Загадай желание

Безмолвное царствие мороза и кристально-чистого снега, переливающимися всеми цветами радуги на утреннем солнце, по праву вступило в свои владения. Зима вдохнула в природу новую жизнь. И пусть, во всем этом не было весеннего пробуждения, с его игривым ритмом, ярких красок лета и спокойной тишины осени, вокруг царило полное очарование. Мариса разлепила глаза и уставилась на подоконник. Маленькая птичка за окном тщетно пыталась добыть себе провизию, и мерно постукивая клювом по стеклу, щебетала от негодования. Девушка сладко растянулась на мягком диване и попыталась окончательно проснуться. Тень нависшая над лицом Марисы, словно грозовая туча, заставила сделать ее это как можно быстрее. Она открыла глаза и увидела перед собой фигуру Пабло, обнаженную по пояс. От ее зоркого взгляда не ускользнула одна маленькая деталь, — татуировка на его правом предплечье. Надпись гласила: Veni. Vidi. Vici. — Проснулась наконец, — буркнул он, — скорее одевайся, нам уже нужно спускаться к завтраку. День опять начался с упреков, Спирито напрасно полагала, что хотя бы сегодня Бустаманте оставит ее в покое. — И тебе, доброе утро, — она зевнула и снова упала головой на подушку. Просыпаться в восемь утра, — не царское это дело.Особенно для большой любительницы поспать до обеда. — Подъем!!! — Пабло ударил в ладоши прямо над ее лицом и всем своим видом показал, что пойдет даже на танцы с бубном. На все, лишь бы Мариса поднялась с проклятого дивана. Фыркнув, девушка скинула с себя одеяло, выставляя напоказ пижаму с обнимающимися котиками на коротких шортиках. — Миленько… — отвесил комментарий Бустаманте, — как раз по возрасту. Она не стала отвечать на его колкость, а лишь надменно закатила глаза и проскулила от того, что пришлось подняться с кровати слишком рано. — Дети? Вы уже проснулись? — из коридора послышался голос хозяйки этого дома, которая с минуты на минуту была готова войти в спальню, с пожеланиями доброго утра. — Минутку, мам! Быстро в кровать! — скомандовал Пабло, а сам быстро принялся убирать постельное белье с дивана. Справившись с этой задачей в два счета, он в прыжке приземлился на матрац и сделав вид, будто только что проснулся, накрыл себя и невесту двуспальным одеялом. Со стороны эти двое больше походили на двух друзей, нежели на влюбленную пару, которая вот-вот должна была связать себя долгими узами брака. — Может обнимешь меня, я не кусаюсь? — А вот это еще не точно, — парировал ее замечание Пабло, но все же положил руку на ее оголенное плечо. От этого легкого прикосновения Мариса вздрогнула, но потом вдруг вспомнила. Она была более одаренной актрисой чем он, поэтому не постеснялась придвинуться к нему поближе и по-хозяйски положить ладонь на его грудь. — Все приходиться делать за тебя. — Заткнись! Он тут же сменил гнев на милость и прощебетал, — входи, мам! На пороге вопреки ожиданиям по уши «влюбленной парочки», вместе с Морой появилась и остальная часть большой семьи Бустаманте. Серхио стоял немного позади жены, с блестящим подносом в руках, на котором находились кофейник с чайной парой, булочки и джем. Обе сестрички сверлили своими взглядами брата и его молодую невесту, при этом ни капли не задумываясь об элементарных правилах приличия. — Завтрак в постель! — с улыбкой объявила Мора. — Извините, мы не хотели Вам мешать, просто хотелось устроить маленький сюрприз в качестве извинения за вчерашний вечер. Мора оступилась и посмотрела на Дельфину так, чтобы та уже начала говорить. Девушка откашлявшись подалась чуть вперед. — Да, в общем, извините меня. — Извинения приняты, — поспешил уверовать всех своих родственников Пабло, ожидая, что после его слов, они непременно