Каждый должен знать...

3

— Мисс Остин! — окликнул кто-то сзади и Джейн, едва войдя в МАКУСА, обернулась. Ей уверенно махал пожилой мужчина в необычной для этих мест мантии. — Профессор Грубер, сэр, как вы здесь оказались? Мужчина же, опираясь на трость, поспешил к ней. — Тоже самое я хочу спросить у вас, дорогая. Джейн пожала плечами, осматриваясь вокруг, останавливаясь глазами на монументе Салемских Ведьм. Вечное страдание. — Я здесь работаю, сэр. Толстые чёрные брови профессора Грубера медленно взлетели. Он, конечно же, неприятно удивлен. Ни для кого не секрет, с какой долей неуважения он относился к американскому сообществу магов. — Здесь, в МАКУСА? — брезгливо поморщился он. — И как долго? Джейн понимающе кивнула. — Со вчерашнего дня. Профессор хохотнул. — А я уж было подумал, что после Хогвартса вы сплели свою жизнь с магглами, — в глазах Грубера мелькнул азарт. Джейн заметила вдалеке рыжеволосую голову Картера и невольно пригнулась. — Так и есть. — кивнула она. — Попыталась. Грубер сочувствующе похлопал её по плечу. — И что же такое вам помешало? — спросил он, поверх очков глядя на постепенно мрачневшую, бывшую ученицу. Джейн невесело усмехнулась: — О, это были авроры из департамента магического правопорядка. Мужчина запрокинул голову и ещё несколько раз, не сдержавшись, хохотнул. — Так это было здесь в Америке? — он поправил темно-зеленую мантию, проверяя ее на наличие невидимых пылинок. — Бедная девочка. Джейн согласно покачала головой. — Так зачем вы здесь, если это не тайна? — спросила она. — Неужто и вам по нраву такие порядки? Профессор отмахнулся. — Ох, что вы, Джейн! Я здесь по приказу заместителя министра магической Великобритании, конечно же. — Дело важное? — Не требующее отлагательств. — Могу я вам чём-нибудь помочь? Профессор Грубер кивнул, сверяя время на своих часах и часах в атриуме. — Да, да… Дракловы тапки, никогда не пойму на кой им тут эта разноцветная гирлянда. — он взглянул на застывшую в ожидании Остин. Джейн понимающе обернулась к Измерителю Угроз, висящему над лестничной клеткой, больше похожему на вокзальный циферблат часов. Сейчас стрелка указывала на границу между зеленым «абсолютно ничего не угрожает» и оранжевым «что-то всё-таки не так». — Не подскажете ли старому дураку, где в этом чуде архитектуры, найти кабинет мистера Грейвза? Джейн поперхнулась. Неужели здесь все только и помешаны, что на мистере большой-и-злой-мракоборец, которого опасался даже Картер, со своим нисколько не примечательным ростом гигантского орангутанга. — К счастью, профессор Грубер, не имею чести знать, где его кабинет. — она натянуто улыбнулась. — Но я работаю как раз в отделе мракоборцев, так что любой из присутствующих там, наверняка поможет вам. Они вошли в лифт. Девушка поздоровалась с Рыжим. — И как вам здесь, Джейн? — спросил профессор, протирая очки. — Иногда странно до разноцветных пятен в глазах. — просто ответила она. Мужчина ухмыльнулся, задумчиво покручивая на мизинце огромный малахитовый перстень. Какой-то он нервный. — подумала Джейн и тут же мысленно хмыкнула. — Поди все такие перед приемом у Грейвса. — Да, наши американские коллеги выбрали весьма странный путь. — О чем вы? — спросила Джейн, хотя вполне понимая, о чем идёт речь. — Статут о секретности, конечно же! Очень странная вещичка. — мужчина почесал чёрную бородку и наклонился поближе к Джейн, явно опасаясь Рыжего. — К счастью, рано или поздно, они поймут, каково вариться в своём же супе. Джейн оказалась не совсем понятна такая метафора. Профессор заметил смятение на лице бывшей