Плохое воспитание

      Наруто было совестно, он ещё ни разу в жизни не вёл себя настолько развязно, и то, что Саске сам напрашивался на подобное поведение, его никак не оправдывало. Просто подойти и извиниться было слишком просто, но ничего другого Узумаки придумать не смог. Вечером, после ужина в полной тишине и после того, как он отправил Акио спать, блондин не спеша направился к комнате омеги. Дверной проём еле заметно очерчивала тонкая полоска света, а за дверью слышалось слабое клацанье клавиатуры, Саске ещё не спал. Наруто неуверенно остановился у двери, ещё раз дал себе воображаемый подзатыльник, расправил плечи и легонько постучался. Ответа не последовало, но Узумаки вошёл, прикрыв за собой дверь.       Саске лежал на кровати перед раскрытым ноутбуком и писал кому-то сообщение, Наруто он определённо заметил, но взгляда с монитора ни разу не отвёл. — Я хотел бы ещё раз извиниться, мне правда неудобно, что я… — Повёл себя как озабоченное животное? — альфа насупился. — Ты же сам знаешь, с какой целью я это сделал, это проявление, — Наруто запнулся, — заботы.       Омега пренебрежительно хмыкнул, а затем закрыл ноутбук и лёг на бок, опираясь на локоть. Брюнет долго оглядывал Наруто, словно товар на рынке, гулял взглядом по его ногам, груди и широкому развороту плеч, что-то прикинул в уме, а после холодно бросил: — Если тебе станет легче, то дарую тебе моё прощение. — блондин удивился. — А теперь проваливай из моей зоны комфорта, мне в ней и одному хорошо. — Так просто? — Да. Тебя что-то смущает? — Знаешь, за пять лет на физмате математика меня научила тому, что если всё идёт слишком гладко, то где-то есть подвох. — Я думал, ты по гуманитарным наукам. Ну, в принципе, теперь понятно, откуда твои фетиши, на физмате же омег как белых носорогов в природе, хоть заповедники открывай. — Я не фетишист, и не увиливай от темы. — Если ты сейчас же не свалишь из моей комнаты, я закричу об изнасиловании.       Наруто хотел ответить, но сдержал язык за зубами, которыми звонко клацнул в порыве чувств. Клыки неприятно вонзились в собственную плоть. Альфа покинул комнату и сердито протопал к себе, не думая о том, что может разбудить таким образом ребёнка. Саске его постоянно провоцировал, такую наглую омегу ещё поискать надо, хотелось задушить его всем альфьим естеством, но блондин не мог себе такого позволить, потому приходилось сдерживаться.       Заснуть он, естественно, долго не мог. Узумаки метался по кровати как в горячке, и только к двум часам ночи достаточно успокоился для того, чтоб заснуть. Сны были беспокойные и несвязные, отдыха они не несли, так что утром Наруто был вымотан так, словно всю ночь разгружал фуры с картошкой. Одно хорошо — сил злиться совсем не осталось, однако преисподняя начинается с малых грехов, а затем всё хуже и хуже, сколько ступеней не перепрыгивай.       На кухне альфа почувствовал себя легче, готовка — его стихия, а в своей стихии легче справиться со стрессом. Так он думал, до тех пор, пока куратор его кошмаров не объявился за завтраком. Наруто даже кусок яичницы проглотил неправильно, тот комом встал в горле и мешал дышать. Узумаки действительно никогда не рассматривал Саске с точки зрения сексуальности, да и не посмотрел бы, наверное, если бы ему это не пихнули прямо в лицо. Намеренно или нет, но на брюнете была широкая майка и короткие, до неприличия короткие шорты, настолько, что когда он потянулся к верхней полке холодильника, альфа чётко разглядел изгиб бёдер переходящих в ягодицы. Учиха обычно ходил в джинсах или свободных спортивных штанах, потому внимание Наруто на его ногах никогда не концентрировалось. Сейчас же глаза нарочно цеплялись за них, куда не посмотри. Киба был прав, Саске уже взрослый, он довольно худ сам по себе, но это черта всей семьи Учиха, они все поджарые и элегантные, но у брюнета были по-зрелому округлые бёдра, которые красиво напрягались, когда подросток переступал с ноги на ногу.       Блондин поймал себя на мысли, что слишком долго наблюдает за телом омеги, потому стукнул себя разок в грудь, чтобы комок продвинулся дальше по пищеводу, и уставился глазами в тарелку, не поднимая их ни при каких условиях. — У меня сегодня секция после школы, я оставлю сумку с формой в машине, чтоб забрать её, когда ты за мной приедешь. — Хорошо, я заберу тебя по расписанию. — Отлично.       