Да, чёрт возьми, я - слизеринка!

      Почти весь июль я провела дома. Было довольно трудно согласиться на предложение Драко приехать к нему. Я не говорила? Тогда на кладбище я услышала голос Люциуса Малфоя. Это может показаться странным и глупым, но я точно слышала его голос. Мне было страшно находится там, где находится Пожиратель смерти. Это лето выдалось довольно жарким, я даже настежь открыла все окна, чтобы не задохнуться в душной комнате.

***

      Я сижу за столом и читаю учебник по Заклинаниям за пятый курс. Втайне от друзей, я с родителями поехала туда ещё в середине июля, чтобы лишний раз не встречаться с Люциусом. Так… новые Заклинания… Интересно, мы будем рассматривать более широко Заклинание Экспеллиармус. Даже Инсендио, которое изучалось на первом курсе. Круто.       — Гермиона, открой дверь, пожалуйста! — позвала мама, когда прозвучал звонок в дверь. Я взяла книгу и, читая, поплелась открывать. Я всегда читала на ходу, так запоминается лучше.       — Кто там? — спросила я.       — Открывай, живо!       О, Мерлин! Это же Блейз. Что он здесь делает, и главное — как он меня нашел? Я посмотрела в глазок, и увидела, что это действительно Блейз. Я щёлкнула замком и открыла дверь. На пороге стоял Блейз с чемоданом и недовольным лицом. Да, Гермиона, сейчас ты получишь сполна.       — Милая, кто там? — из гостиной вышла мама. Увидев Блейза, она удивилась, — твой парень?       — Нет, мама, это…       — Её лучший друг, который сейчас убьёт её, — со спокойной душой ответил Блейз, — она пригласила меня в гости ещё осенью, вот только забыла написать адрес, пришлось находить его самому.       — Что же ты, милая, запусти бедного юношу, — возмутилась мама. Я открыла дверь шире, и Блейз зашёл в коридор, потащила за собой чемодан и…       — Ты купил сову?       — Папин подарок, — ответил Блейз, — ты, кажется, забыла, что позавчера у меня день рождения был.       Мерлинова борода! Как я могла забыть о таком? Блейз не простит меня за такое. Слава Мерлину, что я подарок готовлю за год до празднования дня рождения. Я помогла Блейзу дотянуть чемодан, сразу попросила маму нас не беспокоить, взяла клетку с совой, пошла вместе с другом в комнату. Мы зашли внутрь, и я поспешила закрыть дверь.       — Разве у тебя день рождения не 1 августа? — удивилась я, поставив сову на стол. Блейз сверкнул глазами, — прости…. У меня совсем вылетело из головы.       — Вылетело из головы… — передразнил Блейз, — раньше ты присылала весть уже в полночь, а в этот раз даже на следующий день письма не было. Что-то случилось?       — Нет, просто… Просто я забыла, вот и всё! — пришлось солгать. Однако я совсем забыла о том, что Блейз меня знает куда больше Панси и Драко, поэтому уже понимает: когда я лгу, а когда говорю правду.       — Это из-за возвращения Темного Лорда?       Как только прозвучало его имя, всплыли воспоминания, которые я старалась видеть хотя бы во сне, а не вспоминать наяву. Я вспомнила кладбище, вспомнила то, что было с Гарри, и что нас чуть не убили. Видимо Волан-Де-Морт рассчитывал, что убьёт Поттера, а меня отправит назад, чтобы я рассказала об этом. Но он не думал, что на кладбище попадет Седрик, да ещё и Поттер прервал их дуэль. Я села на кровать, и стала теребить красную прядь волос, которая мне также служила воспоминанием ушедшего учебного года.       — Если ты молчишь, то да, — вздохнул Блейз, — ты не пишешь, не отправляешь сувениры из твоих путешествий с родителями…       — Этим летом они ездили одни, — сказала я.       — Почему?       — Потому что они сказали, что хотят посетить старинное родовое кладбище.       — И что?       — Блейз, они хотели поехать на кладбище Литтл-Хэнглтона.       — То самое?       — Да, — кивнула я, — если бы там был Волан-Де-Морт, он бы убил их. Я посоветовала сменить место поездки, без оснований. Конечно, они прислушались ко мне и поехали в Болгарию.       — Виктора там не встретили? — улыбнулся Блейз.       — Вроде, нет, — усмехнулась я, — кстати, как там твоя мама?       — Ну, она, как и другие чистокровные волшебницы была поражена вашему с Поттером заявлению. Учитывая то, что вам поверил сам Дамблдор, ей не оставалось ничего, как смириться с новыми новостями. Да, и ещё мне пришло письмо недавно от Парвати, — я улыбнулась и взяла Блейза за руку.       — Так вы всё-таки общаетесь после Святочного бала, да?       — Иногда, — огрызнулся Блейз, — так вот. Она написала, что «Пророк» пишет такую гадость про тебя и Поттера, что даже читать противно.       — Я не удивлена, и думаю, что Поттер тоже ею будет удивлен. Я как вспомню допрос Фаджа несколько дней подряд, он не верил ни единому нашему слову. Упираясь в то, что нужно сохранять покой и т.д.       Мы решили прекратить этот разговор. Оказалось, что если я не отвечала на письма друзей, они присылали их Блейзу, зная, что он обязательно навестит меня. В итоге, Блейз передал мне четыре письма от Панси и пять писем от Драко. Я зачитаю только по одному письму:

«Дорогая Гермиона! Тебе пишет твоя подруга Панси, и предупреждает, что если ты не возьмёшь перо или карандаш, чтобы написать мне, клянусь Мерлином — я лично убью тебя. Панси Паркинсон»

      Да, в поезде я точно отхвачу от неё, особенно когда она узнает, что я ещё и без неё пошла в Косой переулок, чтобы закупиться.

«Дорогая Гермиона! Я уже примерно представляю, что тебе прислала Панси, поэтому повторять её слова не стану. Я понимаю, почему ты предложила расстаться, и понимаю, почему ты пошла в Косой переулок без нас. Я тоже решил пойти раньше, не предупредив никого, и был неприятно удивлен, увидев тебя там. Надеюсь, что ты больше не будешь так делать. Иначе я просто напросто разорву тебя на части. Драко Малфой»

      Какие добрые пожелания… Слава Мерлину, что непростительные применять не будут — уже радует. Впрочем, не забывайте про Блейза. Он пробыл у меня примерно до середины августа, ему ещё нужно было сходить в Косой переулок.       — Может, ты сходишь со мной? Мама занята, придётся идти одному, — сказал Блейз.       Я помогала ему собирать вещи, их было не так много, но все равно решила помочь.       — Хорошо, — улыбнулась я, — если скажу — нет, тебя это все равно не остановит.

