Любовь для вампира

Лиор: Это было изумительно и почти невероятно: всего лишь пара капель моей крови – и холодный надменный вампир вспыхнул обжигающей страстью. Ожили и заискрились глаза, чуть заметный румянец тронул бледные щеки… В один миг с Александра слетела ледяная маска, и я оказался в объятиях властного и нетерпеливого любовника. От его жадных поцелуев у меня горели губы, слабели руки и плавилось в огне ответного желания тело. - Твой… - улыбаясь, прошептал я, стягивая с его плеч рубашку. Это было так правильно… Это заставляло мое сердце трепетать от счастья и предвкушения. Вампир чуть приподнялся, одной рукой упираясь в пол, а второй немного приспуская брюки… Первое же его движение сорвало крик с моих губ. От боли перехватило дыхание, глаза наполнились слезами, и я невольно вцепился в Александра, царапая ему плечи. Тело словно сковало; жёсткое настойчивое проникновение было невыносимым и в то же время слишком необходимым, чтобы я мог от него отказаться. Это было больше, чем желание, - глубинная потребность отдаться, доверить себя ему, позволить вампиру наполнить собой мою жизнь. Принять его, каким бы он ни был. Александр: Я чувствовал, как напряжено тело подо мной, как тяжело его плоть принимает меня. Но остановиться не мог и не хотел. Опьяненный вкусом и запахом человеческой крови, я брал то, что давно принадлежало мне. И какая-то часть меня знала, что я делал именно то, в чем мой Спутник отчаянно нуждался. И поэтому его руки не отталкивали меня, хотя я отчетливо чувствовал боль человека. - Мой, - довольно выдохнул я, полностью войдя в него, прикоснулся губами к мокрой от слез щеке и замер, наслаждаясь ощущением сжимающей меня плоти. - Ах, Повелитель… - едва слышно выдохнул юноша, открывая зажмуренные глаза. Он бросил на меня полный боли и удовольствия взгляд, прикусил губу, от чего на ней тут же показалась капелька крови, и потянулся ко мне. Волшебный сладкий запах мгновенно притянул меня, и я вновь припал к покорному рту. Новая волна хмельного желания прокатилась по телу, заставляя мои бедра двигаться. Человек дернулся, разрывая поцелуй, опять напрягся и застонал, почти срываясь на крик. Его била крупная дрожь, а из-под черных стрелок ресниц снова покатились слезы. Боль, звучавшая в его стонах, начала раздражать меня, и я накрыл рот человека своими губами, не позволяя этим жалким звукам вырываться на волю. Лиор: В том, что он делал со мной, не было ни капли нежности. Сильные, резкие толчки вампира отзывались новыми всплесками боли – уже не такой острой, но все же не позволяющей насладиться этой близостью… Моё возбуждение угасло - слишком жестким, почти грубым был со мной Александр. - Повелитель, - застонал я, когда его губы отпустили меня. Легко коснулся щеки вампира в безмолвной мольбе быть хоть немного мягче со мной. «Открой глаза… - толкнулось в виски. Тихий вкрадчивый голос прямо в моей голове. - Посмотри на меня…» Магия вампиров? Не подчиниться этому мысленному шепоту было просто невозможно. Наши взгляды встретились - и мое сердце пропустило удар. Широко распахнутые алые глаза затягивали, словно омут. Туманный сладкий омут, в котором не существовало ничего, кроме рваного ритма движений моего господина - единственно необходимых и желанных. Боль проросла огненными сполохами удовольствия. Я выгнулся, сам подался навстречу вампиру, желая большего, всем своим телом требуя - глубже, быстрее, не щадя меня… до предела и за него. Александр: Наслаждение медленно истаивало в моем теле, оставляя после себя приятную усталость. Искристый хмель свежей крови еще кружил голову, но туман желания больше не застилал глаза. Я начал осознавать, что прижимаю к полу тяжело дышащего человека, которого только что сделал своим. И мне при этом было настолько хорошо, что в какой-то миг я полностью утратил контроль над собой; воспоминание об этих мгновениях ускользало от меня, оставляя лишь неповторимое ощущение - как нежно-терпкое, едва уловимое послевкусие дорогого вина. Мысль о случившемся вызывала двойственные чувства. Сейчас я был уверен, что поступил абсолютно правильно. Но меня не покидало смутное беспокойство, что я буду очень недоволен, когда приду в себя. Эти размышления были прерваны легким прикосновением - смертный обнял меня, провел теплой ладонью по влажной от пота спине. Его дыхание все еще было частым и неровным, а взгляд - плывущим, затуманенным. Усмехнувшись, я высвободился из слабых рук. Отстранив юношу, поправил брюки и лег на мягкие меха поближе к камину. Человек тут же подвинулся ко мне, прижался к моему боку. От него приятно пахло