Неогранённый алмаз

      Непроглядная темнота на секунду сменилась мутными очертаниями, но тут же нахлынула снова. Холли сделала еще одну попытку открыть глаза, и на этот раз ей хватило на это сил. Обстановка оказалась самой что ни на есть мрачной, справа от себя она увидела стол, заваленный пыльными инструментами для пыток, переместив взгляд на пол, заметила огромную пентаграмму, окружавшую стул, на котором она сидела, самый неудобный в ее жизни.       «Меня же пырнули клинком в руку! — Вдруг вспомнила Тёрнер, но как ни старалась, не могла высвободить руки из-за спины, вероятно, они были связаны. — Что за черт… ладно, вроде ничего не болит, наверное, меня вылечил…»       — Джек! — с удивлением и радостью воскликнула Холли, когда увидела, как стенки небольшой комнаты раздвигаются, и между ними появляется знакомое лицо.       Вслед за Джеком в комнату вошли Сэм и Дин, оба потрепанные и еще сонные. Холли нахмурилась и попыталась сообразить, что происходит в этой затхлой конуре, но разум отказывался анализировать и упорно требовал сна.       — Прости, — виновато сказал Джек, почесав рукой затылок, — я всю ночь объяснял ребятам, что ты не опасна, рассказывал, что с нами было. Но они должны убедиться…       — В чем интересно? — недовольно перебила его Холли и с вызовом уставилась на Дина. Тот на секунду удивленно приподнял брови, но потом резко скопировал её же угрожающий взгляд. — Вы не верите Джеку? Охота на демонов требует таких больших интеллектуальных затрат, что вы растеряли все ваше скудное умственное богатство?       Дин удивленно перевел взгляд на Джека и под нескончаемое ворчание Холли обратился к нему:       — И ты вот так провел несколько месяцев? Дружок, мне тебя жалко.       — Да, она хорошая, — наивно возразил парень, пытаясь, чтобы его голос звучал громче ругательств Тёрнер, — просто напугана и устала.       — Какая бы «хорошая» она не была, — заметил Дин, подходя к столику с клещами и кинжалами, — надо выяснить, на чьей она стороне, кем является и какие у нее планы на тебя.       — Вы, глухие крышки от пивных бутылок! — орала Холли, выходя из себя, на другие действия у нее пока не хватало сил. — Я не верю, что Джек такой плохой рассказчик, он, в отличие от некоторых, в университете учился! Видимо, сера демонов вам уши забила, и вы пропустили, что я ни на чьей стороне и на Джека не имею никаких планов, кроме собственной безопасности. Два несносных идиота! Джек! Не стой, развяжи меня!       Крики Холли были прерваны внезапным жестом Дина. Она замолчала и ошарашенно уставилась на охотника, который с самым невозмутимым видом прижал к ее лбу старую серебряную ложку и внимательно следил за реакцией.       — Кажется, я нашел, как выключить режим истерики, — довольно сообщил Винчестер, убрал ложку, а на ее месте оказалась железная кочерга. — Так, вычеркиваем из списка оборотней и перевертышей.       — Вычеркни лучше себя из списка адекватных людей, — оскалилась Холли, когда Дин отвернулся от нее. — Где вы видели перевертыша с телекинезом?!       — Чего мы только не видели, — заговорил, наконец, Сэм, скрестив руки на груди. — Извини, Холли, но тебе придется многое объяснить нам, сама понимаешь.       — А, может, предоставить это вашему гениальному детективу? — ехидно поинтересовалась Тёрнер, кивнув на Дина, который приставил зеркало чуть ли не к ее носу и смотрел на отражение.       — Не сирена и не рейв… Это становится интересно.       Сэм невольно хмыкнул, девушка была явно с характером, а Джек в это время подошел к Холли и коснулся ее плеча:       — Ты же понимаешь, им надо убедиться, мы можем рассказать что угодно, но вдруг это обман или иллюзия…       — Два несчастных параноика, — не успокаивалась Холли. — Мы спасли ваши чертовы душонки, вытащили из западни, вырезали кучу демонов, а вы еще и… Что за хрень?!       — Не левиафан, — заключил Дин. Он даже не удосужился вытереть жидкость для мытья ванн и керамических поверхностей с коленки Холли и вновь направился к столику.       — Облегчу вам задачу, — сдалась Холли, — я никакое не существо. О боги, если вы будете подозревать во мне монстра, я же тут неделю просижу, пока вы не проверите все свои идиотские версии.       Дин вычеркнул из списка подозреваемых ракшасу, после того как Холли не отреагировала на кусок меди, и ламию, когда Тёрнер чихнула от смеси соли и розмарина, случайно попавшей ей в нос. Но, наконец, Холли устала придумывать ругательства Винчестерам и подвергаться их неуклюжим тестам:       — Хорошо, — сдалась Тёрнер, и Дин замер в полушаге от нее со святой водой в распылителе для мытья стекол. — Я расскажу вам правду. В этой помойке есть подобие гостиной?       Сказав это, Холли исчезла из виду, оставив за собой шуршащий звук, словно кто-то взметнул осенние листья в парке. Сэм всполошился и забегал глазами по комнате:       — Куда она делась?       — Я думаю, — медленно протянул Джек, почесав подбородок, — в главный зал.       Втроем они дошли до большой светлой комнаты с овальным столом и шкафами с книгами по бокам. На одном из стульев, и правда, сидела Холли, с аппетитом уплетая сэндвич.       — Это мой завтрак, — с укором заметил Дин, садясь недалеко от нее.       — Вкусный, — оценила Тёрнер, закончив трапезу. — А я думала, вы только яичницу по утрам едите.       — Почему ты сразу так не сделала? — спросил Сэм, садясь с другой стороны от Холли и заинтересованно наблюдая за ней, — ведь ни волшебные кандалы, ни пентаграмма тебе ни по чём, так ведь?       Холли кивнула:       — Надо было прийти в себя, к тому же покричать на вас доставило мне удовольствие. А где третий?       Тёрнер оглянулась в поисках Кастиэля, но ангела нигде не было видно.       — Кто его знает, — проворчал Дин, кивнув головой. — Улетел по своим делам, он редко отчитывается.       Холли уставилась на него с нескрываемой иронией:       — И ему вы доверяете, а меня полчаса исследовали? Достаточно ведь просто задать вопрос.       — Извини, — вклинился Джек, сев рядом, — но ты не особо отвечала на вопросы о себе, когда я спрашивал.       — Только не говори, что ты их надоумил на тесты, — с ужасом в глазах предположила Холли, отодвинувшись от Джека.       — И в мыслях не было, — успокоил ее парень, — но тебе не кажется, что Сэму, Дину и мне нужно знать о том, кто ты? Учитывая, что Асмодей не дремлет и в любую секунду может осуществить какой-нибудь свой коварный план?       Холли возвела глаза к небу и устало выдохнула:       — Они знают, кто я, — сказала она, показывая рукой на Дина, — но память у них дохлая, вот и не могут дойти.       — Эм, Холли, — обратился к ней Сэм со всей возможной тактичностью, — мы не знаем.       — Неужели?       — Неужели, — оборвал ее Дин, по виду было понятно, что кривляния Холли начинают бесить его. — Выкладывай, давай.       — Ты со мной так невежлив, потому что знаешь, что я уже занята? — уточнила Холли и наградила Дина испепеляющим взглядом.       Джек покраснел, а Сэм миролюбиво поднял руки:       — Давайте успокоимся, — предложил он, видя, как Дин включился в перепалку взглядами. — Холли, мы, и правда, не помним тебя, хотя, поверь, отчаянно пытались несколько дней. Так что, будь добра, расскажи нам.       