Любовь для вампира

Лиор: Утро. Комната залита солнечными лучами, пытающимся пробраться под мои сомкнутые веки. Но я не спешу открывать глаза, наслаждаясь томной негой, окутывающей все тело. Сладко зевнув, прячусь от света под одеялом и вновь погружаюсь в дрему… Мои сны были странными, но приятными. И в каждом мне сияли глаза Александра. Следующее пробуждение было иным. Я проснулся резко, как от толчка, рывком сел на кровати… И тут же со стоном упал на постель, прошитый болью. Невыносимо… Задыхаясь и глотая слезы, я комкал в ладонях простыню, испятнанную кровью. Что этот вампир со мной сделал? В памяти мгновенно всплыла прошлая ночь… Бал, и мы с Лордом кружимся в танце посреди огромного зала… Белоснежные клыки вампира и охвативший меня страх… И мое бегство… И мольбы взять меня, и постыдное извращенное удовольствие… И сладкие сны – все о нем. Проклятье, что он сделал со мной? Александр: Я проснулся свежим, полным сил и в довольно приподнятом настроении, но со смутным ощущением, что я забыл о чем-то неприятном и очень важном. О чем именно - мне не преминул напомнить Советник во время завтрака. Когда мы приступили к десерту, он с самым невинным видом поинтересовался, какие распоряжения будут в связи с изменением статуса Посла. События прошедшей ночи со всей отчетливостью всплыли у меня в голове. Я перестал ощущать вкус кремового пирожного, от хорошего настроения не осталось и следа. - Никаких изменений, - раздраженно бросил я, отвернувшись от графа. - Я не желаю ни видеть его, ни слышать о нем. И буду благодарен тебе, если ты навестишь человека сегодня и убедишься, что это мое пожелание будет исполнено. К счастью, Владимир не стал ни на чем настаивать, только нахмурился и недовольно покачал головой, дав понять, что не одобряет мое поведение. Но в этом вопросе я не собирался идти на уступки, несмотря даже на то, что по злой насмешке судьбы оказался на целый год связан с человеком. И у меня хватило глупости закрепить эту связь, позволив ему отдаться мне и попробовав его крови. Хотя насчет крови… Я почувствовал, что начинаю улыбаться. Пожалуй, свежая кровь была единственным действительно приятным моментом во всем происшедшем. Словно прочитав мои мысли, Советник вдруг тихо и очень серьезно спросил: - Он был вкусным? На мой вопросительный взгляд он коротко пояснил: - Я лично проследил за тем, как меняли двери в покои посла, - он неожиданно усмехнулся и подмигнул мне. - И у меня нет проблем с чутьем… - Свежая кровь, - помимо воли мой голос стал мечтательным. - Но я не кусал его, если ты об этом, - слегка насмешливо добавил я, заметив тень на лице друга. Он поспешил уверить меня, что ни о чем таком и не думал, и перевел разговор на другую тему. Лиор: После ночи с вампиром я стал сам не свой. Мне постоянно снился Александр. Тот бал и та наша единственная близость, тепло его рук, мой первый поцелуй... А по утрам о случившемся мне напоминали синяки, оставленные на моих бедрах вампиром. Я ужасался собственным мыслям и желаниям, но мне все сильнее хотелось вновь испытать все это наяву. Я просыпался среди ночи, возбужденный и переполненный желанием, утолить которое мог только Повелитель вампиров. А спустя всего несколько дней я почти перестал спать, коротая дни и ночи с книгой, в надежде выдуманными историями отвлечь себя от этого безумия. Я тосковал по Александру… Иногда ко мне заходил Советник. В первый раз – сразу же после той ночи с Повелителем – он был каким-то грустным. Сказал, что для меня все останется как и прежде, и мне все так же следует держаться подальше от Лорда Александра. Я старался скрыть от графа свою тоску, но мне это плохо удавалось – с каждым днем желание встретиться с Повелителем становилось все сильнее. Порой понимающий взгляд Советника даже раздражал меня… Я вообще стал раздражительным и нервным. Желание хоть мельком увидеть Александра постепенно стало потребностью. Мне было по-настоящему плохо без него. Я не мог есть, сон бежал от меня… Советник начал приносить мне какой-то отвар, чтобы я хоть немного поспал ночью. Но даже это не приносило желанного отдыха – мне снился Александр, и каждое