(Не) верь мне

Июль 2011 г. -Вы понимаете, Юнги, что я обязан сообщить в правоохранительные органы о произошедшем с вашей женой? Мин Юнги чуть отодвинулся от стены и направил свой затуманенный взгляд на доктора.В нем читалось полное безразличие ко всему происходящему. Он слабо соображал из-за еще не отошедшего в полной мере наркотического опьянения. Голова болела и слова врача, оперировавшего ХаЁн были словно из вне. Нет, ничего он не понимал. Голова гудела так, что он готов был просить хоть что-то, что уменьшит эту боль. К чертям ХаЁн. Если она мертва, он понесет наказание,но никто не заставит его распинаться здесь сопливыми речами и раскаяться. Если кто и виноват, то это сука, мать Мин ХаЁн, его мачеха. Взгляд Ким Сокджина, лучшего хирурга этой больницы читалось отвращение к этому парню. Сейчас, этот измученный после десятичасовой операции хирург, готов был банально начистить наглую рожу этому зажравшемуся подонку. Если бы Юнги мог, он бы сам себя ударил, но увы, что сделано то сделано. Самобичеванием тут не поможешь. -Я понимаю,доктор-Кивнул Юнги, прищурив свои лисьи глаза, с расширенными зрачками и покрасневшими белками. Все эти симптомы мог распознать и не имеющий медицинского образования человек.- Просто скажи,она жива или нет?- сухо, без тени тревоги продолжил Мин. Ким Сокджин всматривался в эти глаза и пытался найти хоть какие-то эмоции. Но нет,ничего.Хирург все никак не мог понять,что же произошло с девушкой которую оперировал десять часов, вытаскивая с того света.Он искал эти ответы,но так и не находил. Это было ново для него. За столько лет практики, он видел многое, но такое... Если бы не положение, которое занимал Мин Юнги и его отец миллиардер-Мин Сонги,он давно бы выбил всю дурь из этого несносного мальчишки. Но он не мог сделать это по многим причинам. Его статус, жена и дети были одними из немногих.С досадой доктор понимал, что с их связями дело даже может и не дойти до суда, если вообще откроют это дело. --Хаён жива, но находится в тяжелом состоянии. Мы не можем сказать, выживет она или нет. -Понятно-кивнул Юнги и отвел взгляд.Повернувшись, он упёрся лбом к белоснежной стене, чтобы хоть как-то собрать свои мысли в кучу. Наркотики, все еще властвовали в его организме, мешая мыслить рационально.Смутно Юнги припоминал, как зашел в больницу держа на руках Хаён, завернутую в покрывало пропитанное кровью. Никто не задавал лишних вопросов, Минов знали в лицо. Именно это сейчас и останавливало доктора заняться самосудом. Как бы он не презирал Юнги, его отец имел глубокое уважение. Сонги был мудрым, добрым, ему были не чужды чужие проблемы и его сын- мерзкий щенок, возомнивший себя Богом. Какая карикатура на своего отца, позор. Именно так его отец отзывался о Юнги. Но он был другим, все могло сложиться по другому, если бы не жена Мин Сонги-мерзкая шлюха. Мин ЁнЧжи,это она во всем виновата. Что ж, теперь ты получишь что заслужила. Я отнял у тебя самое дорогое что у тебя есть. Теперь мы квиты.Ну и где же ты? Почему не рыдаешь возле реанимации? Или ты не можешь так быстро вернуться из Парижа? Уверен вам с отцом уже сообщили, что натворил его отпрыск. Хорошая получилась поездка в честь твоего дня рождения подаренная отцом. Свой тридцать третий день рождение ты запомнишь надолго, мразь. - Сокджин! - раздался крик, а затем и стук каблуков-Скажи что она жива! Что с ней? Ну неужели, Юнги уже устал ждать .