Похоже, Саске действительно решил не вспоминать о вчерашнем, но это и настораживало, Наруто был уверен, что брюнет просто что-то замышляет. Да, так он думал ещё с самого первого дня, но пока ничего катастрофического со стороны подростка совершенно не было. Разве что провокации, но они были в базовом комплекте отношений с Саске, брюнет, наверное, добивался полной капитуляции врага, ну, или хорошей шлёпки, которой от родителей он не получил.       После того, как Наруто отвёз подопечных в школу, он должен был вернуться домой и подождать горничную, которая пришла сразу же после его приезда, словно почувствовала. Убиралась в доме молодая женщина-бета из Испании, она представилась блондину, но тот её имени не запомнил, уж слишком длинное и непривычное оно для него оказалось. Он обращался к ней на «извините, пожалуйста» и она откликалась.       Блондин расположился на гостином диване, краем глаза наблюдая за горничной, та делала всё быстро, на вопросы почти не отвечала и иногда хихикала, а после того, как закончила, попросила оставить окна открытыми, чтобы дом немного проветрился, при этом она как-то смущённо отвела взгляд. Наруто воспринял это просто как реакцию на него самого, беты тоже довольно чутко чувствовали запахи, не так, конечно, как альфы и омеги, хотя и среди тех попадались те, у кого были с этим проблемы, а альфа пах довольно приятно. По крайней мере ему так говорили его бывшие любовники. Свой запах люди обычно игнорируют, потому что чувствуют его постоянно и просто привыкают, да и оценить его привлекательность для противоположного пола проблематично, приходится верить на слово.       Один из бывших Наруто — Мицуки, причём, один из тех исключений, с кем парень общался до сих пор, говорил, что Наруто пахнет довольно «уютно» — корица с кофейным оттенком, а характерные для альфы резкие нотки в его аромате проявлялись только, когда тот был неспокоен. «Хотя, ты даже когда злишься, пахнешь привлекательно, немного терпко, но сексуально.» — сказал как-то Мицуки после очередной ссоры, они чем-то были с Саске похожи, только бывший выводил Наруто на эмоции лишь для «страстного применения», а вот брюнет для собственных, никому не ведомых целей.       Горничная ушла, вежливо попрощавшись, а Узумаки остался досматривать передачу по телевизору. Ему не было интересно слушать про сифилис, но глаза тем не менее должны были куда-то смотреть, пока парень погружён в раздумья. Узумаки нужно было как-нибудь наладить отношения с подростком, так враждовать весь месяц они не смогут, кто-нибудь рано или поздно выйдет из себя, а это не самое лучшее стечение обстоятельств перед приездом родителей омеги.

* * *

      Когда Наруто подъехал к школе Саске, тот уже ждал у дороги в компании на вид нескольких альф и омег. Брюнет попрощался с друзьями, еле-еле улыбнувшись и помахав им рукой, и быстро направился к машине, а омежки как-то захихикали, пытаясь разглядеть альфу на месте водителя. — Нас сегодня пораньше отпустили. — Учиха ощутимо громко хлопнул дверью и небрежно закинул рюкзак на заднее сидение. — Поехали быстрее.       Альфа поведение подростка никак комментировать не стал, помня о своих грандиозных планах заключить мир. Собственно, сам Саске никак не нарывался, просто всю дорогу до спортивного центра молча смотрел в окно. Потом всё так же молчал, когда после занятий они ехали домой, по пути забрав Акио с подготовительной школы, где бледное нечто повторно напугало блондина своим внезапным появлением из ниоткуда.       Дома ничего продолжило происходить, Наруто заволновался, он пытался завязать с брюнетом разговор, даже первым решился на провокацию перед ужином, когда Учиха заглянул на кухню за стаканчиком воды. — Рыба? — подросток брезгливо нахмурился и сморщил нос. — Да, рыба, ты имеешь что-то против? Кстати, она была уже мёртвая, когда её поймали. — Саске только фыркнул и поспешил удалиться с кухни.       А может, Наруто его вчера напугал? Узумаки же извинился, да и сделал это, потому что беспокоился. Вдруг для омеги это выглядело куда ужаснее, чем представлял себе парень, тем более, он мог просто очень сильно обидеться, а сказать своё «прощаю» лишь для того, чтобы быстрее выпроводить Наруто из комнаты.       