I'm holding on

POV М а й к       К концу дня мы оба приползли уставшими. Честер сразу же свалился спать, а я, я просто никак не мог уснуть. Уже прошёл час, с того, как уснул Честер. А я сижу на краю мата, на котором мы спим, и просто не могу уснуть. Это. То, что мне рассказал Чез. Мне давно не было так страшно. Нет, я не бессилен в этой ситуации, но и на многое я не способен. А главное, это может произойти в любой момент. Да, Честер говорил мне не переживать, но я не могу.       Не в силах больше сидеть так, я поднялся и побрёл к озеру, от которого мы были не так далеко. Я старался идти медленно, чтобы никого не разбудить. Так как по песку с камнями особо тихо не пройдёшь. Все эти попытки тихих шагов превратились в настоящее мучение для меня. Идёшь себе, как раненный, и ждёшь, пока эта пытка закончится. Ветер периодически срывал с меня кепку, которую пришлось ловить несколько раз. Но в конце концов я просто забил, и она «улетела» в неизвестном направлении. Сейчас я чувствую себя подавленно. Это даже, наверное, не из-за того, что уезжает Честер, а из-за моего отношения к нему. Всё это время я просто забивал на то, что он чувствует. И пусть нет стопроцентной гарантии, что Чез уедет с родителями за границу, я всё равно буду корить себя за такое отношение ещё долго.       Я еле дотопал до нужного мне места, уселся на песок, и опустил голову на руки, которые предварительно сложил на коленях. Полчаса молчания и тишины прервал голос Тома: — Привет, Майк, — начал он, усаживаясь рядом со мной. — Привет, — ответил я, на тяжёлом вздохе. — Чего кислый такой? — Честера родаки забрать собираются. — Смешно. Майк, ты реально думаешь, что он уедет куда-то без тебя? Да этот мелкий за тебя и душу продаст. Не парься. — Вот именно. Я веду себя с ним, как последняя самая настоящая тварь. Он как-то сказал мне, что не достоин меня. А теперь я понял, что это я не достоин Честера. Боже, какая же я тварь, — я снова опускаю голову на руки, и замолкаю. — Майк, ты не тварь. Даже не думай так говорить о себе. Ты посмотри на меня. Кем я был раньше? Чез от тебя никуда не денется. Не переживай, — Том подсел поближе ко мне, определил одну руку на моё плечо. Пугающая близость, я так не могу. Я знаю, что будет, и… Нет. — Прости, Том. Я конечно тварь, но не настолько, — убираю руку Митчелла со своего плеча, — У тебя есть Райан, у меня Честер. И… Я верный. Я никогда не изменю Чезу. Никогда. — Сори, — кратко выговорил Том, и ушёл. Наверное, и мне пора спать.       Я поднялся с песка, подошёл ближе к озеру, умылся холодной водой несколько раз, и развернулся. Мои шаги были размеренными и спокойными. Я доплёлся до нужного места, снял кеды, и лёг рядом с Честером. Не желая его будить, я аккуратно обнял со спины, и поцеловал в затылок. Укладываюсь поудобнее, и за считанные минуты засыпаю.       Этой ночью мне снился странный сон. Я бы даже назвал это кошмаром. Мало того, что всё это так страшно, это ещё было непонятно и рвано, я бы так сказал. Не было полного сна, какого-то как сценария, это были рывки. Сначала школа, потом испуганный Честер, чрезмерно длительные объятия, а потом его кто-то насильно затаскивает в машину. Он вырывается, кричит, просит оставить его, плачет. Но, тот кто утаскивал его, видимо наплевал на всё это, и продолжал. А потом, потом я просыпаюсь.       Я просыпаюсь лёжа головой на коленях Честера, он придерживает мою голову одной рукой, а второй гладит по волосам. Остатки страха из-за приснившегося кошмара мучают меня, но я сдерживаю, полученные минуту назад эмоции, и слабо улыбаюсь. — Доброе утро, Майки, — проговаривает Честер, и лучезарно улыбается мне. Я беру его руку, целую пальчики, прикладываю её к своей щеке. — Доброе утро, Чез. И долго ты не спишь? — Я проснулся от твоих странных движений. Наверное, тебе снилось что-то страшное. Ты ворочился, и что-то говорил. Майк, что ты видел во сне? — Я… Я не помню. — Ну ладно, лучше не помни. Мы уезжаем сегодня. Ты рад, так ведь? — Нет, Чести, — поудобнее устраиваюсь в объятиях Чеза, — мне тут очень даже понравилось. Но за то, у нас сегодня не будет уроков. — Точно! — вскрикнул Честер от радости. — Господи, Че-ез, зачем ты так орёшь? — я аж вздрогнул. — Я счастлив, — снова дрожь, но на этот раз не от неожиданности, а от произнесённых Честером слов. Такая простая фраза, а меня до костей пробирает. — Да, Чести, ты счастлив, — выдыхаю я. Счастлив, но будет ли это так долго? — Ладно-о, бочка, давай вставать, — протянул Честер. — Давай, сколько у нас там времени до отъезда? — Полчаса, — ответил Честер, посмотрев время на моих же наручных часах. — Ты серьёзно? — Да, а почему нет? — Потому что, Честер, нам нужно собираться. — Ладно, ладно, чего ты злой такой сразу? — проговорил Чез, в ответ на что я поднялся, уселся с ним на одном уровне, и поцеловал в губки, моментально отстраняясь, чтобы обнять.

