new friend-human.

      За всё время вылазок на поверхность Леонардо усвоил несколько важных вещей.       1. Ниндзя должны находиться в тени. Всегда.       2. На риск следует пойти только в крайнем случае, если от этого зависит чья-то жизнь.       3. Видишь, что победа сулит смерть родных братьев — отступай. Так безопаснее для этих идиотов.       Разумеется, если черепашек замечает человек, то это проблема. Если у свидетеля есть доказательства: фотография или видео, то происшествие определенно потребует внимания братьев. Ну, а если доказательств нет, то на нет и суда нет.       Ситуация с незнакомой девочкой не могла быть отнесена ни к одному из вышеописанных пунктов. Но никто не мог быть уверен, что свидетельница не сможет достать телефон и тупо сфоткать мутантов. Так что…       — Уходим! — отдал прямой приказ лидер, отодвигаясь от Рафа и спрыгивая с лестницы вниз.       Его примеру последовали все. Все, кроме Рафа. Микеланджело на секунду обернулся, желая убедиться, что рафаэлка сбегать больше не станет, но все равно пошел за остальными.       Раф остался стоять на месте, с недовольным выражением лица смотря вслед отступающим братьям. Ему не хотелось уходить, что-то странное зацепило его. Это чувство было похоже на тонкую нить, короткую, но настолько прочную, что порвать её может только нечто внеземное. И эта нить, подобно цепи, приковала Рафаэля к этой девочке. Майки мог бы пошутить, что брата посадят за совращение несовершеннолетних. Кстати, о несовершеннолетних…       — Я ещё вернусь, — произнес ниндзя, повернув голову назад.       Элис молча и медленно кивнула.       Убедившись, что его слова были услышаны, Рафаэль спрыгнул с лестницы и устремился за братьями, а то они задолбаются звать его за собой. Парню хотелось ещё поговорить с новой знакомой. Планировал носитель красной банданы вернуться не раньше, чем через неделю. Он ожидал наказания от учителя в виде домашнего ареста, да и стоило убедить братцев в том, что ему в голову не взбредёт сюда вернуться. Эдакий план, плохо спланированный.

***

      Черепашки уже давно вернулись в своё логово в канализации. Это было что-то вроде уютно обустроенной квартирки под землёй, только каменной, без окон и не самым приятным запахом. С ним удавалось справляться лишь частично.       Одно большое помещение, соединявшее все остальные, в котором стоял автомат с пейнтболом возле колонны. Центральным достоянием являлся диван. Мебель королей была поставлена таким образом, чтобы образовать квадрат: две буквы «г» были поставлены так, что между проёмами можно было пройти и усесться. Освещение было холодным, тускловатым, непонятно откуда взявшимся. Напротив довольно широкого кресла стоял старый телевизор, обычно показывающий мультики по требованию Майки или новости по требованию Лео. Донни в скором времени планировал поставить огромный комплекс из плазм.       Остальные комнаты были расположены вокруг основного помещения. В зале для тренировок была выдвигающаяся дверь, которая соединяла покои Сплинтера с залом. В общем-то, читатели, вы сами знаете, как выглядит их дом.       — Ты хоть понимаешь, что натворил?! — сердито рявкнул Леонардо, хмуря надбровные дуги.       Четверо черепашек стояли возле дивана. Они только что вернулись обратно, и им было, что обсудить. Донни, облокотившись бедрами на спинку дивана, вёл какие-то подсчёты. Видимо, нужно было убедиться в том, что за ними нет слежки, но более вероятно было то, что Донателло просто не хотел вмешиваться, изредка поглядывая на ребят исподлобья. Майки в шутку подражал сердитому Лео и, скрестив руки, кивал с настолько умным видом, что это умиляло кого угодно, но только не Рафаэля. М-да… Не каждый вытерпит три по-разному осуждающих взгляда, особенно, если ты правда виноват.       — Что за шум? — раздался голос прямо за спинами подростков. Властный, звучный, немного строгий. Такой голос мог принадлежать только сэнсэю.       Братья обернулись одновременно, будто роботы. Перед ними стоял Сплинтер, держа в руках трость высотой чуть выше его локтя и мгновенно меняя атмосферу.       Будучи мутантом, сэнсэй не потерял некую долю привлекательности, если так можно говорить о крысах. Его темно-серая шерсть была всегда чистой, белёсые (седые) длинные усы создавали впечатление, будто этот старичок многое повидал и уже мудр так, как самый старый старец из всех старцев Японии. Черные маленькие глазки почти скрылись под шерстью, а чуткий серый носик улавливал даже самые малозаметные запахи. Крыс ростом был по плечо сыну с красной банданой, носил темно-красное кимоно, немного выцветшее, но упорно не терявшее своего цвета. Вот такой батя был.       — Сэнсэй… — замялся Лео, думая, стоит ли рассказывать отцу ослучившемся, но его проблему решил Майки.       — Рафаэля увидела девушка! — выдал он брата с потрохами, подскочив к провинившемуся брату и пихнув его локтем в предплечье. — Он даже с ней познакомился.       На зелёном лице заиграла ухмылочка, но стоило саеносцу чуть оскалиться, как весь пыл весельчака куда-то улетучился.       — Майки! — фыркнул Лео уже на него.       — Не волнуйтесь, сэнсэй, вряд ли ей кто-то поверит, — попытался исправить ситуацию носитель бо, приподняв указательный палец (если он у него есть) вверх. — К тому же, у неё нет доказательств, так что, вероятность того, что тайна нашего существования раскроется, крайне мала.       — Микеланджело, — немного подумав над словами сыновей, заговорил сэнсэй, немного потеребив свою сомнительную бородку. — Как выглядела та девушка? Можете сказать, сколько ей было лет?       — Ну-у… — нунчак-мэн задумался на мгновение, почесав затылок и пытаясь как можно тщательнее отобрать нужную информацию с помощью мозга. — Может чуть помладше нас, я думаю. А что? Это важно?       Следовало их отчитать как следует, особенно Рафа, но не очень хотелось тратить время на рядовые происшествия. К тому же, раз уж они всё уладили и не подвергли себя большому риску, можно было и простить. Поспособствовало хорошее настроение после распития чая.       — Неделю будете сидеть дома, — озвучил Сплинтер свой приговор, решив наказать детишек хотя бы ради приличия.       Только Рафаэль, разумеется, дома сидеть не собирался.