Быть одним целым

      Раннее пробуждение было не тем, что могло бы входить в планы этих двоих, однако школа диктовала свои правила. Неприятно резкая песня доносилась из динамика телефона с периодичностью в десять минут, пытаясь разбудить пару школьников, которые так и спали в обнимку, поменявшись, разве что, ролями в этой инсталляции. Когда в очередной раз будильник напомнил о себе, Юра нехотя открыл глаза, локтем пихнув девушку, которая сейчас лежала позади и уже сама обнимала его, что-то недовольно бурча сквозь слабый сон. Парень собирался еще немного повалятся в постельке, насладившись лишними пятью минутами безделия, но проснувшаяся Полина тут же заставила его мгновенно пробудится, окатив колкой фразой, словно ведром ледяной воды.       - По утрам встает не только солнышко, да? - Хитрый взгляд зеленых глаз буравил бугорок, искривлявший естественные изгибы одеяла.       Юра ничего не сказал, лишь, неловко прикрывая промежность ладошками, пулей выскочил из спальни. Заскочив в ванную комнату, он запер дверь. Молодому фигуристу было стыдно. Упираясь руками в раковину, он сурово смотрел на своего "восставшего друга", мысленно коря себя за то, что допустил такую оплошность. Парень точно не мог припомнить, как раньше им удавалось избежать подобных ситуаций, ведь подобная ночевка не была первой в их жизни. Быть может утренний стояк и раньше проявлял себя, но они либо спали в этот момент, либо просто не заостряли на этом внимания. Сейчас же это все стало слишком явным, что и заставило побагровевшего от стыда Юрку сбежать от проблемы.       Постепенно волнение начало утихать вместе с эрекцией, и парень был почти готов выйти из комнаты. В этот момент за его спиной раздался резкий стук, испугавший и заставивший сердцебиение вновь участиться.       - Эй, ты там в норме? Не пугайся, говорят, для мальчиков это нормально, - все не унималась подруга.       - Бля, хоть тут не донимай! - Парень прикрикнул, не столько от злобы, сколько от нахлынувших неприятных эмоций.       Это тут же нашло отклик в душе девушки.       - Мог бы и не орать! Я просто пошутила. - Очевидно, ее оскорбила такая резкость в интонации друга.       - Извини. Я скоро выйду.       - Ладно. Ты завтракать будешь?       - Да.       - Тогда ты и приготовишь. Я собираться пошла. - Буквально приказала Полина, после чего вернулась в спальню.       Провел Юра в ванной еще примерно минут пять, после чего вышел, собрав волосы в очаровательный высокий хвостик. Прощеголяв мимо кухни, он вошел в спальню и опустил взгляд на девушку, что сидела на полу у зеркала и наносила на свое лицо макияж.       - Ты уже сделал нам чай? - Она привычно вскинула бровь, произнеся это с наиболее возмущенной интонацией, на которую была способна.       - Ты могла бы сама это сделать, вместо того, что бы тратить время на это. - Парень ткнул пальцем в кучу косметики, что хаотично валялась на полу, и в очередной раз был одарен недовольным взглядом.       - Прости, но в отличие от тебя я не ебаная фея! Так что, будьте добры, ваше высочество, приготовить нам завтрак! Иначе я не покушаю, пойду в школу голодная и в итоге пущу кого-нибудь на сраный шашлык! Прямо посреди школы! - Возмущалась девушка, и без того недовольная тем, что проспала, при этом ни разу не выспавшись.       - У меня даже есть кандидатура, - усмехался Плисецкий, подразумевая того самого Андрея.       