ученицы и тихо прошептал: — Разве вы не понимаете? Волшебников и так меньше, чем магглов. — он блеснул светлыми глазами. — В случае чего, мы все под ударом… Что плохого в том, чтобы смешивать их кровь и нашу? В результате получаются отличные экземпляры. Взять, к примеру, меня. Девушка усмехнулась. И правда, что в этом плохого? Она не понимала, что плохого в том, чтобы создавать подобные семьи. Конечно, её знания магической политики оставляли желать лучшего, но как женщина, она вполне могла представить, что однажды встретит какого-нибудь не-мага и они полюбят друг друга. Да и что будет плохого в том, что её близкий и родной человек, будет знать подобную тайну. Они ведь любят друг друга, так? Конечно, такой огромный секрет, как владение магии нельзя скрывать от мужа. — так считала Джейн. — Да и в конце концов — все тайное становится явным. Конечно, она знала, что были такие случаи, когда люди отворачивались от своих родственников, друзей, только узнав об их способностях. Негативно реагировали на все проявления магии и появляющиеся странности. Одни считали это порчей и проклятием, другие неправильным, предсказывающим зло. Такими были и Вторые Салемцы. Джинни рассказывала, что из-за них в МАКУСА часто бывают ужасные переполохи. Они нередко не дают бедной группе быстрого реагирования спать. Совместная поездка на лифте была недолгой, так как Джейн надеялась, что профессору поможет кто-нибудь из мракоборцев, она спокойно выдохнула. Как только створки лифта открылись, девушка, которую Грубер, как истинный джентельмен, пропустил вперёд, чуть не налетела на неизвестного мужчину. Тот попридержал её за локоть. Первое, что бросилось в глаза Джейн — это скорпионы. Пара насекомых, по виду наверняка сделанные из дорогого металла, своими маленькими лапками держали шелковый чёрный галстук по обе стороны. — Извините. — машинально пролепетала она, поднимая глаза на мужчину. Глаза цвета оникса глубоко впились в неё и Остин довольно явно почувствовала себя неудобно, отводя взгляд вниз. Белоснежная рубашка выглядывала из-под чёрного жилета, затем пиджак из плотной ткани, в тонкую переливающуюся строчку. Удалось и зацепиться взглядом на ярко-красные нити очёркивающие лацканы пиджака. Она уже было подумала, что он дипломат или чиновник, работой занесенный на этаж авроров, если бы её глаза не опустились на довольно-таки грубые шнурованные ботинки и, если бы профессор Грубер вдруг не выдал: — О, Мистер Грейвс, я искал вас! — воскликнул он, деловито протягивая руку аврору. Мерлина мать! Джейн, переминаясь с ноги на ногу, попыталась было отойти подальше, а лучше бы вообще сбежать, неожиданно была пригвождена к полу взглядом, полным нескрываемой заинтересованности. Она снова опустила глаза и попыталась послать мысленный импульс Груберу с просьбой поскорее уйти, но кажется, что аврор уже потерял нить внимания к ней, да и вообще к чему-либо другому. И хотя взгляд Грейвса был направлен на лепечущего что-то об Англии и беспорядках в ней, профессора, Джейн буквально сжималась словно губка от присутствия мужчины. Он стоял прямо, засунув руки в карманы брюк, с лицом, выражавшим абсолютное ничего. Словно считывая информацию с лица профессора, фильтруя ненужные вступления и лишние разглагольствования. Вынимая самую суть разговора. Джейн украдкой взглянула на лицо мужчины. Ему должно быть не больше сорока. Стрижка, довольно редко встречающаяся у мужчин в Нью-Йорке, тёмные густые волосы, зачёсанные назад, по бокам переливающиеся серебром — эта работа наверняка добавила ему седины. Джейн стояла перпендикулярно