Sweet Gwendoline

– Вот ты мне скажи, Инженер, как мне поступить? – рот Хирурга, по-моему, не закрывался от рождения. - Приходит ко мне тут давеча старуха. Морщинистая такая вся, горбатая. Зубов меньше, чем конечностей. И воняет такой старушатиной, махровой, концентрированной, я после всех событий кабинет неделю проветривал. Смотрит на меня своими тусклыми, хитрыми глазками и знаешь, что спрашивает? Ты не поверишь! – Отнюдь, – оперевшись о гоблина, я медленно ковылял рядом с Хирургом, вынужденно слушая его бесконечную болтовню. – Слышала, говорит, ты, внучок, специалист по всяким хирургическим штучкам. Не, ты представляешь, хирургическим, блять, штучкам! Я, доктор медицинских наук, профессор института экспериментальной медицины, у нее превращаюсь в специалиста по всяким, сука, хирургическим штучкам! – То есть внучок тебя не зацепило? – улыбнулся я. – Иди в задницу. Так вот. Я, говорит, хочу фигурку свою подправить. И лучше, чтобы ты мне ее сделал такой, какая она у меня в девичестве была. И мечтательно закатывает глазки, видать, девичество свое короткое вспоминала. – Или представила, как тебя оседлала, – заржал под левой рукой Забас. – Я ей и отвечаю, – не отреагировав на Забаса, продолжал Хирург. – Тебе, бабуля, денег не хватит на такую операцию. И что ты думаешь? Она даже бровью не повела. Щелкнула пальцем, и ко мне в кабинет заваливается громила с кожаным мешком. Этим сраным мешком он сносит мое оборудование со стола, а я там эксперимент, между прочим, важный проводил, и не успеваю я открыть рот, чтобы послать их обоих в жопу, как он этот мешок открывает. – Удивительно шустрый малый. Успел открыть мешок раньше твоего рта, – теперь уже я воткнул свою шпильку. Но Хирург настолько ушел в повествование, что на внешние раздражители не реагировал. – А он под завязку набит золотыми монетами. И монетки новенькие, чеканка идеальная. А старуха и продолжает ехидным голоском "Я цены знаю. За хорошую работу - хорошо заплачу. Ну что, возьмешься, Хирург?". Ну я тут оторопел малость от такого количества денег, да сдуру и кивнул головой. – Ну и чем тебе помочь? Не знаешь, куда деньги потратить? Или уже потратил, а из старухи ничего путного не слепил? – Да вот хер там. Громила мешок закрывает и уходит с ним, а старуха продолжает: "Как только работу свою сделаешь, я и рассчитаюсь". А я настолько оторопел, что даже аванс не запросил у нее, поверил на слово. – Профессор Лопух, аххаахах, - снова заржал подо мной гоблин. – Лопух. Привел я ее в хирургический. Расстарался, скажу я вам, по полной. Три дня ее кромсал. Не знаю, какой она в девичестве была, но из под моей руки вышел шедевр. Подходит она к зеркалу, вижу, довольна. Вертится, крутится, изгибается перед ним. Ну, у меня кровь и отхлынула от мозга. Описывать не буду ее, а то опять встанет. – Жаль, это была бы единственная интересная деталь твоего рассказа. – Все бы тебе стебаться. И она, главное, видит, что у меня уже слюна до пола, и еще больше продолжает извиваться перед зеркалом. И вот замерла, посмотрела на меня хитро через отражение и спрашивает: "Хочешь меня, Хирург?". – Предполагаю, выбор ответа был однозначный, - улыбнулся я. – И голос такой томный, волнующий. Моя Аннет расстаралась. – Это еще кто? – Сколопендра. Она у меня по тональностям голоса работает. – Ааа. Террариум твой стремный. – Да. Не сбивай. Подходит ко мне, я бы даже сказал, подплывает, покачивая бедрами. Кладет свою руку мне на пах, я тогда был уверен, что сейчас джинсы порвутся, и смотрит на меня изумрудными глазками молодой, наивной девушки. Ивонн постаралась, это моя ... – Даже не хочу знать, кто это! Продолжай. – Хорошо. Смотрит на меня такими наивными, большими глазами и спрашивает кротким, нежным голосом: "Трахнешь меня на этом полу?". Я в этот момент чуть, собственно, и не кончил в штаны. Дальше я в детали вдаваться не буду, думаю, вам это не интересно... – Блядь! Я, может, только этой части и ждал. – Я тебе ее фотографию пришлю, сможешь с ее помощью, подключив руку, свою собственную часть создать. – Я подумаю. – Ну а пока ты думаешь, я продолжу. В общем, оттрахала она меня знатно, у меня, признаться, даже ноги отнялись. В итоге так на полу и вырубился. А когда очнулся - бамс! - и никого. Только записочка рядом: "Я скоро вернусь, котик". – Сказочный ты долбоеб. – Ну, я на ноги вскочил, думаю, может, деньги на столе оставили. И что ты думаешь, я там узрел? – Ебущихся гномиков?! - заржал Забас. – Точно к тебе Матильду ночью пришлю. Так вот. На столе в целости стоят все мои мензурки, которые этот громила три дня назад мешком по полу разнес. Получается, что? Получается, морок