***

      Примерно в середине августа пришло письмо из Хогвартса по поводу новых учебников.

1) «Общая теория Заклинаний для 5 курса». 2) «Теория защитной магии» 3) «Ступенчатая Трансфигурация» 4) «Успехи заклинательных наук»

      Остальные учебники были стандартными, которыми можно было пользоваться и на этом курсе. Странно только то, что не было учебника по использованию заклинаний, то есть такие, которые могли относиться ко всем видам магии. Обычно, это была отдельная книга, а сейчас только теория защитной магии…       28 августа я написала Блейзу о том, что завтра есть время пойти в Косой переулок, и он согласился. Мы должны были встретиться в Дырявом котле, где находится вход в Косой переулок. Сказав родителям, что я отправлюсь в Косой переулок, где встречусь с Блейзом, они хотели пойти со мной, но я попросила их остаться, это их смутило, но я выкрутилась, объяснив это тем, что мне нужно кое о чем поговорить с Блейзом. Такая отговорка сработала. На самом деле, я боялась, что Пожиратели смерти ворвутся в Косой переулок, просто решила подстраховаться.

***

      На метро я смогла добраться до Дырявого котла, и зашла внутрь. Здесь ничего не изменилось с моего последнего визита. Все те же столы, те же люди, даже управляющий — Том не изменился, правда, немного постарел.       — Добрый день, Том, — поздоровалась я.       — Здравствуй Гермиона! — улыбнулся мужчина, — тебя тут уже заждались! — он указал за угловой столик, за которым сидел Блейз. Увидев меня, он сразу помахал рукой, и я поспешила к нему присоединиться.       Перекусив, мы отправились на задний двор, откуда можно попасть на нужный нам переулок. Когда проход был открыт, мы незамедлительно отправились в банк, чтобы Блейз мог снять некоторую сумму. Отец открыл для него отдельный сейф в банке, и всё лето каждую неделю откладывал туда достаточную сумму, конечно, втайне от мамы. Гоблины были не рады меня видеть, впрочем, как и всегда. Закончив в банке, мы решили сразу же пойти в книжный магазин. Кстати, я была неприятно удивлена, когда увидела нового владельца — какую-то женщину пожилого возраста.       — А где…       — Он умер месяц назад, мисс, — грустно сказала женщина, — меня зовут Виктория, теперь я буду продавать вам книги. Какие учебники вам нужны?       Блейз передал ей список. Виктория взмахнула палочкой, и слова из списка вспорхнули, затем понеслись к стеллажам за нужными учебниками. Я осмотрелась по сторонам, в поисках новых книг, и увидела интересную книгу.       — Это новый экземпляр? — спросила я, указывая на книгу — «Магические обряды и Заклинания».       — Нет, это переиздание книги с 1989 года. Министр решил, что новое издание будет лучше предыдущего.       — Не удивительно, в старом ведь полно боевой магии…       — Что вы сказали, мисс?       — Это я себе, госпожа, — улыбнулась я.

***

      Когда я вернулась домой, то мама показала мне Зазу, в клюве у которой было письмо с гербом Хогвартса. Я удивилась этому, вроде список учебников уже прислали. Что теперь? Развернув конверт, я прочла:

«Уважаемая Гермиона Джин Грейнджер Сообщаю вам новость! С этого года и до конца седьмого курса, вы назначаетесь старостой факультета Слизерин. К письму прилагается значок старосты, который вы обязаны, будете носить в учебные будни. По правилам школы, вы будете жить во время учебного года в специально отведенной гостиной для старост вашего факультета. У вас будет своя спальня и ванная. Вашим напарником будет Блейз Питер Забини. Он также был извещен о назначении. С наилучшими пожеланиями декан факультета Слизерин — Северус Снегг»

      Я? Староста факультета? Вот это да! Нет, конечно, я знала, что Перегрин уходит после пятого курса, ведь это право остается за студентом. Сдал СОВ, получил неполное образование, и можешь быть свободен, как птица. Панси говорила, что так можно сделать. Перегрину еще повезло, что у него хорошие оценки, может найти хорошую работу.