Прошло три часа.       Наконец-то придя домой, я сразу же ввалился в ванную, даже не доходя до комнаты. Да, прямо вместе с сумкой, в уличной одежде. Знаете, после того, как два дня не моешься вообще — принять душ — что-то райское. Моментально вскочив под душ, ближайшие двадцать минут я провёл под тёплыми струями воды, иногда лениво вспенивая шампунь в волосах. Ну и, как всегда, открывается дверь, по ванной начинает шляться Чез. Я высовываю голову из-за шторки: — Честер, что ты тут забыл?! — Я макияж смывать пришёл. Я мешать не буду. — Ладно, — немного со злостью выпалил я, продолжая мыть волосы. Минута. И снова грохот! — Да Честер, бл**ь! — отдёргиваю шторку, забыв, ну вы поняли о чём. — Да что, Честер? — выговаривает Чез, поворачиваясь ко мне лицом, — ух ты, — мило улыбнувшись, добавляет он. — Твою мать, — задёргиваю шторку, — Подай полотенце и мой пакет на молнии в сумке, белый такой. — На, — стоя вне поля моего зрения протянул нужные мне вещи Чез. Я быстро залез в одежду и выперся из душа. Сразу же покинув ванную комнату.       Зайдя в комнату, я увалился на кровать и подложил руки под голову. Наконец-то нормальная удобная кровать. Честер остался в ванной, минут двадцать покоя мне обеспечены. Откопав в кармане телефон и наушники, я включил рандомный плейлист, и закрыл глаза, улыбнувшись. Такое спокойствие, естественно, нарушил Честер, напрыгнув на меня, обнял, и заулыбался. Я же, выдернул наушники из ушей, отложил телефон, и обнял Чеза. — Майк. — М? — Тебя Амир зачем-то звал. — Боже, наверное опять со своими мыльницами прицепится. Никого нет дома. — Майк. Он сказал срочно. — С*ка, б**ть, ни минуты е**ного, с*ка, покоя. Аааа, — я выкатился из-под Чеза, и поплёлся в коридор. — Чего тебе, животное? — начал я уставшим голосом, глядя на Дерака. — Варежку прикрой, карась. — Давай короче, чего хотел-то? — Флешку и конверт верни. — Аа, уже понадобилось… Пошли, — мы оба зашли в комнату. Я дошагал до стола, и оторвал примотанную под ним одной полоской скотча (вы понимаете в каком смысле) флешку и конверт. — На. Эмм, а что там, если не секрет? — Сам не знаю. Мне сказали посмотреть, что на ней, когда будет прямо как в последний раз. И спрятать её надо до этой поры. Вот я и решил, что уже надо. — А это, может не надо, а? Не, ну, а вдруг, там что-то правда важное. — Вот скажи мне, Шинода, что там может быть важного? — Давай проще. Кто тебе её дал? — Мужик какой-то, я не успел зайти в школу, как он перехватил меня, отдал всё это, и сказал спрятать, никому не показывать. — Ну если хочешь, иди смотри свою шизню. — Ты чё, мне самому страшно. — Лааадно, пошли. — Мы вдвоём уселись за ноут, и я подключил флешку. — Сос! — крик Чеза. Оборачиваюсь, с абсолютно спокойным видом. — И где ты есть? — Я за кровать закатился, — и лежит этот придурок между кроватью и стеной. — Б*я-яя-я-ть! — встаю, отодвигаю кровать, и вытаскиваю Чеза, — как ты? — Нормально. — Не занимайся больше фигнёй, ещё поломаешься. — Хорошо, — улыбнулся Чез. — Смотри мне, — целую Чезюшу в щёчку. — Люблю тебя, бочка. — Ещё раз так меня назовёшь, укушу. — Кусай, я знаю, что ты больно не сделаешь. — С чего ты взял? — С того, что я твоё солнышко. — Любимый мой, — тягуче целую Честера в губы. — Эмм, я не мешаю? — вмешался