I'm holding on

POV М а й к       Вечер. Я выхожу из ванной, Чез там уже отсидел свои полтора часа, поэтому, я больше не буду ждать его в мучениях. Да, он метнулся туда сразу после того, как мы зашли домой. А сейчас Чез вроде собирался холодильник искать.       Я захожу в комнату, Чести лежит на кровати, перед ноутбуком. — Привет, зайчик, что делаешь? — начинаю я, когда захожу в комнату и вешаю полотенце на крючок. — Холодос ищу. Давай со мной? — Угу, — подхожу к Чезу, скидываю с ног резиновые типа-кеды, укладываюсь на кровать. — Ну смотри, — начал Чез, я подмял под себя мягкую небольшую подушечку, и внимательно посмотрел на экран, — вот эти четыре варианта я нарыл, как бы как подходящие по цене. — Угу, — кивнул я. — Вот этот мне понравился больше всего. Он просто, обычный холодильник. Этот яркий, но он вроде что-то там недостаточно холодный, я отзывы читал, но не суть. Вот этот без морозилки, тоже так себе, мороженку мы хранить не сможем. А этот… Холодильник с подогревом. — А нахрена нам холодильник с подогревом? — я бараньими глазами посмотрел на Честера. — Я тоже не понимаю. — Ладно… мне лично больше всего первый нравится. — И мне. — Ну, тогда го заберём его. — Мне лень заполнять анкету сейчас. Давай лучше завтра утром? — Конечно, как скажешь, Чести. А теперь, давай спать, — я закрыл ноутбук и убрал его на подоконник. Увалился на подушку, Чести сразу будто прилип ко мне, я накрыл одеялом Чезю, и приобнял его. — Майк. — М? — Ты меня любишь? — Что за дурацкие вопросы, Чезя? Люблю конечно. Очень сильно люблю. Больше всего на свете. — Нет, Майки, больше всего на свете меня любить не надо. — Хм, а чего ты спрашиваешь? — Просто мне кажется, Что ты меня разлюбишь. — Солнышко, тебя невозможно разлюбить. Даже не думай об этом. Всё, малыш, спи, а то завтра вставать рано. — Угу, — Чез крепче меня обнял, поцеловал в щёку, и снова улёгся, закрыл глазки, и за считанные минуты уснул. Я ещё долго пялился на это прекрасное, такое нежное создание, а потом уснул и сам.

***

      Всю ночь я спал бесспокойно, почему-то постоянно просыпался, ворочился. Я даже разбудил Честера несколько раз. А сейчас проснулся раньше, и поднялся с кровати так, чтобы не зацепить Честера. Прикрыл его одеялом, и пошёл в ванную, чтобы умыться. Как-то я себя неважно чувствую.       Открываю дверь в ванную, захожу. Включаю воду, и несколько минут молча пялюсь на себя в зеркало. Что-то бледный, что ли? Или зелёный, боже… И эти синяки под глазами, «идеально». Умывшись три раза холодной водой я закрыл кран и вышел из ванной. Что со мной? Возможно, это переутомление от школы, подработок и рисунков. Надо немного передохнуть, а то буду в шестнадцать выглядеть на пятьдесят.       Захожу в комнату, и тихо закрываю дверь. Наверное, сейчас нужно разбудить Честера, времени у нас не так много. Я тихо подхожу к кровати, где сейчас спит Честер, и сажусь рядом на корточки. Глажу моего любимого по волосам и щёчкам, бужу его. Поцелуй в висок, в щёки, в губы. Чез наконец-то открывает глаза. — Доброе утро Майкуша, — он искренне улыбается, и берёт мою руку в свою. — Доброе, — снова целую Честера в щёчку. — Майк, ты какой-то бледный. Всё хорошо? — Да, я просто устал, наверное. — От чего? Ты только проснулся. — Я в общем. Это просто уже накопилось. Ладно, Чез, это не важно. Пошли собираться. — Угу.