***

      Тридцатого августа утром, я получила письмо от Панси. Она говорила, что встретит меня на вокзале, Блейз и Драко также будут уже там. Мама не сможет поехать проводить меня, потому что у неё много работы в больнице, а вот папа вызвался отвезти меня. Заза отказалась садиться в клетку, и мне кое-как удалось её уговорить.       Мы ехали по оживленному дневному Лондону, я сразу же вспоминала свое детство, как я ходила с родителями в театр, как мы смеялись и весело проводили вместе время. Все изменилось, когда мне пришло письмо из Хогвартса, теперь я реже появляюсь дома, но родители счастливы тому, что я провожу с ними все лето. У них сейчас круглый год завал, особенно после папиного повышения. Я не обижаюсь, ведь из-за домашнего задания и других проблем, я не могла даже на зимние каникулы приехать, или на пасхальные. А в этом году у нас ещё и подготовка к сдаче СОВ, … В общем, я сразу же предупредила, что в этом году буду писать только письма, и возможно пришлю фотографии.       Наконец показался вокзал. Папа помог мне достать чемодан и две сумки, а клетку с Зазой я вызвалась нести сама. Извозчик прикатил тележку, мы погрузили туда вещи, и направились вглубь вокзала. Наконец, дойдя до платформы десять, я увидела своих друзей. Рядом с Панси были её родители, а рядом с Драко его родители.       — Здесь я тебя оставлю, милая, — шепнул папа, — удачного учебного года. Помни — мы с мамой всегда тобой гордимся!       — Спасибо, пап, что подвез, — я поцеловала его в щеку, приняла тележку, и проводила его взглядом. Затем поспешила поздороваться с друзьями, но Панси и Драко лишь гневно посмотрели на меня. — Хватит дуться, — огрызнулась я, подходя к друзьям.       — В поезде поговорим, — отрезал Драко.       — Мистер и миссис Паркинсон, здравствуйте, — улыбнулась я. Эмма и Девид Паркинсон — прекрасные чистокровные волшебники, я увидела их не впервые, мы встречались ещё летом перед вторым курсом в Косом переулке.       — Здравствуй, Гермиона, — улыбнулась Эмма. Затем я перевела взгляд на миссис Малфой, которая подошла ко мне, чтобы поздороваться.       — Как провела лето?       — Лучше, чем предыдущее, — соврала я. Это лето выдалось как никогда плохо, большое влияние произвел Турнир Трех Волшебников. С Люциусом мы только обменялись приветственным взглядом. Наконец, мы без помех прошли на платформу номер девять и три четверти, около которой стоял, извергая черный дым и пыхтя паром, «Хогвартс-Экспресс». Перрон был полон школьников и провожающих. Я вдохнула знакомый запах и почувствовала, как расправляются крылья. Наконец, я возвращаюсь в Хогвартс.       Возле вагона, в который мы обычно заходим, я увидела Грюма, которого в прошлом году изображал Барти Крауч младший. Кстати, когда лже-Грюм отвел Гарри к себе в кабинет, у него, видимо, закончилось Оборотное зелье. Барти пытался убить Гарри, ведь Волан-Де-Морту этого не удалось, под удар также попала Панси, у неё до сих пор на шее след от его заклинания остался. Поттер тогда переживал за нее в Больничном крыле, шрам ведь останется.       Я увидела Золотое трио. Рядом с Поттером стоял пес. Где-то я его уже видела… Точно! Это же Сириус Блэк, я и забыла, как он выглядит в анимагическом виде. Видимо он меня учуял, мы встретились с псом взглядом, и он сразу же узнал меня. Ну, конечно, попробовал бы не узнать. Я ведь ему на третьем курсе очень помогла. Также нас увидел Гарри, я лишь кивнула ему ради приличия, а вот Панси…. После турнира они так и не разговаривали. Видимо, когда между мной и Поттером закончилось перемирие, она решила порвать с ним. Хотя и ежу понятно, что он ей, да и она ему, не безразличны.       К огромному сожалению, нам с Блейзом не удастся побыть с Драко и Панси, так как для старост выделен отдельный вагон. Да, друзьям это не понравилось, но они были искренне рады, что именно нас Снегг назначил на такую должность. Мы с Блейзом поспешили в свой вагон. Пришлось переодеваться уже там.       — Тебя тоже назначили старостой? — улыбнулась Парвати, цепляя на мантию значок старосты.       — Да, — кивнула я, — не ожидала, если честно. Блейз, покончив с мантией, достал значок и подцепил его на галстук. — Как провела лето?       — Нормально, — сказала я, — а ты… — я покосилась на Блейза, — о чем переписывалась с моим другом? — Парвати мгновенно покраснела, — неужели о чем-то бестактном?       — Что за бред? — огрызнулся Блейз, услышавший мой вопрос, — если хочешь, приедем я тебе покажу письма. — я придвинулась к нему и просияла.       — Ты ещё и с собой их носишь? — лицо Блейза стало такого же цвета, как и галстук Парвати, мне осталось лишь посмеяться над ними.       Мы познакомились с другими старостами. Как оказалось, напарником Парвати был Рон Уизли, понятия не имею, за какие заслуги его старостой сделали. Эрни Макмиллан и Ханна Аббот были старостами с Пуффендуя, Энтони Голдстейн и Чжоу Чанг с Когтеврана. Уж кого-кого, но Чжоу я бы не хотела видеть на посту старосты. Она ведь ловец сборной Когтеврана. Немного поговорив, мы решили присоединиться к своим друзьям в купе, ведь Панси и Драко хотели о чем-то поговорить. Хотя я уже заранее знала их вопросы.       — И как ты объяснишь свое поведение? — надув губы, спросила Панси, — ты хоть представляешь, как я волновалась все лето? Особенно после того, что тебе пришлось пережить?       — Из-за этого волноваться глупо, — огрызнулась я, бросая Блейзу карточку с фотографией Геллерта Грин-Де-Вальда.       — Черт, опять этот американский слизняк, — скривился Блейз, — как это глупо волноваться? Мы же твои друзья, Гермиона, а Драко твой…. Пока что просто возлюбленный, а не парень! Нельзя так говорить.       — Я не стала ничего говорить, только чтобы вы не беспокоились понапрасну, — сказала я, — если я в порядке, значит в порядке.       — В порядке? — возмутилась Панси, — я помню твое состояние, когда вы вернулись к началу вместе с Гарри и Седриком! Да тебя трясло, как Винса во время экзамена!       — Давайте закроем тему о Турнире и все, что с ним связано, — хмуро сказала я, — не хочу портить себе настроение перед ужином.       — Держи, — Драко протянул мне карточку, — кажется, её у тебя не было. — Я взяла карточку и увидела изображенную на ней Моргану Ле Фей.       — Спасибо… — прошептала я.

***

      Когда поезд остановился, мы с Блейзом поспешили выпроводить всех до единого первокурсников. Их оказалось очень много, на удивление, в этом году первокурсников встречал не лесничий Хагрид, а профессор Граббли-Дерг — она должна была вести у нас УзМс, но её сменил Хагрид. Куда он делся? Передав первокурсников ей, мы с Блейзом присоединились к своим друзьям.       Дорога была знакомой, мы направлялись к каретам. Когда мы уже подошли к свободному экипажу, я впервые увидела, что в них запряжена лошадь. Она была довольно крупной, даже было что-то вроде крыльев. Я остановилась, чтобы рассмотреть её повнимательнее, Драко, шедший рядом, удивился, что я затормозила.       — Что такое? — спросил он.       — А что это за звери такие, как ты думаешь? — спросила я, кивком показывая на жутких лошадей, мимо которых как ни в чем не бывало потоком шли ученики.       — Какие звери? — не понял Драко.       — Ну, лошади… — Драко лишь отмахнулся, и сел в карету, я не заходила.       — Давай быстрее, Гермиона, — позвал Блейз.       — Нет, правда, что это за лошади? — я указала на странных существ.       — Какие еще лошади? — не понял Блейз.       — Которые повезут кареты! — ответила я с раздражением       — О чем ты, Гермиона? — грустно спросил Блейз, — карета едет сама, как и всегда!       — Вы… вы не можете их видеть?       — Кого?       — Тех, которые запряжены в кареты.       Я лишь тяжело вздохнула, смирившись с тем, что друзья их не видят, и поспешила сесть в карету. Мои вопросы привлекли внимание Гарри, карета которого ехала позади нас. Он вопросительно смотрел на лошадь, которая была запряжена в их карету. Неужели он тоже их видит?