Амир. — Точно. Сорьки, Чести, я пошёл смотреть СВЕРХВАЖНЫЕ дела Амира. — Иди, — я приковылял к Амиру, уселся рядом. На экране высветилось окно. — Ну что, тут одна папка, выбор не велик, — выдохнул я, кликнув на папку. — Твою мать… — протянул Амир, когда всё это почему-то началось долго грузиться. — О, тут ещё три папки, — улыбнулся я, — тут… Документы, фотографии и видео. С чего начнём? Что по-твоему самое важное? — Документы, — пожав плечами, сказал Амир. — Интересно, почему? — Это серьёзнее звучит. — Ладноо, — я открыл папку, дофига каких-то странных дат и записей, — эм… 1).1-10 ноября (Чарльз и Кенджи). Что это? — прочитав вслух, спросил я. — Не знаю, — растерявшись выдавил Амир. — Ладно. 2).31 декабря (22:34-5:13.) — Что за бред? — Подожди-ка. 1–10 ноября. Это начало второй четверти, когда я только пришёл в школу. То есть, когда мы с Чезом познакомились. — Ага. — А 31, ну это там… Развитие отношений, так сказать. Короче, посмотрим видео и фотографии. Что за пи**ец? — я открыл папку фотографий. — Ещё лучше, — нервно усмехнулся Амир. — Здесь вся наша жизнь в предел до дня, когда ты приехал в школу. — Кому и зачем это нужно? — Понятия не имею. И почему тебе? Окей, посмотрим видео, — открываю папку с видео, ну и открываю его, — Чёрт, здесь всё просто, что было в новогоднюю ночь. — Нифига вам весело было. — Стоп. Перемотай на пару секунд назад. — Угу. — Стоп! Видишь, рука на дверной ручке. Рука-то женская. — Может, кто из учителей. — Нет, это молодая особа. Но… Знаешь, что странно… После этой ночи фотографии учителям слил Том. Длинная история, не важно. А съёмка женская. И в тех кадрах, в папке фотографий, были те, что учителям показал Том. Странно, не так ли. — Ага, и тут это ещё есть. Конверт. — Точно, — открываю конверт, — фу, блин. Это кровь. Хоть в пробирке. Фу. Блин. — Подожди. Разве не в таких пробирках кровь, которую мы в школу сдавали? — Точно, там должно быть подписано. — Ну-ка, дай… Эмм. Ч.Ч. Беннингтон. — Чего? — Сам смотри, если не веришь. — Жесть. Чести, — повернувшись, позвал я, Чез снял наушники, — солнышко, иди сюда, — подходит, — это не твоё всё? — Нет. А откуда? Кровь моя. Но она в школьной лаборатории была. А фотографии впервые вижу. — Тут ещё фотографии и что-то, — добавил Амир, и протянул мне пробирку, раза в два больше той, что с кровью. — И что это? Хлоро… Хлороформ. Эмм, что? — Я знаю что это. Это вроде как наркота, или наркоз, что-то такое, и от большой дозы сдохнуть можно, — проговорил Чез. — Кому всё это надо? — спросил я. — Не знаю. Тот мужик не был похож на маньяка. — Ладно. Фотографии и флешку оставим у нас. Дичь эту, умертвляющую выльем в раковину, а с кровью в лабораторию. — Давай мне кровь и дичь, я пойду, — произнёс Амир, — заодно узнаю, как эта кровь попала к тому мужику. — Хорошо, бери. Но ты там без крайностей, окей? — Ладно, Шинода, не тяни. Я пошёл. Развлекайтесь, — усмехнулся на последнем слове Амир, и вышел из комнаты, — ай, бл*ть. — Ты чё? — Я об дверной косяк лбом долбанулся. — Иди уже. — Я все двери в школе сожгу, и шторки повешу. Аай, — удаляясь, прошипел Дерак. — Придурок, — усмехнулся я. — Я. Всё. Слышу, — снова нарисовывается Амир, и снова влетает в косяк, — да твою ж мать! — Честер начинает ржать как конь, а я подхватываю эту заразу смеха.

