Мой ласковый и нежный Тилль

Почему я соврал Рите о том, что все закончено? Зачем дал ей надежду на еще один день со мной? И почему вдруг начал думать за девушку, почему не мог ее отпустить? Может, я виновен, что вот так вот ворвался в ее жизнь или изуродовал? Мне больно смотреть на ее грустное лицо, когда руки Риты прикасаются к шее, чтобы вновь очертить контуры шрама. Знаю, что это я виновен - я ее чуть не убил. И мне противна мысль, что после этого я могу просто так взять и уйти, сказав, что проклятье все еще на мне, что я тот самый униженный и никому не нужный пес. Но внутри я разгораюсь, когда понимаю что и рядом быть с ней не могу, иначе она снова почувствует на своей коже, что значит быть рядом со мной. И во время просмотра вечернего фильма я обнял ее, чтобы успокоить и доказать мою привязанность к ней. Я же забыл про все на свете и все эти глупые "мы не можем быть вместе", поверив, что навсегда смогу запечатлеть в своей памяти наш с ней образ и мне никто больше не нужен, когда я остаюсь с ней один на один. Только тишина может давить на меня, заставляя думать о любви. Ну вот. Сколько не говори, а я прихожу к этому самому слову – любовь. Ну что мне делать, если я понял, что не могу без Риты. Кричать от восхищения или целовать ее красные щеки, приговаривая о самом сладком чувстве? Но это же неприятно для нее. Я все время пытаюсь взглянуть ей в глаза и понять, что чувствует эта девушка, а натыкаюсь на отчаяние и испуг. Я хочу, чтобы она привыкла ко мне... Вместо просмотра фильма я разглядываю ее пустой взгляд, направленный на экран телевизора. Ей не важен сюжет чертовой комедии, я боюсь за нее: она ни разу не засмеялась, это не она, не моя. Мне нужно было отвлечь Риту от плохих мыслей и дать ей удостовериться в том, что она мне нравится и такой. И думая об этом, я не заметил, как она посмотрела на меня. - Пора спать. Вижу, ты не смотришь фильм, - еле слышно произнесла она, я не сразу разобрал ее слов, но спохватился, когда понял, что могу сейчас потерять ее и отправиться готовиться ко сну. - Нет. Но если ты хочешь пойти отдохнуть, я не держу. Я уставился на экран, совершенно забыв начало фильма, да мне и не до него было. Я смотрел на Риту. Но осознание того, что она чувствовала на себе мой взгляд, заставило меня сделать вид, что я очень заинтересован сюжетом комедии. - Фильм неинтересный, я ничего не понимаю. - Девушка прижалась ко мне, уткнувшись своим виском мне в плечо. Я замер на месте, боясь потревожить Риту, но тело затекло, и мне нужно было переменить позу на этом жестком диване, странно, но когда я был псом, мне он показался просто мягче любого облака. Всего лишь неосторожное движение и Рита отскочила подальше от меня, будто наказывая себя за мысль о прикосновении ко мне. Я больше не смог выдержать этой обстановки и, сославшись на головную боль, отправился в ванную, где простоял не больше десяти минут, разглядывая свое отражение в зеркале. Меня вновь окутала легкая дрожь, и тело начало морозить. Почему же мне стало так холодно? Включив теплую воду я решил было умыться, но, подставив ладони под струю, понял, что она ужасно холодна. Включив кран с горячей водой, я рискнул проверить ее, и результат остался тем же – ледяная вода. - Что ты делаешь? – с ужасом выкрикнула Рита, заходя в ванную комнату. Она увидела, как я пытаюсь проверить температуру воды и, испугавшись, подошла вплотную, взяв меня за руку, нервно разглядывая кран. Я не понял, что же она такая нервная, я всего лишь хотел умыться, но когда мой взгляд наткнулся на пар исходящий из крана, где билась горячая вода, мой рассудок помутился, а ладонь начала покалывать, постепенно превращаясь в боль. Я обжегся горячей водой, но хорошо знаю, что она была холодна. - Я был