***

      Громыхая и покачиваясь, кареты цепочкой двигались по дороге. Наконец, наш экипаж между двумя высокими колоннами, увенчанными фигурами крылатых вепрей въехал на территорию школы. Уже виднелся замок — могучая громада башен, угольно-черная на фоне темного неба. Яркими прямоугольниками в ней там и сям светились окна. У каменных ступеней, ведущих к дубовым входным дверям замка, кареты с лязгом остановились. Я вышла из экипажа чуть ли не последней, мне помог выйти Драко, подав руку. Когда мы уже шли мимо кареты, я встретилась взглядом со скелетноподобным существом. Он так жалобно смотрел на меня… Тихо стоял, овеваемые прохладным вечерним воздухом, и таращил на меня пустые белые глаза.       Вестибюль был ярко освещен факелами, и шаги по мощенному каменными плитами полу отдавались в нем эхом. Мы двигались направо, к двустворчатой двери, которая вела в Большой зал. Предстоял пир по случаю начала учебного года.       В Большом зале все рассаживались по факультетам за четыре длинных стола. Вверху простирался беззвездный черный потолок, неотличимый от неба, которое можно было видеть сквозь высокие окна. Вдоль столов в воздухе плавали свечи, освещая серебристых призраков, во множестве сновавших по залу, и учеников, которые оживленно переговаривались, обменивались летними новостями, выкрикивали приветствия друзьям с других факультетов, разглядывали друг у друга новые мантии и фасоны стрижки. Я помогала Блейзу рассаживать студентов, которые пытались как-то капризничать или возмущаться, и внезапно почувствовала на себе чей-то злобный взгляд. Обернувшись, я увидела Симуса Финнигана, он яростно смотрел на меня, что начав шептать Ли Джордану и Дину Томасу. Неужели из-за того, что я говорила, что Волан-Де-Морт вернулся? Хвала Мерлину, что мои сокурсники мне поверили.       Шляпа, как и каждый год начала, петь свою дурацкую песню. Но в этот раз песня была какая-то мрачная и гнетущая, будто вопреки всеобщему мнению, она лично верила в наше с Поттером заявление. Началось распределение, многие направлялись к столу Пуффендуя, но и за другие столы также садились первокурсники, после пятиминутного распределения, за наш стол село примерно десять человек. Шляпу вынесли из зала, и после этого встал директор школы профессор Дамблдор. Все было сопряжено с традицией: перед пиром по случаю начала учебного года директор встает и обращается к школе с приветственным словом.       — Нашим новичкам, — звучно заговорил Дамблдор, сияя улыбкой и широко распахнув объятия, — добро пожаловать! Нашей старой гвардии — добро пожаловать в насиженные гнезда! Придет еще время для речей, но сейчас время для другого. Уплетайте за обе щеки!       Все без исключения рассмеялись, еще никогда Дамблдор не выражался таким способом. Под общий смех и одобрительные аплодисменты Дамблдор аккуратно сел и перекинул длинную бороду через плечо, чтобы не лезла в тарелку. А тем временем в зале, откуда ни возьмись, появилась еда, и в таком количестве, что все пять длинных столов ломились от мяса, пирогов, овощных блюд, хлеба, соусов и кувшинов с тыквенным соком. После двадцати минут пира, еда исчезла, остались только кубки с тыквенным соком. Дамблдор, вытерев рот и усы от вина, вышел из-за стола, и подошел к своему пьедесталу, у которого сразу же оживилась медная волшебная сова, расправив крылья.       — Теперь, когда мы начали переваривать этот великолепный ужин, я, как обычно в начале учебного года, прошу вашего внимания к нескольким кратким сообщениям, — сказал Дамблдор. — Первокурсники должны запомнить, что лес на территории школы — запретная зона для учеников. Мистер Филч, наш школьный смотритель, попросил меня — как он утверждает, в миллионный раз — напомнить вам, что в коридорах Хогвартса не разрешается применять волшебство. Действует и ряд других запретов, подробный перечень которых вывешен на двери кабинета мистера Филча. У нас два изменения в преподавательском составе. Мы рады вновь приветствовать здесь профессора Граббли-Дерг, которая будет вести занятия по уходу за магическими существами. Я также с удовольствием представляю вам профессора Амбридж, нашего нового преподавателя защиты от Темных искусств.       — Амбридж… Амбридж… — услышала я шепот Блейза.       — Знаешь её? — спросила я.       — Да, кажется, она является помощницей министра магии, — ответил Блейз, — но почему она здесь? Да ещё и на посту профессора Защиты от Темных искусств?       — Если замолчишь, мы это узнаем, — одернула его Трейси. Дамблдор продолжал:       — Отбор в команды факультетов по квиддичу будет происходить… — внезапно, он умолк и с недоумением посмотрел на профессора Амбридж. Поскольку стоя она была лишь ненамного, выше, чем сидя, все не сразу поняли, почему Дамблдор перестал говорить. Но тут послышалось ее негромкое покашливание, и стало ясно, что она поднялась на ноги и намерена держать речь.       — Она прервала Дамблдора? — удивилась Панси, — я, конечно, не его фанатка, но такое случается впервые! — Брови профессора Стебль исчезли под растрепанными волосами, губы профессора МакГонагалл стали тоньше. Многие школьники были в замешательстве: эта особа явно не знала, как принято вести себя в Хогвартсе.       — Благодарю вас, директор, — улыбаясь, начала Амбридж, — за добрые слова приветствия.       Голос у нее был высокий, девчоночий, с придыханием, а также очень противный. Она даже была одета, как…. Как…. Невесть кто! Эта ужасная пушистая розовая кофта, клетчатая розовая юбка… Даже туфли были розовые. А бант… Мерлин. Побереги мой разум! Видели бы вы её ужасно страшный розовый бант на голове.       — Как приятно, скажу я вам, снова оказаться в Хогвартсе! — она опять улыбнулась, обнажив очень острые зубы. Какая же противная улыбка… Я уже готова учиться под надзором Пожирателя, как весь предыдущий год, лишь бы не с этой медузой в розовой парче. — И увидеть столько обращенных ко мне счастливых маленьких лиц! — мы с друзьями осмотрелись по сторонам, но счастливых лиц что-то не приметили. Наоборот, все были неприятно удивлены тем, что к ним обращаются как к маленьким деткам. — Я с нетерпением жду знакомства с каждым из вас и убеждена, что мы станем очень хорошими друзьями! Министерство магии неизменно считало обучение юных волшебников и волшебниц делом чрезвычайной важности. Редкостные дарования, с которыми вы родились, могут быть растрачены впустую, если их не развивать и не оттачивать бережными наставлениями. Древние навыки, которые выделяют волшебное сообщество из всех прочих, должны передаваться из поколения в поколение — иначе мы потеряем их навсегда. Беречь, приумножать и шлифовать сокровища магических познаний, накопленные нашими предками — первейшая обязанность тех, кто посвятил себя благородному делу преподавания.       Тут я поняла одну важную деталь: Амбридж, являясь помощницей Фаджа, сейчас пришла работать преподавателем в Хогвартс. Что-то здесь не так…. Так, думай, Гермиона, почему именно так? Фадж говорил, что мы с Поттером — лжецы, пытаемся привлечь внимание общественности, навести разлад и конфликты в волшебном мире…. А теперь он назначает Долорес Амбридж на пост…       — Вмешивается, — прошептала я.       — Что? — удивились друзья.       — Министерство вмешивается в дела Хогвартса, вы так не считаете? — ответила я, — Все таки назначение министерского служащего на один из самых важных постов в школе, это... необычно.       — Министерство так раньше никогда не делало, — сказал Блейз.       — Ты вспомни допросы Фаджа, — пихнул его Драко, — думаю, что подозрения Гермионы правдивы.       — Каждый новый директор Хогвартса привносил в трудное дело руководства этой древней школой нечто новое, и так оно и должно быть, ибо без прогресса нашим уделом стали бы застой и гниение. Однако прогресс ради прогресса поощрять не следует, ибо большая часть наших проверенных временем традиций в пересмотре не нуждается. Итак, необходимо равновесие между старым и новым, между постоянством и переменами, между традицией и новаторством…       Мой мозг то включался, то выключался. Тишины, которая всегда наполняла зал, когда слово брал Дамблдор, не было и в помине: школьники наклонялись друг к другу, шептались, хихикали. Профессор Амбридж вольного поведения как будто не замечала. Преподаватели, однако, по-прежнему слушали ее очень внимательно.       -…потому что иные из перемен приносят подлинное улучшение, в то время как другие с течением лет выявляют свою ненужность. Точно также некоторые из старых обычаев подлежат сохранению, тогда как от тех из них, что обветшали и изжили себя, следует отказаться. Сделаем же шаг в новую эру — в эру открытости, эффективности и ответственности, сохраняя то, что заслуживает сохранения, совершенствуя то, что должно быть, усовершенствовано, искореняя то, чему нет места в нашей жизни.       Она села. Дамблдор похлопал. Педагоги последовали его примеру. Присоединился и кое-кто из учеников, но большей частью они просто прозевали конец речи, которой не слушали, и, прежде чем они могли зааплодировать по-настоящему, Дамблдор снова встал. Он поблагодарил Амбридж за приветственную речь, пожелал нам всем удачи в новом учебном году и сказал возвращаться в спальни.

