Да, чёрт возьми, я - слизеринка!

      Для моих друзей, как и для меня самой, новость о том, что мое имя было выбрано Кубком огня — была настоящим шоком. После того, как нам с Поттером сказали идти в кабинет директора, по дороге я встретилась со своими друзьями, которые были очень обеспокоены моим положением. Драко был рассержен, и он сказал, что нам нужно будет поговорить. Мне ничего не оставалось, как согласиться.

***

      Нам с Поттером предстояла повторная встреча с директором. Что-то мне подсказывало, что эта встреча добром не кончится. Всю дорогу до кабинета, мы шли молча, когда остановились возле двери, я решила заговорить:       — Ты бросал имя? — спросила я.       — А ты?       — Нет, — ответила я.       — И я нет, — ответил Поттер.       Это был самый короткий разговор в моей жизни. Горгулья пропустила нас, и мы по лестнице поднялись в кабинет директора. Я постучала в дверь, когда Дамблдор дал разрешение войти, мы с Поттером зашли внутрь и остановились напротив директорского стола. Дамблдор кормил Фоукса, и что-то бормотал себе под нос. Потом, наконец, он повернулся к нам.       — Почему вокруг вас вертится весь мир? — поинтересовался Дамблдор, скрестив руки за спиной, — почему именно ваши имена были брошены в Кубок огня?       — Я задаюсь тем же вопросом, — ответила я, — профессор, мы действительно будем проходить те же испытания, что и другие чемпионы?       — У вас нет выбора, у вас обоих, — сказал Дамблдор, — учитывая то, что испытания рассчитаны на программу семикурсника, некоторые заклинания вы еще не знаете. Советую вам просмотреть учебники и хорошенько подготовиться. За экзамены можете не волноваться, как и сказал Крауч — вы их сдавать не будете! А теперь можете быть свободны.

*Гостиная Слизерина*

      На удивление, когда я зашла в гостиную, никто не стал спрашивать: как я стала чемпионом? Как мое имя оказалось в Кубке огня…. В общем — полное молчание. Разве что Драко, сразу же после моего прихода, схватил за руку и потянул на диван, где никого как раз не было.       — Что это значит?       — О чем ты?       — О Турнире, — ответил Драко.       — Я же сказала — понятия не имею, каким образом в Кубок попало мое имя, — огрызнулась я, — думаешь, в здравом уме я бы смогла обмануть Кубок? Грюм сказал, что даже с моими высокими знаниями в области заклинаний и всего прочего, я бы не смогла обмануть такой мощный и древний артефакт. Получается, что кто-то намеренно бросил мое имя туда. Но для чего?

***

      Следующие несколько дней были, скажем, так — не очень веселыми. Конечно, мои однокурсники относились к выбору Кубка лояльно, даже радовались, что именно меня с нашего факультета. Они не учли того, что как бы я не прекрасно знала все предметы, программа Турнира опережала мои знания на три года вперед. Блейз боялся, что у меня на пути станут пуффендуйцы, которые не очень-то довольны тому, что Кубок выбрал слизеринку, да ещё и ту, которая их опережает на всех экзаменах.       Во вторник, в первых числах ноября, когда мы возвращались с Защиты от Темных искусств, проходя через внутренний двор, я заметила, что Поттер ходит один, хотя обычно его окружает Уизли, да и Пати что-то не видно. Неужели они поверили, что Поттер способен обмануть кубок?       Мы с Блейзом и Панси направлялись в замок, чтобы пообедать, как вдруг услышали чей-то хохот и чьи-то разборки. Да, как вы уже поняли — любопытство моя вторая натура, я не выдержала, и решила посмотреть, что же происходит. Оказалось, что это Драко и Трейси решили посмеяться над Поттером и тем, что его выбрал Кубок.       — Нравится, Поттер? — воскликнул Малфой. — Но это еще не все! Полюбуйся! — Он нажал на значок, красная надпись исчезла, ее сменила зеленая: «Гарри Поттер, ты смердяк! Задавала и дурак!» Слизеринцы, загоготали. Все, как один, нажали на значки, и на Поттер отовсюду теперь смотрели блестящие зеленые буквы. Я вижу, что Поттер хоть и крепкий на психику пацан, но даже такое давление он не сможет выдержать.       — Тебе стало легче? — спросил Поттер, стараясь успокоиться. Смех Драко подхватила и Трейси, которая сидела на ветке дерева, а Драко внизу, облокотившись на ствол дуба.       — Посмотрим, сколько ты продержишься на арене, знаменитый Поттер, — крикнула Трейси, — я уверена, что даже минуты не продержишься!       Я могла бы промолчать, если бы смеялись только Драко и другие слизеринцы, но когда в дело вмешалась Трейси — я молчать, не намерена. Мои друзья меня поддержали, так что втроем мы быстрым шагом направились к толпе. Трейси хотела крикнуть ещё что-то, как тут я встала между ней и Поттером.       — Какие-то проблемы? — спокойно спросила я. Моя выходка заставила моих друзей со Слизерина, и Поттера, удивиться.       — Это ты у Поттера должна спросить, — усмехнулась Трейси, — это же он умудрился обмануть Кубок и вновь выставить себя на первое место. — я долго думала, что бы ответить этой гадине, в итоге, я поймала взгляд Поттера, и мне сразу же пришла в голову мысль:       — А сколько бы продержалась ты? — задумавшись спросила я, — учитывая твои мозги, твой рост и вес… Ты не успела бы даже на арену выйти, чтобы выполнить задание. А уж если будет какое-то трудное задание, Поттер бы сел на метлу и улетел, а вот касательно тебя… Ты не то, что метлой, ты и палочкой управлять толком не умеешь.       Вот на это засмеялись все, включая слизеринцев, пуффендуйцев, даже Поттер издал что-то вроде смешка. Да, в язвительности со мной никто посоревноваться не сможет, даже Трейси и Драко. Второй был удивлен такому заявлению, видимо он надеялся, что я встану на их сторону. Если бы я не была в такой же ситуации, как Поттер, то да — стала бы насмехаться над ним, но не в этот раз. Я повернулась, хлопнула Поттера по плечу, и вместе с друзьями поспешила удалиться, чтобы у Трейси не напрягались мозги для ответа. Последнее слово всегда будет оставаться за мной.

