Радиоактивный. Переплетение судеб

      <6 глава> <Снаружи>       Крейн натянул ППФМ со сплошным стеклом, а не в виде маленьких стекляшек на лицо и, как-бы примерив, подышал очень сипло и звонко, после он навесил его на шею. Его рыжая грива спряталась под серой шапкой с небольшой металлической эмблемкой «Ртуть» с маленьким, неразборчивым от старости львом, который также был серебристым. У него было достаточно костей, чтобы подготовиться, Ирвин тоже был в достатке, поэтому они не пожалели и скинулись по остаткам мне на один фильтр и двадцать восемь патронов для калаша. Калаш я получил на кордоне недалеко от нужного нам выхода наружу. Я чувствовал неготовность, потребность в чем-то, я обычно люблю иметь всего в достатке, а еще лучше, если у меня постоянно-используемого предмета в избытке, такой уж я. Ирвин окунулся в тяжелый шлем с очень плотным стеклом и крепким, как корпус танка, покрытием. Шлем был почти наверняка тяжелее его, ибо выглядел он в нем крайне неловко и, кажется, он вообще его перевешивал, поэтому сейчас он выглядел как старая, сломанная, давно не пригодная к игре неваляшка. Крейн с восклицающим ужасом глянул на Ирвина и презрительно спросил: -Ты уверен что тебе будет удобно. в этом? -Абсолютно, тебе тоже советую, а то приземлишься на штырь, так и останешься там. — Кряхтя и упорно пытаясь надеть сапоги, проскрипел он в ответ. -Ну я хотя бы не буду болтаться как маятник. — Произнес Сиеран и не сдержал смеха. -Ну ты представь! Ха-ха! Мы с Хейтемом идем по коридору, из-за угла вылетает какой-нибудь леший и видит, как ты болтаешься словно анкерные часы — тик-так-тик-так. Вот он охренеет! Хах! Я вставлял единственный фильтр в маску-противогаз у меня на лице, я слышал их болтовню, также как и неудачную шутку Крейна. Я чувствовал себя не в своей тарелке, у меня всего двадцать восемь патронов, двадцать восемь выстрелов в лешего не дадут большого прока. Только если все попадания будут в его голову, только в таком случае он помрет. Помимо сторожевых стрелков на кордоне, играющих в карты на кубья и патроны, тут был огромный, кучный мужчина с черной бородой и огромной массой волос на голове. По нему сразу видно, что он бывалый ходяга. У него огромная холщовая сумка на спине, неполностью заполненная всяким добром, автомат и пулемет на спине, четыре фильтровых баков на черном, толстом ремне с правой стороны, шесть обойм на калаш с левой и там же три патронных диска на пулемет. Легкие и в то же время очень прочные штаны, качественные кирзовые сапоги с металлическими пластинами и превосходные боевые перчатки на руках создают его образ еще более великолепным. Я посмотрел на него с восхищением, потом посмотрел на нас в целом, потом снова глянул на него, а потом опять повернулся в сторону Ирвина и Крейна, которые до сих пор о чем-то спорили и хохотали. Я уже был готов, а вот мои друзья нет, поэтому я решил подойти к нему и поболтать, не каждый день встречаешь опытного Смотрящего. Сиеран и Эссевир не заметили моего отлучения, поэтому никто не орал мне вслед. По мере того как я приближался к нему, я более отчетливо слышал как он что-то напевает себе под нос. Когда я оказался от него в шести-семи метрах, кто-то из вояк подбежал к нему из-за угла и начался диалог, я остановился. -Опа, Мстислав! Давно не видал твою жирную морду, ха-ха. -Здравствуй, здравствуй, мне пора наружу, оставь свои впечатления на потом. — В его голосе не слышалось абсолютно никаких эмоций, а еще меня поразило то, как он говорил о выходе «наружу». После войны, я до сих пор не выходил на улицу, а частые походы на базар в Парк Луны не в счет, ибо метро не опасно, и за поверхность не считается. А он говорит о выходе на улицу так обыденно, так спокойно, словно бывает там каждый день и проводит там больше времени чем в лагере. -О, можешь тогда мне прихватить обрез? Я сделал заказ на него как-то три месяца назад в Тупике, так вот его сделали и перетащили в Клуб, я тебе заплачу. -В принципе, мне все равно по пути, ладно заберу, с тебя шесть