Чем дольше Саске молчал, тем больше альфа себя накручивал. Подросток выглядел слишком задумчивым и грустным, а когда он неожиданно появился после ужина на кухне, Наруто от неожиданности чуть не выронил из рук тарелку, которую мыл. Брюнет топтался на месте и видно решался на что-то, а потом всё-таки выпалил на одном дыхании что-то неразборчивое, больше походившее на ругательство с вопросительной интонацией. — Тебе помочь в чём-то? — Нет, — Саске вышел за дверь, а затем через несколько секунд вернулся, — да. Наруто отвернулся к раковине и улыбнулся, ему стало куда легче, когда он понял, что молчание омеги всё это время было обусловлено его нежеланием заручаться помощью Наруто. — Ты, вроде как, сказал, что математик, если ты, конечно, не проспал все лекции. — Я спал очень чутко, — блондин вытер руки и отбросил полотенце на стол, — идём, покажешь, что там.       Это был первый раз, когда брюнет не зыркал на своего временного опекуна с недоверием или пренебрежением. Саске привёл Наруто к себе в комнату, усадил его за рабочий стол, разложил перед ним учебники, а сам куда-то вышел и вернулся с табуреткой, на которую уселся рядом с блондином. — Сложная у вас программа для старшей школы, откуда эти учебники? — Узумаки покрутил книгу в руках, отыскивая описание учебника или хотя бы номер класса. — Я взял углублённое изучение математики. — Не стоило, если ты хочешь пойти в институт по этому профилю, то там всё это придётся повторять, — Наруто замолк, когда заметил резко опустившийся в пол взгляд брюнета, — ты не пойдёшь в институт? — Пойду, конечно, кто меня остановит, — блондин проследил за тем, как Саске нервно перекладывает ненужные учебники в сторону, небрежно открывает тетрадь и фыркает, заметив взгляд альфы.       Родители омеги явно захотят, чтобы их сын закончил институт, Наруто был даже в этом уверен, давить на него они как прежде не смогут, если собираются выдать того замуж… Замуж. — Это из-за брака? — брюнет заметно напрягся, но лицо, тем не менее, оставалось безэмоциональным, только немного приподнялись плечи и выровнялась осанка. — Твои родители не отдадут тебя какому-нибудь деспоту, они тебя любят, раз терпят все твои выходки, без обид, так что не накручивай себя, тебе разрешат учиться… — Насколько велика вероятность, что меня не обрюхатят в первые полгода брака? У меня течки каждые два месяца, а все знакомые родителей консервативные староверы в плане того, что принятие противозачаточных сразу же искалечит моё здоровье. — Саске плотно сомкнул губы, он явно сказал больше, чем хотел, или же вовсе не желал говорить, особенно кому-то вроде альфы. — Есть презервативы, или экстренная контрацепция, во всяком случае, твоему мужу совсем не обязательно знать кое-чего. Ты хоть знаешь, кто это? — А тебе какое дело вообще, я тебя позвал математику решить, а не мои проблемы.       Наруто сделал вид, что читает в учебнике задание. — Значит, не знаешь, или недоволен выбором? — Не знаю, смотрины ещё не проводили, — блондин улыбнулся на слове «смотрины», такое слово давно в обиходе не употреблялось, да и кануло в лету с большинством традиций, связанных с заключением брака. Подростка было немного жаль, потому что по всему ему виду было понятно, что брюнет не готов к замужеству, у него немного другие планы, которые идут вразрез с планами его родителей. — Не смешно, моя семья до сих пор чтит традиции, я же не смеюсь над тем, что ты больше походишь на дворового хулигана, нежели на студента физмата. Кстати, это шрамирование? — Брюнет чуть наклонился к лицу альфы и поближе рассмотрел полосы на щеках. — Ты точно усаратонкачи. — Эй, — Наруто пихнул подростка локтём в бок, — я вообще-то с дерева свалился. — Прямо в тату салон, иначе слишком ровно, я математику решить не могу, а не думать совсем. — Не все полоски я получил там, когда я упал, у меня остались две полоски на левой — верхняя и нижняя, а на правой та, что посередине, ну, у них был разный размер и неприятный вид, я решил подправить. — И теперь ты — кисонька? — Зато омеги перестали шугаться, а то выглядело это так, словно я на ножах в подворотне дрался, а ещё я не всегда умел эмоции сдерживать и альфьи феромоны. — Ты до сих пор не умеешь. — Наруто не стал отвечать и действительно принялся читать задание. Ему понадобилось несколько минут, чтобы вспомнить как всё это решается, немного почёркал в черновике омеги, а затем со словами «я гений» вырвал исписанный лист и отбросил его в сторону. Омеге он старался объяснять всё так, как в своё время объяснял ему любимый профессор математики. Саске всё схватывал на лету, а причиной непонимания оказалась подача преподавателя, который, по словам самого подростка, говорил очень тихо и невнятно в силу своего возраста, а когда вопросы задавали студенты, сам ничего не слышал.       