Холли повернулась к Сэму и немного успокоилась, он всегда умел находить нужные слова. Тёрнер еще немного помолчала, потом все же вздохнула и начала свой рассказ:       — Я росла в штате Небраска в городе Пайнвуд. У меня были приемные родители, хорошие, добрые люди. Я жила обычной жизнью, ходила в школу, гуляла с детьми, верила в типичные детские сказки.       — Сказки? — переспросил Сэм, анализируя каждое ее слово.       — Ну, да, — беззлобно кивнула ему Холли и подпёрла лицо рукой, — знаешь, вроде зубной феи или там кольца-шокера.       Сэм раскрыл глаза от удивления, видимо, вспомнив что-то, и посмотрел на Дина, но тот молча ждал продолжения рассказа и ничего не припоминал.       — Так вот, — продолжила Холли, — когда мне было одиннадцать, в дом пришли двое агентов ФБР и спрашивали меня обо всякой ерунде. Я еще подумала, что они спятили совсем.       Дин напрягся и стал вслушиваться внимательнее, кажется, и он начал что-то вспоминать. Джек в свою очередь просто увлеченно слушал, наконец получая ответы на свои вопросы о Холли.       — Потом они ушли, — говорила Тёрнер. Ее голос ничем не выдавал эмоций, которые она переживала в этот момент, вспоминая прошлую, давно ушедшую жизнь. Она положила руки на стол и внимательно осмотрела место, куда Асмодей всадил ангельский клинок. От раны не осталось и следа, и Холли знала, что это дело рук Джека. — Ночью в доме появился странный человек плаще, он сказал, что мои родители крепко спят, и я не должна кричать, а потом вынул странный блестящий меч и направился на меня. А я…       — Превратила его в фигурку? — спросил Сэм и охнул, когда Холли кивнула ему.       — Но это же… — промямлил Дин, наконец, отрыв в памяти одно из многих сумасшедших дел, которые он расследовал с братом.       — Да, — подтвердила его догадку Холли, — моя фамилия — Тёрнер.       Оба Винчестера ошарашенно переглянулись между собой, а Джек нетерпеливо спросил:       — Вы знали об этом?       — Они были теми агентами, Джек, — сказала Холли, указывая руками на братьев. — А человек, что пытался убить меня, это был Кастиэль.       Джек удивленно посмотрел сначала на Сэма, потом на Дина:       — Но почему?       Сэм повернулся к Джеку, подбирая слова, чтобы ответить, но они застряли у него в горле. Он едва мог поверить, что девушка, сидящая перед ним, восемь лет назад была маленьким мальчиком по имени Джесси Тёрнер.       — Кас нам сказал, — начал Винчестер, бегая взглядом от Холли к Дину и обратно, — что все беды, которые происходили в городе, случились по вине ребенка. Вот только сам он не знал о своей силе. Мы пытались отговорить Кастиэля, но он твердо решил убить Джесси.       — Джесси? — переспросил Джек и вопросительно приподнял брови.       — Так меня звали раньше, — пояснила Холли, глубоко вздохнув, — в те времена, когда все было просто и ясно.       — В ту ночь в дом забралась мать Джесси, — вспомнил Дин, и перед его глазами замелькали картины прошлого. — Она хотела переманить его на сторону черноглазых, она сама была одержима демоном.       — Как и тогда, когда рожала меня, — подхватила Холли и услышала, как Джек сдавленно ахнул. — Я же говорила тебе, что во мне есть демоническая кровь. Люди называют такое существо антихристом.       — Я читал об этом! — поразился Джек, но образ чудовища, описанного в священных книгах, никак не вязался у него с Холли, такой родной и хорошо ему знакомой.       Тёрнер посмотрела на Джека, ожидая, что он сейчас закричит, взбесится, ведь он мечтал стать хорошим, а в учителя в итоге выбрал того, кто по существу чуть ли не такое же зло, как и Сатана. Однако парень только протянул свою руку и крепко сжал ладонь Холли. Он не сказал ни слова, но его взгляда было достаточно, чтобы у Тёрнер затеплилась надежда на то, что он поймет ее.       — Я сбежала тогда, — сказала она, обращаясь к Джеку. Ей было наплевать на то, что Сэм и Дин уже наверняка увидели, насколько она близка с нефилимом. — От Винчестеров и от демонов подальше, в страну, где всегда хотела побывать. Страну, которую я считала всегда раем на земле.       — В Австралию, — догадался Джек и просиял, когда Холли утвердительно кивнула ему.       — Но я тогда совсем не знала своих сил, — вспоминала Тёрнер, опустив взгляд и передернув плечами, — не понимала, как их контролировать, и действовала слишком открыто. В конце концов, демоны смогли выследить меня, я не особо осторожничала, и меня поймали. Люцифер захотел меня в свою армию главным оружием против ангелов.       Холли поймала на себе жалостливый взгляд Сэма, будто он понимал каждое ее слово и переживал нечто подобное. Дин же напряженно слушал, сжавшись, как пантера перед прыжком, описание долгих пыток над Холли явно пришлось ему не по душе.       — Но меня спас один человек, — продолжила она и с улыбкой взглянула на Джека, — он отнес меня в свое логово. Тогда это был шалаш у скалы и маленькая пещера за ним.       — Феликс? — предположил Джек.       — Кто он? — тут же спросил Сэм.       — Я не знаю, — честно ответила Холли, посмотрев на него, — и никто не знает. Мы с Джеком были у него недавно, он помог нам завершить обучение.       Тут Сэм вспомнил долгий рассказ Джека и странного старика, которому было явно за триста лет. Винчестер кивнул, а Холли рассказывала дальше:       — Он попробовал выходить меня, но демоны непоправимо искалечили мое тело, перестарались. Я почти умерла. Тогда дядя Феликс сказал, что я должна спасти себя и найти себе новое тело, потому что в этом у меня нет шансов.       — А почему он не научил тебя лечению? — спросил Джек.       — Слишком много времени, — Холли отрицательно покачала головой из стороны в сторону, ее руки дрогнули, выдавая переживания, — к тому же я была не в том состоянии, чтобы слушать об особенностях человеческой анатомии и запускать регенерацию по венам. Техника переселения, конечно, тоже сложная, но объяснить ее было проще, да и мои инстинкты сработали, как надо. Итак, Джесси умер.       На минуту в бункере воцарилась тишина, Дин и Сэм вели между собой немой диалог, переглядываясь, а Джек все еще сжимал руку Холли, выказывая свою поддержку. Наконец, она продолжила:       — Через три дня к дяде пришла маленькая девочка одиннадцати лет и спросила, где ее бывшее тело. Феликс сказал, что уже сжег его.       — Как ты получила новое… кхм тело? — спросил Дин, этот вопрос сильно тревожил его.       — Мне долгое время было все равно, — честно созналась Холли, обернувшись к нему. — Сам понимаешь, когда жизнь висит на волоске, задумываться об этике не очень к месту.       Дин кивнул.       — Но скоро я узнала, что это было тело девочки, больной какой-то страшной лихорадкой. Ее сердце уже остановилось, врачи диагностировали смерть, как вдруг через двадцать минут она очнулась, а через два дня излечилась полностью. Они хотели исследовать этот феномен, думали, у меня в организме антитела, которые побороли болезнь. Но я сбежала, так и не рассказав им, что всему виной демонская кровь и сверхъестественные силы.       — Разумно, — признал Винчестер старший.       — Еще бы. Феликс учил меня управлять силой, — рассказывала Холли, — он же дал мне новое имя. Но через некоторое время, не знаю, как именно, меня нашли демоны. Они служили некоему Кроули.       При упоминании знакомого имени Сэм и Дин воспрянули.       — Я сбежала и от него, к тому моменту я уже представляла, на что способна. Потом долго скиталась, не хотела возвращаться к дяде, чтобы не подвергать его опасности. Дольше всего задержалась в Шотландии, где познакомилась с ведьмой по имени Ровена.       — Серьезно? — опешил Дин.       — Не удивлена, что вы ее знаете, — ухмыльнулась Тёрнер, — дама она эксцентричная. Но как только она услышала, что возродилась какая-то Ева, то исчезла невесть куда. Больше я ее не видела. Затем меня пытались найти левиафаны, уверена, вы в курсе, что это за птицы.       Винчестеры кивнули и вкратце рассказали Джеку о том, что случилось в тот год.       — С ними было непросто расправиться, и они сильно меня обидели, — признала Холли, — но я предпочла прятки борьбе, я думала, они сильнее банально числом. Потом на некоторое время наступило затишье, и я смогла нормально жить, нашла работу, друга. Но однажды в мой бар заявились знакомые лица, и я поняла, что тихая рутина подошла к концу.       — Так, как ты себя ощущаешь? — заинтересованно спросил Дин, глядя на Тёрнер, — я имею в виду превращение из мальчика в девочку.       — Я почти не помню ту себя, — сказала Холли, — словно перемещение в другое тело стоило мне доброй части личности. К тому же яркие события последующих лет перечеркнули мое прошлое. Но ваши физиономии, конечно, это нечто незабываемое. Итак, господа Винчестеры, Джек. Вот моя история.       Тёрнер поочередно посмотрела на Сэма, потом на Дина, она видела, как ее рассказ впечатлил их и заставил глубоко задуматься. Признаться честно, Холли сама оказалась под впечатлением, вновь вспомнив свое перевоплощение и бесконечные побеги от демонов и колдунов, пытавшихся завладеть ею. Что и говорить, долгая жизнь, прожитая в постоянном страхе, не сделала из нее воина. Как и тогда, так и сейчас Холли не хотела вступать в битвы.       «Но я ведь уже не раз делала это, — напомнила она сама себе и посмотрела на свою ладонь. Ее все еще сочувственно сжимал Джек. — Я растерзала адских псов и даже ангелов, к которым зареклась не прикасаться, раз уж убивать их мне проще всего. Я готовилась передушить голыми руками всех демонов, наколдованных дядей Феликсом. И буквально вчера я самолично бросилась на Асмодея».       Осознав, что любое неверное движение могло стоить ей жизни, Холли вздрогнула. До этого момента, она даже не задумывалась, на что способна ради Джека и почему способна. Тёрнер поймала на себе сосредоточенный взгляд Дина, и он не предвещал ничего хорошего. Как и предполагала Холли, старший Винчестер видел в ней то же, что и остальные — несокрушимого монстра, которого можно использовать в злых целях. Отвратное и жестокое демонское отродье.       — У вас есть гостевая комната? — спросила Тёрнер, стараясь, чтобы голос не дрогнул, — надеюсь, мне не надо будет снова сидеть в вашей каморке?       — Я покажу тебе, — тут же очнулся Джек и осторожно посмотрел на Сэма, — можно?       Винчестер рассеяно кивнул, и Холли тут же подскочила с места. Она буквально потащила Джека за собой, даже не представляя, правильно ли они идут.       — Налево, — только и успел сказать парень и неловко задел плечом дверной косяк.       Холли прошла еще немного и остановилась в тусклом коридоре с несколькими деревянными дверьми, озираясь, как загнанный зверь.       — Мне надо бежать, — прошипела она, как только убедилась, что за ними никто не следит.       — Что? — опешил Джек, вырвав свою руку из мертвой хватки Холли, — зачем? Ты под моей защитой, рядом Сэм и Дин, наконец-то…       — Как ты думаешь, что они сейчас обсуждают? — с явным намеком спросила Тёрнер и пристально взглянула в синие глаза.       Джек только заморгал и виновато приподнял плечи.