покинуть его апартаменты. Но этот номер не сработал. — Мы ведь ничему не помешали? — с издевкой спросила Дельфина, одетая в домашний халат и тапочки. Ожидая ответа, она манерно отхлебнула кофе из кружки с надписью: «Стервы правят миром». Кто знает может так и было? Одно было понятно, в извинениях Дельфины было мало искреннего раскаивания. Для наглядности Пабло демонстративно пригладил волосы Марисы и поцеловал в макушку ее головы. — Нет, все хорошо. Правда, … дорогая? — этот не самый изысканный комплимент дался ему не без труда. Милый жест со стороны сына, был вознагражден одобрительным взглядом со стороны супругов Бустаманте. Мора была на седьмом небе от счастья. — Ладно, не будем вас смущать еще больше. Милли сгребла всю свою сумасшедшую семейку в охапку и подтолкнула к двери. Неизвестно сколько бы они еще пробыли в комнате, если бы не старания Милагрос. — Просто ждем вас внизу, чтобы вместе отправиться на елочную ярмарку. Нико все это время державшийся в стороне и воздерживающийся от каких-либо комментариев в адрес сладкой парочки, едва сдерживался от смеха, опираясь на дверной проем. — Это была не моя идея, честно! — открестился он и показал «класс», — но ребята, вы отличные актеры. В эту секунду Пабло и Мариса как по команде посмотрели друг другу в глаза и отпрянули, так как своими издевками Нико напомнил им, что притворяться уже не имеет никакого смысла. — Можете не торопиться, — он подмигнул и исчез в коридоре, закрыв за собой дверь. То как развивались события в спальне Пабло и Марисы после, походило на самую неловкую ситуацию, что вообще могла между ними случиться. — Э…э…я пойду вниз. Подожду тебя внизу, — произошло невозможное — Пабло Бустаманте смутился. Для Спирито это стало маленькой победой, а смотреть на то, как он спасается бегством от ее прямых взглядов, — настоящим праздником для глаз. Мариса усмехнулась пустоте комнаты и покачала головой от невозможности всей этой ситуации. Маленький триумф и послевкусие от победы прервала череда смс-оповещений, а затем и долгожданный звонок от подруги. — Лухи! Привет! У тебя все хорошо? — Привет! Да, все отлично. Я, конечно, пока не влетела в зад дорогущему автомобилю, но сегодня по дороге на работу занималась его поисками. Как сама? Как там твой миллионер? Он хоть симпатичный? Мариса пробежала глазами вдоль настенных полок с рамками и другими милыми безделушками. Взяв в руки одно из фото Пабло, на котором он был запечатлен где-то на отдыхе в одной жарких стран, она внимательно, подобно самому дотошному следопыту, изучила его лицо. Особое внимание привлекли голубые глаза Бустаманте, что на фото выглядели еще ярче чем в реальной жизни. — Страшный как вся моя жизнь! — Мариса поставила фоторамку на прежнее место, и услышав суету за пределами дома, обратилась к окну. Пока Лухан делилась комментариями и последними новостями из своей жизни, Спирито откинула занавеску и с интересом стала разглядывать вид, открывающийся ей из окна. Внизу Дельфина вместе с Николасом игриво боролись в рукопашную, все говорило о том, что эти двое уже помирились. Серхио же и Милагрос забрасывали друг друга снежками, и вообще, вся семья Бустаманте отлично проводила время на свежем воздухе. Мариса улыбнулась и ее сердце кольнуло от того, что эта рождественская неделя, вопреки ее ожиданиям, дарит ей только позитивные эмоции.  — Ты еще здесь? — голос Лухан послышался на том конце провода. — Да… прости, я задумалась. — В общем, Соне я сказала, что ты устроилась на работу, и у вас там сумасшедший график перед праздниками, поэтому она не должна волноваться, что ты бываешь недоступна по телефону. Позвонишь, когда немного освободишься. — Ты настоящая подруга, Лухи!!! — Мариса расцеловала трубку, — знаешь, я ведь совершенно не умею врать своей маме. Надеюсь, мне удастся пройти то собеседование, не хотелось бы расстраивать Соню. Спасибо. Мариса повернулась на звук открывающейся двери и заметила Пабло, возмущенно указывающего ей на часы. — Все, я должна идти. Целую тебя и отключаюсь. — Ты еще не готова? — Дай мне пять минут, — Мариса не стала выяснять с ним отношения, так как полностью осознавала свою вину. Она заставляла ждать не только Бустаманте, но и всю его замечательную семью. Я сказала замечательную? — Сколько времени тебе нужно на самом деле? — Пять минут! — Я подожду здесь, — Пабло рухнул на диван и со скучающим видом сложил руки на груди, — чтобы пять не превратилось в двадцать пять. — Мне и переодеваться при тебе? Он провел взглядом по ее банному халату и задержался на ее стройных ногах. ДА! — Я подожду внизу, — несколько подумав, все же уступил Пабло. — То-то же. Облачившись в объемный свитер ручной вязки, который так настоятельно рекомендовала ей консультант по моде, Мариса добавила к образу узкие джинсы и стильную куртку на подкладке из натурального меха. — Блеск, — она завершила комплект белой шапочкой с пушистым бубоном и удовлетворенно оглядев себя в зеркале, выпорхнула из спальни.       Мариса впервые выбирала новогоднюю елку в месте, масштабу которого мог позавидовать бы целый аэропорт международного класса. Обилие лесных красавиц вокруг вызывало головокружение, пока насыщенно зеленый цвет пестрил своим великолепием на каждом углу. А запах? Запах был такой, что невозможно было передать словами. — Итак, какую елку мы ищем? — Мы ищем не елку, мы ищем символ, — философски ответил на вопрос невестки глава семьи Бустаманте. Серхио остановился возле одного из хвойных деревьев и пытливым взглядом стал осматривать каждую иголочку на ветке. — Выбирать нужно сердцем, но при этом придерживаться некоторых критериев. Густота иголок, высота ели, — он загнул еще один палец, — и внешнее впечатление. — Папа елочный маньяк, — пояснил Пабло, предлагая отцу еще один вполне себе вариант. — Нет, — отмахнулся тот, а Мариса закусила губу, чтобы не засмеяться от жеста Николаса, который покрутил возле виска и губами прошептал, сумасшедший. Не обладая рентгеновским зрением, Серхио все же пожурил своего первенца. — Я все вижу! Прогуливаясь по длинным еловым рядам, Мариса в окружении семьи Бустаманте продолжила поиски настоящего символа новогоднего праздника. — Смотрите, кто там? Все повернули головы в направлении руки Николаса. — Это же Тони! Дельфина быстро спряталась за спиной старшего брата, и выглядывая из-под его рукава, взмолилась о пощаде. — Пожалуйста, не привлекайте внимания! Ведите себя, тихо! — Хорошо, как скажешь. Эй, Тони!!! — крикнул Николас и приветливо помахал рукой, приглашая паренька к ним присоединиться. — Ну, спасибо, я это запомню! — процедила Дельфина сквозь зубы и стала поправлять и без того безупречную прическу. — Привет семье, Бустаманте! — молодой человек лет двадцати на вид, с приятными внешними данными и голосом, поспешил пожать руки всем представителям мужского пола. — Делф??? Дельфина сделала вид, что отвлеклась от выбора елочных игрушек, и не помнящим взглядом уставилась на бывшего ухажера. — Привет… Тони, кажется? Она не знала куда деть свои руки, поэтому накрутила на палец шарфик от «Hermes.» — Да, Тони, точно. Как поживаешь? — Хорошо. — Елку выбираете? Ответ был настолько очевидным, что бедняга даже поморщился от самой постановки своего вопроса. — Да, готовимся к праздникам. К Пабло приехала невеста. — Я, Мариса, очень приятно Тони. Спирито безвольно пожала ему руку, отметив про себя, что натянутое лицо Дельфи, все