Сюрприз от БОГА

Я часто думал о том сне. Долгом и приятном сне, где не было боли или страха. Там был Хосок и тепло его губ. Чудесное видение что спасло мою душу, дало ей силы жить. Даже если я не коснусь его снова, то видеть хоть издалека смогу всегда. Такова уж привилегия фаната. Быть одним из миллионной толпы. Такие мысли поселились в моей голове после пробуждения в родном теле. Я убеждал себя что не было никакого переселения и всё что произошло было фантазией не более. Однако реальность мистического кавардака доказывал мой перевод в новую школу и новый стиль. Давон будучи в моем теле спасла меня. Обо всём рассказав бабушке, и изменив мою внешность. Ведь очнулся я уже не с длинной челкой закрывающей лоб, не с погрызанными ногтями и губами. Я выглядел обычно, как все. Аккуратная стрижка на блондинистых волосах мне вполне шла, как и новые немного кокетливые очки в стиле поттерианы. Я перестал выглядеть изгоем, за что благодарен. Моя жизнь наладилась, мне хватило сил продолжить умелую игру в нормального человека, которого из меня слепили брат с сестрой. Пока одна латала мое тело, другой исцелил душу, своей пусть и недолгой но любовью. Мысли тяготят при воспоминаниях, отчего закрываю глаза, активнее работая лентяйкой. Добавляя вроде как на чистом полу, разводов. Никогда не любил дежурить, хотя сейчас одиночество переносится легче. Ведь не пропадает ощущение, что уже никогда не буду один. Хосок словно поделился кусочком своей солнечной души и именно она греет меня. «Интересно расскажет ли Давон ему о том что я парень?» Задаюсь вопросом, берясь за маленькую пластмассовую лейку, как всегда невовремя вспоминая про растения, что уши повешали. При мимолетной мысли об ушах, тереблю дырочки от пирсинга, скучая по бренчанию. Однако мою тоску прерывает рука на плече. Вздрагиваю моментально и съёживаюсь, прекрасно помня, что после такого раньше шёл удар. Однако боли за прикосновением не следует, лишь до слуха доносится нежное: — Ну привет Саша, понимаешь меня? Поднимая же взгляд, натыкаюсь на Давон и машинально, часто-часто киваю. Чем заслуживаю вроде как поощрение в виде поглаживания по голове. Девушка осматривает меня с любовью, спрашивая снова: — Тебе понравились внесенные мной изменения в твой образ? — Ну… Я стал миловиднее, не похож больше на фрика. Спасибо тебе, нуна… Бормочу в ответ, всё же улыбаясь яркости человека напротив. Понимая одно, что брат, что сестра, так похожи. — А… Хосок… Замираю не в силах задать вопрос. Видя же письмо в руках девушки понимаю всё сразу. Ну, да, ему не за чем ехать сюда, в захолустный городок России, на встречу с парнем. Был бы я девушкой, может тогда. Лейка наполненная водой медленно пикирует на пол, когда протягиваю руки ладонями вверх, прося письмо. Которое Давон отдаёт сразу, изгоняя меня в пустующий коридор и говоря беззаботно: — Я тут домою дружок. Ну, а ты иди и читай. Знаю, что ты на половину тоже кореец и читать благодаря бабушке умеешь. Так что вперед… Легко слушаюсь нуну, показывая ей грустную хоть и искреннюю улыбку. Руки дрожат когда разворачиваю белый лист. Сердце ухается в область живота только от приветствия. Так же оно и скукоживается от боли: «Дорогой Друг… Я правда не знаю что мог бы сказать тебе при встрече. Да и новость о том что ты парень меня знатно так шокировала. Но даже зная всё это, теперь хочу тебе сказать. Что ты самый светлый человек на всей планете. Ведь не смотря на свою грубость, страх, ты был вежлив к телу моей сестры. Не отказал когда нужна была помощь, думаю и она тебе благодарна за это. Но дело даже не в этом, ох я и сам похоже запутался. Не умею если честно писать письма. Тексты песен как с языка снимаю, а вот такое не выходит. Поэтому дуй в ближайший отель и давай поговорим. Может вживую у меня разъяснить всё лучше получится. Адрес кстати на обратке и я буду ждать. Приходи если хочешь, но не заставляй себя если душа не жаждет этого разговора!» Когда дочитываю последние строчки, понимаю что по лицу текут слёзы. Они размывают мой взор, но даже так я вижу адрес. Давон быстро оказывается рядом и я удивляюсь когда она обнимает меня трепетно, заглушая подступающие рыдания. Сквозь них, не веря глазам, комкая её блузку на спине непослушными от нервов руками, спрашиваю: — Он правда тут? И я… Я правда могу пойти туда? Я ведь не достоит, страшный притом еще и парень. Нуна… Мой всхлип выходит страдальческим. Девушка же с улыбкой утирает мои слёзы. — Красавец ты или нет? Решать не тебе, а ему. Да и мой братец явно не зациклен на внешности. Так что руки в ноги и беги. Он правда очень ждёт этой встречи. Киваю на такое активно, вытирая подступившие по-новой слезы и сбегая без оглядки. Остро ощущая то как в сердце встрепенувшейся птицей бьётся сердце. Ведь он тут, совсем рядом, пару улиц, минут десять по лестнице и я снова увижу любимое лицо…