кровью и моим желанием, поэтому я не стал прогонять его. Да он и не мешал мне - тихонько лежал рядом, осторожно поглаживая мое бедро. Я почти задремал, расслабленный этими легкими прикосновениями. Лиор: Умиротворение и идиллия… Тихое потрескивание дров в камине, тепло лежащего рядом Александра, возможность быть возле него. Вампир отдыхал - такой спокойный, такой близкий сейчас, не возражающий ни против моего присутствия, ни против прикосновений. Я не был уверен, что это продлится долго, и наслаждался каждой мелочью, каждым мгновением. Сейчас все было приятным: и усталость, наполняющая тяжестью мое тело, и тянущее ощущение ниже поясницы, и подсыхающая липкая влага на бедрах. И слипающиеся глаза - подкрадывающийся сон впервые за много дней обещал отдых и покой, ведь мой Повелитель был рядом со мной. Я приподнялся на локте и посмотрел на вампира. Прикрытые глаза, медленное и ровное дыхание - казалось, он спит. Я не мог оторвать от него глаз, впервые спокойно рассматривая это прекрасное лицо. Гладкая светлая кожа - почти белая, но не болезненно-бледная, а оттенка драгоценного восточного фарфора. Длинные изогнутые ресницы, тонкие брови… изящные линии, строгие пропорции. И нотой диссонанса к сдержанной холодности черт - припухшие от поцелуев губы, природная бледность которых сейчас была нарушена. Мне так захотелось прильнуть к ним, согреть своим дыханием, почувствовать их вкус… Он не позволил бы мне. Но я знал, как получить этот поцелуй… Я замер, борясь с искушением. А потом, четко осознавая, что именно делаю, с силой прикусил нижнюю губу, тревожа едва затянувшиеся ранки. От боли на глаза навернулись слезы, но зато по подбородку поползла тонкая струйка крови. Александр: Из приятной полудремы меня вывел острый сильный запах крови. Те несколько глотков, которые достались мне чуть раньше, только разожгли веками дремавшую жажду. И сейчас я отреагировал, как нормальный хищник, учуявший добычу. Распахнув глаза, набросился на человека и опрокинул его на спину, краем сознания отметив довольную улыбку на его губах. Короткими быстрыми движениями начисто вылизав его подбородок, я провел языком по сочному алому рту. Он тут же с тихим стоном приоткрылся, словно приглашая меня. - О да… - я мягко захватил прокушенную губу, подхватывая языком выступавшие на ней капельки крови. Гибкое тело подо мной выгнулось, горячие руки обвились вокруг моей шеи. И от ощущения близости и доступности принадлежащего мне тела, желание с новой силой плеснуло по венам. - Хм… - знакомый голос, сейчас полный удовлетворения и насмешки, мгновенно отрезвил меня. Я попытался отстраниться от человека, но он так крепко вцепился в меня, что это удалось не сразу. А Владимир между тем прошел в комнату и спокойно уселся в мое кресло, со снисходительной усмешкой глядя на нашу возню. И я впервые за несколько веков покраснел. Полуобнаженный, с явно плывущими глазами, прижимающий к полу все еще стонущего и выгибающегося человека - даже думать не хотелось, как я выглядел сейчас. - Я вижу, у вас все не так плохо, - взгляд графа медленно прошелся по нашим телам. А потом Владимир демонстративно потянул носом воздух, но милосердно воздержался от комментариев. - Кажется, я не приглашал Вас войти, - вышло не так холодно и равнодушно, как я хотел. Но очень даже неплохо, если учесть, что у меня в голове все еще плыл хмельной туман. И что мне пришлось буквально отрывать от себя человека и сражаться с ним за право застегнуть свои брюки. И что скрыть мое желание при этом было просто невозможно. - Я вежливо постучался, - глаза Советника, наблюдавшего за нами, искрились иронией. - И вошел только после того, как услышал Ваше «да», Повелитель. Лиор: Поднимаясь, Повелитель набросил на меня одну из шкур. Я поспешно укрылся и отвернулся к камину, пряча вспыхнувшее от стыда лицо. Дело было даже не в моей наготе (хотя до прибытия к вампирам я в жизни бы не позволил кому-то постороннему увидеть меня голым), а в той откровенной сцене, которую застал Советник. Это было слишком личное, предназначенное только для двоих. То, что было таким естественным наедине с Александром, сейчас казалось мне невыносимо развратным - стоило лишь подумать, что за нами наблюдали чужие глаза. Я был смущен и зол. А еще разочарован… Слишком не вовремя появился граф Владимир. Что стоило ему немного задержаться со своими разговорами? Я не верил, что Советник случайно прервал нас. Из бесед с ним же я знал о невероятной чувствительности вампиров, так что не догадываться о том, что происходит в покоях Повелителя, граф не мог. Зачем же было ставить нас в