Прошло около получаса и вот эта парочка уже попивала горячий чай, закусывая его неумело приготовленными бутербродами. Задумчивый взгляд Плисецкого сквозь экран, и сонная моська недовольной Полины являлись наиболее красноречивой иллюстрацией к этому утру, а так же давали понять, насколько сильно эти двое сейчас "любили" школу. Хотя, примерно так же они относились к ней всегда, разве что едва меньше ненавидя ее обычно. Тишину нарушали голоса персонажей сериала, чьи роли были исполнены абсолютно неумелыми актерами. В какой-то момент эту странную атмосферу разбавила девушка, озвучив невероятно заманчивую идею.       - Может сегодня не пойдем никуда? - Она перевела взгляд на задумавшегося парня, после чего повысила тон. - Плисюцкий, задолбал! Ты слушаешь вообще?!       - Прогулять? Звучит заманчиво. - Он все не переводил взгляда на девушку, так как был еще совсем сонный. - И че, мы спать снова ляжем? - С надеждой в голосе вопрошал он.       - Ага, конечно. Че я, зря красилась?       - И что ты предлагаешь?       - Не знаю. Пойдем, прогуляемся. Можем в кино сходить. На мультик. Да, точно.       - Ты серьезно? - Было видно, что парень воодушевлен чуть меньше, чем Полина. Вот только идти в школу хотелось еще меньше, в особенности после того, как вчера он дважды накосячил. - Но, может тогда хотя бы не на мультик? Вчера же смотрели.       - Вчера я уснула. - Недовольно заявила девушка, после чего уткнулась взглядом в чашку.       - Так это твои проблемы. Я не уснул. Могу рассказать чем закончился. - В ответ она лишь в очередной раз вскинула свою неподконтрольную бровь и сделала глоток чая, нарочно очень громко сербнув. Юра закатил глаза. - Окей, давай решим на месте, - словно делая одолжение проговорил он.       Что может быть лучше прогулки по заснеженному Санкт-Петербургу? Много чего, на самом деле. И, отнюдь, сам город в этом нисколечко не виноват, ведь его виды стоят того, что бы отморозить себе сидалище, но лишь в том случае, если вы заезжий турист, видящий его в первый раз. Однако, уроженцам Северной Венеции тепло их тел было чуточку дороже прекрасных видов, и к таким людям относятся и наши герои. Спешно перебирая ногами, они мчались в сторону остановки. Полина то и дело что-то говорила, а ее спутник лишь прятал покрасневший нос в вязанный шарф, с укором поглядывая на болтливую подругу, которая так и норовила простудить горло и отправиться на очередной больничный, коих у нее уже скопилась целая стопка. Самым пародоксальным в этой девушке было то, что пропуская уроки в школе, не взирая на тяжесть своего состояния, она всегда приходила на тренировки. Любовь к спорту и стремление к вершинам превращали Полину из любой ее ипостаси, будь то амеба, принцесска или неженка, в самую настоящую машину, сносящую все на своем пути. Увы, к учебе девушка подходила менее скрупулезно, хотя даже так всегда оставалась в числе первых. Удивительный талант.       А между тем мороз не отступал и уже знатно подмораживал булочки спортсменов, что сейчас стояли, переминаясь с ноги на ногу, в ожидании нужного транспорта. Девушка умудрялась напевать песенки, состоящие полностью из хаотичных матерных слов, а Юра мысленно ей подпевал, все еще не желая открывать лишний раз свой рот. Автобус все не ехал, а его водителю, скорее всего, нехило так икалось, ведь подростки припоминали его уже довольно продолжительное время. Но долго им скучать не пришлось. Спустя короткий промежуток времени к ним подъехала белая "Мазда". Переднее стекло опустилось и со второго сидения на них посмотрел темноволосый парень, приспустивший свои солнцезащитные очки.       - Привет, принцесса. Чего стоишь, мерзнешь? - Молодой человек был невероятно приветлив и любезен, чем с первых секунд начал бесить Плисецкого. - Запрыгивай, покатаемся.       - Вообще-то я тут не одна. - Осетинка взглядом указала на друга.       - Твоя подруга? - Улыбнулся брюнет, делая вид, что не признал золотого медалиста. - Симпатичная. Окей, покатаемся втроем, - Он подмигнул Юре, тем самым заставив его вскипеть, аки чайник.       - Э, слыш, это кто тут подруга? - Юра едва сдержался, дабы не пнуть дорогостоящую иномарку.       - Ой, прости, я не хотел тебя обидеть, - лукавил парень, - просто ты так выглядишь...       - Так, притормозили оба, - вмешалась Рацкевич, осознающая, что дело пахнет керосином. Меньше всего она сейчас хотела портить себе настроение, наблюдая за словесной потасовкой двух упрямых баранов, которые оба являлись для нее друзьями. - Саш, думаю, было бы не плохо, если бы ты нас подкинул. А то мы уже все на свете себе отморозили. - Девушка улыбнулась брюнету, а после строго зыркнула на Плисецкого, словно его бы это остановило.       - Ты серьезно? Я бы на твоем месте не доверял человеку с внешностью Локи, разъезжающему на белой "Мазде"! - Возбухал Юра.       - А я бы на твоем месте закрыла рот и полезла в машину, пока твои яйца не превратились в два хрустальных колокольчика, на которых Санта Клаус потом сыграет "Джингл Беллс".       - Да ладно тебе, если не хочет, пусть не едет. Мы и вдвоем неплохо повеселимся. - Не смог не промолчать тот самый Саша. Его фраза сработала как триггер для фигуриста, который совсем не хотел расставаться со своей подругой.       - Ох, ладно, уговорила. - С деловитым видом, словно его еще заставлять нужно было, парень первым сел в авто и внимательно посмотрел на Полину, ожидая, пока та сядет.       Внезапно дверь перед Юрой закрылась за тонированным окном он увидел спину Александра, который, невесть как, успел выскочить и уже открывал переднюю дверь для Полины, галантно приглашая ее погрузиться. Юноша был не готов к такому. Новый знакомы бесил его с самого появления, а его манерность и обходительность с Полиной вызывали неприятное жжение где-то внутри юного организма. Перед Плисецким сейчас возник некий флешбэк - нечто подобное он испытывал, когда впервые увидел Виктора с японцем; то была ревность, которую сам парень интерпретировал как дружескую. То самое чувство, когда твой лучший друг встречает какого-то своего знакомого, или другого друга, с которым общается независимо от тебя; и вдруг ты открываешь для себя, что этот человек может быть таким вот открытым и так же тепло общаться с кем-то помимо тебя самого. Как итог - ты искренне желаешь убить, ну, или хотя бы покалечить того "другого", который посмел позариться на твою... На твоего друга. Вот и Юрка бесился. Скрестив руки на груди, он зарылся носом в шарф и уткнул взгляд в окно.       - Так, что, куда едем? - Начал Сорянский, медленно поворачивая баранку руля и окидывая внимательным взглядом дорогу.       - Мы в кино собирались.       - Заманчиво. Не против, если я присоединюсь? У меня, как ты понимаешь, свободный денек выдался, а чем его занять я так и не придумал. Да и по тебе соскучился.       - Ой, соскучился он. Всего-то неделю не виделись. Да и, если бы так скучал, то написал бы.       - Да, некогда все. Сама понимаешь, дела. - Молодой человек бросил хитрый взгляд зеленых глаз на девушку и улыбнулся.       - Ага, конечно, деловой ты наш.       - Так что, берете с собой?       - Да без вопросов! - Девушка явно не особо интересовалась мнением Юры. Но и ее можно было понять - она относилась одинаково хорошо ко всем своим друзьям, и Сорянский не был исключением. Полина была бы рада проводить время со всеми своими друзьями, вот только выходило так, что не все они хорошо контактировали между собой; вот бедолаге и приходилось разрываться, дабы никого не обидеть. А сейчас жизнь поставила ее в ракообразное положение, поместив, как говориться, меж двух огней.       