***

      Я и Блейз, крикнув первокурсникам идти за нами, направились в гостиную. По дороге столкнулись со старостами Пуффендуя, поздоровались с ними, и поспешили в подземелья. Я шла впереди, а Блейз сзади, замыкая колонну. Подходя к знакомому тупику, я мысленно продумывала слова, которые скажу новеньким, какие слова напутствия будут для них… Конечно, кое-что я возьму из речи, которую говорил нам Джастин на первом курсе.       — Чистая кровь! — сказала я. Стена отодвинулась, открывая проход, — заходите!       Мы оказались в общей гостиной факультета. Знакомая мебель стоит на своих местах, на стенах висят гобелены, изображающие знаменитых слизеринцев. У стен стоят старинные буфеты из тёмного дерева. До нашего приезда гостиную успели разогреть для удобства студентов.       — Встаньте здесь! — я указала на место посередине комнаты. А сама встала возле камина, — вы находитесь в общей гостиной Слизерина. Здесь вы будете проводить свободное от учебы время. Видите меня? Моего напарника? — первокурсники посмотрели вначале на меня, затем на стоящего рядом Блейза, — меня зовут Гермиона Грейнджер, а это Блейз Забини. Мы — старосты факультета. По каким-то вопросам обращаетесь к нам независимо от того где мы, что мы делаем, или чем-то заняты. Старосты выбираются, в первую очередь, для защиты тех, кто находится на их факультете. Так что, мы что-то вроде защитников ваших прав. На нашем гербе изображена змея, самое мудрое животное. Цвета факультета — изумрудно-зеленый и серебряный. Многие говорят, что гостиная окутана загадкой и таинственностью, пробыв здесь целый год, вы сами в этом убедитесь. Возможно, вы слышали слухи о том, что Слизерин — место только для темных волшебников? — все кивнули, — и то, что мы будем говорить с вами только в том случае, если вы из чистокровной семьи. Да, традиционно мы были склонны к тому, чтобы принимать учеников с длинными родословным, но сейчас на нашем факультете наравне со всеми учатся и полукровки. А также, — я показала на себя, — выходцы из маглорожденных семей. Несмотря на это, я пользуюсь уважением у своих сокурсников и многих соперников. Мало кто знает, что Мерлин заканчивал Слизерин. Да, сам Мерлин, самый известный маг в истории. Он научился всему именно на нашем факультете. Давайте поговорим о том, кем мы являемся. Я смело могу сказать, что наш факультет самый лучший и самый независимый. Мы всегда стремимся к победе, потому что заботимся о чести и традициях Слизерина. Мы, как змеи на нашем гербе: гладкие и сильные. Знаете, что Салазар Слизерин искал в своих учениках? Величие. Если вы попали на наш факультет, то у вас есть потенциал стать великим, в прямом смысле этого слова. Что есть у нас, и чего нет у других факультетов? Благородства и хитрости. Да, мы враждуем с гриффиндорцами испокон веков, но это не мешает нам учиться под одной крышей и в одном классе. Да, многие считают, что слизеринцы: хитрые, коварные и злые. Я даже слышала, что говорили, что мы имеем девять жизней, как некоторые магические животные. Наверное, потому, что падая, мы никогда не умираем и встаем с поднятой головой. Да, я слизеринка, и горжусь этим, потому что еще не было дня, когда я пожалела бы о своем выборе. Помните, что в отличие от гриффиндорцев, которые, крича о своей храбрости и самоотверженности, пойдут по головам товарищей, лишь бы добиться цели, мы пойдем по ИХ головам, вместе, как единая семья. Не забывайте, что здесь вы всегда найдете помощь и поддержку. Мы протянем вам руку помощи, главное, чтобы вы не забывали протягивать её другим! — я услышала аплодисменты, и была польщена этим.       — А теперь, идите в свои спальни. — перекричав шум, сказал Блейз, — на дверях каждой спальни написано ваше имя и фамилия. Комната девочек с правой стороны, комната мальчиков с левой стороны. Сообщаю вам, что ваши вещи уже доставлены!