***

      А на уроке профессора Флитвика мы, наконец, приступили к манящим чарам. Я долго ждала эту тему, потому что она может стать достаточно полезной, учитывая то, что мне придется участвовать в турнире. Мне удалось овладеть этим заклинанием, поэтому — губки для доски, луноскопы, корзины для мусора, они летели ко мне, как будто я выступала волшебным магнитом для них.       — Блин, ты, как магнит, Гермиона! — возмущался Драко, когда в очередной раз у него не получилось притянуть к себе луноскоп.       — А ты лучше сосредотачивайся, — огрызнулась я, — и не думай над тем, какую еще шутку придумать для Поттера.       — Почему ты заступилась за него? — шикнул Драко.       — Потому что я в такой же ситуации, что и он, — спокойно сказала я, — не думаю, что он с удовольствием принимает тот факт, что большая часть участников погибают на этом турнире.

***

      От Пати я узнала на перемене, что Уизли, позавидовав удаче Поттера участвовать в турнире, и перестал с ним разговаривать. Назло даже с Финниганом стал общаться. Я знала, что Уизли — тупоголовый, но не до такой же степени. Следующим уроком было Зельеварение, мы зашли вместе с гриффиндорцами, и сели по парам, как нас распределил Снегг в начале года. Драко никак не уймется, он снова включил этот ужасный значок. Зеленая вспышка «Поттер смердяк» опять развлекла слизеринцев.       На этом уроке мы занимались противоядиями. Снегг объяснял то, что мы изучали на предыдущих курсах, а также познакомил нас с противоядием по третьему закону Голпалотта. Довольно сложное противоядие.       — Займемся противоядиями! — Снегг обвел класс злобно поблескивающими глазками. — Составы у вас готовы? Теперь осторожно заварите их. После чего выберем кого-нибудь и попробуем на нем их действие. Прежде чем мы приступили к приготовлению зелья, в кабинет буквально влетела младшая Уизли.       — В чем дело? — сухо спросил Снегг.       — Простите, сэр, но Гарри Поттера и Гермиону Грейнджер вызывают наверх.       — Им предстоит еще час работы с зельями. Наверх они поднимутся после урока. — бедная девчонка чуть сквозь землю не провалилась.       — Сэр, сэр, это приказ мистера Бэгмена, — испуганно проговорила она. — Все чемпионы должны идти. Их будут фотографировать.       — Раз мистер Бэгмен… — прошипел Снегг. — Берите сумки и уходите!       Мы с Поттером быстро собрали все в сумку, и направились к двери. Он любезно пропустил меня в коридор, и затем закрыл дверь за спиной. Да, я ожидала чего угодно, но точно не фотосессии       — А для чего они будут фотографировать? — спросил Поттер вслух, я лишь пожала плечами.       — Учитывая то, что за этим стоит Бэгмен, думаю что для «Пророка», — предположила я, и увидела, как Поттер скривился.       — Только этого не хватало, — воскликнул он, — этот пророк уже в гландах сидит!       — Лучше уж так, нежели терпеть уроки у Снегга, — вздохнула я, — в последнее время он слишком грубый, чтобы сидеть на его занятиях.       — Хоть в этом я с тобой соглашусь, — сказал Поттер.

