Радиоактивный. Переплетение судеб

      <28 Глава> <Наблюдатель> — Хорошо, дружок, тебе стоит знать пару моментов, — обратился ко мне маршал когда мы поднялись на двадцатый этаж. — Думаю, тебе известно, что последние пять этажей Башни изолированы от остальных этажей. Все дело не только в радиации. Да, она есть, но есть там еще кое-что поопаснее. Мы с Академией сами еще толком ничего не знаем про этих существ… — Существ? — Да… Нам кажется что их несколько и они сильно охраняют эти пять этажей. Вниз они никогда не спускались, однако, это не стало поводом разоружения гарнизона на двадцатом этаже. Всего можно ожидать. — Именно поэтому мы попросили Тенна сделать для тебя сверхмощное оружие на этот счет, - добавил Климроуз. — Будь предельно осторожен, друг. Много раз мы посылали туда бойцов — некоторые спокойно добирались до крыши и обратно без всяких проблем… — А другие? Другие что? — А другие просто пропадали, и мы их больше никогда не видели. — Постойте, а почему бы меня просто не отправить на лифте на самый верхний этаж?! — Невозможно. Думаешь, не пробовали? Лифт останавливается сразу же на следующем этаже после чего выходит из строя вся его электроника. Один из лифтов сейчас на ремонте в очередной раз по этой же причине. — И что вы хотите отправить меня одного туда?! Это же самоубийство! — Совсем нет. Мы заметили, что при отправлении бойцов в одиночку их выживаемость составляла сто процентов, а вот когда больше одного там шансов уже куда меньше. — Не дрейфь, малыш… Я всегда буду с тобой на связи, если что-то вдруг произойдет, ага? Надень вот этот голосовой передатчик и микрокамеру. Я буду следить за процессом отсюда. Еще раз говорю — не бойся, даже я выбрался из Академии, хотя нам это строго запрещено делать. Ради такого дела, я готов пожертвовать некоторой репутацией. — Уфх… — А теперь гвоздь программы, — радостно произнес Климроуз, когда за открывающимися дверьми лифта показался боец с огромной установкой в руках.       Боец вышел из лифта и протянул аппарат мне. К устройству были приделаны лямки для удобного ношения на спине. Я просунул руки и покосился, когда резко на меня обрушились десять килограмм чистой тяжести. — Сейчас я настрою связь… Так… Есть. Проверка связи.       Я услышал голос профессора в наушнике и ответил ему. — Все отлично работает. Скажи как будешь готов и… Ну я думаю готов. Мир не ждет, малыш! Сегодняшний день запишут в учебники истории!       Передо мной открыли железную дверь и я ступил в неизвестность.       Здесь было очень тихо, но стены таки давили на меня своим присутствием. Было очень дискомфортно, казалось, будто за мной постоянно наблюдают. — Можно я просто быстро пробегу? — Я бы, конечно, настоял на исследовании, но дело ради которого мы здесь куда важнее. Постарайся, просто не привлекать лишнего шума своим бегом, нам не нужны проблемы.       И я не дослушав резко побежал наверх по пролету вокруг лифтов. Некая невидимая сущность настигала меня прямо по пятам, сердце участило свой ритм, а руки непослушно хватались за перила, соскальзывая с них. Под ногами то и дело стали появляться большие крысы, путавшиеся под ногами. Это заставило меня вскрикнуть, но я продолжал бег. — Что-то случилось? Ты крикнул. — Тут крысы! — Крысы? Откуда им там взяться? Ну хорошо, продолжай, крысы это не страшно, хотя я их и не видел в камеру.       Ноги стали пропускать ступени, что приводило к сильной потере равновесия из-за тяжелого груза. В один такой раз я припал к полу лицом прямиком перед, привставшей на задние лапки, крысой. Я мигом встал и продолжил путь. Эти пять этажей были самыми длинными в моей жизни. — Видел?! Видел?! — Что видел? Ты навернулся слегка, бывает… Ты так бежишь… — Крысу! Видел?! — Да не было никаких крыс! Продолжай.       