новое пробуждение было все болезненнее… В моей жизни не осталось больше ничего, кроме вязкого желания принадлежать Повелителю, отдаться ему, быть рядом… Александр: Через какое-то время, несмотря на мою вполне четко сформулированную просьбу, Советник попытался вновь заговорить со мной о человеке, и мы впервые за не помню уж сколько лет поругались. Точнее, я резко оборвал его и ушел. А он обиделся. И с того дня был холоден и официален, появляясь в замке только для того, чтобы обсудить со мной какие-либо дела. Я быстро остыл и пожалел о том, что так глупо испортил наши отношения. Мне не хватало дружеских советов, умного и интересного собеседника, просто его присутствия, позволявшего мне не чувствовать себя одиноким в этом холодном замке, ставшем слишком пустым и мрачным после войны. Но я не мог первым сделать шаг к примирению. И дело было даже не в гордости. Просто я был уверен, что Владимир захочет поговорить о моем Спутнике. А эта тема была слишком тяжелой для меня. Самым неприятным ее делало то, что я продолжал чувствовать незримую связь, соединившую меня со смертным. И я знал, что поступаю неразумно, пытаясь бороться с ней. Но я просто не мог… не мог заставить себя иначе относиться к человеку. К одному из тех, кто убил моего отца, моих братьев и сестру. В тот день, когда я своими руками опустил прах Лиэль в могилу, я поклялся, что никогда не забуду и никогда не прощу убийц. Мне пришлось принять мир - интересы народа для Повелителей выше их собственных чувств и желаний. Мне пришлось веками выносить присутствие послов в моем доме, в том самом доме, где когда-то жила моя семья. Но моя боль не утихла с годами… Я не мог принять человека в качестве своего избранника. Даже если теперь мне ни на миг не было позволено забыть о его присутствии в моем замке. Лиор: Так больше не могло продолжаться. В последние дни меня начало то бросать в жар, то колотить в ознобе. Временами накатывала тошнотворная слабость. Я целыми днями лежал на шкурах возле камина, безразлично игнорируя слуг, разжигавших огонь и исправно приносивших мне еду, к которой я даже не прикасался. Я как будто заболел неизвестной болезнью. И лишь одно лекарство могло помочь мне. Был уже вечер, когда чаша моего отчаяния переполнилась. У меня опять был приступ жара, и я сбросил с себя всю одежду, оставив лишь легкую рубашку. Хотелось пить, но лень было шевелиться даже ради этого. Впервые ко мне пришли мысли о смерти – и не испугали меня. Я больше не мог мучиться так – день изо дня желая ласки Александра, возможности быть рядом с ним, видеть его, прикасаться к нему… хотя бы просто быть рядом. И если уж я все равно умираю без него, то что мешает мне нарушить жестокий запрет, удерживающий меня вдали от Повелителя? Эта мысль придала мне сил. Я вскочил, выбежал в коридор, даже не задумавшись о том, что не имею ни малейшего представления о том, где находятся покои Александра. Меня вело чутье, и я ни секунды не сомневался, что без труда найду его. Я шел… нет, я бежал к нему, и сердце сладко замирало от предвкушения. Даже если Повелитель своими руками убьет меня – перед смертью я все же увижу его… И это будет гораздо лучше, чем то жалкое подобие жизни, в котором я провел последнее время. - Повелитель, - мне не пришло в голову постучаться, прежде чем влететь в его комнату. Мельком заметив Советника, я тут же забыл о нем, потому что мой взгляд наконец-то нашел Александра, и я уже больше ни о чем не мог думать. Упав к его ногам, прильнув к ним всем телом, я наконец-то испытал облегчение. - Повелитель… - счастливо выдохнул я, обнимая колени вампира. Александр: Я выслушивал очередной сухой доклад Советника, пытаясь придумать способ помириться с ним и избежать при этом разговора о человеке, когда двери в мои покои распахнулись и в комнату ворвался Лиор. Упал передо мной на колени, обхватил мои ноги обеими руками и поднял ко мне бледное лицо с огромными лихорадочно блестящими глазами. Я на мгновение замер, изумленный его появлением. Я совершенно не ощущал приближения человека, пока он не оказался возле меня. Как будто… как будто… взглянув на довольное лицо графа Владимира, я