***

      — Нет, Дин! — Сэм не мог сдержать дрожь своих рук, когда брат закончил рассуждения.       — Почему нет? — в свою очередь всполошился Дин, встряхнув головой. — Ты сам прекрасно помнишь, на что был способен малыш Джесси, а теперь он вырос во взрослую деваху и, точно тебе говорю, может еще больше!       Сэм сжал руки так сильно, что костяшки его пальцев побелели. Он и представить не мог, что его брат может придумать подобное.       — Я уверен, — продолжал давить Дин, — вместе с Джеком и Холли мы вытащим маму оттуда и разберемся с Асмодеем в два счета! Малец и один может перекроить вселенную, как ему вздумается, а если под боком будет помощь, то нам и опасаться нечего.       — Холли не хочет ввязываться в наши дела, — настойчиво сказал Сэм, — ты сам только что слушал ее историю. Неужели не понимаешь, насколько ей осточертела вся эта сумасбродная сверхъестественная жизнь?       — А, что, разок помочь у нее гордости не хватит? — возмущенным тоном парировал Дин, разведя руки в стороны. Он искренне не понимал, почему нельзя разыграть этого джокера, пока есть шанс.       — А после? — спросил Сэм, как-то подозрительно покосившись на Дина. — Что ты будешь делать с ней после этого?       Дин слегка замялся. Он, конечно, понимал, что за Холли начнется бесконечная охота, как только она выйдет из тени, и рано или поздно какому-нибудь новому Асмодею повезёт поймать ее.       «Тогда проблем не оберешься», — признал Дин и вызывающе посмотрел на брата.       Сэму не нужен был ответ. Он и так прекрасно видел, как внимательно Дин слушал рассказ Холли, как злобно горели его глаза, когда Джек рассказал об ее расправе над ангелами, для него Тёрнер была монстром. И если Дин верил в Джека, то Холли была для него чужой и потенциально опасной.       — Мы не будем втягивать ее, — настойчиво повторил Сэм.       — Я не согласен.       — И что же мы будем делать?       Воздух между ними будто накалился до предела, Сэм не собирался уступать, но и Дин был упрям. В конце концов, Винчестер старший медленно произнес:       — Мы решим это все вместе: ты, я и Кас. Дождемся, когда он появится.       Сэм стукнул кулаком по столу и вскочил, чуть не опрокинув стул.

***

      Джек стоял, как вкопанный, услышав предположение Холли, он не верил, просто не мог поверить ее словам. Сэм и Дин ни за что с ней так не поступят, но сам против воли вспоминал, как Дин по началу относился к нему, как обещал убить, если Джек оступится.       «Они будут постоянно на стороже, — понял парень, взглянув в полные тревоги ореховые глаза, — все время будут следить за ней. Настоящей свободы Холли уже все равно никогда не получит, это в лучшем случае, а в худшем…»       Он вдруг вспомнил, как здорово они провели день на пляже, как брызги летели в лицо, как приятно было ласкать гладкую кожу Холли во время поцелуя, как замерло его сердце, когда она призналась ему.       — Не бойся, — сказал Джек и неистовый огонь решимости загорелся в его глазах, — я защищу тебя от любой беды.       — Даже если это будут Винчестеры? — со слезами спросила Холли, задыхаясь от безысходности.       