В момент, когда я преодолел три этажа и стал подниматься дальше в мое лицо ударилось что-то маленькое. Оно упало мне в руку. Это был черный жук. — Да у вас тут целая, блять, флора и фауна. Еще и жуки летающие. Он оставил на руке какую-то черную смолу, смотри! — Хейтем, у тебя чистая рука, продолжай, пожалуйста, путь. Ты меня пугаешь.       Жуков становилось больше. Они то и дело садились на мое тело и больно жалили меня, так и норовя сбить меня с ног на пол, где меня поджидали стаи крыс. Однако, я продолжал свое восхождение на эту непроходимую гору из ступеней. — Остался последний пролет, малыш, я верю в тебя!       Правда… Остался последний пролет, но почему так хочется упасть и растаять в этой бесконечной волне крыс и жуков. Казалось, что смысл жизни уже так далек и не желанен. Последние ступеньки были сложны. Но не физически… Нет… Морально. С каждой ступенькой мое сознание мутилось до безобразия и боль от укусов уже была приятной. Я оперся на стену, оказавшись по колено в крысах. Они заполняли меня полностью. Заполняли не только тело, но и душу. — Хейтем! Хейтем, почему ты остановился? — Неужели ты и сейчас их не видишь, профессор?.. — Кого их, Хейтем? Продолжай, пожалуйста, путь, осталось совсем немного. — Да кому оно нужно? Все равно рано или поздно мы все подохнем грязной смертью. Так к чему все эти старания? — Сейчас успокойся, хорошо? Доберись до крыши, доделай начатое. Ты справишься, герой! Ты сможешь! Весь народ верит в тебя!       Я кинул взгляд на проем двери на крышу в метре от меня и все же осилил себя и сделал финальный рывок. Крысы прищепками остались на моих ногах и не отпускали меня из этого кошмара.       Но я все же выбрался. Когда я оказался на крыше крысы с жуками оставили меня в покое, но в небе… В небе я увидел огромную стаю воронов, которые вырисовывали своим полетом огромный круг прямо над моей головой, а за ними… За ними виднелся огромный глаз, который беспрестанно окутывали черные щупальца, которые теперь были составляющей всей поверхности свыше. Не было белоснежных облаков — были лишь черные щупальца. И вороны.       Я рухнул на колени, без возможности оторвать взгляд от завораживающего глаза. Он пульсировал и смотрел сквозь меня, перебирая все мои мысли и чувства. Мне не было страшно, лишь манил интерес.       С черного щупалечного неба ко мне потянулись тысячи рук. Тысячи длинных и тощих черных рук. Я тянулся к ним в ответ — мне казалось, что как только они доберутся до меня в жизни все сразу станет хорошо.       В момент когда мою голову оплели руки я улетел в мир сновидений.       Я стоял в комнате, в которой стояли два застывших человека. Они ругались — было понятно по эмоциям. Это был мой отец и генерал Аттердольф. Я осмотрел комнату — это был бункер в день, когда Сопротивление вытащило нас наружу.       Комната в миг расплавилась и трансформировалась в кабинет генерала в Колодце Созвездий. Мой отец и здесь был вместе с ним. Помимо их двоих, в комнате также был Вайлет. Тела медленно оживали, будто кто-то, смотрящий телевизор, убрал паузу и постепенно добавлял скорости воспроизведению. Они говорили обо мне. Отец просил ни под каким предлогом не выпускать меня из лагеря — даже если его здоровью станет хуже. Генерал же ответил ему, что мальчик я уже взрослый, и сам должен познать внешний мир, а не через рассказы смотряк. Вайлет говорил, что сказал, что может лично его всему обучить. Отец выпросил обещание не отпускать меня и сильно закашлялся, после чего комната снова расплавилась.       Теперь комната превратилась в помещение, где сидел Скерки с каким то радиооборудованием в руках. — Да! Дивизион ворует людей и превращает в рабов! У меня нет доказательств, но у меня есть свидетели! Нужна срочная операция по уничтожению этого крысиного гнезда, иначе потом будет поздно! Ваш человек под прикрытием Денис сам сможет вам все рассказать!..       