***

      Прозвенел звонок. Урок начался, учителя в классе нет. Стоит невыносимый шум, что давит на мою и без того сильную головную боль. Таблетку я уже выпил, должна подействовать. Честер, как всегда, со своими придурковатыми друзьями. А я сижу на своём месте, и жду, когда придёт учитель, и весь этот дурдом закончится. Наконец этому мучению пришёл конец. В класс зашла учитель географии. — Здравствуйте, садитесь, — начала она. Все сели. Честер, конечно же уселся рядом со мной. — записываем число, и тему. — тишина в классе наступила сразу, учитель продолжила говорить, — Шак, раздай контурные карты. — Да твою мать, только уселся, — выпалил Райан, и встал со своего места, учитель посмотрела на него и решила промолчать. Тем временем Райан нехотя раздавал карты. — Так, тетради… Митчелл, раздай, — проговорила учительница. — Я вам что, раб? — возразил Том. О боже… — Почему я? Я старый, больной человек. — Ты сейчас не только больной будешь. Встань и раздай. — Да иду я, о ваше величество, как вас там. — наглости нет предела. Том поднялся с места и начал раздавать тетради. А потом улёгся на два стула сразу, типа устал. — Итак, у вас есть задание в тетрадях, открыли посмотрели. Задание на уровне пятого класса. Открыли карту в учебнике, ищем объекты, отмечаем их на карте. Всё просто. Первым будет отвечать Митчелл, отдыхать тебе некогда. Всё, работаем. — А я не могу. У меня нет сил, — ответил Том, и увалился теперь на парту. — Тогда я разрешаю тебе пойти поесть, и вернуться полным сил. — А у меня нет сил идти. — Митчелл! Мне тебя донести что ли? — Неа, я тут поем, — выдавил Том, вытаскивая из кармана плаща бургер, — вы же не против? — уже поглащая, произнёс Том. Ору с этого идиота. — О, дай мне! — выкрикнул Амир, который сидел на первой парте, и с самого конца класса в его сторону полетел бургер. — Спасибо, брат. Это тебе, — теперь в конец класса летит сникерс. — ВЫ СОВСЕМ ОДУРЕЛИ ЧТО ЛИ? — прокричала учитель, — один нормальный ученик в классе, все остальные глупцы и неучи! Молодец, Честер, — это всё просто потому что Чез один из всего класса писал. — Он не молодец, вам кажется. Он на самом деле шлюшка, — вмешался Райан, а Честер облизнул губы и два раза поднял брови. — Заткнулись все! Это моя шлюшка! — в конце концов сказал я, и улыбнулся. — Встали все пятеро, и в кабинет директора. — Не-не-не! Простите, пожалуйста мы так больше не будем. Простите, — проговорил Том. — Значит затихли все, и пишите!

***

— Чез. — М? — Там дождь начался, на улицу я тебя не пущу! — Ну Майк. — Не ну Майк, заболеешь ещё. — Ну пожалуйста. — Чез, я тебе не приказываю, но прошу по человечески. — Ладно, хорошо. — Ты не злишься? — Нет. — Иди ко мне, — Чез устроился у меня на коленях, не взирая на то, что мы сидели в холле. — Майки. — М? — Я красивый? — Да, солнышко, ты очень красивый. — Неправда. Зачем ты врёшь мне? Мне много кто говорил, что я страшный. И рост у меня маленький. — Дурачок. Ну разве тебе чьё-то мнение дороже моего? — Нет, но, только ты и ещё пара человек видят меня красивым. — Малыш, все твои качества тебя только украшают. Ты самый лучший. — Ну и завидуй. За то, что у меня есть ох*ительный, божественный хрен по имени Майк. А у тебя нет. — Я те щас дам за маты. — Нет. Ты меня любишь, — Чез навалился на меня, и обнял. — Люблю, сладенький. Но не матерись. — Хорошо. Майкуша, а какое моё самое плохое качество? — Любимый, ты идеален. Но понимаешь, в некоторое время ты, ты ведёшь себя как избалованный ребёнок. Ну правда. Да, мне нравится твой характер. Ты милый. Но… Ты немного перегибаешь. Мы так часто соримся… Ты переменчив. Даже Том говорил, что мы или срёмся или лижемся. И знаешь, он прав. Давай станем нежнее друг к другу, и станем меньше ругаться? — Угу, — Чести слез с меня, и уселся рядом, обнимая мою руку, уложил голову на моё плечо. — Хочешь вафельки? — Хочу. — Иди принеси. — Эй, ты сам говорил, что нужно быть добрее. — Ну ладно. Пошли. — Подожди. — М? — Я тебя люблю. — И я тебя, солнышко.