***

      После того, как мы зашли в нужную дверь, то очутились в небольшой аудитории. Большинство столов сдвинуты в конец, образуя в центре пустое пространство. Три составлены вместе перед доской и накрыты длинной бархатной скатертью. За ними шесть кресел. В одном сидит Бэгмен, беседуя с незнакомой ведьмой в алой мантии. Виктор Крам, задумчиво стоит в стороне от всех. Седрик и Флер о чем-то разговаривают. Вид у нее довольный, не то, что в день приезда. Она то и дело откидывает голову, и длинные белокурые волосы на свету красиво переливаются. Коротышка с большой черной камерой, слегка дымившейся, краем глаза любуется ею. Увидев меня и Поттера, Бэгмен вскочил и радостно подошел к нам.       — А вот и наши чемпионы! Входите! Не волнуйтесь, это просто церемония проверки волшебных палочек. Сейчас подойдут члены судейской бригады.       — Наши палочки будут проверять? — удивилась я.       — Конечно, мисс Грейнджер, — кивнул Бэгмен, — это исключительно стандартная процедура. Необходимо проверить, в каком они состоянии, нет ли поломок. Это ваш главный инструмент в соревнованиях. Специалист в этой области сейчас наверху с директором.       — Господин Олливандер? — поинтересовался Поттер.       — Да, — кивнул Бэгмен. — После церемонии вас будут фотографировать. Познакомьтесь, Рита Скитер. — Бэгмен жестом указал на женщину в алой мантии. — Она делает небольшой материал о Турнире для «Пророка»….       — Только не она… — прошептала я, увидев журналистку. Она вышла из-за стола и начала подходить к нам. Моя реакция удивила Поттера.       — А что с ней не так?       — Вот когда она будет брать у тебя «интервью», сам поймешь, — ответила я. Волосы у нее уложены в причудливое сооружение из тугих локонов, нелепо сочетающееся с массивным подбородком. Очки отделаны драгоценностями, толстые пальцы, сжимающие крокодиловой кожи сумочку, завершаются длиннейшими ногтями, покрытыми пунцовым лаком.       Как я и предполагала, Рита решит взять интервью у Поттера. Ну, конечно — знаменитость стала ещё популярней из-за Турнира Трех Волшебников. Рита схватила Поттера за руку и потащила в какую-то коморку. Я уже подумала, что она его там изнасилует или заставит дать ей свой автограф.       Пока Поттер находился во власти противной всем Скитер, я решила занять свое место. Мне ничего не оставалось, как сесть рядом с Седриком. Когда я села, он придвинулся ближе, если честно, я не была настроена на разговор.       — Волнуешься? — шепнул Седрик.       — Нет, — соврала я. Нельзя было передать словами, как я боялась участвовать в таком соревновании, учитывая статистику смертей за всю историю Турнира.       — А следовало бы, — услышала я голос Флер, — ты слишком мала, чтобы участвовать в таком ту`ни`е. — да, за словом в карман я никогда не лезла, поэтому слегка наклонившись вперед, я посмотрела на Флер.       — Посмотрим, сколько баллов получишь ты за первое испытание, Делакур, — улыбнулась я. Мой тон ей был явно неприятен.       — С какой стати ты ставишь себя выше меня? — возмутилась Флер. Я лишь улыбнулась.       — Привыкай к этому, — сказала я, — по знаниям и силе со мной некоторые старшекурсники сравниться не могут. Посмотрим, чего стоят иностранки, вроде тебя!       Вскоре, к нам присоединились судьи турнира: профессор Каркаров, мадам Максим, мистер Крауч и Бэгмен. Также вовремя пришел директор Дамблдор. Через минут десять из коморки вышли Рита и Поттер. По лицу Поттера я поняла, что он уже осознал смысл моих слов. Чтобы не садиться рядом с Виктором или Ритой, Поттер занял место рядом со мной.       — Ну, как — понравилось? — ухмыльнулась я.       — «Очень», — ответил Поттер. Рита расположилась в углу, вынула из сумки начатую статью, разгладила ее на колене и, пососав кончик Прытко Пишущего Пера, водрузила его стоймя на пергамент.       — Позвольте представить вам мистера Олливандера, — обратился к чемпионам Дамблдор, заняв место за столом судей. — Он проверит ваши палочки, дабы убедиться в их готовности к турнирным сражениям. — У окна стоял пожилой волшебник с большими светло-серыми глазами. Вот он — старичок, который вручил мне мою волшебную виноградную лозу.       — Мадмуазель Делакур, начнем с вас, — мистер Олливандер вышел на середину класса. Флер Делакур легкой походкой подошла к нему и протянула палочку. — Хм-м, — протянул Олливандер, повертел ее в длинных пальцах как дирижерскую палочку. Из палочки посыпался сноп розовых и золотых искр. Мастер поднес ее к глазам и внимательно рассмотрел. — Ясно, — сказал он спокойно. — Двадцать сантиметров, не гнется, розовое дерево. Боже милостивый! Содержит…       — Волос с головы вейлы, моей бабушки.       — Да… да, — сказал Олливандер, — я никогда не использовал для палочек ее волос. Слишком уж они получаются темпераментные. Но каждому свое, и если она вам подходит… — Мистер Олливандер пробежал пальцами по палочке, проверяя, нет ли царапин или каких неровностей.       — Орхидеус! — воскликнул он, из палочки выскочил букет орхидей, и он протянул их Флер. — Мистер Диггори, ваша очередь. — Флер полетела на свое место, по пути одарив Седрика улыбкой. — А-а, узнаю свое изделие, — заметно оживился мистер Олливандер, беря палочку Седрика. — Прекрасно ее помню. Содержит один волос из хвоста уникального экземпляра жеребца-единорога — около двух метров в холке. Чуть не проткнул меня рогом, когда я дернул его за хвост. Тридцать пять сантиметров, ясень, хорошая упругость. Регулярно ее чистите?       — Вчера вечером полировал, — улыбнулся Седрик. Да, неужели это так важно? Как-то не задумывалась над этим. Я увидела, как Поттер пытается оттереть свою палочку. Жалкое зрелище. Мистер Олливандер выпустил из палочки Седрика серебристую спираль дыма на весь класс, остался ею вполне доволен и пригласил на середину комнаты Крама. Виктор Крам встал, повел плечами, ссутулился и вразвалку подошел к мастеру. Протянул палочку и, сунув руки в карманы, нахмурился.       — Хм-м. Ежели не ошибаюсь, творение Грегоровича? Прекрасный мастер, хотя стиль не совсем тот, какой… Ну, это ладно… Он поднес палочку к глазам и тщательно рассматривал ее, вертя так и этак. — Да… саксаул и сухожилие дракона? — метнул он взгляд на Крама. Крам кивнул. — Толстовата, довольно жесткая, двадцать семь сантиметров… Авис! — Палочка из саксаула выстрелила как ружье, из дула выпорхнула стайка щебечущих птичек и вылетела в окно навстречу солнцу. — Отлично, — сказал Олливандер, возвращая Краму его палочку. — Кто у нас еще остался? Мистер Поттер и мисс Грейнджер.       — Иди ты, — шепнул Поттер.       — Давайте, я первая, — сказала я. Быстро выйдя из-за стола, я обошла стол и подошла к изготовителю палочек, затем достала свою и протянула ему.       — Да… — улыбнулся Олливандер, — узнаю также свою работу. Прекрасная волшебная палочка, одна из тех, с которыми мне было тяжело расстаться. Среди них также палочка мистера Поттера. Так, ваша сделана из древесины виноградной лозы, 10¾ дюймов в длину и, если мне не изменяет память — содержит сердцевину из сердечной жилы дракона.       — Именно так, — подтвердила я. Олливандер вновь осмотрел её, затем решил использовать на практике.       — Лапифорс! — из палочки выскочили зеленые искры, — прекрасно работает. — он вернул мне палочку, и я поспешила сесть на свое место. — Мистер Поттер, подойдите теперь вы.       Олливандер изучал его палочку дольше всех. Наконец пустил из нее фонтан вина и возвестил, что палочка по-прежнему пребывает в безупречном состоянии.       — Благодарю всех, — сказал стоящий за судейским столом Дамблдор. — Возвращайтесь на занятия. Хотя, пожалуй, можете идти обедать, урок вот-вот кончится… — Ну, наконец-то сегодня случилось что-то хорошее. Мы уже собирались уходить, как услышали голос Бэгмена:       — А снимки, Дамблдор, снимки! — заволновался Бэгмен. — Всех судей и участников! Что вы скажете, Рита?       — Да, конечно. Сначала всех вместе, — она опять впилась взглядом в Поттера, — а потом по отдельности.       Фотографу пришлось-таки изрядно потрудиться. Мадам Максим заслоняла всех, какой ракурс ни возьми, а ему отойти некуда, чтобы великанша попала в кадр. В конце концов, ей пришлось сесть, а все остальные встали вокруг. Каркаров наматывал на палец козлиную бородку, чтобы получился еще один завиток. Крам, привыкший фотографироваться, занял место позади, не хотел выпячиваться. Фотограф желал выдвинуть на первый план Флер, но Рита опередила его, поместив в центр Поттера. Она пыталась встать рядом, но увидев его красное лицо, я невольным движением палочки оттолкнула её и встала вперед, так как мы с Поттером были одного роста. Когда снимок был готов, настояла, чтобы участников Турнира сняли еще и по отдельности. Наконец все были отпущены. Я решила пойти пообедать, занятия ведь до обеда закончились. Взяв сумку, я уже вышла из комнаты, как вдруг меня кто-то схватил за рукав:       — Спасибо, — обернувшись, я увидела удаляющуюся фигуру Поттера. Может быть, мы и не ладим, но сейчас мне искренне жаль его.