***

      Утром, когда я встала пораньше, чтобы заранее посмотреть расписание и переписать себе в блокнот, мне неожиданно пришло письмо от Парвати, причем его принес её ужасный рыжий кот Живоглот, которого я ещё с третьего курса терпеть не могу. Я взяла у него письмо с ошейника и отправила восвояси. Вот, что Парвати написала:

«Я только что узнала от Фреда и Джорджа о том, что Гарри отдал им свой выигрыш, который получил на Турнире Трех Волшебников для стартового капитала своего магазина вредилок. Я не могу поверить, что он это сделал. Как думаешь — почему? (от Парвати)».

      Я не удивлена его поступку. Как бы ни ненавидела я гриффиндорцев, поступок Поттера мне показался благородным, ведь после возвращения Волан-Де-Морта, обстановка в школе даже изменилась, и это настораживало.

*Большой зал*

      Мы зашли в Большой зал на завтрак. Здесь было довольно шумно, впрочем, как обычно всегда и бывает. Мы с Панси разговаривали о новых учебниках, которые показались и ей слегка странными. Драко и Блейз сразу же заняли нам места и, хлопнув в ладоши, мы приступили к трапезе.       — Думаете, и правда из-за экзаменов будет трудный год? — спросила Панси.       — Это же очевидно, — сказал Блейз, — СОВ настолько важная вещь, что от него зависит, какую работу ты можешь получить.       — Кстати, — к нам подсел пятикурсник — Блас, — в этом году деканы будут проводить консультации по поводу профессий, чтобы было легче выбирать предметы на седьмом курсе.       — А вы уже поняли, что хотите делать после Хогвартса? — спросил Драко.       — Я думала заняться изучением драконов, — мечтательно сказала Панси, услышав её слова, я поперхнулась овсянкой, так что Драко пришлось похлопать меня по спине.       — Драконологом хочешь стать? — через кашель спросила я.       — Да, — кивнула я, — думаю уехать после выпуска в Румынию и заниматься изучением драконов. Трудно, но нет ничего невозможного. Блейз, а ты? — парень задумался.       — Тут и думать нечего, — немного откашлявшись усмехнулась я, — он давно мечтает стать профессором Трансфигурации после МакГонагалл.       — Да? — удивилась Панси.       — Ну, да… — признался Блейз, — Драко, а ты?       — Я еще не задумывался, из-за утерянного места помощника министра Перси Уизли, — вспомнив неприятное имя, у него перекосилось лицо от злости, — я думаю заняться административными нарушениями.       — В Визенгамоте? — переспросила я.       — Да, — кивнул Драко, — а ты чем хочешь заняться после школы?       — Честно… Мне бы хотелось стать профессором зельеварения.       — На смену Снеггу?       — Но это ещё не точно, — огрызнулась я, — конечно, я люблю летать, обожаю квиддич, но… Он меня не интересует как будущая профессия.

***

      Первым уроком в этом году была Травология. Всего в Хогвартсе восемь стеклянных теплиц, в которых проходят уроки травологии. Все теплицы имеют порядковые номера: чем номер теплицы больше, тем растение в ней опасней. Расположены теплицы недалеко от замка. Входные двери теплиц запираются на ключ, который находится у профессора Стебль.       Кстати, в этом году она ждала нас возле своего кабинета. Почему я говорю об этом с настороженностью? Да потому что у нас ни разу не было уроков у неё в кабинете. Наверное, Помона Стебль единственный учитель, у которого мы два раза от силы были в кабинете. Я была там только один раз, когда на четвертом курсе ходила проверить цапней, и полить их.       — Пятикурсники! Хватит болтать! — услышала я голос Стебль, когда мы направлялись к стеклянной высокой башне, — не разбегайтесь! В этой теплице мы будем работать весь этот семестр, так что советую вам запомнить дорогу и не заблудиться внутри.       Когда она говорила о том, чтобы не заблудиться, я не предала этому значение, но когда мы оказались внутри…. Да это настоящие джунгли из растений и саженцев. Здесь действительно не грех заблудиться. Башня состояла из пяти этажей, на каждом из которых нам предстояло заниматься. Стебль проводила нам экскурсию, пока мы поднимались по ступенькам. Между каждым этажом я насчитала пятнадцать ступенек, на последней мы проходили по небольшому мостику и поднимались уже по другой лестнице, получался зигзаг. Наконец, мы поднялись на последний этаж.       — Займите свои места за партами!       Помещение было похоже на цветущую полянку. Вместо каменного пола была трава миллиметра два в высоту, стеклянные стены и потолок, вся прилегающая территория, как на ладони. Мы с Драко сели за вторую парту, справа от нас был другой ряд, за третьей партой разместилась Панси. С ней хотел сесть Блейз, но его опередил, неожиданно даже для Панси — Поттер, он быстро кинул сумку на парту, показав, что место занято. Драко был готов разорвать его за это, но на помощь пришла Парвати, сидящая за первым столом, она кинула на Блейза мимолетный взгляд, и парень быстро занял рядом с ней место.       — Смело, — шепнул мне Драко, — не знал, что они общаются.       — Да они все лето переписывались, — усмехнулась я. Драко разозлился, смял лист пергамента и бросил его в затылок Блейза. Тот потер ушибленное место.       — После урока поговорим, — шикнул ему Драко.       — Класс, внимание! — хлопнула в ладоши Стебль, — надеюсь, что дорогу сюда вы запомнили, потому что отныне будете ходить самостоятельно. Теперь, как вы заметили, в этой башне восемь этажей. На этом этаже мы будем учиться полтора месяца, и изучать все растения, которые вы видите в этом помещении. Советую вам завести тетрадь потолще и запастись терпением.       — Почему? — удивился Рон, который сел рядом с Дином за предпоследней партой нашего ряда.       — Потому что по просьбе директора, мы будем изучать довольно интересные и диковинные растения.       — Всегда есть но, — заметила я.       — Хорошее замечание, — кивнула Стебль, — но эти растения будут по-своему опасны. Поэтому еще и будьте предельно осторожными, соблюдая первое и единственное правило…       — В ГОРШКИ, БЕЗ КОМАНДЫ ПРОФЕССОРА СТЕБЛЬ, ПАЛЬЦЫ НЕ ЗАСОВЫВАТЬ! — хором ответили все мы.       — Прекрасно! Хоть это вы усвоили, — улыбнулась профессор, — а теперь открывайте тетради и записывайте тему урока.

