Прости меня, мой ангел

– Дин? Кас? Вы там? Я слышу ваши голоса! Кас, что происходит? – закричал Сэм из коридора. Наручники лязгали о металлическую скобу и о стену, но вырваться из оков ему не удавалось. – Сэм, не беспокойся обо мне, постарайся освободиться! – не отрывая взгляда от темных глаз Дина, крикнул в ответ Кастиэль. – Заткнись! – Дин с размаху влепил кулаком ему в челюсть, – закрой рот! И, видя, что ангел не собирается останавливаться на полуслове, снова схватил его за горло. – Ты, значит, меня не боишься? Я представляю опасность только для младшего братишки? Так, пернатый? Я тебе не страшен? Кастиэль, не сводя взгляда с темных глаз, медленно устало моргнул. – Я не боюсь тебя, Дин. Я боюсь только того, что ты можешь сделать с собой и Сэмом. – Значит, не боишься? – криво ухмыльнулся охотник. Некоторое время он безотрывно смотрел в глаза ангела, потом неспешно, будто нехотя, отпустил его шею и встал. Улыбка, игравшая на его губах, ничего хорошего не предвещала. – Не боишься,– еще раз повторил он. – Ну что ж, детка, ты сам это сказал. Он перебросил в ладони охотничий нож, дернул ворот рубашки, расстегивая пару пуговиц, словно ему стало невыносимо жарко, и направился к выходу из библиотеки. – Дин! Не трогай его! Слышишь? – Кастиэль забился в своих путах, но высвободиться не смог. – Не трогай его! Я сделаю все, что ты хочешь. Вернись обратно! Охотник остановился у шкафов с книгами, не оборачиваясь и вертя в руке рукоять ножа. Несколько секунд он просто молчал. – И что же ты можешь мне предложить, милашка? Что ты можешь мне дать такого, чтобы это меня реально заинтересовало? Ангел сцепил зубы и снова дернулся в путах. Наручники явно были не просты. Если на таких же оковах для демонов они сами наносили специальные знаки, то над этими кто-то постарался, не очень-то доверяя ангелам. Каждое движение врезавшихся в кожу металлических полос причиняло боль, жгло запястья огнем. – Все, что ты захочешь… – тихо выдохнул он, дав себе несколько мгновений, чтобы прийти в себя от разрывающей изнутри тело боли. – Все, что придет тебе в голову… Дин прикусил щеку изнутри, опустил голову. Потом резко развернулся и внимательно посмотрел на сидящего к нему вполоборота ангела. Словно что-то прикидывая, поиграл ножом, прокручивая его между пальцами, вновь развернулся и медленно пошел к двери. – Дин, прошу тебя… – выкрикнул Кастиэль. – Остановись! Охотник едва слышно хмыкнул, подошел к двери в коридор, выглянул и нашел взглядом прикованного к скобе в стене Сэма. – Привет, братишка! Я тут собираюсь развлечься с одним симпатичным носителем нимба. Ты мне не мешай, ладно? – он лукаво подмигнул и, не слушая взывавшего к его сознанию брата, вошел обратно в помещение библиотеки и закрыл за собой дверь. Продолжая крутить нож между пальцами, он прошелся по залу. Оглядел стены, коснулся пальцами корешков книг. – Все, что захочу, говоришь? – задумчиво повторил он. – И ты не будешь сопротивляться? Кастиэль опустил голову и сжал челюсти до зубовного скрежета. – Да, Дин. Я даю тебе слово. Если ты не тронешь Сэма, я не буду сопротивляться ничему, что бы ты ни делал… Охотник обошел стол вокруг и приблизился к своей жертве, остановившись перед сидящим на стуле Кастиэлем и широко расставив ноги. – А может, мне это не интересно? – с ухмылкой спросил он. – Ты ангел, тебе не впервой жертвовать своей пернатой задницей, защищать кого-то. Что мне толку от того, что ты будешь страдать? Он насмешливо склонил голову к плечу. – Тебе