мужчинам, имея возможность оценить всю несомненную холодную привлекательность главы отдела магического правопорядка. Разумеется, Персиваль Грейвс был привлекательным мужчиной. Но с таким выражением лица как у него сейчас, Джейн скорее проглотила бы таракана, чем добровольно заговорила бы с ним. И когда, под серьёзным предлогом спешки на работу, Остин решила удалиться, взгляд Грейвса снова пригвоздил её к полу, тяжёлый, будто камень, он заставил её стоять и глупо хлопать глазами. — Мисс Остин, спасибо за помощь! — вдруг воскликнул Грубер. Какова находка! — тёмные глаза Грейвса заметно вспыхнули и Джейн несколько раз прокляла Картера. Неужто он всё-таки пошёл жаловаться начальнику? Грейвс уставился на женщину в немом вопросе, глазами очерчивая приятное лицо. Сейчас же его больше заинтересовало то, что он услышал в лифте, чем все дела связанные с порядком на Туманном Альбионе. Джейн же не знала куда себя девать. Она чувствовала себя ужасно глупо, чувствуя как жар заливает щеки. Стоять, будто провинившаяся школьница, ожидая, пока учителя отпустят её восвояси. — Мистер Грейвс. — аккуратно позвал Грубер, видя отстранённость мужчины. — Мы могли бы поговорить у вас в кабинете? Мракоборец словно очнулся от далеких мыслей: — Да, конечно, мистер Грубер. Мой кабинет на этом же этаже, справа по коридору. — ответил он. — Прошу. — он протянул руку по направлению к своей обители. — Я вас догоню, мою дверь вы не пропустите, уверяю. Грубер было удивился такой нетактичности со стороны большого в МАКУСА человека, но не сказал ни слова. Он кивнул Джейн и, опираясь на трость, покинул общество молодых людей. Джейн, нервно пригладила тщательно зачёсанные волосы и ощупала кофту на предмет наличия складочек. — Мисс Остин. Она вздрогнула. Голос у него, конечно, мягкий, глубокий, но сейчас звучал с каким-то невероятно-огромных размеров недовольством. — Сэр. — Джейн кивнула. — Я могу приступить к работе? Если он сейчас же не отпустит ее работать, то всем стоит начать беспокоиться о психическом здоровье новоприбывшей разносчицы, так как у Остин уже кипели мозги от напряжения, что сквозило между ними двумя. Грейвсу совершенно нечего было ей сказать. Даже подумать о совершенной глупости всей этой ситуации — это признать себя самого абсолютно не подготовленным к диалогу, заставшему врасплох такого пожившего аврора, как он. Он признавал, что юная мисс Остин, весьма точно выразилась о правилах и законах, установленных в стенах Вулворт-Билдингс, да и вообще во всем американском сообществе магов. Почитание и уважение законов — есть устойчивая опора всей системы, так хлипко построенной магами, защищающихся от внешних угроз. Он мог признать полную неправоту Картера во всех его высказываниях начиная от безвозмездных услуг, заканчивая нарушением порядка, установленного в почте ещё до святейшего Билли. Картер как нарушал правила, так и подставлял своих коллег, в будущем заставляя их ждать, когда почта заново верно рассортируется, если бы мисс Остин согласилась… Но, выразив своё недовольство, женщина отказалась, приплетая недоумевающего Грейвса. «Мистер Грейвс не может подождать?» Мистер Грейвс может подождать, весьма трезво рассуждая, что от авроров не зависит скорость разноски сводок и почты, а быстрорастворимое кофе едва ли прибавит бодрости. Так что Картер просчитался, а Грейвс… Признать, что подслушивал, хоть и невольно, было неудобно, можно сказать, что даже позорно. Поэтому, чуть помедлив, мистер Грейвс заглянул в темно-зеленые глаза мисс Остин и сказал, словно в никуда: — Можете приступить.