червонцев. -А что шесть то, давай пять? -Хочешь сам тащится пятнадцать километров в пустоши? Мне нужны кости на фильтры и патроны, не хочешь скидываться — скатертью дорожка. -Ладно, ладно, шесть так шесть, когда принесешь? -Завтра. — Он натянул на волосатую голову противогаз, с небольшими стеклышками, словно ноздри. -Всё? Вопросы иссякли? Вот и отлично. — Мстислав похлопал хлюпенького солдатика по щеке и прошел мимо него, а у меня отпало все желание к нему подходить. Также здесь собирался транзитный джип — перевозчик, типа частного автобуса. Какой-то мужик сделал себе машину и теперь развозит людей за деньги. Правда такие редковато заезжают в наш тихий уголок, чаще всего по заказу «сверху». Перевозка производилась до шести человек не включая водителя. Нам не нужна была эта дорогущая возможность, мы и пешком за два часа доберемся до Общежития — «столицы» Свободы Слова. Оттуда недалеко до Белых Садов, ну и наконец три-четыре километра и мы на территории Босмеров. Считай, завтра в полдень будем уже там, а послезавтра я уже вернусь. За эти два дня с папой ничего не должно случиться. Джип набирал желающих прокатится до Белых Садов за тридцать минут, но за те сто-пятьдесят костей, что они просят, можно купить три-четыре обоймы на автомат, шесть пачек патронов для дробовика или обреза, один фильтр и еще много чего. В данный момент в транспорте сидело четверо мужиков, которые все вместе ржали над рассказанным, одним из них, анекдотом. Все они не были похожи ни на торговцев, ни на Смотрящих, так кто же они тогда? Одеты они были по-простому, как обычные жители, в тулупах, потертых шубах и зашитых куртках. Водитель немного отличался от их компании, он был в шапке ушанке и автоматом на спине. К джипу стала приближаться хрупкая фигура, было в ней что-то знакомое и в то же время совершенная неизвестность. На секунду мне даже вспомнилась моя мать, но когда женщина вышла из света, эта гипотеза рассыпалась, рассеялась и разлетелась. Она была немытая, а оттого грязная и пахнущая не очень приятно. Я разглядел в ней еще кое-что, силуэт ребенка, кажется она накрыла его покрывалом цвета ее накидки. Она подошла к транзитному автомобилю, к водителю и протянула руку с какой-то бумажкой. Мужики утихли, а женщина стояла и ждала, чуть покачиваясь. Спустя секунд десять мужик усмехнулся и сказал: -И мне типа, за вот это тебя перевозить? — Он помахал бумажкой у нее перед лицом, а она стояла и смотрела насквозь и тупо укачивала существо под пледом. Но потом ее вдруг осенило и она вцепилась в водилу глазами. -Как это?! Вы должны меня взять на борт и высадить в Общежитии, Ворон. Ворон взял с меня кости за эту бумажку, он сказал передать ее вам и вы. вы меня отвезете. — Она стала заводиться и я узнал ее, это была та женщина, которая торговалась с неизвестным в туалете, в баре Гридрима. -За это. — Он приподнял кусок бумаги и бросил на пол. -Я тебя перевозить не собираюсь, тут ничего нет, это просто кусочек бумаги, на нем написаны случайные слова. — Он обернулся к компании, сидящей позади в пассажирских креслах. -Как вам такое? Птица. Кактус. Море. Солнце. Хы-хы. — Повернулся обратно к ней. Она согнулась и стала плакать навзрыд, было больно смотреть на нее, кровь течет из сердца — жаль её, кровь течет из ушей — её визг поражает мою перепонку похуже свистка. Я не мог вмешаться, что я сделаю, если подойду сейчас? Я не мог на это смотреть, а поэтому решил отвлечься. Не получалось. Я слышал их диалог далее. -Ну ты чего? Перевезу я вас, перевезу, а раз денег нет, так девушка может и кое-чем другим заплатить. — Он притронулся к её плечу и стал потихонечку стягивать с нее теплую накидку, она подняла зареванные глаза и посмотрела ему прямо в душу. -А вы обещаете?.. -Ну конечно! ------ За нами заскрипели самодельные, толстые, клепанные из самых различных металлов двери. Их закрывали четверо человек, по двое на каждую, механизм еще не создали, хотя говорили, что заказ был уже сделан. Солнца видно не было, все небо было устлано серым бархатом. Лагерь