убедился, что моя догадка была верной. Воспользовавшись тем, что я был слишком занят своими мыслями и потому несколько рассеян, он потратил все свои силы на то, чтобы скрыть от меня человека, чтобы я не заметил Лиора до того самого момента, когда тот уже был возле меня. - Как это понимать? - ледяным голосом поинтересовался я, пытаясь не обращать внимания на прижимающегося к моим ногам смертного. - Это вызов? - Понимайте, как вам будет угодно, Повелитель, - так же холодно парировал граф, выдерживая мой яростный взгляд. - Это не было подстроено, но я не мог не воспользоваться случаем. Вы не желали говорить об этом. Вы не желали признавать Спутника. Вы не дали ему ни одного шанса. - Я и сейчас могу вышвырнуть его отсюда, - усмехнулся я и схватил человека за волосы. В ответ на это отнюдь не нежное прикосновение, юноша застонал низким, полным страсти голосом, и его руки скользнули по моим ногам, обхватывая меня теперь за бедра. - Вы убиваете мальчика, удерживая вдали от себя, - голос Советника неожиданно стал печальным. - Взгляните на него. Он долго так не выдержит. Я перевел взгляд на лицо смертного, с неудовольствием отмечая, что мой Советник прав. Прошло всего несколько дней после праздника, а выглядел юноша так, будто после долгой тяжелой болезни. Осунувшийся, с темными кругами под глазами, с потрескавшимися сухими губами, не прекращавшими звать меня. - Если ты думаешь, что это зрелище вызывает во мне жалость… - покачал я головой, поднимая глаза на собеседника. - Я не рассчитываю на Ваши чувства, - еще печальнее вздохнул Советник. А потом твердо взглянул мне в глаза. - Я напомню тебе о долге, Александр. Ты ведь истинный Повелитель. Он твой Спутник, ты сам выбрал и призвал его. Ты обязан позаботиться о том, чтобы облегчить его страдания. И ты знаешь об этом не хуже меня. Лиор: Мне было так хорошо рядом с Александром. Впервые за столько дней я смог увидеть его, прикоснутся к нему. Повелитель не уделял мне внимания, о чем-то говорил с Советником, но меня мало волновал их разговор, мало волновала холодность Лорда Александра, главным сейчас было то, что он меня не отталкивает. - Повелитель, - шептал я, прижимаясь щекой к его ноге. Мои руки довольно быстро осмелели, я позволил себе поглаживать бедра вампира, и млел, чувствуя, как в ответ Александр слегка напрягался. Я был так увлечен, что не сразу заметил, как в комнате остались только мы с Лордом, Советник покинул нас. - Повелитель? - жалобно позвал я, когда вампир отстранился и направился к камину. Я тут же, не подумав о возможности встать на ноги, последовал за ним. Подполз, как животное к своему хозяину, и снова прижался к нему. - Мой Господин, мой Повелитель, - от любого, даже самого малейшего его знака внимания я бы просто умер от счастья. Но Лорд сидел и смотрел на огонь в камине. Но и не останавливал меня, даже когда я сбросил ставшей ненужной сейчас рубашку и принялся расстегивать пуговицы на его одежде. - Мой, - жадно шептал я. Я хотел, чтобы он все время был со мной, смотрел только на меня, желал только меня. А я уже отдал ему свою жизнь. - Мой Господин, - я выпустил его рубашку из брюк. Поднял на вампира глаза. А потом схватил его руку и начал жадно целовать - ладонь, запястье, каждый тонкий изящный палец… Александр: Мне очень не хотелось признавать правоту Советника. Но я ничего не мог поделать с этим. Стоило только взглянуть на человека, чтобы увидеть, насколько лучше он стал выглядеть за те минуты, что я позволил ему быть рядом и прикасаться ко мне. На щеки легкими розовыми мазками лег румянец, из глаз исчез неестественный блеск, сменившись нежной томной поволокой. Он действительно оживал возле меня. Но я не собирался сдаваться так просто. Если эта связь настолько сильна, что убивает отвергнутого Спутника, я пойду на уступку и не вышвырну человека за дверь прямо сейчас. Но этим мое милосердие и ограничится. И я постараюсь просто не обращать внимания на странную приятную легкость, охватившую меня в тот момент, когда горячие руки юноши прикоснулись ко мне. Мы никогда не станем ближе, что бы ни говорил об этом Советник. - Прекрати, - резко