В этот момент дверь отпирается и в комнату входит человек в черном костюме. Скерки в ужасе отбрасывает свое оборудование, разбивая его об пол и вжимается в стену. — Прошу не надо! У меня беременная жена! — Так не стоило нюхать… Привет тебе от Дениса.       После чего человек в черном делает два выстрела в Скерки и удаляется. С закрытием двери комната снова преобразовалась в нашу с отцом комнату.       Он лежал в своей постели с пустым фильтром и брыкался в конвульсиях, пытаясь выловить воздух, когда на него, стоя рядом с кроватью, смотрел Денис. — Нравится, папочка? А мне, думаешь, нравилось, когда ты бросил нас с мамой?! Ну и где твой младший сынок сейчас, когда ты умираешь? Я заставлю и его пострадать, вот увидишь…       В этот раз комната переплавилась в стрельбище, где меня обучал стрелять Одолан. Я видел себя со стороны — неумело палящего по банкам. И видел как в десяти метрах от нас сидел Денис и спокойно наблюдал за мной, попивая какой-то напиток, закинув ногу на ногу.       Мигом комната переплавилась в какое-то подсобное помещение, где Денис общался с парнем в кепке и просил убить моих друзей под любым предлогом, лишь бы дальше шел я один. Я с трудом узнал в этом парне того, что предложил мне поддаться на арене.       Времени давалось мало, не успеваешь понимать все детали, ведь комнаты раз за разом начинают ускоряться в процессе трансформации. Следующей была комната, где Денис вел разговор с девушкой Сиерана и она явно не выглядела как заключенная. Он обсуждал с ней план по поимке человека, что сбежал из повозки… Меня окружил многочисленный шепот… Все они говорили, что они искали Сиерана.              Девушка Сиерана не настоящая?..       Тут же комната трансформировалась в убежище Цветов Смерти, где очень ускоренно показались все события, произошедшие тут с Сиераном… Про попадание, вступление, потерю памяти и Джейн… Шпионка, чтобы выйти на меня?       С потолка упал подвешенный за руки Тайбер и следом за ним вся комната обрела вид пыточной, где был когда-то я сам. Денис лично работал с ним, воспитывая хлыстом.       Резко окружение переплавилось в убежище Инквизиции, в котором люди в капюшонах обсуждали план по моему убийству. Они сказали, что Хидж не справился и теперь он умрет. После этого они стали придумывать новый способ решения ситуации, причем как можно скорее.       После этого щупальца, которые принимали облик интерьера развеялись и я снова оказался на крыше. Мой разум был переполнен информацией, но с каждой секундой я чувствовал, что теряю их.       Надразил… Надразил… Я не должен забыть это имя… Надразил…       Вороны пропали, как и глаз. Я понял, что это мой шанс… Даже если я должен умереть, то я выполню долг.       Я снял оборудование и установил его на стене выхода на кровлю специальными закрепками, как объяснял Климроуз. — Отлично, малыш! Теперь тебе нужно потянуть вот этот рычажок ниже и в течении пяти минут покинуть крышу. Яблоко Эдема должно распространить эффект.       Я сделал по инструкции голоса в наушнике и аппарат начал жужжать, а камень, именуемый Яблоком, начал кружиться и искриться в капсуле.       Отлично! Осталось только убраться отсюда поскорее…       «Стой!» — крикнули мне из-за спины. Я обернулся. На краю крыши стоял дед с очень встревоженным лицом. Он кажется мне знакомым, но я не знаю откуда. — Останови машину! Тебя водят за нос, Хейтем! Этот аппарат уничтожит всех людей, кроме Академии! — Кто ты? — Я Шаман! Мое предназначение сохранить этот мир! Прошу тебя, доверься мне! — Хейтем, он пытается посеять в тебе семена сомнения, — послышалось из наушника, — не слушай его, убирайся оттуда, он не сможет сам остановить установку! — Я понимаю тебя, Хейтем, это выглядит странным, но если ты сейчас не остановишь эту машину смерти, всему городу конец! У Академии есть защитное поле от этого воздействия, также как и костюм человека, что прибыл с тобой! — Я не знаю чему верить… — Малыш, мы не могли тебя обмануть, понимаешь? — Я слышал за стеной, что вам нельзя доверять! Я не могу быть уверен на сто процентов, профессор… — Хейтем! — снова окликнул меня старый. — Если ты не остановишь ее, то это придется сделать мне! Очисти карму, осознай ошибку и исправь ее!       