уверен, что вода ледяная, - сказал я, глядя на Риту, которая рассматривала мою руку. – Не беспокойся, все в порядке. - В порядке? Ты обжегся! - Не впервой. Она была так близко, снова беззащитна и мила. Рита держала меня за руку, и я ощущал нежную кожу, только сейчас я заметил, как приятен ее еле уловимый аромат духов, он расслаблял меня, и я успокаивался, надеясь на продолжение разумного мышления. А как это бывает, когда влюблен? И одного предложения построить не можешь. Ее волосы вконец растрепались после долгого сидения на диване; их цвет очень странный, сейчас в свете лампочки я уверен, что она рыжая, но, чуть отдалившись от нее, скажу, что русая. И как же мне непривычно смотреть на нее не сверху вниз, а почти что наравне. У девушки был высокий рост, такие модели равнялись со мной только на огромных шпильках. Но все же я чуть наклонился, чтобы поцеловать ее в висок. Не знаю, почему вдруг решился... Рита манила меня и увлекала, я почти не замечал боли в руке. Я думал, что она сейчас разозлится и убежит, а я так и останусь стоять, убиваясь по своему глупому поведению, но Рита напротив не устроила скандала или не залепила мне пощечину. Она ласково улыбнулась и, прижавшись щекой к моей груди, обняла меня. В тот момент я впервые услышал ее сердце. Спокойный и умеренный ритм, бьющийся в такт моему сердцу. Боже, я хотел, чтобы это продолжалось вечно. Мое тело моментально согрелось, и дрожь покинула меня. Я ощущал ее шумное дыхание и старался дышать также как и она. В этот момент мы стали единым целым, и никто не смел бы разлучить нас. Она существует только для меня, а моя жизнь посвящена только ей. - Тилль, ожог... разве тебе не больно? – прошептала Рита. Ее пальцы легонько поглаживали мою спину, заставляя тело покрываться многочисленными мурашками, а сердце, само того не осознавая, начало биться еще быстрей, готовясь выпрыгнуть из груди. И я уже не соображал – сознание поплыло как у юного парнишки, который первый раз поцеловал свою любимую. Давно такого со мной не происходило. Еще с тех самых школьных лет, когда мои друзья в открытую флиртовали с одноклассницами, а я тайно вздыхал по моему идеалу. И я не ожидал, что вообще смогу еще раз испытать нечто подобное. Я долго б стоял, разбираясь в своих чувствах, если бы не Рита, которая, резко отпрянув от меня, взяла мое запястье и, сжимая крепче, чтобы я не сопротивлялся, включила прохладную воду, опустив мою ладонь под капли воды. Как же мне в тот момент полегчало. Думая о Рите, я и не замечал адской боли в руке, а когда пожар внутри нее погас под холодом, я с благодарностью посмотрел на девушку, которая разглядывала свое отражение в зеркале. Она заметила мой взор и, опустив взгляд вниз, произнесла: - Аптечка за зеркалом в шкафчике. Девушка так же тихо вышла из ванны, как и прокралась. Я вновь усмехнулся отражению в зеркале, гнобя за нежные чувства к Рите. Моя душа на части разрывается, когда я представляю ее рядом и в тоже время далеко-далеко... где-нибудь в России с ее знакомым Вимом. Когда боль отступила, и можно было не держать руку в холоде, я перевязал ладонь и отправился в гостиную, где должен был провести ночь. У меня перехватило дыхание, когда я наткнулся взглядом на сидящую в кресле Риту. - С тобой правда все в порядке? – поинтересовалась она. Я ничего не смог ей ответить и лишь кивнул головой, снова обманывая ее. - Тогда почему не хочешь вернуться к родным? Я хочу быть рядом с тобой, я знаю, что тебе нужна помощь, я хочу, чтобы ты чувствовала поддержку от меня. - Пока все не уляжется, я не появлюсь перед ними, - усаживаясь на диван, сказал я. – Ты не хочешь меня видеть? - Нет, что ты. Я не гоню тебя, - заволновалась Рита. – Пойду я. Она хотела вновь уйти от меня, но я захотел посмотреть