Он развернулся, что бы увидеть ее лицо в этот момент. Растрепанные темные волосы, бледное лицо, глаза напыленное слезами и ужасом. Как долго он ждал это момента, но не почувствовал ничего. Мачеха игнорировала его присутствие, с мольбой глядя в глаза доктору. Мин оглядел её, всегда одетая безупречно, сейчас она стояла лишь в свитере и джинсах, и была похожа на испуганную девочку. Юнги не прогадал, поставив на Хаён. Хоть Чжи и родила ее в 15 лет, материнский инстинкт все же у нее присутствовал.Она очень любила дочь, хоть и не часто показывала это. --Она жива ЁнЧжи-мягко сказал Сокджин крепче держа её руки-Но ее состояние критическое, поэтому я не могу давать сейчас никаких прогнозов. Прошу, пройдемте в мой кабинет. -Но я хочу ее видеть-крепче сжимая руку промычала она. -Я не могу. Она в коме Чжи.-Твердо проговорил доктор. --Что? -женщина закрыла рот рукой, что бы подавить крик. Наконец, ее глаза остановились на Юнги. -Это ты? Чудовище! Что ты сделал!-закричала она. Юнги лишь презрительно поднял брови. Сокджину понадобилась вся его сила, что бы остановить обезумевшую женщину. -Что здесь происходит? - раздался властный голос. Юнги обернулся. -А вот и папочка пожаловал.-криво усмехнулся Мин младший-Вот и вся семейка в сборе. Вся сила воли что была у Мина старшего, была готова трещать по швам. Но, он не мог устроить сцену тут, среди собравшихся зевак. Нужно было в любой ситуации сохранять спокойствие и хладнокровие. Жаль, что его сын этого никогда не понимал, что и привело к трагедии. -Нам лучше пройти в мой кабинет- повторил Джин все еще держа ЁнЧжи, которая все еще пыталась дотянуться до Юнги. -Возьми себя в руки-строго сказал Мин Сонги смотря на жену-На нас смотрят.Пойдемте Сокджин. Взяв под руку дрожащую от ярости жену,он направился в кабинет хирурга не удостоив взглядом сына. Ему было сейчас совершенно все равно, пойдет он за ним или нет. И Юнги пришлось пойти за ними, ведь сбежать было бы глупо. Сонги найдет его везде. -Сонги, пообещай что убьешь его-рыдала Ёнчжи. -Милая, нам сначала нужно все выяснить-Спокойно ответил ей Мин старший, ласково коснувшись ее щеки-Здесь лучшие врачи, она выкарабкается. Хаён сильная девочка. -Она в коме, Синги-еще раз всхлипнула Чжи. Но присутствие мужа немного успокоило ее. так было всегда. Он был ее поддержкой, опорой, ее душой. А еще он никогда не врал. -Все будет хорошо-еще раз повторил Мин и крепко сжал ее руку. Она видела как заиграли жилки на его шее. Он был взволнован не меньше нее, но умел держать эмоции под контролем. Юнги, наблюдавший за этой маленькой семейной идиллией начало подташнивать. Дверь в кабинет врача закрылась, но он остался стоять возле двери. Сокджин занял позицию возле стола, облокотившись на него. Ёнчжи обессилено села на кресло прикрыв лицо руками. Сонги же встал возле жены. Рука его покоилась на ее плече. Выдержит ли мать, когда узнает, что случилось с ее ребенком? -Лучшие хирурги больницы сделали все, что было в их силах. Мы несколько раз были близки к...-Джин ослабил воротник халата. Дышать было крайне тяжело.-Хаён пережила клиническую смерть и потеряла много крови. Сейчас ее состояние...мы не можем сказать выживет она или нет. Мы подключили ее к аппарату искусственного жизнеобеспечения. - Нужны ли какие то лекарства, аппаратура, вызвать специалистов из-за границы? -Спасибо, председатель, но мы благодаря вам обеспечены всем необходимым. -глухо произнес доктор. Он прекрасно понимал, что Мин старший хочет задать совсем не те вопросы и еще больше боится ответов на них. Ёнчжи спросила за него, откинув с бледного лица черные пряди и смотря прямо в глаза доктору. -Что с ней произошло?