Я долго думал… В целом, я жил ради этого момента, я должен освободить мир от влияния радиации… И если это окажется ложью… Я умру и мне все равно будет плевать… А если нет… Я даже не знаю, кто этот старик… — Прости меня, Шаман, я не могу этого сделать! Если мы все умрем… Значит так оно и должно быть… — Дурак…       В руке у него материализовалось фиолетовое копье, которое пульсировало и трещало электричеством. Я направил на него свое оружие и приказал остановиться. Но он одним прыжком взмыл в воздух метров на пять после чего стремительно понесся в мою сторону. Мне бы даже не хватило реакции увернуться от этого рывка и он пронзил мой живот насквозь. Копье пропало, а я упал…       Старик даже ничего не сказал и пошел в сторону установки. В этот момент на крыше оказались Ирвин с Сиераном. Один из них метнул небольшой ножик в сторону Шамана и попал тому в ногу.       Соперник снова взмыл в воздух, вокруг него начали образовываться множество фиолетовых сфер, которые после двухсекундной подготовки бросались в сторону Сиерана. Однако, тот ловко уклонялся от них. В этот момент Ирвин пытался попасть в Шамана с пистолета, но левая рука у него вообще не имела точности, и половина пуль пролетели мимо. Вторая половина отражалась о невидимый барьер вокруг старика. Он одним взмахом руки оттолкнул Ирвина в стену и тот потерял сознание.       Сиеран достал свой мушкет и стал стрелять в момент секундного отвлечения на Ирвина, но тот успел среагировать и поймал все пули невидимой энергией и раскрошил их прямо в воздухе. Он поднял Сиерана в воздух и с силой ударил его о крышу, от чего тот также потерял сознание.       В этот момент на крышу взобралась Джейн и в подкате на колене одним снайперским выстрелом уронила старика. Тот упал, но одним перекатом оказался за кирпичной вытяжкой. Джейн схватила огромная фиолетовая рука, появившаяся из бетона под ногами и стала ее медленно сжимать… — Ты так и будешь смотреть?       Небо как помехи в телевизоре стало проявлять глаз. — Надразил может сохранить все твои воспоминания из видений… Но ты также можешь ими пожертвовать, чтобы восстановить тело. Выбирай. Времени мало. — Я видел дату своей смерти… Она не сегодня. — Верно… Но ты не знаешь как пойдут события дальше… Мне нужен ответ.       Я снова окинул взглядом крышу. Джейн сжимала фиолетовая энергорука, Ирвин с Сиераном лежали в отключке. Сейчас все зависит от меня. Или есть шанс, что вновь прибудет поддержка. На это надеяться нельзя. Каждая секунда на счету… Но я не хочу терять воспоминания… Там столько ценностей… Джейн — предательница, Денис — брат… Надразил… — Я не согласен… — Да будет так!       Глаз расплылся по небу, оставляя за собой черные следы из щупалец.       Что это? В чем его суть? Почему оно помогает? Зачем дает знания? Просто издевается, а потом забирает их обратно? Или оно просто наблюдает, давая ложные надежды?       Я все еще чувствовал сильную боль в животе, которая мурашками пульсировала по всему моему телу.       С трудом мне удалось доползти и дотянуться до своего лазерного резака. Шаман сжимал свои, облаченные в фиолетовую энергию руки, из-за чего рука, держащая тело Джейн, сводилась все сильней. В целом, мне ее не жалко. Я ее не знаю, да и, как оказалось, она даже не девушка Сиерана, поэтому я мог бы и позволить раздавить ее насмерть. Однако… Никто не заслуживает смерти… Кроме Дениса.       Я поднял свое оружие и нажал на курок. Мощный лазер пробил тело старика и отбросил его на пару метров. Я с чувством выполненного долга отложил оружие… Сознание стало туманиться… И в какой-то момент я канул в небытие… ------       Ирвин стал приходить в себя на крыше, когда почувствовал нехватку кислорода. Фильтр почти кончился. Он встал и осмотрел крышу. Помимо старика, лежащего в невозможной для жизни позе, он также увидел Сиерана и Хейтема без сознания, но больше всего его удивило присутствие на краю крыши еще одного человека. Он сидел, свесив ноги наружу.       