Обиженный, словно малец, которому не досталась мороженка, Юра все так же молча просидел остаток пути, пялясь в окно и всем своим видом демонстрируя, как он недоволен. Рацкевич, осознающая чего добивается от нее фигурист, старалась его игнорировать, так как по ее мнению не прав тут был именно он. Вот только редкие взгляды, которые Плисецкий кидал в ее сторону, кололи своими совестными укорами, чем раздражали осетинку.       Подъехав к самому входу в ТЦ, Саша высадил своих попутчиков, и, уточнив, что они встретятся уже на кассах кинотеатра, отправился парковать машину. Вырвавшись из тепла машины на мороз, Юра сразу поспешил в помещение, в то время как девушка еще несколько секунд провожала взглядом удаляющуюся "Мазду", чем вызвала очередной приступ раздражения у юнца.       - Ты чего там застряла? Холодно же! - Восклицал он.       - Не ори на меня, говно мелкое! - Ответно возмущалась девушка, заходя вместе с ним в здание. - И че ты такой раздражительный? Не выспался?       - Конечно. А еще за нами увязался какой-то хер, но дело совсем не в этом. Кто он вообще такой? - Юра ни сколько не скрывал своей антипатии к Сорянскому.       - Эй! Вообще-то он мой друг. Он тоже дзюдоист, как и я. Мы часто вместе тренируемся. И вообще, он веселый. Просто ты еще не привык. - Заявила девушка, отчетливо понимая истинную причину раздражения друга. - Или ты ревнуешь? - Лукаво вопрошала девушка, ожидая бурных отнекиваний от него. Но на ее слова парень остановился и обернулся на нее, одарив каким-то взглядом, ранее не виданным девушкой, по крайней мере на лице Плисецкого.       - Да, ревную. Я хотел провести это время только с тобой. - Говорил он ровным голосом и был абсолютно серьезен. Такая резкая смена настроения фигуриста, а так же его слова, заставили сердце девушки дрогнуть, но виду она не подала.       - Ну, не прогонять же его теперь? - Все тем же возмущенным тоном продолжала Полина. На это Юра лишь выдохнул.       - Ладно, пошли уже. - Он по-братски приобнял подругу за плечи и они пошагали к эскалатору. - В таком случае фильм выбираю я. - Уже привычным для их общения тоном добавил юноша.       - Но я хочу мультик! - Накуксилась девушка, изображая детскую манеру речи. - А ты опять говно какое-то выберешь.       - Ох, ладно! Мультик, так мультик! - Рыкнул Плисецкий.       Довольно скоро они уже были у кассы и бронировали места. К этому моменту подоспел и Сорянский. Он подкрался к друзьям сзади и, приобняв их за плечи, провозгласил:       - Ну что, девчонки, на какой фильм идем?       Без промедлений Юра грубым движением скинул его руку со своего плеча, одарив потенциального соперника злым взглядом снизу-вверх. Ответом стала насмешливая усмешка со стороны Александра.       - На мультик идем, - отозвалась Рацкевич.       - О, шикарно!       - Вот видишь, Юр, тут только ты один не любишь мультики.       - А еще я не подлизываюсь, - буркнул парень куда-то в сторону, после чего вновь смерил Сашу презрительным взглядом.       Недовольству школьника не было предела. Кроме того, что этот дзюдоист мешал их общению, так он еще и перетягивал все внимание на себя, почти не оставляя пространства для Юрия; а в моменты, когда юноше все же удавалось что-то сказать, его неприкрыто отсекали, унижая очередной глупой шуткой. В основном эти шутки касались женственной внешности парня и его возраста, от чего звучали банально, но факт того, что они веселили Полину, раздражал куда больше, чем сами шутки. Все время, пока они выбирали вкусности и шли до зала, Плисецкий был как на иголках. Уже войдя в зал и протиснувшись к своим местам, Юра вновь рисковал остаться в аутсайдерах, и быть огражденным от девушки, но Полина поступила мудро и сама уселась посередине, дабы никого не обделить вниманием. Правда, она еще не знала, что вскоре пожалеет, что поступила именно так, а не взяла себе билет где-нибудь на два ряда подальше от этой парочки. Но сейчас она заинтересованно смотрела рекламу, активно жуя попкорн и стараясь не обращать внимания на порывы двух недо-самцов.       