- ее вопрос прозвучал сдавленно. Доктор посмотрел через плечо на застывшую тень Юнги. В его глазах начало появляться понимание. По всей видимости, наркотическое опьянение потихоньку сходило. - - Господин Синги, вам лучше держать вашу жену, чтобы она не натворила глупостей.- предостерег хирург.Мин кивнул и положил обе руки на плечи жены, тем самым пригвоздив ее к креслу. -Прежде чем обратиться в полицию, мне следует вам все рассказать. --Прекрати тянуть-взвизгнула Ёнчжи перейдя на ты. Здравый рассудок постепенно махал ей рукой. -Я понимаю вашу боль. Мне тоже тяжело. Юнги принес Хаён в больницу, завернутую лишь в одеяло которое было пропитано ее кровью. Я даже ни сразу понял что произошло. Но по характеру повреждений и внешнему виду девушки, я предположил, что она подверглась жестоким побоям и изнасилованию. --Господи!-вскрикнула Ёнчжи, снова зажав рот рукой, но рыдания снова вырвались стоном умирающего зверя. -Не понимаю- нахмурив брови, спросил Мин старший.-как могло такое произойти? И привести к таким последствиям? -Это не простое изнасилование-опустив глаза к полу ответил Сокджин-это крайне жестокое. Групповое. Внутренние ткани девушки повреждены. Мы собрали ее заново, но эти повреждения очень серьезные, разрыв связок, переломы запястий, ребер, потеря крови, болевой шок, про психологическое состояние я вам говорить не буду. Я слишком щажу вас и не рассказываю полный список того, с чем я имел дело за последние десять часов. Скажу одно, если она выживет, ей понадобится курс психологической помощи. Чудо уже то, что она выжила. -Господи! Нет, за что? Почему она? Сонги, она же еще ребенок. Ей всего восемнадцать. Кто мог это сделать? Лицо Мин Сонги побледнело, губы сжались. Он все еще удерживал жену, хотя сам держался из последних сил. -Почему у нее сломаны запястья?-сдавленным голосом спросил Мин, взгляд его становился опасно колючим. -Смею предположить, что ее сковали наручниками. Она сломала запястья сама, пытаясь освободиться. господин Мин, ее жестоко избивали и насиловали и я уверен что это был не один человек. И...мне сложно об этом говорить, но я вынужден сообщить властям. Дело в том, что Хаён принес в больницу ваш сын. Я спросил у него что произошло и кто это сделал. -И что же он ответил?-почти не дыша спросил Мин Сонги. -Он сказал что слишком много выпил. В любом случае вы сами спросите у него. Я не в состоянии понять как такое могло произойти. Но скажу одно, девушку принесли в покрывали. А это означает, что это произошло не в парке или на улице, это произошло дома. -Ах ты сукин сын!- Ёнчжи все же удалось вырваться из хватки мужа. Вскочив с кресла она развернулась и рванул в сторону Юнги. Калейдоскоп чувств затуманил её разум заставляя наброситься, разорвать, стереть с лица земли. Юнги не сопротивлялся. Заслужил. Доктор не солгал ни в чем. Он продолжал стоять в той же позе, сжимая руки за спиной, и бесстрастно наблюдая как отец оттаскивает свою рассвирепевшую жену. Доктор Ким среагировал моментально и через несколько секунд появилась медсестра со шприцом в руке. Сонги держал ее, пока ей делали укол. Обессилевшая Ёнчжи безвольно повисла на плече мужа, все еще теша себя надеждами что все это-кошмарный сон. -Сейчас она уснет. Медсестра проводит ее в палату. А нам нужно еще многое обсудить.-сказал Доктор. Сонги кивнул. --Пообещай что он заплатит-прошептала Ёнчжи. В последний раз заглядываю в глаза мужа. -Он получит свое, дорогая. -Прошептал Мин. Говорить не было сил. Засунув руки в рукава брюк, он смотрел как медсестры уводят его жену. -Что еще вы не сказали, Сокджин?