Джек вместо ответа обнял ее и крепко прижал к себе, зарылся в каштановые кудри и с наслаждением вдохнул знакомый запах:       — Ото всех, — тихо сказал он.       Несколько секунд они простояли молча. Холли неловко обхватила его руками, уткнувшись в плечо, и Джек не сразу разобрал ее слова:       — Даже от меня самой?       Ему вдруг вспомнилось предсказание дяди Феликса, которое он передал Джеку телепатически во время последнего разговора. Оно было столь ужасно, что Джек вздрогнул от одних только слов, но сдержал себя, ради Холли.       — Ото всех, — глухо повторил он, прижимая ее еще крепче.       Джек одной рукой приобнял Холли, а второй открыл дверь в свою комнату. Люцифер приветственно чирикнул, завидев гостей, и повернулся к ним от кормушки с едой. Тёрнер же села на край застеленной кровати и жестом попросила Джека не включать свет, чтобы он не видел ее красных глаз.       Парень послушно отошел от выключателя, закрыл дверь и сел рядом, сняв куртку. Он молча обнял Холли, пытаясь оградить от страха, который поселился в ее душе. Холли подняла голову и посмотрела на него, а Джек почувствовал, как от этого взгляда у него мурашки побежали по спине. Тёрнер медленно приблизилась и нежно поцеловала Джека в шею. Его дыхание на секунду прервалось, и какое-то тягучее ощущение появилось по всему телу, словно оно требовало продолжения, хотело чего-то большего, желало её.       Джек повернулся к Холли и, обняв её талию, аккуратно опустился на постель. Он целовал Холли нежно, поглаживая мягкую щеку, зарываясь рукой в шелковистые волосы. Тёрнер вдруг резко притянула его к себе, прижалась всем телом, а с ее губ сорвался тихий стон. Джеку показалось, что его голова кружится, он впал в какое-то забытье, но сквозь пелену непонятного ему чувства в голове у него пульсировала одна мысль, желание, которое невозможно было преодолеть. Он нестерпимо захотел снова ощущать все ее тело, каждую клеточку кожи.       Джек потянул руками темно-фиолетовую футболку, и Холли охотно, как по велению, сняла ее, настойчиво прижимаясь к Джеку. Парень на мгновение оторвался, снял свою белую майку и тут же опять прильнул к Холли, ему нравилась близость ее тела, нравилось гладить ее кожу, прикасаться к голым плечам, ключицам, не прекращая целовать ее.       Вдруг Тёрнер уперлась руками в плечи Джека и одним движением развернулась, оказавшись на нем. Холли расстегнула лифчик, отбросила его в сторону и впилась в горячую шею Джека. Она услышала сдавленный стон парня и почувствовала легкое движение ниже пояса. Руки Холли скользнули по голому торсу вниз и быстро расстегнули ремень на штанах Джека. На секунду Холли остановилась и посмотрела в глаза парня, словно проверяя, хочет ли он того же, что и она. Джек же нежно коснулся ее шеи и опустил руку чуть ниже, заставив Холли вздрогнуть и шумно выдохнуть.       — Я люблю тебя, — прошептал он, поддаваясь безумному желанию.       — И я люблю тебя, Джек.       Какаду Люцифер зашумел крыльями, едва перекрывая сладостные стоны, перелетел на стул, стоявший в углу, и нахохлился, явно чувствуя себя третьим лишним.

