чёрт подери, помечает Честера шлепком. (Ну вы понимаете). — ВЫ СГОВОРИЛИСЬ ЧТО ЛИ? ОХРЕНЕТЬ! — срываюсь на крик. — Ч-ч-чч, Шинода, всё в порядке. Хм, и это, одолжи мне своего друга на час. — усмехаясь проговаривает Том и подмигивает Честеру. Я понимаю, что он шутит, но всё же. — Пошёл нахрен, идиот. — Только давай не здесь, людно всё-таки. — смеётся Том, спиной отдаляясь от меня. — Честер. — М? — Мы с тобой позже поговорим. — Угу.       Короче говоря, директор нас чуть не убила. Да и я на Чеза отчасти был зол, но до комнаты мы шли в полной тишине. Не хочу снова ссориться с ним, но и ощущение, будто выбора нет.       Чез первым зашёл в комнату, и усевшись на кровать, обнял подушку, и продолжил молчание. — Честер. — позвал я, подходя по ближе к Беннингтону. — Чего? — Объяснишь? — Да, Майк, что тут непонятного? Мне просто до боли тебя мало, очень мало. Ты уже с ума сходишь со своей работой. То листовки, то рисунки, то ещё что-то. Я тебя вижу практически только на уроках! Надоел я тебе, так и скажи! Хватит усложнять себе жизнь. Зачем это тебе? М? Не надоело, нет? Я скучаю. И мне больно от того, как ты ко мне относишься. Зачем ты так, Майк? Я тебя люблю. — Прокричав эти слова, с тонной обиды в голосе, Честер встал с кровати, и ушёл во двор. Я видел его. Он то нервно пинал камень, то поднимал глаза куда-то вверх, спотыкался, то бил кулаком в стену. А потом упал, споткнувшись о бордюр. Молодец, Честер, разбил очки. Он начал собирать осколки, которых даже не видел. Кровь и слёзы, я больше не могу.

***

— Отстань от меня! — крик Честера раздаётся на всю комнату, я пытаюсь ему помочь перебинтовать руку. А он, мой глупый слепой котёнок, не даётся. — Чезя, рану надо перебинтовать! — Нет! Отстань! — Да. Надо перебинтовать. Я перебинтую, и организую тебе очки. Поэтому терпи, глупый. — Ай, больно. — пропищал Чез, когда я перематывал ему руку. — Терпи. — Всё уже? — Да всё. — Наконец-то. — выдохнул Честер, и откинулся на подушку. — А, на. Я сам сварганил эти очки. Не знаю насколько качественно. Я протянул очки Чезу, он надел их, и ухватил с подоконника зеркало. — Майк, из чего они? Тяжеловаты. Ну в пределах, нормально. — Чести, они золотые. — опускаю взгляд в пол. — Зачем? — всё, что может выдавить Честер. — Просто, я хотел сделать тебе приятное, но пришлось по раньше. — И сколько ты потратил денег? — Лучше тебе не знать. Кстати, я там камушек не доклеил. Дашь мне их потом. — Какой камушек. — Забей. — Дорогой камушек? — Всё, закрыли тему. — Майк, ты тратишь дохрена бабла на золото и дорогущие камни для меня? Кто я такой вообще? Ты пашешь, как конь! Придурок. — Я хотел как лучше. — Спасибо, Майки. — Угу, обращайся. — отворачиваюсь. — Майк, ты чего? — Я обиделся. — Прости, — Честер наваливается на меня, и целует в щеку. — Да не обижаюсь я, вижу как тебе нравится. — Я тебя люблю. — И я тебя, котик. Пошли гулять? — Ты же не любишь это дело, — Чез как-то криво посмотрел на меня. — Собирайся давай, и решай куда пойдём.

***

— Майк, Майк, я хочу шарик, — Чезюша как маленький прыгает рядом со мной. — Чез, тебе шестнадцать. Какой шарик? — Вон тот, с средним пальцем. — Совсем чокнулся? — Ну Майки, ну пожалуйста. — Хорошо, пошли. Только ты его купишь сам. Мне стыдно. Вот тебе деньги. Иди. Пять минут, и Чез тут. — Воть, красота какая. — Чез, уймись. Мне стыдно. — Красота какая! — Ага. — Красотища. Боже… — Красотитущая красотищища! Тебе что, не нравится? — Ой, пупсик, отстань. — Ты моя любовь, Майки. Хоть и вредный. — Чез приподнимается, и целует меня в уголок губ. Не дотягивается выше, коротышка. — Я ещё вредный. — Зато любимый. — Угу. Хочешь мороженку? — Хочу.

***

      Наконец, мы пришли домой. Поздний вечер, холодно стало как-то. Я безумно устал. А Чести ещё полон энергии, поэтому он моет полы в ванной и поёт. Нет, это не я его заставил, он сам захотел.       Я увалился на кровать, и начал играть в какую-то дурацкую игру на телефоне. Спустя полчаса, Честер, с ведром на голове, и верхом на швабре запирается в комнату, и здоровается со мной. — Ты сдурел? — начинаю я, когда осознаю, что мокрая тряпка… Она в ведре… В ведре, на голове Честера. — а теперь марш в ванную, и мыть голову. Быстро! — Там тряпочка, да? — паникованным голосом спросил Честер. — Да, Чез, там «ТРЯПОЧКА»! — Пойду помоюсь, что ли. — Не утони. Уборщик. — Не дождёшься.       Десять минут, и снова антипокой. — Я пришёл. — Чез, я устал. Поэтому, давай спать. — Ага. — Честер укладывается на кровать рядом со мной, я накрываю его одеялом, и мы оба засыпаем за очень короткое время. — Майк, мне холодно. — Будит меня посреди ночи. — Чез, ты под одеялом, а я почти на полу. — Мне от этого не теплее. Обними меня. — Ты моя хрупкая, маленькая, фарфоровая куколка. Я тебя люблю. — Почему это я куколка? — Ты маленький, как игрушечный. — Это обидно, но приятно. — Спи, мой сладкий. — Сплю. Слава богу, этот странный день закончился.