- повернувшись к доктору спросил Мин. -ХаЁн была беременна, Сонги. Я не мог сказать это при Ёнчжи. Восемь недель. Девочка пришла ко мне в прошлом месяце. Она не сопротивлялась бы так отчаянно, если бы не боялась за своего ребенка. Девочка очень хотела родить. А теперь уже не сможет. Никогда. Даже если выживет. -Что?- Юнги наконец вышел из состояния холодной отрешенности. В его глазах застыл вопрос, недоверие. -Она не говорила вам, хотела сделать сюрприз. Криво усмехнувшись, Юнги отвернулся. Сюрприз, как же! Мелкая сучка хотела сбежать от него. Он видел билеты и спрятанные деньги. -Ты не хочешь ничего рассказать нам, Юнги?-спокойным тоном спросил отец. Но взгляд его был другим, там была ярость, боль, отвращение.-Ты это сделал? -Что ты имеешь ввиду? Если ребенка, то это я. А на счет остального...нет.-Сухо ответил Юнги. Из ран нанесенных Ёнчжи сочилась кровь, но он будто не чувствовал боль. Только боль внутри, раздирающая кишки.- А на счет остального....нет. Это сделал не я. Доктор Ким проявил невероятную дедукцию. Это все произошло в нашем доме. Мы приехали от вас. Мне продолжить? -горько усмехнулся Мин младший. Мы приехали и решили продолжить праздник дома, поправочка, это я решил продолжить его. Я пригласил друзей. Тебе же никогда не нравились мои друзья. Мы выпили, кое что приняли и нас занесло. Она спала когда мы вошли, и я решил что будет весело приковать её наручниками. Участия сам не принимал, но был инициатором всего. Их было семь человек. СЕМЬ, отец. Я наблюдал, а потом отключился. А когда очнулся...то понял, что мои друзья немного переборщили. Меня привезла сюда одна из проституток. Если что, она даст показания против нас всех. Она неоднократно была у меня в доме и подтвердит, что я ужасно обращался со своей женой. Как я избивал ее и издевался, а она все не жаловалась своей мамочке. Ты же такой правды хочешь, отец? А? Давай раскроем миру правду о великой семье Мин. Я готов к этому, а ты? От пренебрежения в глазах Юнги, Сонги чуть не задохнулся. Он замахнулся на сына, но не ударил. Опустив руку. -Не смей называть меня отцом-свирепо прошипел он. -Отлично, но это не освободит тебя от ответственности. Это ты меня создал. Посмотри на меня. Воспитывал меня ты. Так задай теперь вопрос себе. Так кто в этом виноват? Или ты не видишь никого кроме себя и своей шлюхи? Вызывайте ментов, доктор. Но отец этого не позволит. -Значит ты этого хочешь? -Справившись с собой проговорил Сонги, смотря на сына. -Тебе мало того, что ты сделал с бедной девочкой? Ты хочешь публичного унижения. Кого ты наказал, Юнги? Думаешь в тюрьме ты забудешь что сделал? Нет, это тебя будет преследовать всю жизнь. Это клеймо, оно будет жить в твоем сердце и сжигать его. Твой мозг будет напоминать тебе каждый день о том, что ты сотворил с этой девочкой. Которая любила тебя, но ты убил её, убил своего неродившегося ребенка. И все это, что бы страдали мы с Чжи? Зачем? -А просто так-усмехнулся Юнги-я думаю будет приятно помучить таких благородных людей. -О нет, я знаю. Ты думаешь я не понимаю за что ты так ненавидишь мою жену? Ей даже не нужно было рассказывать об этом. И ты знаешь что я простил ей предательство. Я никогда не был глупцом, что бы верить, что молодая и красивая девушка полюбит такого как я. И еще, я помню что такое страсть, и то как трудно противостоять ей. Но страсть проходит. Только ты с этим почему то не смирился. Так же я знаю, что ты думал о наследстве. Ты ведь уже похоронил меня. Но не смирился с тем, что доля достанется Чжи с её дочерью. Я устроил это свадьбу,в надежде что ты одумаешься и поймешь, что никто у тебя твое не отнимет. Но нет...