бросил я, обнаружив, что пока был занят своими мыслями, человек успел расстегнуть на мне рубашку и сейчас целует мне пальцы. - Хватит, - я отодвинул его ногой, высвобождая руку и вытирая ее о камзол. Смертный жалобно застонал и опять подполз ближе, прижимаясь обнаженным телом к моим ногам. Мне вдруг пришло в голову, что это довольно приятное зрелище. Его поза выглядела такой униженной, и мне нравилось видеть человека на коленях передо мной, его умоляющий взгляд. И это было красиво: по-кошачьи выгибающееся тело, белая нежная кожа, скользящая по черному бархату. - О, пожалуйста… - хрипло прошептал человек, не отрывая от меня восхищенно-просящих глаз. - Мой Повелитель… - Хм… - я задумчиво очертил кончиками пальцев контур его лица и сбился с мысли, когда в ответ на это легкое прикосновение он низко застонал, выгибая шею, чтобы потереться щекой о мою ладонь. Лиор: Его кожа такая нежная и горячая. А на вкус она просто великолепна. Я потянулся лизнуть руку, касавшуюся моего лица. - Мой Господин… я ваш, - прошептал я, придвинулся ближе, прижался теснее, отдаваясь все сильнее разгоравшемуся во мне желанию. Тело трепетало в ожидании ласки, которой я так и не дождался от Повелителя. Я больше не решался смотреть ему в глаза. Цепляясь за его одежду, я продолжил раздевать Лорда. И как только мне удалось обнажить его грудь, я подался вперед, чтобы коснуться ее губами, обвил руками талию Александра… Но он опять с легким недовольным возгласом отпихнул меня ногой. - Повелитель, - отчаянно застонал я, цепляясь за его ногу. - Мой Повелитель, - на нем были туфли, одна из которых тут же полетела прочь. – Пожалуйста, не отталкивайте меня, позвольте мне ласкать вас… - умолял я. Обнажив узкую изящную ступню вампира, я склонился, принялся целовать его ногу, ласкать ее кончиками пальцев… Я растворился в этом, я совершенно не помнил себя… Сейчас для меня существовал только мой Лорд и это непередаваемое ощущение, что я испытывал рядом с ним, лаская его тело… Близость, единение, слияние… Александр: Я не стал отталкивать человека, когда он, не обращая никакого внимания на все мои попытки отстранить его, опять принялся ласкать меня - просто потому, что мне понравилось смотреть, как он целует мне ноги. Теперь в его позе было еще больше покорности, и он был именно там, где всему его роду самое место. - Смертный, - почти довольно хмыкнул я, опустив вторую ногу на плечо человека и заставляя склониться еще ниже, пока он не распластался на шкурах перед моим креслом. Он и не думал сопротивляться, только чуть сильнее сжал мою ногу, чтобы не выпустить ее. - Мой Лорд, - горячие губы опять прошлись по моей ступне, ласковые пальцы погладили щиколотку. - Разуй меня, - приказал я, носком туфли приподняв подбородок человека. Отдавать ему приказы, видеть беспрекословное подчинение - мне нравилось это. Это было именно то, что хотел бы для всех людей. Сделать их игрушками в наших руках. - О да-а-а... - простонал юноша, тут же выполняя мое распоряжение. Ему пришлось опять сесть передо мной на колени. И теперь он держал в ладонях обе мои ноги. - Лижи, - высвободив одну ступню, я поднес ее к губам человека, легонько надавил на них пальцами. В синих глазах вспыхнул восторг, и теплый язык прочертил влажную дорожку по моей коже. Лиор: - Вкусно, - выдохнул я, скользя языком вверх по ноге вампира. Его брюки жутко мне мешали, я хотел видеть его без одежды… Обнаженного. От этой мысли у меня с новой силой начало тянуть в паху, мое возбуждение возрастало с каждым мгновением. А приказной тон вампира только разжигал его еще сильнее. Я принадлежу ему. Принадлежать… как же это было сладко… - Мой Лорд, - шептал я, упиваясь телом вампира. Не выдержав, я поднялся на колени и схватился за его пояс. - Мой Лорд, прошу вас… я так хочу… хочу вас, - страстно шептал я. - Мой Повелитель, вы так прекрасны… Мои щеки пылали, я весь горел. Непослушные пальцы едва справились с тяжелой застежкой ремня и наконец пробрались под брюки вампира… белья под ними не оказалось… ладонь коснулась мягкого, нежного… Со стоном я склонился ниже, жадно вдыхая запах Александра, от которого все поплыло