Влюблёнными не притворяйтесь

Я выскочила в коридор, параллельно надевая туфли на каблуке: — Мам, ты готова? Мама, уже прихорошившись, накрывала на стол. — Лена! В каком ты виде! — всплеснула она руками, глядя на меня. Да, тот ещё был видок. Завивая волосы, я чуть не упала в ванну, размазала тушь и ушибла коленку, на которой сейчас наливался красивый такой, круглый фиолетовый синяк. Мама помогла мне застегнуть платье и поправила причёску, после чего скомандовала, чтобы я шла и перекрашивала свою физиономию поаккуратнее. Когда я заканчивала красить губы, зазвонил дверной звонок. Сашка. Лишь бы не спалиться… Я вышла из ванной и остолбенела, увидев его. Он заморочился и надел костюм, притащил торт и огромный букет лилий, моих любимых — запомнил ведь! Выглядел он, конечно, обалденно — теперь ясно, почему за ним увивалось такое огромное количество девушек. Сашка тем временем вручил моей маме торт и галантно поцеловал ей руку. Мама смутилась и покраснела. Меня это немного напрягло. Не хватало ещё, чтобы он начал паясничать, и мой хитроумный план накрылся бы. Тем временем он прошёл в коридор и потянулся ко мне со словами, попутно протягивая цветы: — Как же я скучал, любовь моя! Мда. МДА. Притворяясь, что целую его в щеку, я шепнула ему: — Руки не распускай! — Я тоже тебя люблю, — сказал он так, чтобы мама услышала. Она в ответ залилась краской и ушла в гостиную, вытащив у меня лилии, чтобы, видимо, поставить их в воду. — Саша! — зашипела я, когда мама скрылась за дверью, — это что за спектакль?! — Я просто стараюсь быть максимально правдоподобным, дорогая, — он очаровательно улыбнулся и громко продолжил, — пойдём ужинать? — Держи себя в ру… — я не успела закончить, потому что этот наглец подхватил меня на руки и внёс в гостиную, поставив перед стулом. Мама млела, а я еле сдерживалась, чтобы не заехать ему по уху ещё раз. — Так, значит, вы учитесь вместе? — Да, и познакомились ещё при поступлении, — Саша выглядел как довольный кот, который спер и сожрал в одну харю литра два сметаны, — она меня сразу очаровала, но отношения сложились лишь недавно, — хитер! — она мне даже по учебе помогает. Мама явно была довольна. Посиделки затянулись до поздней ночи. Больше он не пытался лезть целоваться, лишь на прощание, но повеселился знатно, зная, как я смущаюсь от некоторых его фразочек. Однако, главное — план сработал, и, когда Саша ушёл, мама расхвалила его и сказала, что я счастлива и не должна быть такой грубой с ним. Очевидно, это означало, что еженедельные смотрины отныне прекратятся. Вечером, когда я читала книгу лёжа в кровати, в комнату постучалась мама. Не дожидаясь ответа, она вошла: — Лена, почему ты раньше не говорила? — О чем? — не поняла я и отложила книгу в сторону — похоже, с чтением придётся повременить. — Милая, — мама села на край кровати и серьезно посмотрела на меня, — каждый раз, когда я спрашивала тебя, есть ли у тебя молодой человек, ты говорила, что не готова, что хочешь побыть одна, находила ещё целую кучу причин. А сейчас ты приводишь его — парня, как с обложки, внимательного, довольно интересного, не буду загадывать наперёд… — Мам, что тебе надо? — По опыту я знала, что если родительница начинает разговор издалека, хорошего не жди, — я просто хотела к лекции подготовиться, — кивнула я на книжку. Стивен Кинг, правда, но это было не важно. — Ты не доверяешь мне? — в лоб спросила она. Черт, ну только не это. Как любит говорить Сашка, «ну нормально же общались»! — Мамочка, — я сделала самые милые на свете глазки, — разумеется, я доверяю тебе. Дело в том… м-м-м… Я просто не была в нем уверена, поэтому не хотела знакомить его с тобой. — Судя по его словам, вы уже целую вечность вместе, — мама понимающе кивнула и встала. — Ну, хорошо. Раз моя совесть чиста, могу со спокойной душой идти ложиться спать, — усмехнулась она и вышла, тихо прикрыв за собой дверь. Кажется, пришло время с облегчением выдохнуть.