еще находится на своем месте. — И мне, — парень мялся, не зная как продолжить этот неловкий разговор дальше. — Вечером придете послушать песнопения? — Да, — хором ответили все Бустаманте, — конечно. — Непременно. — Я еще не знаю, может, если найду время, — Дельфина хотела показаться слишком занятой и доказать что ее жизнь настолько насыщенна и полна интересных событий, что церковный хор в качестве вечерней программы, не самая удачная для нее затея. У нее другие серьезные планы. Например, выслушивать придирки старшего брата, или же, обсуждать погоду за ужином со своими старыми тетушками. Да много всего! — Ну ладно, до встречи, — Тони махнул рукой на прощание, и как только он скрылся из виду, лицо Дельфины залила краска. Девушка едва не билась головой об рядом стоящий столб, до того она чувствовала себя не в своей тарелке. — Тони, кажется? — изобразил младшую сестру Николас и покривлялся. — Ты просто пикап-мастер, систер! — Ник, сделай всем одолжение и заткнись! — Если он тебе по-настоящему нравиться, то не стоит показывать ему, что ты едва его помнишь, — вдруг влезла со «своим самоваром» Мариса. — Тони может подумать, что все случившееся между вами не более, чем просто история о неудачном первом разе. Дельфина смотрела на нее, так как будто ей стало интересно, что невестка хотела всем этим сказать. — Мне показалось, что ты ему нравишься. На твоем месте, я бы пошла вечером на эти песнопения, и попробовала все исправить. Дел долго слушала советы Марисы, но наконец не выдержала и сорвалась. — Как хорошо, что ты не на моем месте! — Я просто высказала свое мнение, не более. Спирито постаралась оправдаться, — куда приятнее отмечать такой праздник, когда есть с кем поцеловаться. — Вот и радуйся, что нашла моего брата. На этих словам Дельфина фыркнула и ушла вперед. — Дел!!! Подожди! — Николас бросил в сторону Марисы извиняющий взгляд и догнал младшую сестренку в два коротких шага. — Чего ты так сорвалась? — А чего она лезет? Милагрос и Пабло тоже поравнялась с Нико и Дельфиной, подхватив последнюю под руку. — Ты вела себя не правильно. — Пусть так, но какая разница? Тони даже не посмотрит в мою сторону! Тем более, я живу там, а он здесь… — Жила…теперь то у тебя куча свободного времени. — Почему? — немедленно подхватил разговор детей Серхио. — Э… — Нико, виновный в том, что эта тема отчисления Дельфины из университета вообще поднялась, постарался исправиться на месте, — так ведь, каникулы же. — Ладно, идем искать елку! Глава семьи постарался обнять всех своих детей, но сделать это было практически не возможно. Поэтому он предпочел объединиться с беременной Милагрос, которая больше всех нуждалась в его поддержке. Мариса все это время обиженно плелась позади них. Ее раздражал тот факт, что Пабло встал на сторону сестры. Да, они с Бустаманте не настоящая пара, их и знакомыми назвать словно. Но! Он ответственный за весь этот цирк, и в его же интересах действовать на стороне невесты. — Пабло, немедленно вернись за Марисой, бедняжке итак не легко со всеми нами, а тут еще ты оставил ее без всякой поддержки. Мама Мора всегда знала как правильно поступить всем ее детям, наверное, поэтому она была лучшей мамой на свете. Бустаманте остановился на середине дороге, и разгребая снег одной ногой, стал терпеливо ждать, пока невеста с ним поравняется. Мариса никогда не отличалась особой вежливостью, особенно будучи обиженной на кого-то. — Чего тебе? — Не говори со мной в таком тоне! — Хочешь, я вообще буду молчать до конца отпуска. — Что не так? — Все! Все не так! Твоя сестра манипулятор, которая использует собственных родных, только чтобы поставить меня в неудобное положение. А ты за меня даже