находился чуть ли не в болоте, за городом, а многочисленные высотки и пятиэтажные бараки были совсем недалеко, буквально километр на юг и мы окажемся в этой офисной песочнице. Парк Луны кстати уже входил в эти территории. Заранее надев фильтры, мы осматривались по сторонам, Ирвин развернул свою небольшую карту, что есть почти у каждого, кроме меня, и уверенно указал нам направление дальнейшего пути. Мы вышли, отставая от Мстислава всего на пять минут, но, кажется, он уже прибыл в пункт назначения, потому что в округе его нигде не было. Я уверен, будь у кого-либо из нас бинокль, мы бы все равно не нашли его. Он просто испарился. - Я люблю сухую осень, - неожиданно начал Ирвин, - ни лето, ни зиму. А осень. Но именно сухую. Когда вокруг золотые и красные цвета на деревьях, где то уже осыпались листья. Тучное небо и вот такая серая атмосфера вперемешку с красками медленной смерти фотосинтеза деревьев. - Да, есть в этом что-то... Я зиму люблю. - Ответил я. - Странно. Я вот как и все нормальные люди люблю лето. - Улыбнулся Сиеран. Краем уха было слышно скрежет клиролисков под густой, болотистой водой. Очень хорошо, что эти существа не агрессивны, до тех пор пока ты не вступишь на их территории, но вот пойди разбери где тут у них отмечены границы, а попробуешь их пресечь — беги или молись. У клиролисков помимо очень гибкого тела, крайне бронированный череп и клешни, а череп у них формы зонта, поэтому чтобы попасть в его мякоть, стоит стрелять довольно метко. Также за счет выделения слизи в больших количествах, они крайне быстро и ловко передвигаются. В общем, лучше с ними не сталкиваться, а Смотрящие, которых заставили, отчаянные или наоборот профессионалы, путем длинных наблюдений и проверок, ставят зеленые флажки. Видишь зеленый флажок — иди к нему, от него к другому и таким образом дойдешь до лагеря целым и невредимым. Однако бывает такое, что на некоторых участках между лагерями клиролиски кочуют, из-за чего путь становится на время непроходимым или очень опасным, но также может быть и то, что все расстояние между двумя лагерями слишком тяжелое для прохождения, поэтому приходится ходить в обход через другие лагеря. Путь до Общежития не был длинным и довольно спокойным, несмотря на то, что у нас у всех это первая прогулка дальше Парка Луны. В пути мы общались и рассуждали обо всем. Крейн рассказал, что встречал в Парке Луны Смотрящего, который пишет книги и продает их. По его словам, одет он был, как шаман или знахарь, носил огромную массу кулончиков и оберегов, вообщем безделушек для семилетних детей, один глаз был прикрыт повязкой, а на левой руке не было кисти, «обрубок» был обвязан черными тряпками. Мы с Ирвином, конечно же, ему не поверили. Во-первых, ни один нормальный Смотрящий не будет одеваться как шаман, наоборот, каждый стремится надеть на себя побольше брони, перед тем как выйти. Во-вторых, раз он продаёт книги, значит у него должна быть печатная машинка, а такие находятся только в Академии, даже если у него и есть такая где-нибудь, то она недолго протянет. А вот академик станет разве переться в такую глушь ради. чего он там хотел? Ирвин шесть месяцев назад ездил экспедицией в лагерь — Дом Русалки, там Смотрящие рассказывали легенды о неупокоенных душах, обитающих в церкви и возле нее. Они говорили, что если, не дай Бог, оказаться там ночью, то можно краем глаза увидеть, как на тебя пялится лицо с разорванными глазами и открытым, растянутым ртом из-за угла. А вот повернешься и нету там ничего, но снова мельком замечаешь «кричащую» гримасу за другим углом. Вот и будешь ты дергаться там и оглядываться по сторонам, как умалишённый, так и сходят люди с ума. Пойди потом докажи, что ты видел их там. От этих историй у меня пробежались мурашки по коже, уж слишком я впечатлительный человек, а еще наивный очень. За те семнадцать лет, что я живу в Колодце, я ни разу не бывал в столице нашего, так сказать, государства. Общежитие представляет собой три комплекса зданий формы буквы «П», в нормальной жизни они