Они же не унимались в своих стремлениях привлечь внимание девушки, то и дело что-то ей говоря с двух сторон. Когда начался мультфильм, каждый считал своим долгом схватить девушку за руку или приобнять за плечо, в особо эмоциональные моменты; почти все время парни отпихивали или скидывали руки друг-друга за ее спиной; каждый неоднократно "случайно" клал свою руку на те или иные части тела Рацкевич, оправдывая это тем, что промахнулся мимо попкорна. Но это было ничто, в сравнении со следующей ситуацией. Невероятно трепетный момент на экране, и девушка, содрогаясь от всхлипов, пускает пузыри, чем с радостью пользуется Саша. Обняв девушку за плечи, он притянул ее к себе и уткнул в свое плечо, поглаживая по волосам. Думаю, не нужно много слов, что бы описать состояние Юрия; казалось, все демоны разом овладели его телом, и каждый сумел отразиться в его взгляде. План действий без промедлений посетил светлую голову парня. Он, как бы невзначай, протягивая руку к злосчастной коробке с кукурузным лакомством, толкнул стакан с колой, пролив его прямо на штанину Александра; при том, Юру мало заботило, что данная манипуляция не могла быть случайной по той простой причине, что стакан располагался достаточно далеко от попкорна, а глубокий подстаканник попросту не дал бы ему так просто опрокинуться. Как и было запланировано, напиток плеснул прямо на ногу соперника, заставив девушку отстраниться от него.       - Извини, пожалуйста. Я не хотел. Даже не знаю, как так вышло! - Осознавая, как же глупо и неправдоподобно он выглядит, Плисецкий упрямо строил из себя святую невинность.       - Юра, ну ты... Как всегда. - Выдохнула девушка, доставая из сумочки салфетки и стараясь хоть как-то реанимировать штанину. - Нужно пойти застирать.       - Не страшно, - уверил её пострадавший, бросив взгляд на Плисецкого, которого не особо радовало, как девушка касалась ноги другого мужчины в столь опасной близости от ширинки. - Я все равно в пальто - оно как раз прикроет. Да и в машине ни кто, кроме нас этого не увидит. - Последние слова парень сказал, чуть склонившись к девушке и оказавшись в опасной близости от ее лица.       Этот парень был хорош, отрицать это было бы глупостью; он весьма уверенно оборачивал любую ситуацию с пользой для себя, при этом играя на чувствах Юрочки, словно Мацуев на фортепиано. Сам виновник сего казуса сейчас кипел от злобы и обиды, что все пошло не по его плану. Теперь "мазда-рейсер" бесил фигуриста еще сильнее. Однако, в этой борьбе ни один из парней не подумал о девушке, которая хотела просто насладиться великолепным мультиком, а в итоге стала каким-то живым трофеем для двух идиотов, которым приспичило померяться письками. Пожалуй, единственным, что отвлекало ее от всего этого бедлама и держало в зале, так это увлекательный сюжет и интерес к судьбе персонажей; если бы не все это, Полина уже давно бы послала обоих парней к чертям и оставила их наедине. Но меньше всего комфортно было всем остальным зрителям. Помимо громких реакций Рацкевич, им приходилось терпеть еще и вечные вошканья, и перепалки двух парней. Удивительно, как в эту троицу еще не полетел попкорн; и, скорее всего, этому способствовали остроумные комментарии все той же дзюдоистки.       