Ирвин аккуратно подошел к нему и спросил: — Эй… Ты то еще кто?       Человек медленно встал и повернулся к нему лицом, которое скрывал противогаз. В руке у этого человека был, до боли знакомый Ирвину, револьвер. Незнакомец потянул руку к маске и плавным движением стянул ее с лица. Это был Тайбер. Его глаза были мокрыми, но в глазах читалось счастье. Он выбросил маску с крыши и сунул руку в карман. Достал небольшую записку и передал ее в руку Ирвину.       Ничего не понимающий Ирвин, стал читать записку, но как только его взгляд ушел с Тайбера, тот выстрелил себе в голову и упал с крыши…       Ирвин бросился к краю в ужасе осознающий происходящее, но без желания воспринимать ситуацию. Он смотрел вслед телу… Оно падало так быстро, но так долго…       Этот миг растягивался на целую вечность, Тайбер падал перекручиваясь в воздухе и в итоге рухнул в неестественной позе. В голове сразу флэшбэками прокручивались ситуации с момента появления Тайбера в компании.       «Грустный был человек… Может ему и правда лучше будет не в этом мире…» — подумал Ирвин, облокотился на кирпичную кладку поблизости и стал читать записку, которая была написана кровью:       «Сиеран, Ирвин, Хейтем. Если кто-либо из вас читает эту записку, значит я нашел одного из вас. Денис отрезал мне язык, и я больше не смогу говорить, но не это главное. Я пишу это кровью, струями стекающей с моего тела из-за хлыста. Денис дал мне задание убить некую Джейн и дал наводку на нее. Я не могу ослушаться… Я боюсь его. Но еще больше я жажду умереть. Моя любовь была убита моими же руками, и я не могу простить себя за этот поступок, мне будет лучше быть с ней хотя бы на том свете. Поэтому когда я выполнил задание Дениса, я искал кого-либо из вас - отдать эту записку, чтобы вы знали, что я пойду на самоубийство по своей воле, и не стоит меня отговаривать или мешать. Дни с вами были забавными, простите и меня, что я всегда портил вам…»       Места на бумаге уже не осталось. Но Ирвин предположил, что там должно было быть слово «настроение».       «Подумать только… Я уже так привык терять людей, что с каждым разом мои сострадания становятся все меньше и меньше. Неужели это и есть — становиться опытным смотрящим?»       Ирвин встал и утер с глаза легкую слезинку. Он услышал возле Хейтема тихий голос. Пошел на него. Это был профессор в его наушнике, который просил очнуться Хейтема. Он достал наушник и ответил профессору: — Ирвин на связи. — Ох, какая радость! Что с Хейтемом? Остальными? — Все в порядке. Пульсы у всех есть. Мне нужна будет некоторая помощь в транспортировке их в медчасть. — Мы, если честно, в замешательстве. Раньше почти всегда, когда посылались бойцы больше одного — это кончалось трагедией. — Постойте-ка, я не вижу девушку…       Ирвин подошел к краю, где стоял Тайбер и пытался высмотреть тело внизу. Однако, высота была приличной, и поэтому он ничего так и не увидел. ------       Я стал приходить в себя на кушетке в медицинской палате. Мой живот был перевязан, а голова просто раскалывалась. В комнате также был профессор Роузвуд и суетился с приборами связи. Состояние у меня было неотчетливым и как-то все кружилось вокруг.       