***

— Майк. — М? — Что. За. Фигня? — Сам не знаю. Но я, возможно, догадываюсь о том, чьих рук это дело. И знаешь, думаю нам стоит затянуть с этим делом немного. Просто не будем лезть туда пока что. — Хорошо, Майки, как скажешь. — Хочешь чего-нибудь? Может погулять сходим? Я так мало времени стал проводить с тобой. — Да, давай погуляем. А то засиделись уже. — Вот и отлично. Солнышко моё, иди собирайся, у тебя двадцать минут. — Угу, — кратко ответил Честер, и взяв все нужные вещи, смылся из комнаты. Я уселся за стол, и взял в руки стопку фотографий, которые были в конверте. Это были кадры, сделанные исподтишка. Я и Честер. Сидим в столовой, гуляем во дворе, умываемся, спим, идём в магазин. Тут Чез не может отмыть пятно на подоконнике в ванной, хорошо помню эту историю: «Два месяца назад. — Чёрт, как отмыть это грёбанное пятно? Хееелп, — что-то вроде уставших криков, доносящихся из ванной. Я просто сидел в комнате, и слышал всё это через стену. — Чез, что ты творишь? — всё-таки заставив себя дойти до ванной, я подошёл к Чезу. — Тут пятно, не отмывается, — выдохнул с напряжением Честер, протёр рукой лоб, — хуух, ладно, продолжу. — Ммм, Чез, тебя глючит что ли? — В смысле? — Нет здесь пятна никакого. Дурак. — Оно мне уже мерещится. — Пойди отдохни. — Стоп. Майк, ты видел это? — Что, это? Чез, ты меня иногда пугаешь. — Щелчок, это как вспышка. На фотоаппарате. — Малыш, я тебя умоляю пойди отдохни, тебе странные вещи казаться начали. — Нет, Майк, это мне точно не показалось. — Да, да, да…»       Ну вот и правда. Как же всё оказалось легко. Это Анна, 100%, я тогда видел её в коридоре, с фотиком. Думал, что она собирает какой-то архив для школы. Мало ли. А оказалось, что архив вовсе не для школы, и вовсе не о ней. А о нас с Чезом, но зачем всё это непонятно. И честно скажу, знать я этого не очень хочу.       Наконец-то из ванной вышел Чез, весь такой красивый, в новых шмотках. На прошлых выходных он чего-то совсем раскис, я и решил побаловать его новой одеждой. У Честера гардероб — полная противоположность моего. Во-первых, вещей у него не так много, во-вторых, он одевается совсем как ребёнок. Яркие кофточки, ни единой пары джинс. Только пара ярких брюк и комбинезоны. Люблю этого дурачка. — Ты прекрасно выглядишь, Чести, — улыбнулся я уж больно детскому виду Честера. Тёмно-зелёный комбинезон, белая рубашка с синим воротником и манжетами, жёлтый пиджак, с подвёрнутыми рукавами, фиолетовые слипоны на низкой подошве и как ни странно, кошачьи ушки на голове. — А тебе собираться не надо? — спросил Чести, в ответ на что я натянул на белую футболку кожанку, и обул бордовые осенние ботинки. — Всё, — улыбнулся я. — Да уж Майки, разнообразие-это не твоё, — выдохнул Чез, а я поднялся и подошёл в плотную к нему. — А надевать очки задом наперёд тоже модно? — я аккуратно снял с Честера очки, и надел их правильно. — Блин, я не заметил. — Да ладно уже, пойдём. — Пойдём, пончик.       Моментально добравшись до дверей школы, я открыл дверь. Радуясь своей мини-свободе, мы понеслись гулять. — Ну и, куда пойдём? — начал Чез, прыгая вокруг меня. — А вот куда захочешь, туда и пойдём. — Ну… Пошли… К тазикам. — К каким ещё тазикам? — Ну такие эти, там ну ты понял. — Не, не понял. — Короче, идём прямо. — Как скажешь, солнышко. — Не, не хочу так. — Короче, иди ко мне, — подхватываю Чезю на руки. — А мне ходить не положено? — Неа, я теперь всегда буду носить тебя на руках. — Ух ты как. С чего это? — С того, что ты мой. Я не могу жить без тебя, Честер. — И я без тебя, ты мой смысл жизни. — Никогда не исчезай. — Я не смогу без тебя. Ты вся моя жизнь, Майк. — Я люблю тебя. — И я тебя.