***

      Мы буквально бежали из тепличной башни. Спросите почему? Да потому что Китайская жующая капуста пожевала нам чуть ли не все тетрадные листы, мы не могли нормально записывать тему или слушать профессора Стебль, потому что нужно было следить за восемью голодными челюстями этой долбаной капусты.       Следующим уроком было Зельеварение, и снова с гриффиндорцами, я их поубиваю уже скоро. Надоели глаза мозолить. Войдя в класс, я сразу же направилась ко второму столу, куда также направился быстрым шагом Рон, впереди сели за стол Панси и Гарри, а на правом ряду за первым и третьим столом сели Драко с Финниганом, и Блейз с Долгопупсом.       — Успокаиваемся, — холодно произнес Снегг, закрывая за собой дверь. Этот призыв к порядку был излишним: едва дверь захлопнулась, как безмолвие и неподвижность воцарились сами собой. Одного присутствия Снегга было, как правило, достаточно для поддержания тишины. Мы все уже привыкли к этому. — Прежде чем начать сегодняшний урок, — сказал Снегг, быстро подойдя к столу и оглядев класс, — я бы счел уместным напомнить, что в июне вы будете держать серьезный экзамен, который покажет, насколько вы усвоили науку изготовления и использования волшебных зелий. Хотя изрядную часть из вас, несомненно, составляют болваны, я все же надеюсь, что вы худо-бедно заработаете за СОВ хотя бы «удовлетворительно». Иначе вам придется столкнуться с моим… неудовольствием. По окончании пятого курса многие из вас, разумеется, перестанут у меня учиться, — продолжал Снегг. — По программе, нацеленной на подготовку к выпускным экзаменам, в моем классе зельеварения будут заниматься только лучшие из лучших, остальным же придется со мной распрощаться. Но до приятной минуты расставания как-никак еще год, — мягко сказал Снегг, — и потому, будете вы впоследствии претендовать на высшую аттестацию или нет, я советую всем собраться с силами и постараться получить те приличные баллы за СОВ, на какие я привык рассчитывать у своих учеников. — он взмахнул палочкой и на доске появились два слова: «Феликс Фелицисс»       — Мы будем готовить жидкую удачу? — воскликнула я, и сразу же закрыла рот рукой, потому что сделала это очень громко. Снегг недовольно посмотрел на меня.       — Верно, мисс Грейнджер, сегодня вы будете готовить знаменитый Феликс Фелицисс. На экзамене СОВ у вас будет задание распознать по названиям ингредиента, какое зелье представлено. Именно поэтому вы будете в течение двух занятий изучать состав, а потом уже готовить зелье. Как вы понимаете — я буду помогать, однако буду помогать тем, кто не безнадежен! — он вновь взмахнул палочкой, и рядом с котлом на каждой парте, появился ещё один.       — То есть, мы будем варить по отдельности? — спросил Блейз.       — Именно, — сказал Снегг, — однако рецепт у вас будет один на двоих. И изучать ингредиенты вы будете вдвоем. Советую вам переписать рецепт и список ингредиентов в тетрадь на странице десять. Потому что послезавтра я буду проверять ваши доклады на каждый из этих ингредиентов, причем на каждый должно уйти как минимум метр свитка. — Все ахнули.       — Но, профессор, ингредиентов ведь шесть! — воскликнул Рон. Снегг гневно посмотрел на него.       — Тогда советую вам воспользоваться преимуществом, что вас двое, — грубо ответил Снегг. — Приступайте!       Мы с Роном сразу же открыли учебник на странице, которую назвал Снегг. Да… Рецепт, конечно, был довольно длинный, да и ингредиентов хоть и семь, но составить по ним доклад — это просто испытание на стойкость.

1) Яйцо огневицы (пеплозмея) 2) Хрен 3) Сок луковицы морского лука 4) Нарост актинии с Растопырника 5) Настойка чебреца 6) Яичная скорлупа Оккамия 7) Рута обыкновенная

      На рецепт я пока что смотреть не стала, все равно мы будем заниматься им только на следующем уроке. Рон что-то начал записывать на полях, я видела, как все что-то пишут, но совершенно не представляла, что писать самой. Такое у меня, если честно — впервые. Когда прозвенел звонок, все начали подходить к Снеггу, который проверял их работы в тетрадях. То есть: записанные ингредиенты, рецепт и примерный план доклада. Поттеру он поставил ноль в журнал, так как ничего путного там не увидел, я со своими друзьями получила по 10 очков Слизерину, а Парвати и Рон заработали всего 5. Наверное, Снегг принципиально гриффиндорцам больше не ставит.

*Большой зал*

      Потолок в зале приобрел за утро еще более хмурый оттенок серого цвета. В высокие окна хлестал дождь. Мы спокойно сели обедать, и разговаривали о предстоящем уроке Амбридж. В прошлом году Барти Крауч рассказывал нам о Непростительных заклятьях, защитной магии… Интересно, что интересного поведает эта кикимора из Министерства?