доставит удовольствие мучить меня… – проговорил ангел, глядя в сторону. – Ты этого жаждешь – выплеснуть свой гнев на ком-нибудь… Дин коротко хохотнул. – И что из того? Что мне дела до твоих страданий? Ты ангел, я охотник, мы оба не раз дрались рядом, дрались друг против друга. Что нового я могу от этого получить? Кастиэль опустил глаза, ему явно было тяжело решиться произнести то, что он хотел сказать. Но через мгновение он все же поднял взгляд на стоявшего перед ним охотника. – Я люблю тебя, Дин… – выдохнул он. – Что? – тут же отозвался тот. – Что ты сейчас сказал? Кастиэль снова набрал в грудь воздуха и повторил свои слова. – Я люблю тебя. И я не лгу ради спасения. Это правда. Дин медленно искривил губы в улыбке, от которой у любого, кто увидел бы его в этот миг, похолодело бы все внутри. – Ты понимаешь, что ты сейчас подписал себе смертный приговор, детка? – спросил он нахмурившегося ангела. – Я уже дал тебе свое слово… – повторил Кастиэль. Дин подошел ближе, вновь резко седлая колени ангела и наклоняясь к самому его лицу. – И ты его не нарушишь, я знаю, – прошептал он в самые губы ангела. – Если я освобожу твои руки, ты не сбежишь и не попытаешься меня прикончить. Кастиэль медленно покачал головой, а Дин в ответ только довольно облизнул губы. – Ну что ж, придется тебе поверить, – произнес он, ложась грудью на грудь ангела и одной рукой освобождая его от наручников специальным, спрятанным в его кармане, ключом. Кастиэль с облегчением потянулся одной рукой к запястью другой, намереваясь касанием облегчить боль в обожженной коже, но Дин тут же приставил клинок к его горлу. – Учти, я не привык кому-то особенно доверять, – улыбнулся он, – а уж твоим собратьям и подавно. Ангелы еще те лжецы и вообще сволочи. Кастиэль поднял на него внимательный взгляд и, не отрываясь, приложил ладонь к запястью. – Вижу, тебе понравились противоангельские наручники, да, малыш? – притворно сладко протянул охотник. – Жаль, мне не пришлось их раньше использовать. Хорошая штука! Он коснулся острием клинка обожженного запястья Кастиэля. Тот продолжал смотреть в лицо своего мучителя, очень пристально и вдумчиво. – И что же ты можешь предложить своему любимому, солнышко? – Дин осклабился, в его глазах при этом застыл льдистый холод. Ангел на миг потрясенно прикрыл глаза, потом снова поднял взгляд на охотника, в нем отразилось замешательство. – Я не знаю, чего ты хочешь… – произнес он, – тебе стоит сказать… Дин чуть было не захохотал в ответ, но вовремя сдержался. Посмеиваясь, он поерзал на бедрах Кастиэля и сложил губы трубочкой. – Святая невинность! Я вот-вот растрогаюсь до слез! Давай для начала сбрось этот чертов плащ. – Он ткнул пальцем в пуговицы на плаще Кастиэля. – Разденься для меня. Давай. Кастиэль высвободил одну руку из рукава, пытаясь чуть привстать на стуле, чтобы полы не мешали ему раздеваться, затем вторую. Дин приподнялся вместе с ним, одновременно нагло и грубо толкнувшись бедрами в пах ангела. Тот плотно сжал губы, стащил с себя плащ и опустил его вниз, к ножкам стула. – Дааа, теперь этот твой дурацкий галстук… – Дин наслаждался видом того, как не знающий куда девать глаза Кастиэль цепляет пальцами узел галстука, ослабляя петлю. – Вот так. Теперь рубашку… Несколько секунд он молча наблюдал за тем, как ангел возится с пуговицами, потом резко ударил его по рукам и рванул ткань так, что оставшиеся пуговицы разлетелись в разные стороны. Изумленный Кастиэль уставился на него в немом замешательстве.