перед глазами и сладко закружилась голова. Вампир чуть шевельнул ногой, задев мою возбужденную плоть, и этого оказалось достаточно, чтобы мое желание мгновенно плеснуло через край. На миг я забыл обо всем на свете. А потом на мое плечо легла рука Повелителя. Не отталкивая, но отстраняя. Все еще подрагивая от пережитого только что удовольствия, я обнял вампира за талию, сопротивляясь давлению его ладони. И потянулся губами к его члену. Александр: Горячие жадные губы человека, вибрирующие нежные звуки - я не успел остановить это, а потом... Я подумал - а почему бы и нет? Почему бы не позволить ему доставить мне удовольствие? Я давно уже никого не подпускал к себе так близко. Последнего любовника я отослал несколько десятков лет назад, когда его интриги стали надоедать мне. Я вполне мог обходиться без плотских утех, но это не значило, что я не хочу их. - Нахальный мальчишка, - усмехнулся я, чувствуя, как неумелые, но полные страсти прикосновения пробуждают мою плоть. - Ну-ка... - обхватив голову юноши, я немного направил его движения. Если закрыть глаза и позволить себе немного не думать... Человек тут же подчинился моим ладоням, подхватив заданный ритм. Его рот был теплым и покорным. Я не принуждал его принимать меня глубже, чем он мог, - не хотел портить удовольствие. Волны наслаждения медленно накатывали одна за другой, и я не заметил, как начал легонько поглаживать затылок юноши. Он застонал, сильнее сжимая меня в объятиях, и сам склонился ниже, впуская меня целиком. Напряженное горло туго обхватило мой член, и это оказалось именно тем, что нужно было моему телу, чтобы достичь вершины. Сдавленно застонав, я чуть отодвинул юношу от себя. Я хотел, чтобы он принял мое семя в свой рот, окончательно потерявший сегодня невинность. Я хотел, чтобы он почувствовал мой вкус, хотел видеть, как он пьет меня. Лиор: По телу вампира прошла легкая дрожь – и его семя наполнило мой рот, теплое и терпкое. Мое сердце зашлось от счастья, что я смог доставить Александру удовольствие. Я никогда раньше этого не делал, никогда даже и подумать не мог о подобном. Но сейчас… Это было невообразимо. Я чувствовал, что Лорд смотрит на меня. Решившись поднять на него глаза, я застонал от избытка эмоций, увидев, что вампир не остался безразличен… Пусть это длилось всего лишь мгновение, а потом его лицо снова застыло холодной маской… Пусть взгляд Александра не стал теплее, но мне не показалось – я успел поймать тень его эмоций. Я хотел выпить его до капли, но не сумел. Теплая струйка потекла из уголка губ, и я, смутившись, поспешно вытер ее ладонью. Едва я немного отстранился, как Александр снова оттолкнул меня. - Не прогоняйте, - тихо попросил я, вновь прижимаясь к ногам Повелителя. – Позвольте мне быть рядом. Мое тело наполняла сладкая истома, и хотелось хоть немного посидеть вот так – близко-близко, опустив голову на колени Александра. Александр: Человек опять вцепился в меня, но сейчас его назойливость начала раздражать. Как и становившийся все более сильным запах чужого желания. Мой взгляд упал на влажный бархат брюк, которые смертный позволил себе испачкать. Мое раздражение мгновенно вскипело, и я молча пинком отшвырнул человека от себя. - Повелитель! - несчастно вскрикнул он, и его глаза наполнились слезами. - Умоляю, не прогоняйте меня... - он пополз ко мне, кусая припухшие губы. - Пошел прочь! - резко бросил я, отодвигаясь в сторону вместе с креслом. - Пожалуйста... - еще жалобнее застонал смертный. Я поднялся на ноги, собираясь вышвырнуть его вон. И замер... Сладкий знакомый запах... Алые капли на губах человека... Он только удивленно вскрикнул, прижатый моим телом к полу. И тут же обвил меня ногами и руками, а я жадно впился в его приоткрытый рот, слизывая ароматную драгоценную влагу. По венам мгновенно побежал жидкий огонь, вскипая хмельным возбуждением. В голове был горячий сладкий туман. - Мой! - гибкое покорное тело подо мной пробуждало острейшее чувство собственника. Это тело было моим. Оно должно было принадлежать мне. Оно ждало меня и пахло желанием. - Да-а-а... - счастливый ответ на одуряюще притягательных губах.