***

      Две недели мне приходилось готовиться к первому испытанию так, как я не готовилась к экзаменам. Первый тур надвигался неотвратимо. Он маячил впереди, как кошмарное чудовище, которого ни обойти, ни объехать. Ещё никогда я так не нервничала ни перед одним матчем. Вроде бы все было нормально, но присутствие Риты Скитер не давало нормально учиться. Она время от времени появлялась в школе, пыталась взять интервью у Седрика и повторно у Поттера, а когда от пацанов не смогла ничего узнать, взялась за меня и Флер. Однажды Рита меня застукала в туалете. Чтобы проучить её, я стукнула её по лбу дверцей кабинки. Через два дня после этого, Рита Скитер опубликовала в «Пророке» статью о Турнире Трех Волшебников. Но о состязаниях там говорилось мало. Большую ее часть составляло красочное жизнеописание Поттера. Едва ли не половину первой страницы занимала его фотография. Фактически вся статья, продолжавшаяся на второй, шестой и седьмой страницах, посвящена только ему, имена чемпионов Шармбатона и Дурмстранга перевраны, о них сказано несколько слов в самом конце статьи, а имя Седрика вовсе не упоминалось. Что касательно меня, она сказала, что я якобы симпатизирую Поттеру, так как мы шептались. Что за ересь? Дни проходили так скудно и ужасно, что я даже не успевала нормально подготавливаться к урокам. Слава Мерлину, что чемпионам можно будет не сдавать экзамены в конце года. Хоть какое-то утешение.