Я прокручивал события и практически ничего не помнил. Помню лишь подъем и нападение неизвестного старика… — Роузвуд… Все получилось? — Малыш! Ты в порядке? Операция выполнена успешно, я уже успел проверить уровень радиации возле Башни — все стабильно. Ты… Ты только что преломил ход истории, Хейтем… — Я рад это слышать. А что с остальными? — Сиеран и Ирвин в порядке. Девушку мы найти не смогли. — Что?! Я же помню, что должен был успеть ее спасти!.. Сиеран, наверное, в отчаянии… — Правда… Они с Ирвином сейчас ищут ее, чтобы попрощаться и похоронить. — Послушай, Роузвуд… А что… А что дальше делать? — Как понять? Ну я сейчас пытаюсь выйти на связь с центром Академии, поделиться новостью об успешном завершении операции… Правда, почему-то не отвечают… А ты… Ты теперь продолжишь свою жинь, но только как герой. — И все? — Ну, а чего ты хотел? Ты, как и хотел, скорее всего, сможешь попасть в Сопротивление. Поговоришь с маршалом Браном, я не думаю, что он будет против. — А ведь тогда на крыше… Я сделал правильный выбор… — Да. Если бы остановил процесс, никто не знает, что стало бы с Яблоком. Возможно бы был утерян его эффект навсегда. ------       Сиеран с Ирвином все же нашли тело Джейн. Сиеран бросился к ее телу и начал рыдать… Ирвин отошел, дав ему время побыть с ней наедине.       За ржавым скелетом автомобиля Ирвин увидел в луже крови на снегу, сидящего и нервно дрожащего Ведервульфа. Ирвин был шокирован, и не смог издать ни единого звука.       Тайбер посмотрел на него… Ирвин в ужасе отпрянул и споткнулся о камень. — Ты… Ты… Ты ведь должен быть мертв…       Тайбер мотнул головой, мол: «да, я сам не понимаю, что происходит.» — Не может быть… ------ — Расскажи, Роузвуд, что вообще произошло, после моего попадания на крышу. У меня все как в тумане. — Ну, ты сильно бредил. Когда по звуку и видео я понял, что операция в опасности, я сообщил об этом маршалу, а он твоим ребятам. Они без раздумий побежали тебе помогать. Причем мы их предупредили, что если они пойдут вдвоем, то может случится плачевная ситуация. Они отбросили сомнения и были готовы рискнуть ради тебя. Следом за ними пошла и девчонка, объяснив это тем, что: «Этим парням ничего нельзя доверить.» Потом ты застрелил соперника и потерял сознание. Я пытался до тебя достучаться почти час, после чего мне ответил Ирвин и вместе с парой также рискнувших бойцов Сопротивления они донесли вас до медчасти. Сиеран пришел в себя первым, так как у него практически не было травм и сразу же пошел искать девчонку с Ирвином. Потом очнулся ты. — Понял. А что я говорил, когда бредил? — Что-то про крыс и жуков. Потом долго говорил: «Надразил… Надразил…» и мол тебе нельзя забыть это имя. — Какое странное имя… Я даже не понимаю, что это значит и зачем я говорил это. — Никто не понимал. — Может со мной в контакт вошел некий бог и дал мне видения, которые потом тут же отобрал, а? — Очень смешно. Я скептически отношусь к этому, так что, со мной тебе это обсуждать будет неинтересно. — В любом случае, я ничего не помню.       В кабинет резко ворвался Ирвин и втолкнул сюда Тайбера. — Вы же врач?! — обратился тот к профессору. — Вообще, я ученый. А в чем вопрос? — Этот человек выстрелил себе в башку и свалился с двадцать пятого этажа и каким-то невъебенным способом выжил. — Звучит интересно. Когда это произошло? — Только что! — Интересно узнать, как он оказался на крыше… — Да какая разница! Уму непостижимые вещи происходят! — Мне любопытно, как это произошло, я проведу осмотр… Как тебя зовут? — Он не сможет ответить. Если есть какие-то вопросы, спросите у меня или дайте ему блокнот с ручкой. — Тихо-тихо… Я все понял. ------       Под конец дня Сиеран, уже успешно закопавший свою половинку в ближайшем дворике, сидел в баре и глушил боль крепким спиртным. Бар был не грязным. Не как в Колодце или где-либо еще. Все было чисто и убрано, и занимал почти весь второй этаж Башни. Для гостей здесь также имелись временные комнаты под сдачу на третьем этаже.       