По окончании фильма, покинув зал, девушка стремглав помчалась в уборную, попутно промакивая бумажной салфеткой потеки слез на щеках. Как и всегда, ей удавалось плакать ни капли не испортив макияж. Парни, поглотив во время сеанса не меньше жидкости, и при этом ни капли ее не израсходовав, помчались в ту же сторону еще быстрее, чем их спутница, напрочь позабыв о распрях. Правда, уже оголив причиндалы, они не упустили возможности ими померяться в прямом смысле. Это вернуло боевой настрой обоим самцам, посему вышли они в прежнем расположении духа.       - Отлично! А теперь пойдем есть. - Скомандовала вышедшая из "леди рума" Полина, которую парни ждали не так долго, как рассчитывали. Данное заявление вызвало недовольство у Юры, ведь он надеялся, что после столь утомительного сеанса они вдвоем отправятся домой. Тем не менее Сашу такое положение дел устраивало, и он, задорно поддержав идею девушки, радостно направился вперед вместе с ней под ручку, оставляя озлобленного Плисецкого позади.       Длительное ожидание свободного столика, и вот эта троица решает, кто же пойдет за вкусностями. Уже сильно надоевший своей инициативностью, Сорянский в очередной раз выдвинул свою кандидатуру, очевидно, желая показать, кто тут мужик.       - Чего изволите, дамы? - Он подчеркнул свои намерения фразой, вновь намекая на женственность своего оппонента.       - Яств заморских, да побольше. И пошевеливайся, холоп. - Наконец-то Юре удалось блеснуть своим остроумием. Но стоило ему лишь ступить на этот триумфальный пьедестал, как замечание осетинки мгновенно сбросило его обратно на землю.       - Ваше высочество, Вы бы тоже сходили. А то, гляди, пролежни на царственных ягодицах образуются. - Усмехнулась девушка, после чего уже серьезно добавила - Нет, серьезно, сходите вместе. А то одному все тащить будет трудно. - После этого замечания, одарив парней своей дьявольской улыбкой, Полина озвучила список желаемых вкусностей.       - Это все, или еще что? - Вопрошал Плисецкий, когда Рацкевич закончила свой перечень.       - Да. Хотя нет... - Девушка задумалась, а после уже более уверенно закончила. - Хотя да.       Саше оставалось лишь округлить глаза. Увы, но он знал Полину не так хорошо, а потому об ее аппетитах не был осведомлен; Юра же, напротив, прекрасно знал подобные детали из биографии подруги, а уж тем более о количестве поглощаемой ею еды. Ведь именно фигурист был одним из тех людей, кто тратил свои кровные на вкусняшки и развлечения для Поли; и нет, девушка не страдала от недостатка финансов, напротив, сама имела неплохую прибыль, просто Юре самому нравилось вот так вот баловать одного из самых близких людей.       Разойдясь в разные стороны, парни отправились по разным сторонам фуд корта, дабы исполнить желания дамы своих сердец в полной мере. Спустя десять-с-лишним минут вся троица вновь была в сборе, а вместе с ними и стол, заваленный разнообразными вкусностями, которые могли предложить местные фас-фуды. Без лишних комментариев Полина приступила к еде. Первым пошел в ход чизбургер, который девушка модернизировала по своей секретной технологии, от чего глаза Сорянского несколько округлились. Плисецкий повторил манипуляции подруги, но отнюдь не потому, что пытался ей лебезить, а потому что не понаслышке знал, как это вкусно.       - И, что, это правда вкусно? - Для Саши подобные манипуляции казались сомнительными, по этому он все-таки для начала переспросил.       - А ты попробуй, - утвердительно заявила Рацкевич, обращая очередного адепта в свою секту необычной еды.       