Учиха решал предложенный альфой пример, чтобы подтвердить, что он всё понял, а сам парень тем временем наблюдал за решением, чуть нависнув над черноволосой макушкой. Нос щекотал сладковатый омежий запах, который возле его обладателя становился гуще и, казалось, оседал на языке. Наруто сглотнул, и порочный аромат проник глубже в организм, заставляя все органы внутри тяжелеть и оседать, скапливая напряжение где-то внизу.        Саске привычно писал неторопливо, сохраняя красивый и ровный почерк, словно шрифт на компьютере, он был идеален. Брюнет чуть наклонил голову в сторону, задумавшись, позволяя Наруто рассмотреть тонкую шею с тремя небольшими родинками ближе к плечу. Тёмные пятнышки на светлой бархатной коже выглядели пикантно, а красивые изгибы тела эту пикантность только подчёркивали. Саске наклонился сильнее, уперевшись грудью на стол, майка вслед за телом поддалась вперёд, позволяя голубым глазам взглянуть чуть глубже под широкий ворот, туда, где под тенью скрывалась плоская, но привлекательная омежья грудь. Некоторые омеги предпочитали не стесняться обнажать верхнюю половину своего тела на пляже, но большинство всё же носило закрытый тип купальников, потому что хоть омеги и не могли похвастаться такими формами как женщины — беты, их грудь оставалась интимной частью тела. — Проверь, — Саске протянул Наруто ручку, и тот как идиот уставился на тонкие белые пальцы, обхватывающие пластик. У подростка оказывается были очень утончённые хрупкие кисти рук, которые казались ещё меньше на фоне широких ладоней альфы. И как только отвратительно пошлая мысль о том, каким большим выглядел бы альфий член в таких ладошках, посетила блондинистую голову, парень отвесил сам себе пощёчину и вскочил с места. — Чёрт, у тебя очень жарко в комнате, — он быстро зашагал к окну и отворил его одним резким движением, — я открою его, если будет холодно, смирись. — Ты, конечно, идиот, но это было забавно, всё бы тебе прощал, если бы ты каждый раз сам себе оплеухи отвешивал.        Наруто проигнорировал апатично вздёрнутую бровь и немой вопрос в глазах, вернулся к столу и принялся проверять пример, с радостью обнаружил, что всё решено идеально и муки закончены. — Всё правильно, главное, запомни, почти всё, что будешь решать, нужно прологарифмировать. При логарифмировании произведение превращается в сумму, а карета — в тыкву. Это цитата моего учителя, если вдруг возникнет вопрос об авторском праве. — блондин вернул брюнету тетрадь и поспешил покинуть комнату омеги. — Подожди, тут непонятное тождество. — Оно при любых обстоятельствах непонятное, так что не заморачивайся. — Узумаки выскочил в коридор и поскакал к себе в комнату, чтобы там отвесить себе ещё несколько подзатыльников. Собственные мысли пугали и смущали, их даже не смог вымыть холодный душ, блондин продрог, но напряжение никуда не пропало. Возбуждением это уже не было, просто походило на лихорадку. Озабоченную лихорадку.       Акио лёг спать самостоятельно и уже точно видел третий сон, когда Наруто пришёл его проведать. С Саске он больше вечером не пересекался, а когда лёг спать, то спал беспокойно, и проснулся посреди ночи от ощущения, что кто-то его гладит по животу. Его трогали мягко, ненастойчиво, слегка цепляя пальцами майку и задирая её к груди. В тёмной комнате был виден лишь стройный силуэт, но запах был знакомый, а особенно сладкий надменный шёпот: — Как насчёт ещё немного позаниматься? — Наруто ошалело замычал, а затем подскочил с кровати, и огляделся.       Силуэт пропал, запах тоже, Наруто по-настоящему проснулся. Узумаки не знал какими словами себя ругать, чтобы ужасные мысли не посещали бренную голову. Ему нужен был омега, срочно, не важно какой. Утром он отвезёт детей в школу и поедет снимать напряжение, ситуация выходила из-под контроля, а ведь первая неделя ещё не закончилась.