***

      В воскресенье, когда мы шли на Травологию, я думала над тем, какое же испытание для нас приготовят организаторы турнира. Самое ужасное — это неизвестность. Мы уже были на полпути к оранжерее, как вдруг я услышала:       — Гермиона! — обернувшись, я увидела бегущего ко мне Поттера.       — Идите, я догоню, — Блейз и Панси пошли в оранжерею.       — В первом туре будут драконы, — быстро сказал Поттер.       — Что? — его слова были для меня настоящей неожиданностью, по крайней мере, я так думала. В глазах Поттера я не видела насмешек или подвоха, значит, он не лжет.       — Драконы, — повторил он, — их пять. По штуке на каждого. Нам надо будет пройти мимо них.       — Ты уверен в этом? — спросила я.       — Абсолютно. Сам видел.       — Как ты узнал?       — Да какая разница?! — возмутился Поттер. — Знаю не только я, но и остальные тоже.       Если честно, я поверила Поттеру, в таком случае ему не выгодно мне лгать. Но зачем? Почему он все мне рассказал? Разве мы не являемся с ним давними соперниками, да и соперниками на турнире?       — Почему ты рассказал мне? — спросила я.       — Ты заступилась за меня, — ответил Поттер, — я просто отдаю долг, — после этого, он пошел в сторону оранжереи.