Плисецкий только кивнул, пережевывая еду, коей у него был набит весь рот. Пожалуй, сейчас между этими тремя была наиболее спокойная атмосфера. Как оказалось, еда сближает людей не хуже, чем общий враг или горе. Но стоило тучам этой холодной войны рассеяться над головами троицы, как одна небольшая оплошность вновь едва не натравила двух неугомонных парней друг на друга. Молодой человек с лицом феи и характером капризной принцесски, как оказалось, не отличался хваленой девичье опрятностью. Не успел он доесть первый бургер, как его лицо уже было испачкано соусом. Полина не любила грязи на своем лице, и раздражалась, когда видела ее на чужом; она с минуту наблюдала за тем, как размазанный соус привлекал к себе внимание под воздействием характерных манипуляций челюсти. Терпение в очередной раз подвело девушку, исчерпав себя до краев. Не имея мочи больше наблюдать за этим, Рацкевич обмотала указательный пальчик салфеткой и, перегнувшись через весь столик, стерла неприятное пятно с лица друга. Казалось бы, ничего из рядя вон выходящего, однако что-то в груди Плисецкого шевельнулось. Конечно же, как всегда бывает, подобным эмоциям не было уделено должного внимания, и фигурист лишь чутка отстранился в тот момент, когда злосчастный соус уже был стерт с его лица.       - Ты чего? Я просто соус убрала, - словно почувствовав то самое волнение друга, Полина улыбнулась, как бы приободряя растерявшегося Юру.       - А мне тоже вытрешь? - Усмехался Сорянский, нарочно измазав щеку в соусе.       - Вытру, - провозгласил недовольный Плисецкий, которого этот пижон выводил из себя одним своим существованием, и впечатал в щеку дзюдоиста несколько салфеток.       - Ох, парни, вы такие... Дураки, - девушка смеялась, прикрывая рот ладонью. То, как по-ребячески вели себя эти двое, хоть и немного раздражало девушку, одновременно с этим и забавляло.       За таким вот нестандартным обедом ребята провели пару часов, больше болтая, нежели уделяя время еде. После они еще прогулялись по ТЦ, и в итоге даже не заметили, как на город медленно начал опускаться вечер. Когда они вышли из теплого здания, то увидели, что небо уже окрасилось в золотисто-пурпурный. Мороз тут же ударил по согретой коже, заставляя парней покраснеть, словно юных дев. Это не ускользнуло от внимания Рацкевич, которая сама, ввиду особенностей своего кровообращения, даже на морозе почти не краснела.       - Ну, что, красны девицы, по домам? - Она посмеялась, а после поспешила зарыться носом в теплый шарф, прятавший ее лицо от колючего мороза.       - Да. Давайте вас подкину, - к концу дня от былого напряжения, казалось, не осталось и следа. Хотя скорее это была иллюзия, ведь внутри себя каждый из парней не хотел бы оставлять горячо любимую Полин с другим. Но чисто физически сегодня это было сделать невозможно, и честь проводить даму до самого дома выпадала Юре.       - То есть, у тебя были еще какие-то варианты? - После непродолжительной паузы обратилась к Сорянскому его напарница по татами. - Я вообще не понимаю, почему мы еще не в машине.       Саша лишь усмехнулся, после чего открыл машину, подогнанную ко входу ранее, нажатием одной кнопки на брелке. Довольно быстро все погрузились и молодой мужчина помчал их домой. Высадил он их неподалеку от дома, после чего в своей привычной веселой манере попрощался, и помчался по своим делам. Оставшись наедине ребята умолкли; между ними повисла некая неловкость. Полина сверлила взглядом Юру, дожидаясь от него хотя бы каких-то объяснений, а он лишь отвел взгляд, не зная, что сказать. Юра сам до конца не мог понять, почему поступал так или иначе, при том, что раньше подобного не происходило. Скорее, наоборот, парень был той самой "подружкой", недвусмысленно намекающей осетинке обратить внимание на того или иного парня, правда, в основном это все было в шутку. А сейчас он не то, что не мог подколоть девушку, но и сам бесился, глядя на то, как вьется вокруг нее это пижон; и это все не давало покоя его внутреннему миру, создавая сильный диссонанс. Впервые за долгое время Юре было трудно посмотреть в глаза подруги, так как в этом случае взгляд выдал бы все его эмоции и пришлось бы объясняться. Хотя, объясняться ему придется в любом случае, ведь девушка так просто не отступалась.       - Юр, ты ничего не хочешь мне объяснить?       - Что именно? - Парень поднял нарочито-возмущенный взгляд.       - То, почему ты как идиот себя вел весь день!       - Ты так говоришь, как буд-то я один себя так вел.       - Ну, как по мне, так да. - Девушка широко распахнула глаза от возмущения.       - Да ни хрена! Этот... Он от тебя не отлипал ни на секунду! А еще лапал! И вообще вел себя отвратительно! С чего он решил, что ему это вообще позволено?! Бесит! - Внезапный порыв эмоций парня не смог не привлечь внимания доброй части прохожих, но ему самому было глубоко плевать на них.       - Ты вообще о чем сейчас? Все нормально, Юр? - Полина изогнула бровь. - Думаю, тебе нужно отдохнуть, а то нервный ты какой-то.       - А я думаю что тебе стоит перестать общаться с этим Сашей. - Очевидно, фигурист и не думал скрывать своего отношения к Сорянскому, к Полине, и ко всей ситуации в целом.       - А это вообще не твое дело, с кем мне общаться! Указывает он мне тут, а у самого еще девственный пушок не сошел. - Девушку явно возмущало, как ее "младший братик" вел себя, словно они супруги, прожившие рука об руку не один десяток лет; или он ее старший осетинский брат.       - Скажи еще, что не дорос. - Парировал парень, используя стандартный ход для подобного намека на его возраст.       - Ну и пошел в жопу! - Уже шутливо ответила девушка. - И вообще, вали домой. А то холодно тут стоять.       - Не указывай, что мне делать. Захочу, вообще до тура тут простою!       - Ага, удачи. - С этими словами девушка развернулась и собиралась было уйти.       - Полин, - окликнул ее Плисецкий, состроив умоляющую моську, - а обнимашки?       - О-оу, моя ты киса-зая, - протянула девушка, подходя к парню.       Распахнув объятия, она привычным жестом собиралась обнять друга, но тот резко сомкнул руки на ее талии и сам прижался к ней, утыкаясь носом в мех на ее капюшоне. На первый взгляд не произошло ничего сверхъестественного, но Полина ощущала, что эти объятия как-то отличались от всех предыдущих. Как-то непривычно ласково и в то же время сильно жался к ней парень, словно боясь отпускать. Смокнув руки на его спине, она замерла, погрузившись в некое замешательство. Плисецкий тоже не шевелился, прижимая хрупкое тело, закутанное в слои одежд, к себе. Когда он наконец отпустил ее, Рацкевич сама уже совсем неохотно отстранилась. Почему-то ее сердце вдруг пропустило удар, когда она встретилась взглядом с Юрием, но девушка предпочла это проигнорировать.       - До завтра, - произнесла она с улыбкой на лице.       - Ага, давай, - ответил юноша.       Расставшись на такой неоднозначной ноте, ребята поспешили по домам. Тихий скрип снега под подошвой был единственным свидетельством того, что во дворе кто-то находился; едва различимые следы довольно быстро растворялись, покрываясь новым слоем снежинок. Дальше тяжелая дверь парадной, подъем на третий этаж, быстрое приветствие с домочадцами, и вот Юра уже в объятиях собственной постели прижимает к себе любимого питомца. Зарываясь тонкими пальцами в пушистую шерсть, он почесывает котику за ушком, при этом мысленно возвращаясь в недалекое прошлое. Плисецкий пытался не думать о событиях этого дня, но мысли сами проникали в его голову, лишая, и без того вымотанного фигуриста, такого желанного сна.