К Сиерану подсел незнакомец. — Рано отчаиваться, друг. Я еще могу дать тебе шанс побыть с твоей красоткой, но решать лишь тебе. — Хм… Кто ты? — Мы с тобой не в ладах после сегодняшнего инцидента, но теперь, после того, как я не смог остановить то, что было сверху, продолжать агрессию не имеет никакого смысла. И хоть ты злишься на меня, в некотором смысле, я чувствую вину перед тобой… Да и, в целом, мне жалко тебя. — Шаман? — Да, это я. — Но как ты выжил? — Нет смысла скрывать. Я являюсь одним из трех апостолов Инквизиции. Культа, обладающего знаниями темной энергии. После войны один из камней изменился в геноме и распространял свою силу. Мы были первыми, кто нашел его и хотели продавать эти услуги. Три апостола это я и два моих коллеги, которые нашли его и образовали культ. Мы профессионально владеем этой энергией, имея возможность правильно ее структурировать и направлять в нужное русло. Нашей целью было не допустить распространение эффекта Яблока Эдема, как его называют академики, потому что его геном также нестабилен. Они не могли этого понять. Он не только распространяет устранение радиации, он в буквальном смысле меняет ДНК всех людей, попавших в зону его влияния. Заслуга академиков лишь в том, что сам по себе камень имел не ярко выраженную силу и лишь медленно проводил реконструкцию в малом радиусе. Они же выдумали установку, которая мгновенно и далеко запускает процесс, который сам по себе камень выполнял бы годами. Я сейчас скажу, и ты скорее всего не поверишь, но после распространения эффекта Яблока, многие люди получили сверхчеловеческие способности. В основном они зависят от характера или здоровья, ведь камень напрямую работает с уже существующим ДНК. Твою способность я еще не вижу. Они будут проявляться постепенно, и почувствовать заранее это сложно. — Я… А что сказать то? — Скажи — хочешь ли ты снова увидеться со своей девушкой? — Ты типа и ее воскресить можешь? — Я не воскрешал себя. Когда мы расстались я создал точную идентификацию своего тела — куклу, которую надежно спрятал. В момент перед смертью, я успел переселить душу в это новое тело. — Получается и фокус с порошком и не фокус вовсе? — Верно. Это тоже была темная энергия. Чтобы у вас отпали вопросы мне пришлось нассать вам в уши. — Понятно… — Сиеран провел рукой по своим черным как нефть волосам. — Так ты хочешь или нет? — Конечно хочу, но не знаю, стоит ли мне… — Все не так сладко, как ты можешь себе представить. Я нанесу тебе метку и ты сам когда захочешь сможешь исполнить то, для чего эта метка предназначена. — Так… — Метка позволит тебе вернуться во времени на шесть лет назад со всеми знаниями и умениями, что у тебя сейчас есть. Ты сможешь попробовать предотвратить ее смерть в настоящем или просто успеешь провести время с ней в прошлом до наступления момента икс. — Момент икс? — Распад цикла. Ты увидишь себя из прошлого, и если он увидит твое лицо ты мгновенно разрушишь цикл. Последующий Сиеран Крейн уже не сделает того, что сделал ты никогда. На самом деле это действительно очень сложно для понимания, в этом нужно разбираться. Но факт есть факт, и поторопись с решением, так как если меня узнают, то могут быть проблемы. — Постой, то есть я могу вернуться в прошлом, но не заменяя себя в прошлом? — Да. Будешь ты из настоящего и ты из прошлого. Причем тот не должен знать про тебя. Цикл давно запущен и витки повторяются уже более чем тысячный раз, так что, полагаю ты справишься. — Что это значит? — Это значит, что в твоей жизни уже появлялся ты из будущего точно также, как ты появишься в прошлом. Но так как цикл до сих пор не прекратился, то значит ты и не знал его. — У меня даже идей нет, где бы я мог его встретить. — А ты мог и не встречаться с ним. Ты ведь возвращался ради встречи с красоткой, а не ради встречи с собой. — Ну план хороший… Хотя, постой… Это получается, я уйду из этого времени и больше никогда не увижусь с друзьями из настоящего? — Да. Ты покинешь эту временную петлю, и перескочишь на другую. Но не бойся. Метка не сделает дела сразу же. У тебя будет время все объяснить и уйти тогда, когда сам этого захочешь. Только не жди шесть лет, иначе в затее не будет никакого смысла, — старик улыбнулся.