***

      Сэм опрометью бросился на кухню, борясь с желанием зарядить Дину хорошенькую оплеуху, его переполняли разные чувства. Обнаружив, что еды на четверых не хватит, Винчестер так же стремительно вылетел в гараж, даже не предупредив Дина о том, куда он едет. Поездка с открытым окном и бытовая рутинная закупка в магазине несколько помогли Сэму расслабится, и на обратном пути он уже ругал себя за то, что так легко сдал позиции. Но все же обсуждение с Кастиэлем не казалось Сэму плохой идеей.       «Я уверен, что он встанет на мою сторону», — убеждал себя Винчестер, выгружая два белых пакета с продуктами, хотя тут же невольно вспомнил, как ангел пытался убить маленькую Холли, то есть Джесси, то есть…       Сэм тяжело вздохнул и поплелся на кухню. Он не знал, что обычно готовили Холли и Джек, пока были вдвоем, но надеялся, что паста болоньезе придется по душе всем. Когда все было готово, Сэм заставил Дина накрыть на стол, а сам отправился к комнате Джека. Не особо задумываясь над тем, надо ли стучать, Сэм вошел, но так и замер с открытым ртом. Взгляд его задержался сначала на растрепанной Холли, только что натянувшей футболку, потом переполз на Джека. Он застегивал ширинку на джинсах.       Так сильно Сэм Винчестер не краснел никогда.       — Э-э-э, — пригласил он к обеду ребят и глупо улыбнулся. Наконец, дар речи вернулся к нему, — идемте на кухню, обед уже готов.       Холли холодно кивнула ему, и на мгновение Сэму показалось, что в ее глазах мелькнул странный огонек. Тёрнер потянула руку назад и врезалась ей в грудь Джека, который от неожиданности вздрогнул:       — Извини, — холодно сказала она, и Сэм ошарашенно приоткрыл рот, — другие планы.       В одно мгновение Холли и Джек исчезли из комнаты. Сэм еще немного постоял на пороге, держась за дверную ручку. Перед его глазами стоял шокированный и испуганный Джек и невозмутимая Тёрнер. Люцифер внезапно с криками сорвался со стула и начал без устали летать по комнате, выкрикивая что-то непонятное.       Сэм, наконец-то, пришел в себя:       — ДИН!

***

      Темный холодный мрак окутывал помещение, сначала Джек ничего не мог разобрать. Перемещение оказалось столь внезапным, что он ничего не успел предпринять, не успел ничего сказать. Первое, что он почувствовал — это пронизывающий до костей сквозняк, потом глаза медленно открылись, и Джек в ужасе застыл, осознав, что находится за решеткой.       Прямо на него, сквозь широкие прутья смотрел демон с желтыми глазами и шрамами на хитром лице. Он медленно скрестил руки на идеально отглаженном, ядовито-белом пиджаке.       — Ну, здравствуй, Джек.       Парень не смог ответить, слова застряли в его глотке, когда чуть позади него он увидел знакомые каштановые кудри.       — Холли!       Он рванулся, но клетка больно обожгла его. Джек попробовал использовать свою силу, но ничего не вышло, хотя он пытался изо всех сил, страх волной накатил на него, и тут Асмодей протянул:       — Клетка выдержит любой твой натиск.       «Это невозможно! Я же нефилим! Как заколдованная клетка может сдержать меня?»       — Мне говорили, что у тебя нет слабых мест, Джек, но все же одно я нашел.       «Надо вырваться отсюда, срочно! И забрать Холли с тобой!»       — Твое слабое место, — медленно повторил Асмодей и оскалился, — твоя человеческая натура. Ты пообещал мисс Тёрнер, что никто не тронет ее, ты полюбил ее, а она впустила тебя в себя. И теперь у нее иммунитет на твои силы, а клетка, зачарованная ею, тебя не выпустит.       Джек не сразу понял смысл слов демона, он все еще пытался высвободиться, но вдруг до него дошло. Парень обессиленно опустился на колени и взглянул на Холли. Тёрнер стояла, словно статуя, почти не дыша, и смотрела на него отстранено, как кукла. В ее глазах не было и следа былых чувств, губы плотно сжаты, а сама она натянута, будто струна.       — Нет, — прошептал Джек, хватаясь за голову, — это какое-то наваждение!       — Придется привыкнуть к здешнему климату, — посоветовал Асмодей, отворачиваясь, — ты у меня надолго. Идем, Холли.       Джек провожал ее взором, полным горя и отчаяния, но Тёрнер даже не повернулась к нему. Тогда Джек разозлился и изо всех сил ударил по клетке. В этот же миг Холли согнулась и схватилась руками за живот, захлебнувшись криком.       — Ах, да, — театрально вздохнул Асмодей и добавил, стоя спиной к Джеку, — как только ты сломаешь клетку, твоя драгоценная мисс Тёрнер умрет. Решать тебе, друг мой. Сможешь убить ее ради своей свободы?       Леденящий душу смех заполнил все коридоры адской тюрьмы.