ох...если бы я знал...Разве она виновата? -Она её дочь и этим все сказано. И согласись. Ты не зря устроил ей учебу за границей, так?-ледяным тоном произнес младший. - Какой же ты дурак. Я люблю Хаён как свою дочь, но это не делало тебя не мои сыном. - Да что ты все заладил. Любила, люблю. Я не просил её любить меня и выходить за меня тоже не просил!-Юнги начинал злиться и мечтал уже со всем этим покончить. - Если бы ты не затащил её в постель едва ей стукнуло семнадцать, то я бы не настоял на этой свадьбе. И да, любила черт возьми, она любила тебя больше чем себя. Так ответь и ты мне. Себя то ты любишь? И Юнги замолчал. Он и вправду задумался об этом. В кабинете повисло молчание. Доктор думал о девочке, что лежит сейчас в реанимации и решает, жить ей или умереть. Все что он мог, Сокджин сделал. Осталось дело за ней. Мужчины семьи Мин же думали о многом. Нарушил молчание младший. -Нет.-столь короткий, но объясняющий многое. Ничего уже не изменить. Облегчение что он ждал, так и не наступило. Месть не принесла радости. И блять, он вовсе не собирался заходить так далеко. Если бы не чёртовы наркотики от которых он еще не отошел. Все слова были произнесены под влиянием. И он не хотел трезветь, никогда. "Нет." словно со стороны он слышал свой ответ. Ким Сокджин, все это время наблюдавший со стороны тихо кашлянул. Многое прояснилось, но слова Господина Мина повергли его в шок. -Джин, ты не станешь никуда сообщать об этой ситуации никому. И если Хаён выживет, вы забудете обо всем.-твердо произнес Сонги. --Но...-с сомнением начал доктор. - На этом всё, хватит и этого позора на нашу семью. Я сам его накажу. И это будет то, чего он боится больше всего. Сонги снова посмотрел на исцарапанное лицо Юнги. -У тебя больше нет отца, нет денег, нет ничего. Выживай как хочешь. Брови Юнги вопросительно взметнулись вверх. Он ожидал совершенно другого исхода. Полнейшее равнодушие било сильнее, чем упреки или удары. И это все? -Выживу-коротко бросил Юнги и вышел из кабинета. Его шаги были уверены, хотя он не представлял как он теперь будет выживать. В голове было столько мыслей. Куда идти? Что делать? Как теперь жить? Он шел, игнорируя любопытные взгляды, остановившись возле стеклянной двери ведущей в реанимацию. Там, подключенная к аппарату, облепленная трубками и датчиками лежала его жена. Черные волосы рассыпаны по подушке. Вместо лица, кровавое месиво. Перед глазами вспыхнуло воспоминание. Истекающее кровью, сломанное и покрытое синяками тело с прикованными железными наручниками руки, хриплый шепот разрывал восполненный слух. -Юнги, я умираю. Вызови скорую.- Вот и все что она сказала. Прислонившись к стеклянной двери, он закрыл глаза и мысленно просил прощения. Следом за ней, пришло другое ведение. -Я люблю тебя, Юнги. -с сияющей улыбкой говорила девушка смотря на него взглядом полного доверия. Июльский вечер, пляж, он сидит на песке,а она у него на коленях и черные как смоль волосы ласкает ветер. Боже, как давно это было. Но нет, это было в прошлом году. Все таки ему удалось сломать её. Не стоило ей бороться с ним. Она всегда верила, что за своей жестокостью он прятал боль. И её уничтожило именно то, что она была близка к правде. -Только живи-прошептал Юнги одними губами и пошел прочь...