***

      — Ты почти ничего не съела! — возмущалась Панси, когда мы поднимались на третий этаж.       — Я не голодна, — отозвалась я, — ты лучше думай о том, чтобы с тобой Поттер, невзначай, не сел.       — Да он просто…       — Просто, не просто, — прервала её я, — просто пусть не садится!       Когда мы вошли в класс защиты от Темных искусств, Амбридж уже сидела за учительским столом. На ней была та же, что и вчера вечером, пушистая розовая кофточка, макушку увенчивал розовый бархатный бант. Мерлин…. Как же меня бесит её внешний вид. Так и хочется подойти, сорвать с неё этот ужасный розовый бант, при этом подпалить её стул, чтобы гнусная улыбка на ближайший год сползла с лица.       В классе все старались вести себя тихо, ведь от Амбридж мы не знали чего ожидать, она была для нас неизвестной волшебницей.       — Здравствуйте! — сказала она, когда мы ученики расселись по местам. Я села с Драко, Блейз рядом с Парвати, а Панси села рядом с Лавандой Браун, точнее та подсела к ней. Я видела краем глаза, что на это место зарился Поттер. Видимо Панси послушала мой совет. Несколько человек с первых парт пробормотали в ответ:       — Здравствуйте. — сказали они.       — Волшебные палочки уберем, перья достанем, — приторно улыбнувшись, сказала Амбридж, повернувшись к своему столу. Стоп, она сказала — убрать палочки?       — Убрать палочки? — спросила Парвати.       — Да, — улыбнулась Амбридж.       Блин…. Еще никогда самый любимый урок не начинался с приказа убрать волшебные палочки. Я достала все, что сказал «профессор». Амбридж, наоборот, достала из сумки волшебную палочку, которая была необычно короткой, и резко постучала ею по классной доске, где тут же возникли слова: Защита от Темных искусств Возвращение к основополагающим принципам.       — Отмечу для начала, что до сих пор ваше обучение этому предмету было довольно-таки отрывочным и фрагментарным. Не правда ли? Вам, однако, приятно будет узнать, что все недостатки мы исправим. В нынешнем учебном году вы будете изучать защитную магию по тщательно составленной, теоретически выверенной, одобренной Министерством программе. Запишите, пожалуйста, цели курса… — я поспешила поднять руку, — да, мисс Грейнджер?       — Простите, если я что-то не правильно поняла, но вы сказали: «Теоретически выверенной?»       — Именно, — кивнула Амбридж.       — Но ведь Защита от Темных искусств не является сугубо теоретическим предметом, — подняв бровь, сказала я, — этот предмет один из самых любимых у всех студентов. И мы должны научиться защищать себя…       — От кого?       — В смысле? — не поняла я.       — От кого, мисс Грейнджер, вы должны себя защищать?       Черт, скажу, что от Волан-Де-Морта, заткнет, не успею я и рот открыть. Что же ей сказать…?       — От врагов, которые могут нам угрожать, — подняв руку, ответил Блейз.       — А разве есть таковые? — спросила Амбридж.       — Они есть всегда, — заметила Парвати.       — У всех ли есть экземпляры «Теории защитной магии» Уилберта Слинкхарда? — она даже не удосужилась ответить на вопросы. Вот кикимора, а? В ответ на её вопрос, по классу пробежало глухое утвердительное бормотание, наше с друзьями в том числе. — Мне кажется, надо попробовать еще разочек, — сказала Амбридж. — Когда я задаю вопрос, ответ я хотела бы слышать в такой форме: «Да, профессор Амбридж» или «Нет, профессор Амбридж». Итак: у всех ли есть экземпляры «Теории защитной магии» Уилберта Слинкхарда?       — Да, профессор Амбридж, — ответили все. Я принципиально только открыла рот, якобы говоря то, что она хотела.       — Хорошо, — сказала Амбридж. — Теперь попрошу вас открыть пятую страницу и прочесть первую главу — «Основы для начинающих». От разговоров можно воздержаться.       Почти большую часть урока мы провели за занятием, которое называется — чтение самого нудного материала за всю историю Хогвартса. Мы могли читать на Истории магии, на Зельеварении, даже на Травологии и Рунах, но уж точно не на Защите от Темных искусств, где свободно могли пользоваться палочкой. Именно по этой причине ЗоТи является любимым предметом всех студентов.       — По мнению Министерства, теоретических знаний будет более чем достаточно для сдачи вами экзамена, на что, в конечном счете, и должно быть нацелено школьное обучение… Ваше имя, будьте добры? — спросила она, глядя на Парвати, чья рука только что взлетела вверх.       — Парвати Патил, — поспешила сказать моя подруга, — разве на экзамене по защите от Темных искусств не будет ничего практического? Мы не должны будем показать, что умеем применять контрзаклятия и тому подобное?       — При хорошем владении теорией не будет никаких препятствий к тому, чтобы вы под наблюдением, в экзаменационных условиях использовали некоторые заклинания, — в достаточно грубой форме ответила Амбридж.       — Без всякой практики, без тренировки? — спросила Парвати с недоумением. — Правильно я вас поняла, что первый раз, когда нам позволят применить заклинания, будет на экзамене?       — Повторяю: при хорошем владении теорией…       — Какая польза от этой теории в реальном мире? — громко подал голос Гарри. Я оторвалась от чтения главы, и посмотрела чуть назад по диагонали, где он за одним столом сидел и Роном. Увидев, что я обернулась, он кивнул мне. Видимо, он опередил меня. Если бы Амбридж опять заикнулась бы о теории по Защите от Темных искусств… — Амбридж взглянула на Гарри.       — Здесь у нас школа, мистер Поттер, а не реальный мир, — сказала она мягко.       — Значит, нас не будут готовить к тому, что нас ожидает вне школы?       — Ничего страшного вас там не ожидает, мистер Поттер.       — Да неужели? — спросил Гарри. Неудовольствие, которое весь день копилось у него внутри, достигло высшей точки.       — Кто, скажите на милость, будет нападать на вас и на таких же детей, как вы? — спросила профессор Амбридж отвратительным медовым голоском. Особенно, на вас! — её противный тон меня так возмутил, что я, что есть силы стукнув по столу, бросила книгу на пол.       — А может быть вам стоит проверить нас на сыворотке правды, чтобы узнать о том, что случилось там, на кладбище Литтл-Хэнглтона? — громко спросила я, так что уши всех моих сокурсников были приподняты в мою сторону.       — Мисс Грейнджер, возможно вас не учили дисциплине?       — Да лучше я буду хулиганкой, чем буду читать ту ересь, которая написана в этой книге. Теорию мы проходили на первом курсе ещё с Квирреллом, причем достаточно неплохо прошли! А сейчас, когда Волан-Де-Морт на свободе, вы хотите нас напоить теорией по Защитным заклинаниям?       — Минус десять очков Слизерину, мисс Грейнджер, — с гнусной улыбкой на лице сказала Амбридж. Я сжала карандаш в руке с такой силой, что он переломился пополам. Класс сидел, молча и неподвижно. Одни смотрели на Амбридж, другие на меня. — Теперь я хотела бы сказать кое о чем прямо и откровенно. — Амбридж встала и подалась вперед, распластав по столу короткопалые ладони. — Вам внушали, будто некий темный волшебник возродился из мертвых…       — Он не был мертвым, — поддержал меня Гарри, — но что возродился — это правда!       — Минус десять очков Гриффиндору! — сказала Амбридж, — повторяю: вам было сказано, что некий Темный волшебник опять гуляет на свободе… Это ложь.       — Нет, это НЕ ЛОЖЬ! — крикнул Гарри. — Я видел его, я дрался с ним! Даже Гермиона была тому свидетелем!       — Вы будете наказаны, мистер Поттер! — торжествующе воскликнула Амбридж. — Завтра после уроков, в пять часов, в моем кабинете. Говорю вам всем еще раз: это ложь. Министерство магии ручается, что никакие Темные волшебники вам не угрожают. Если вы все же чем-то обеспокоены, не стесняйтесь, приходите ко мне во внеурочное время. Если кто-то тревожит вас россказнями о возродившихся Темных волшебниках, я хотела бы об этом услышать. Я здесь для того, чтобы помогать вам. Я ваш друг. А теперь будьте добры, продолжите чтение.       Я видела, как Гарри собирался сказать ещё что-то, но видимо побоялся за то, что отнимут ещё больше очков, поэтому промолчал. Последние двадцать минут мы провели за чтением. Под партой Драко взял меня за руку, потому что мои руки тряслись, и я боялась, что сломаю ещё один карандаш.