предназначались для проживания людей, не имеющих больших доходов. Короче говоря, комнаты для бедных или студентов, в каждой из которых обитало несколько человек из разных семей, школ и возрастных категорий. Вот мы и взошли на территорию города, как-то плавно это получилось, незаметно. Просто вместо дальнего горизонта и красивых полей, вокруг нас оказались пустоглазые дома, мертвые, ржавые скелеты машин, а вместо проваливающегося песка под ногами появился асфальт. Уже вечерело, а мы наконец подошли. Огромные, тяжелые и механизированные ворота стали отворяться, очень медленно, зато без помощи людей. Появилась небольшая щель между многотонными движущимися стенами, как сзади послышался знакомый скрежет и шелест. Ирвин, как самый настороженный, обернулся. Не для того, чтобы проверить, что там творится, а скорее для достоверности в том, что мы пришли туда, куда надо. Это было, конечно же, очевидно, будто белая ворона в стае. -Боже… — Еле выдавил из себя Ирвин. Мы с Сиераном заинтересовались и тоже повернулись посмотреть. Клиролиск. У меня сработал рефлекс испуга — я вскрикнул, прямо, как девчонка и выставил руки перед собой. Именно это, наверное, и оскорбило животное, которое издало рев, что был на удивление писклявым, звонким, с кислинкой такой, и оно поползло в нашу сторону стремительнее, извиваясь и приближаясь все ближе и ближе. Ирвин не стал ждать, он выставил автомат перед собой и стал палить, бегло, не прицеливаясь, из-за чего половина патронов ушла в небо. Крейн достал свой калаш и его инструмент тоже стал стучать и трещать, выплевывая смертоносные, рвущиеся разодрать врага в миг пули. А я завис в параллельном мире и не мог ничего предпринять. Когда у Ирвина кончились патроны в магазине, он замешкался, доставая еще одну обойму, а когда и у Крейна, к тому моменту кончились патроны, осталась надежда только на меня, но я в это время находился, черт знает где. Клиролиск был явно хорошо потрепан, он, «прихрамывая», продвигался к нам более медленно, но ему было уже без разницы, потому что он находился прямо в упор к нам. Крейн, отчаявшись или разозлившись или просто из чувства безвыходности бросился на существо с ножом. Было не так просто вспороть чешую этого демона, но Сиеран бил так отчаянно, что малая часть ударов действительно дырявили клиролиска. Существо ударило Крейна, от чего он упал, после чего монстр схватил его за куртку челюстями и взмахнув хвостом поползло за угол. Со стен крепости — общежития послышались щелчки затворов, а спустя несколько секунд началась пальба. С двух пулеметных точек одновременно стали стремится к врагу пули. Я поднял голову и увидел чертыхающиеся, крупнокалиберные пулеметы, скрытые за небольшой металлической капсулой, напоминающей трехметровую пилюлю. Скорее всего именно так и выглядели эти пулемётные точки. Клиролиск выдержал немного, буквально спустя шестьдесят выстрелов в целом, он издал предсмертный хрип и повалился на земь. Мы с Ирвином стояли как вкопанные, пока сзади из-за массивных дверей не стали выбегать бойцы Свободы Слова. Их было трое и они, пройдя сквозь нас, стали подходить к клиролиску, к Крейну. К Крейну! Ну точно! Он же там! Я наконец выпутался из бездны бесконечных мыслей и рванул, поперек всех правил безопасности в подобной ситуации. Мне стало так стыдно, я поставил себя на место Сиерана и представил, как же ему сейчас плохо. Его утащило зловонное, склизкое существо в зубах, а его друзья остались на месте, и ничего не захотели поделать. Очень надеюсь, что ему не было времени думать об этом, а только о том, как поскорее вырваться из его лап, точнее зубов, или клыков? Хм. Я бежал, бежал, чтобы поскорее вытащить его, мне осталось совсем немного, оно хоть и ползает слишком быстро, но под залпом таких пулеметов — далеко не убежишь. Будь ты даже клиролиском или существом похуже. Я как раз пробегал мимо тех троих солдат Свободы и услышал рядом с собой окрик. -Дурак! — Мне подставили подножку, и я покатился кубарем по земле еще метра два, а потом отключился…