старуха навела. Значит, она кто? Ведьма с Топей, сука старая. Думаю, в чем прикол? Они, вроде, и сами умеют себя превращать в красоток. – Тот же морок, осел ты в профессорской мантии. – Вот ведь. И зачем ей это? – Да черт их знает, что у них на уме. Какие-то свои интриги. – Наверное. Так я все это к чему. Писать на нее бумагу в Комитет или подождать, может, вернется? – Хирург мечтательно улыбнулся. – Такого секса у меня еще никогда не было. – Впереди свет, выходим, Инженер, - проинформировал гоблин. – Прекрасно. Послушали про интриги ведьмы, пора продолжать свои. – Ты о чем? – Хирург повернул ко мне голову. – Идем в машинный зал, клиентка Екатерина либо там, либо скоро будет. – Мне нравится ход твоей мысли, - расплылся в улыбке Хирург. – А Забас может? - подал голос гоблин. – А Забас может мне за новыми шмотками метнуться, на мне только труселя целые. Забас легкой трусцой побежал вперед, а я в окровавленных лохмотьях поковылял следом, опираясь теперь уже на Хирурга. Впереди, на каменной гряде, возвышалось здание "Сладкой Гвендолин". "Ебать, меня занесло" – подумал я. Вход в пещеру, из которой мы вышли, располагался в паре сотен метров от здания, скрытый в скале от посторонних взглядов массивной стеной плюща. Лес, окружавший нас сейчас, некогда был прекрасным парком, разбитым перед входом в "Сладкую Гвендолин". – Так что ты затеял, Инженер? - долгое молчание не было коньком Хирурга. – Катя... Девушка Екатерина, новая клиентка, которую притащили из смежного мира четверо твоих альтернативно одаренных. Когда я ее первый раз увидел, в комнате выхода... – Абсолютно голой, хехехе. Я уже слышал про эту часть. – Молодец. Ее лицо тогда показалось мне знакомым, но я никак не мог вспомнить, откуда. Запросил компьютер, он мне выдал высокий процент совпадения с потерянной младшей дочерью Князя. Я поначалу компьютеру не поверил. Запросил ее физиологию и то, что я увидел, меня приятно удивило. По всем параметрам она имела очень высокие шансы пройти Испытание в Зале. – Стоп, стоп, стоп! Зал уже хер знает какой десяток лет под запретом. Магистр запретила, пизда старая, да и других доброходов повыше нее хватает. – А вот тут и заключался смысл. Озабоченной старухе я втер про богатеньких клиентов, которые потекут к нам рекой, лишь бы трахнуть голубокровную наследницу престола. Далеко не все, знаешь ли, хотят возвращения предыдущей династии к престолу. Многим Великий Князь был поперек горла. Прокатило, и я получил мандат на действия. Под этот мандат я начал готовить Зал. Надо бы и саму Екатерину готовить к прохождению Испытания. Она его пройдет, я в этом уверен. И скинет наш истеричный реликт с поста главы Сладкой Гвендолин. – С чего ты решил, что ей это надо? Это первое. Второе, между «проходит испытание» и «реликт слетает с поста главы» у тебя огромный, сука, пробел. – Ну, первый пункт мы с тобой сейчас идем решать. По второму... По документам она имеет право, после прохождения Испытания, претендовать на должность главы. Высокий шанс, что старая истеричка психанет и попробует ее раздавить, но так как силы явно будут не равны, старухе точно каюк. С остальным, дружище, будем импровизировать. – Хм. Так себе план, если честно. Но Магистр уже хуже кости в горле, и я готов поддержать даже такой вариант. Кстати, а как тебя угораздило в таком виде оказаться в этой гребаной пещере. Еле нашли тебя с Забасом. Даже и не знал, что под нашим заведением есть пещера. – Сам там впервые. – Ухмыльнулся я. - Зашел в Зал проверить работу фей и Забаса. Оказалось, там протечка, в Зале. Натекло на маленькое испытание для одной из фей. В общем, в процессе испытания провалился под пол. А феи такие, я тебе скажу, фортели на троне выдавали… – Ну-ка поподробнее. – Я тебе их фото пришлю, подключишь фантазию с рукой, и сами собой появятся подробности. – Злопамятный ты. – Да. Бывает. Так вот, когда ты там в пещере меня штопал, я увидел на потолке древнюю фреску. Посреди кучи уже потертых сексуальных сцен было изображено лицо Кати. – На старой фреске? Сильно тебя приложило. – Я тоже так подумал, пока не понял, что эта фреска изображает прохождение испытания Гвендолин. – Типо реинкарнация? – ухмыльнулся Хирург. – Типо хер знает. Но по тому хаосу, который начинает происходить вокруг, речь вполне может идти о перерождении Гвендолин. И произойти это может у нас в Зале. – Каша у тебя какая-то в голове, Инженер, скажу я тебе. Ты сейчас лучше сходи, душ прими, да поспи денек. – Боюсь, нет у нас денька лишнего. Мы подошли к входным дверям и зашли внутрь, в приемный холл. Открывшаяся картина ввергла нас в ступор и лишила на некоторое время дара речи.