такое неловкое положение? Чего он добивается? Я не пытался подслушать их разговор, но слова помимо воли долетали до меня. Граф Владимир говорил о какой-то традиции и упрекал Повелителя, что тот слишком затягивает с официальным представлением Спутника народу. Кажется, Советнику удалось-таки убедить вампира назначить дату церемонии. Откровенное нежелание Александра признать меня задевало, заставляло сердце сжиматься от боли и обиды - я не мог понять, чем же так нехорош для Повелителя вампиров. Я ведь не напрашивался на эту роль, он сам выбрал меня из толпы собравшихся на балу. Так почему же сейчас так недоволен собственным выбором? Осторожно повернувшись, я посмотрел на Александра. Он слушал Советника и хмурился. Передо мной вновь был ледяной Лорд. - Повелитель, - почти беззвучно выдохнул я, раздавленный этим холодом. Вампиры неожиданно обернулись ко мне. - Повелитель… - растерявшись повторил я, а потом, глядя на побелевшие сжавшиеся губы Александра, сбивчиво зачастил, - простите… я не хотел прерывать вас… пожалуйста… Повелитель, не сердитесь… прошу Вас… я всего лишь хочу быть рядом с Вами… Александр: Я недовольно взглянул на человека и стиснул зубы, чтобы не ударить его при Владимире. Пока я спорил с графом, мой разум совсем очистился от дурмана свежей крови. И воспоминание о том, как низко я пал, наполняло сердце ледяной злостью. А мысль о том, что я сам дал в руки Советнику самые сильные аргументы против себя, выводила из себя. Я уже открыл рот для того, чтобы сообщить смертному, что я больше не собираюсь терпеть его присутствие в своих покоях. - Вам следует позволить ему, - вмешался Советник. Я нахмурился, собираясь возразить, но он опять опередил меня. - Вы довели его до такого состояния, что ему понадобится несколько дней, чтобы оправиться. Несколько дней возле того, с кем он связан плотью и кровью. - Но… - я понял, что мне опять нечего противопоставить графу. Согласившись признать человека, я согласился со всеми обязанностями, которые это накладывало на меня. А сказать, что я просто опасаюсь оставаться со смертным наедине… В этом я не признался бы даже с серебряным лезвием у горла. Хотя у меня вызывала серьезные опасения догадка, осенившая меня во время спора. Бросив очередной взгляд на человека, я случайно обратил внимание на его губы. Вспомнив, что именно стало причиной той сцены, которую увидел Советник, я понял, что смертный специально кусал себя. Он увидел, как действует на меня его кровь, и воспользовался этим, чтобы привлечь меня к себе. Что могло помешать ему сделать так еще раз? - Ну что ж, - вторгся в мои размышления голос Советника, - думаю, все важные вопросы мы уже обсудили, так что не буду больше задерживать Ваше внимание, Повелитель. Не сомневаюсь, вам не дадут заскучать… У меня в голове мелькнула мысль попросить его еще немного посидеть у меня, но понимание и лукавая улыбка в глазах графа остановили меня. Мы вежливо распрощались, и я вновь остался наедине с человеком. - Не приближайся, - резко бросил я, заметив его движение в мою сторону. Лиор: - Но Повелитель… - начал было я, но тут же прикусил язык, потому как выражение лица вампира не сулило мне ничего хорошего. Не стоило раздражать его еще сильнее. Александр, не глядя на меня, вернулся в свое кресло. Кажется, мы вернулись к тому, с чего все начиналось. Что ж… я осторожно подполз ближе, коснулся ладонью колена вампира. - Убирайся! - отрезал он, оттолкнув мою руку. Положив ногу на ногу и подперев щеку кулаком, он смотрел на огонь в камине. Его напряженная поза, резкий ответ - все показывало, насколько я сейчас нежеланен здесь. Остатки гордости шепнули, что нужно уйти. Но как я мог? Даже мысль об этом причиняла боль. - Не сердитесь… - не выдержал я и через несколько минут опять попытался смягчить Александра. Он медленно повернул голову ко мне, и я отшатнулся, испуганный выражением его лица, даже отполз немного под жестким пристальным взглядом. А вампир вдруг жестом подозвал меня к себе. Изумленный, я поспешил прижаться к нему. Однако он грубо отпихнул меня ногой и ею же прижал к полу. - Это поза тебе больше подходит, - ледяным тоном произнес Александр, поставив ноги на мою грудь. - Сегодня побудешь моей грелкой… - Да, Повелитель, - покорно выдохнул я. И тут же вскрикнул и напрягся, когда он надавил мне на грудь. - Лежи тихо, иначе… - он не договорил, но я послушно затих. Ох… я обхватил ладонями прохладные стопы, провел кончиками пальцев по узким щиколоткам. Наверное, Александр хотел унизить меня… Что ж, я был готов заплатить эту цену за возможность остаться рядом с ним.