не вступился! — Мариса обиженно ударила его маленьким кулачком в грудь. — Дельфине двадцать, она еще слишком молода. Вспомни себя в ее возрасте. — Я никогда не вела себя так, как ведет себя она! На глазах Спирито тот час выступили слезы от обиды. Она не хотела показывать собственную слабость, но остановиться уже не могла. Пабло обреченно выдохнул на морозе, от чего из его рта пошел пар. Он ненавидел, когда женщины плакали, в особенности его женщины, а Мариса в данную минуту была именно его женщиной. Заметив, что родители наблюдают за их сценой со стороны, Пабло ничего не оставалось делать, как успокоить свою расстроенную невесту. Он снял кожаную перчатку с правой руки и осторожно поймал слезинку, одиноко катившуюся по лицу Марисы. — Прости, — он притянул ее к себе, сократив расстояние между ними до считанных миллиметров. — Ты права. Я не должен был тебя вот так бросать, — прошептал он напротив ее волос. Его объятия подействовали на нее успокаивающе. Не смотря на мороз, она была согрета теплом. Его теплом. Когда холодная щека Пабло коснулась ее, Мариса замерла, втягивая в себя морозный воздух. На долгий, болезненный момент, они остались стоять на месте, просто дыша. — Ты сто тысяч раз права.  — прошептал Пабло. Ее веки опустились, и Мариса утонула в еще одном облаке аромата его терпкого одеколона. — Все в порядке? — Пабло прижался лбом к ее лбу, — да? — Да… — покачав головой, обронила она и еще сильнее прижалась к его куртке. Мариса чувствовала себя маленькой девочкой, которая отчаянно нуждалась в защите. И если уж так сложилось, что Пабло Бустаманте единственный человек, который может ее в этом поддержать, так пусть оно так и будет. — Так что, мы теперь заодно? — спросил он, пока его руки спускались по ее спине. — Абсолютно. Считай, что мы одна команда. Как мало нужно для того, чтобы прийти к общему знаменателю, — подумал про себя Бустаманте и криво улыбнулся. Всего лишь одно простое извинение и парочка дружеских объятий. Он воспринял это перемирие по-своему, позволив себе немного большего, чем обычно. В ответ на ее улыбку, он погладил Марису по попе. Честно признаться, ему давно хотелось это сделать, уж больно его привлекала эта часть ее тела. И раз уж момент выбрался удачный… Следующие ее слова прозвучали как угроза над ухом Пабло. — Тронешь меня еще раз без спроса, и будешь спать на полу до конца праздников. Понял? — Мои родители на нас смотрят. Когда их взгляды встретились, в эту самую секунду Мариса почувствовала непреодолимое влечение. Ее губы сами потянулись к его рту и почти невесомым прикосновением оставили свой след. Пабло такой поворот событий не устраивал, поэтому, он решил продолжить их маленький спектакль, самостоятельно изменив рейтинг поцелуя с PG-13 на NC-17. Это был первый раз в жизни Марисы, когда она поняла значение выражения «дыхание сперло». Настолько этот поцелуй ее поглотил, что даже после того, как их губы перестали соприкасаться на морозе, она еще долго не могла прийти в себя. — Снимите номер! — крикнул, глядя на эту сцену со стороны, Николас. Он собирался выкурить сигаретку-другую, и расположился на одном из свободных для торговли прилавков. Его ноги болтались на весу, как у безалаберного подростка. А в это самое время, Серхио наконец-таки нашел подходящее дерево, о чем не постеснялся заявить во всеуслышание на всю ярмарку.   — Это она! — его лицо озарило светом. Ель под два метра ростом, зеленовато-голубого цвета, с пышной игольчатой структурой предстала перед Бустаманте во всей своей красоте и величие. Глядя на все это великолепие со стороны, Мариса, кажется, полностью осознала, что имел в виду Серхио, когда говорил о настоящем символе Нового Года.