***

В аудиторию я вбежала, когда до начала лекции оставалась минута — успела ведь! Усевшись рядом с Олей, я перевела дыхание. Прошла уже почти неделя с Сашкиного визита, и больше потенциальных кавалеров на нашем пороге не появлялось. Мой дорогой друг постоянно таскался с разными девицами с курса, рассказывая им, какой подвиг совершил, помогая мне. Мне, конечно, было все равно, однако то, что их было рядом с ним уж слишком много, было немного странно. Стоп, что? О чем я думаю вообще? Я на лекции по экономике! Значит, думать нужно об экономике, а не о стайке красивых девушек… Все, хватит! Попытавшись внимательно слушать преподавателя, я начала что-то списывать с доски — лишь бы занять и руки, и мысли. Последние неожиданно спутались и отчаянно не желали приводиться в рабочее, или хотя бы в работоспособное состояние. Это было ужасно. — Лен, что с тобой? — обеспокоенная соседка тронула меня за плечо, и только тогда я поняла, насколько тяжело дышу. — Я… Я не знаю, — призналась я, — Саша… Эта куча отвратительных куриц… — Серьезно? Да ты ревну-у-у-уешь, — с видом знатока протянула она, — А я ведь знала, что так будет, — улыбнулась подруга. Действительно. Чтобы я влюбилась в лучшего друга? Пф! Да скорее небо на землю упадёт, чем это случится. Эу, атланты, вам не тяжело там? Черт, да быть этого не может. Всю неделю меня не оставляло ощущение, будто что-то упускаю — нечто чрезвычайно для меня важное. Жизненно необходимое. И что же это? Сашкины беспрестанные приколы и дурацие шутки? Назойливое внимание и утрированная забота? Вероятно. Начавшийся перерыв дал мне возможность с позором бежать, скрываясь от подколов лучшей подруги. Хотелось разобраться в собственных чувствах, да и просто побыть наедине с ними. Рискуя посещаемостью, я решила прогулять две последние пары, причём прогулять в самом прямом смысле слова — недалеко от университета был замечательный парк, и ноги сами понесли меня туда. Стояла ранняя весна — щебетали птицы, набухали почки, само собой появлялись ощущение легкости и какого-то умиротворения. Я села на лавочку и закрыла глаза, вдыхая ароматы весны, прогоняя плохие мысли из головы и пытаясь сосредоточиться на хорошем. — Лена? Да быть этого не может! Я приоткрыта один глаз, по-прежнему щурясь от яркого, но пока не очень тёплого апрельского солнца. Прямо передо мной магическим образом материализовался Сашка. — Ты преследуешь меня? — я села поудобнее, он приземлился рядом. — Нет, с чего ты взяла? Ты просто никогда не прогуливаешь пары, вот я и удивился. Все в порядке? — участливое спросил он и попытался взять меня за руку. Я её выдернула и посильнее вцепилась в сумку. — Да. Хочется разобраться с мыслями. Странные они какие-то последнее время. Друг кивнул. Интересно было, о чем он подумал. — Саш, иди на пары. Прилетит ведь, — я махнула рукой в сторону универа, а он усмехнулся. — Не прилетит, все будет хорошо. Чем я могу помочь тебе? — Я хочу развеяться. Повеселиться, — неожиданно для себя сказала я и встала. Тоже неожиданно. — Ну, тогда ты по адресу. С чего начнём? Кафе? Кино? Или ещё куда-нибудь? Я задумалась. — Я хочу… На каток!

***

Я пожалела о своём решении ровно через минуту после того, как зашла на лёд. Навыки, полученные на занятиях по фигурному катанию в секции, улетучились окончательно. И не важно, что я ходила туда, когда мне было лет пять. Каждую секунду я рисковала поцеловаться со льдом. Не давал этого мне сделать мой верный рыцарь — он стоял на коньках покрепче меня и контролировал процесс катания. И все-таки на катке разговоры происходят иначе. Даже на самые серьёзные темы можно разговаривать со смехом и положительным настроем. Хотя Саша и не пытался лезть в мои мысли или помочь разобраться с душевными проблемами, этот день дал мне многое. Он старательно ловил меня, когда я поскальзывалась, и крепко прижимал к себе, позволяя вновь найти баланс на льду. Один раз мы упали вместе и пару минут просто лежали и смеялись, глядя друг на друга. Мысли мелькали, и мне не хотелось задумываться о чем-то определенном и уходить из реальности, как я это делаю обычно. Мне хотелось быть здесь и сейчас. Чтобы так было всегда — мне это казалось правильным. После катка мы, уставшие и нападавшиеся, решили заесть веселье в кафе мороженом. Я съела пол Сашиной порции, а он мстил мне тем же. С ним было легко — мы дурачились, как дети, и никто не затыкал нас или не пытался пристыдить. Все было очень естественно и я начала задумываться о том, что так все и должно быть. Прямо вот так — мы сидим за двухместным круглым столиком рядом с широким окном в уютном небольшом кафе. Щебетание птиц слышно даже здесь. Саша улыбается, сидя напротив меня, и даёт мне попробовать шоколадное мороженое из своей вазочки. И я внезапно поймала себя на мысли, что не хочу, чтобы это заканчивалось. Только не сейчас. Ты нужен мне… — Ну что, куда пойдём сейчас? Саша галантно открыл дверь, помогая мне выйти — ступеньки были немного скользкими. Я пожала плечами: — На ваш выбор, сударь! Сударь кивнул и повёл меня в сторону большого торгового центра. Сейчас я чувствовала себя счастливой — пусть я и не выспалась, пусть прогуляла пары и пусть мне наверняка влетит от мамы за то, что я не предупредила о том, что буду гулять допоздна. Пусть. — Мультик или боевик? Мы стояли перед кассой кинотеатра. Саша взвалил на меня тяжкое бремя выбора, а сам куда-то смотался. Я задумчиво смотрела на табло и не знала, что же выбрать. Через секунду друг вырос рядом со мной с двумя бутылками газировки и ведрами попкорна. — Если сомневаешься — значит, мультик! Я рассмеялась, а он расплатился за билеты и потащил меня в зрительный зал. И все нам мило улыбались — думали, наверное, что мы пара. Мне бы тоже хотелось так думать. Весь цинизм и саркастичное отношение к сентиментальности за этот день куда-то делись — по крайней мере, я не думала о том, насколько я сумасшедшая и вообще дурочка.

***

Домой я вернулась совершенно без сил. Пожалуй, стоит пораньше лечь спать. Сегодня я поняла одно — я влюбилась. Окончательно и бесповоротно. Мелькнула мысль, что стоит рассказать маме, что Саша — не мой парень, потому что подобных приёмов я больше не вынесу. Не теперь, не сейчас. Он проводил меня до самого дома. Мы разговаривали обо всем — Саша был для меня тем самым человеком, который знает о тебе все — от самого маленького фейла до великой победы. Он меня понимал, как никто другой. И сейчас я мучалась несколькими вопросами. Один из них — каким образом я не замечала всех этих качеств в нем раньше? И самый главный — как мне жить теперь?