***

      Во вторник утром, я встала раньше обычного. Нужно было подготовиться к турниру. В этот день занятия были отменены, так как все хотели посмотреть на соревнования. Я тряслась как осиновый лист. Панси и Блейз с Драко сказали, что пойдут сразу на арену, поэтому пожелали удачи ещё в гостиной.       Без друзей сейчас мне хуже всего, я боюсь, и от этого становится ещё хуже. Более удобной одежды, чем спортивная форма я не нашла, разве что пришлось перчатки от квиддича попросить у Перегрина. Волосы я завязала в хвост, чтобы не мешались, за лето они отросли у меня уже ниже плеча.       — Гермиона, поспеши, — сказал Снегг, когда я стояла в гостиной совершенно одна. Он зашел сюда, чтобы сопроводить на турнир.       — Да, уже иду…       Вместе с профессором Снеггом я покинула гостиную. Перед этим я, конечно же, позавтракала, правда не много, чтобы не вырвать. Мы сошли по каменным ступеням, вышли в холодный ноябрьский полдень.       — Будешь бояться, не сможешь победить, — сказал Снегг, когда мы уже направлялись на арену.       — Думаете у меня получится? — спросила я. Снегг лишь ухмыльнулся.       — Это я понял еще во время объявления тебя чемпионом. Помни — на случай осложнений дежурят волшебники.       Я думала, что мы идем на арену, но нет. Снегг повел меня в лес. У купы деревьев, за которыми находился загон с драконами, поставили палатку, загородившую монстров. Остановились у входа.       — Войдешь сюда к другим чемпионам, — сказал Снегг. — Будешь ждать своей очереди. Там мистер Бэгмен. Он объяснит вам, что делать. Удачи!       — Спасибо, — сказала я. Снегг удалился, а мне ничего не оставалось, как зайти внутрь.       В углу на низком деревянном стуле сидела Флер Делакур. Бледная, на лбу капельки пота. Куда делся обычный самоуверенный вид? Виктор Крам еще сильнее хмурится — похоже, нервничает. Седрик ходит из угла в угол. Также я увидела Поттера, который стоял не так далеко от меня. Увидев его, я слегка улыбнулась.       — А вот и мисс Грейнджер! — радостно воскликнул Бэгмен. — Входи, входи! Чувствуй себя как дома!       Бэгмен был одет в старую мантию с черно-желтыми, как у осы, полосками. Толстый, веселый, он выглядел карикатурой в окружении бледных, напряженных чемпионов.       — Итак, все в сборе. И я сейчас сообщу вам, что делать! — бодро заявил Бэгмен. — Когда зрители соберутся, я открою вот эту сумку. — Он поднял небольшой мешочек из красного шелка и потряс им. — В ней копии тех, с кем вам предстоит сразиться. Все они разные. Каждый по очереди опустит руку и достанет, кого ему послала судьба. Ваша задача — завладеть золотым яйцом.       Я осмотрелась по сторонам. Седрик принялся ходить по палатке. Флер и Крам не шевельнулись. Может, в обморок боятся упасть? Воспользовавшись, случаем, я подошла к Поттеру, он явно не ожидал этого.       — Слушай, Поттер… — прошептала я, — спасибо, что предупредил меня.       — Не за что, — ответил Поттер. Я кивнула, и уже собиралась отойти, как Поттер взял меня за рукав кофты, — я, конечно, терпеть тебя не могу и все такое…       — Ближе к делу, — огрызнулась я.       — На время турнира, давай заключим перемирие, — его слова меня, мягко сказать, удивили. Уж от кого-кого, но от Поттера я не ожидала их услышать.       — Почему со мной? — удивилась я. Поттер кивнул в сторону трех остальных чемпионов.       — Потому что мы с тобой здесь против нашей воли, — ответил Поттер.       Очень скоро послышался топот множества ног. Зрители шли, шутя, смеясь, возбужденно переговариваясь… Они казались гостями с другой планеты. Тем временем Бэгмен развязывал шелковый мешочек.       — Мисс Делакур, прошу вас, — объявил он, предлагая мешочек Флер. Она опустила внутрь руку и вынула крошечную точную модель валлийского зеленого с биркой номер два на шее. Флер не выказала ни малейшего удивления, скорее осознанную обреченность. Вторым выбирал — Крам. Ему выпал китайский огненный шар с номером три. Крам не моргнул и глазом, просто смотрел под ноги. Седрик вытащил сине-серого шведского тупорылого под номером один. Затем был Поттер. Он сунул руку в мешочек — венгерская хвосторога, номер четыре. — Мисс Грейнджер! — я тяжело вздохнула, и запустила правую руку в мешок. Внутри вроде бы ничего не было, но это была только иллюзия. Меня кто-то укусил слегка за палец.       — Ау, — шикнула я. Прицепившись к моей перчатке, на свет появился миниатюрный дракон золотистого цвета. У него были глаза-изумруды, а также длинные остроконечные крылья. Я прекрасно помню историю о драконах. Поэтому по сравнению с этим, венгерская хвосторога была просто гномиком. — Королевская рептилия… — прошептала я.       — Самый крупный дракон из пяти, — сказал Бэгмен, потом даже улыбнулся. Дамблдор, который стоял позади меня и Поттера, лишь тяжело вздохнул. — С этими драконами вам предстоит встретиться. Этим драконам дали охранять золотое яйцо, которое вам нужно будет заполучить. Предупреждаю сразу — на яйцо никакие чары, включая манящие чары, не действуют. На шее у дракона номер очереди. Все ясно? Тогда вынужден вас оставить, я сегодня еще и комментатор. Мистер Диггори, по свистку первый войдете в загон, ясно?       Через несколько минут прозвучал свист. Первым пошел Седрик, он боялся не меньше меня или Поттера, а пожелать ему удачи у меня даже язык не повернулся. Комментарии Бэгмена были слышны, мне казалось, за километр. Я постаралась успокоиться. Наконец, прозвучали аплодисменты. Значит, Седрику удалось.       — Мисс Делакур, прошу! — Флер дрожала с головы до ног. Я ничуть не волновалась за неё, слишком уж француженка высокомерная. Она покинула палатку с высоко поднятой головой, сжимая в руке палочку. Я, Поттер и Крам остались втроем, сидели в разных углах. После недолгих комментариев, послышался взрыв аплодисментов. Значит, Флер тоже справилась. Показывают оценки, тишина… очередная овация… и третий свисток.       — Мистер Крам, ваш выход! — объявил Бэгмен. Крам, сутулясь, вышел, и мы с Поттером остались вдвоем. Сердце колотится, пальцы дрожат от страха, и как будто никакой палатки нет — вижу и зрителей, и единоборство с драконом. Резкий звук аплодисментов ворвался мне в уши. Они сотрясли морозный воздух, как будто разбилось огромное зеркало. Крам завершил раунд, настала очередь Поттера. Он поднялся на ватных ногах, смутно осознавая происходящее. Он ждал. Вот и свисток.       — Удачи, — только и сказала я. Поттер вышел из палатки, чувствуя, как страх накалился в нем добела. Он брел мимо деревьев, брел, брел и, наконец, загон.       Я встала возле выхода, чтобы посмотреть на битву Поттера с драконом. В другом конце загона, как огромная курица на яйцах, восседала хвосторога. Крылья полураскрыты, свирепые желтые глазки уставились на злоумышленника. Громадный чешуйчатый хвост, как у ящера, и весь в пиках, бьет по промерзлой земле, оставляя глубокие, метровой длины следы. Зрители шумят невообразимо. Болеют они за него или нет? Мерлин, ну и ужасная курица эта хвосторога.       Поттер вдруг поднял палочку и крикнул:       — Акцио «Молния»!       Ну, конечно! На метле будет легче обходить дракониху, тем более, лучше Поттера в этом плане нет. В небе я увидела летящую к нему метлу. Прежде чем хвосторога успела запустить в него огненный шар, Поттер перекинул ногу через метлу и взлетел ввысь. И тут произошло чудо. Гарри взмыл высоко вверх.       Поттер взлетел выше, описал круг. Хвосторога следила за ним, вращая головой на длинной шее. Хвосторога резко разинула пасть, а Поттер нырнул вниз. На сей раз повезло меньше. Избежал пламени, но дракониха махнула хвостом…       — ДЕРЖИСЬ ЗА МЕТЛУ! — крикнула я.       Поттер услышал меня, но ушел влево и длинный шип задел плечо и порвал мантию. Трибуны взорвались криками. Поттер развернулся, подлетел к хвостороге и стал кружить у нее над спиной. Хвосторога не взлетает, стережет яйца. Вот хитрая зараза. Извивается, расправляет, сжимает крылья, держит Поттера под прицелом желтых, устрашающих глаз. Но отойти от яиц боится. А ему ведь именно это нужно, иначе про яйцо можно забыть. Видимо Поттер добивается, чтобы она забыла о своей задаче. Он летал то в одну сторону, то в другую, соблюдая расстояние — под драконий огонь попадать нельзя. Голова драконихи крутилась за ним, вертикальные зрачки наблюдали, клыки скалились. Он взмыл выше. Шея у хвосторога удлинилась, голова поднялась, как у змеи по велению заклинателя. Поттер взлетел еще метра на два, дракониха издала вопль отчаяния. Он муха, которую она жаждет прихлопнуть. Хвост ударил еще раз, но Гарри вне досягаемости. Стрельнула огнем, он увернулся… дракониха широко раскрыла пасть.       — ПАЛОЧКА! — Поттер вовремя достал палочку, и направил её на пасть:       — Петрификус Тоталус! — крикнул Поттер. Заклинание сработало прекрасно. Оно попало ей прямо в пасть.       Разозлившись, она расправила черные крылья размером с небольшой самолет. Поттер среагировал мгновенно. Не успела дракониха понять, в чем дело, куда делся враг, а он уж стремглав мчался вниз к гнезду яиц, незащищенному когтистыми лапами. Оторвав руку от «Молнии», схватил золотое яйцо и на огромной скорости взмыл вверх. Он пролетал над трибунами, держа в здоровой руке тяжелое яйцо.       Победа Поттера не была для меня удивлением. В полете на метле с ним могу посоревноваться только я, поэтому мне пришлось лишь ждать своего выхода. Через пять минут прогремело:       — ГЕРМИОНА ГРЕЙНДЖЕР! — я сжала волшебную палочку в руке, и смело вышла из палатки.       Все предстало передо мной как в цветном сне. В последние дни профессора с помощью волшебства воздвигли трибуны. Мне становилось страшно, потому что вокруг были лишь каменные сооружения, некоторые возвышенности казались такими маленькими, что я боялась за свою голову и другие части тела. Я вышла вперед и услышала крик трибун, за одной из них я увидела Блейза, который показал мне кулак, его поддержку я ждала как никогда.       Наконец, я увидела заветное золотое яйцо. Посмотрев по сторонам, я не увидела дракона, поэтому смело пошла по направлению к яйцу. Но стоило мне выйти на середину загона, как послышался громкий рык. Я вовремя отпрыгнула в сторону, так как в меня полетел огромный огненный шар. Обдало ветром хорошо. Повернувшись назад, я увидела огромного золотого цвета дракона. Её изумрудные глаза видели во мне врага, который собирается забрать её «дитя» в виде золотого яйца. Я была готова к встрече с кем угодно, но не с драконом. Дракониха шагнула ко мне, и взмахнула хвостом, отходить поздно, поэтому я прыгнула в сторону, и все равно острые шипы на хвосте задели меня, разодрав рукав. Рука жгла, я поспешила скинуть кофту полностью и откинула её в сторону. Дракон вновь атаковала меня, только в этот раз я спряталась за камень, и пламя обдало его со всех сторон. Я закрыла руками голову, чтобы пламя не попало на меня.       Мне было страшно. Все тело трясло от ужаса. Я практически не чувствовала ног и старалась как можно быстрее прийти в себя. Честно, я была готова сдаться, отказаться или просто подставить себя под удар дракона.       «Не сдавайся…» — мягкий женский голос, будто остановил время. Пламя било и било в камень, но это было будто замедленное действие. Я моргнула несколько раз, но это не помогло — все происходило на самом деле. Перед собой я увидела женщину. Она была словно призрак, её длинные вьющиеся каштановые волосы меркли в моих глазах, ярко-голубые глаза, как и мои, светились искрами, а одежда была, словно вода — развивалась и плыла. Смотреть на неё можно было вечно.       — Кто ты? — прошептала я. Женщина лишь улыбнулась, затем подплыла ко мне, и когда она дотронулась до моего лица, страх куда-то улетучился, испарился, исчез…. Я не знаю, как описать это чувство словами. Внутри что-то екнуло, будто прилив крови в мозг.       — «Я та, которую ты искала…. Которую хотела бы увидеть…» — шепотом сказала женщина. Я вначале не поняла, что она имела в виду, но внезапно на её шее увидела еле видный знак: герб Хогвартса, правда без символов факультетов, просто его изображение.       — Ты — дух Кубка огня, — сказала я, — ты — Маэва, да?       — «Правильно» — ответила женщина, — «ты слишком быстро сдаешься, испытание только началось».       — Королевская рептилия хуже хвостороги, её никому не удавалось укротить! — запротестовала я, — это просто невозможно. — Маэва приземлилась на землю, но в этот раз она дотронулась указательным пальцем правой руки до моего лба. На мгновение я увидела перстень с изумрудом, он светился.       — «Запомни, у волшебников есть правило трех Н, — сказала Маэва, — Нет Ничего Невозможного!» — после этого она испарилась.       Время вернулось в свое русло. Пламя обдавало камень ещё сильнее прежнего, я чувствовала, как дракониха хочет поджечь меня заживо. Я слышала, как кричат слизеринцы, подбадривая меня.       — ГЕРМИОНА! ГЕРМИОНА! ГЕРМИОНА!       Если бы не их крики, и наставления Маэвы, я бы так и осталась сидеть за этим камнем. Но, несмотря на опасность, когда на несколько секунд дракониха остановила пламя, я достала палочку и вышла из-за камня.       — Вайперс! (прим. автора: заклинание невидимого хлыста)       Размахнувшись, я резко ударила дракона по телу. Послышался звук удара, и на теле дракона появился заметный след. Воспользовавшись замешательством дракона, я побежала вперед и атаковала снова в этот раз, попав по передним лапам драконихи. Увидев яйцо, я попыталась побежать туда, но не получилось, дракон чуть не задела меня, выпустив поток пламени. Я успела уклониться, спрятавшись за камнем. Когда дракониха начала меня искать, я взобралась на камень.       — ЭЙ! — крикнула я, что есть силы. Увидев меня, дракониха зарычала. — Я ТУТ! ЧЕГО ТЫ ЖДЕШЬ? — видимо дракон понимает человеческий язык, потому что сразу же запустила в меня пламя, — Аква Эрукто!       Из палочки вырвалась толстая струя воды, и она спасла меня. Заклинание стало для меня щитом, и пламя в буквальном смысле врезалось в щит. Я понимала, что против драконьего пламени, водный щит долго не выдержит. Поэтому пришлось как-то действовать.       — Дуро! — в мгновение ока водяная струя окаменела, и на некоторое время обездвижила дракониху. Воспользовавшись этим, я быстро побежала по окаменевшей струе воды и пламени, но не успела, и добежать до дракона, как пламя вырывается наружу, и я оказываюсь в опасности.       — ГЕРМИОНА! — это кричал Драко.       Быстро среагировав, я вновь применяют водное заклинание, заключая себя в водяной купол. Дракону это явно не по душе, и она пытается меня съесть. Волшебники, которые стоят на защите уже были готовы пойти на помощь.       — Я САМА! — крикнула я, что есть силы.       Вовремя среагировав, я оттолкнулась от остатков окаменевшей субстанции, и приземляюсь драконихе прямо на шею. Зрелище не из приятных. Рептилия, почувствовав на себе чужака, начала крутиться в разные стороны, пытаясь меня скинуть. Я еле успевала хвататься за чешуи дракона, чтобы хоть как-то остаться на ней, ведь сейчас я не так уязвима, как под её лапами. В следующее мгновение я сто раз пожалела, что решила через дракониху заполучить яйцо. Вначале мне пришлось встать на ноги и, держа равновесие, пойти вдоль позвоночника, ведь недалеко от драконихи находилось гнездо с яйцом. Однако я просчиталась. Королевский дракон достаточно изворотлив, поэтому обернувшись, я увидела, как морда дракона смотрела прямо на меня.       — Только не это! — воскликнула я.       То, что я поскользнулась — спасло мне жизнь. Когда пламя полетело на меня, моя нога соскользнула вниз, и я повисла в трех-четырех метрах над землей. Трибуны взорвались шоковым криком. Я еле успела удержаться за крепкую чешую дракона. Это была одна ещё одна из попыток убить меня, так как скорость поворотов драконихи была ужасна. Я еле удерживалась на ней.       Все-таки умудрившись взобраться на хребет обратно, я не стала мешкать и побежала к хвосту, чтобы оттуда уже спрыгнуть возле яйца, но и эта идея оказалась провальной. Резко взмахнув хвостом, дракониха отправила меня восвояси. Удар о камень был сильный, но если бы не заклинание «Аресто Моментум», которое я успела вовремя выкрикнуть, то разбилась бы насмерть. Рухнув возле камня, я почувствовала, как болит предплечье правой руки, и еле смогла подняться. Дракониха не унималась. На большом расстоянии она атаковала огнем, а на ближнем старалась или раздавить или ударить какой-либо частью тела. Быстро вскочив на ноги, я попыталась найти волшебную палочку, и увидела её недалеко от своего падения. Подняв её, я решила атаковать сильнее.       — Люмос Солем! — яркий луч света вырвался из моей палочки, и когда дракон был ослеплен, я побежала вперед, намереваясь забрать то, зачем я пришла, но не тут-то было. Дракон быстро оклемалась. — Черт! Ох, прости меня Мерлин! — я решила расправиться с драконом раз и навсегда, поэтому направила палочку на землю. — БОМБАРДА МАКСИМА!       Земля в прямом смысле взорвалась под моими ногами. Дракон и я полетели вниз на огромной скорости, единственное, что я помню — это темнота и пустота.