ей в глаза, перед тем как засну. И этим создал немного нелепую ситуацию. Когда Рита проходила между журнальным столиком и диваном, где я расположился, мне вдруг приспичило убрать ноги и дать ей спокойно пройти, но я не вовремя это сделал, и Рита просто-напросто запнулась об меня. Я попытался ухватить ее тело, но замечтался, когда прикоснулся к ее талии, и девушка упала на меня, чуть не вжав в спинку дивана. Но все же я сделал то, что хотел – взглянул ей в глаза... и ощутил сильный удар пощечины, ощущая, как щека и ошпаренная ладонь начали гореть. - За что? Я хотел дать тебе пройти. - За это! – Я вдруг с ужасом заметил, что мои руки с ее талии спустились чуть ниже. - Черт, прости! - я убрал руки от ее ягодиц, стараясь больше не глядеть в сторону девушки. Насмотрелся уже. - Спокойной ночи, - пробурчала она, скрываясь от меня в спальне. Ну вот, теперь она подумает, что я маньяк и хотел сегодня овладеть ей. Как мне стало стыдно за такие пошлые мысли, щеки снова начали пылать, и я, не понимая, как не сгорел в этой ситуации, начал готовиться ко сну. Уже засыпая, я понял, что дрожу от холода, хотя в помещении было довольно тепло. И промучившись так несколько часов, я решил сходить на кухню и выпить воды. Почему-то только сейчас ко мне пришла в голову мысль, что София могла снова солгать мне. С чего ей вдруг так просто сдаваться? И этот поцелуй. Она просто настаивала на нем. И не себя поцеловать, а Риту. Да она же ненавидит весь женский пол и сходит с ума от гнева, когда видит девушку на постере журнала с более красивой кожей, чем у нее. И я помню, когда ее фото заменили фотографией другой модели в мужском журнале. Как она была зла на ту девчонку, она ходила по комнате, что-то нервно шепча, проклиная. Черт! На ту юную девушку вскоре напал какой-то урод и облил ее лицо кислотой, из этого следовало, что именно Софии было предложено продолжить сотрудничество с тем журналом. От такой неожиданной мысли я выронил стакан с водой, и он с громким звоном разбился о пол, разлетаясь на мелкие кусочки. Молясь, чтобы Рита не услышала я начал убирать осколки, раздумывая о своей бывшей лисице. Хитрая мразь, однако. Я не пойму, зачем ей понадобился поцелуй? Когда я целовал свою первую возлюбленную, то ощущал прилив силы и ту самую любовь – чувства... А София однажды обмолвилась, что чувство печали ребят из группы помогли ей усилить заклинание. Значит, и поцелуй должен усилить заклятье, но какое? Чего хочет Софья? Чего добивается? Сегодня утром я поеду к ней и разберусь! После такого заявления мне стало немного легче, и спустя некоторое время я смог крепко заснуть. - Тилль... Тилль. ТИЛЛЬ! ТИИИЛЛЬ, мать твою, подъем! – крик Риты оглушил меня, и я, не открывая глаз, накрыл голову подушкой, продолжая спать. – Если ты не проснешься сейчас, то мне придется вылить твой завтрак тебе в постель! - Не злись, Рита. Ты в этот момент еще смешней становишься, - сонно пробурчал я и поплатился за свои слова. Горячая жидкость вылилась на одеяло, которым я укрывался и, забыв о сне, я подскочил с дивана. - Ты с головой дружишь? – говорил я, пятясь к креслу, где лежала моя одежда. Девушка довольно хмыкнула, держа в руках уже пустую кружку. Мой взгляд упал на ее лицо, которое святилось от счастья, в общем-то, мне и нужно было это – увидеть в ее глазах любовь к жизни. Я и сам проникся хорошим настроением, когда увидел Риту в таком необычном виде. Хотя, конечно, я не долго знаю ее, и, может быть, она всегда придерживалась такого стиля. Но мне он определено понравился. Люблю я, когда девушки выглядят женственно. Рита стояла в летнем платье персикового цвета с убранными в шишку волосами, а на шее был повязан шелковый платочек, как у француженок, но он не был дополнением к образу – он скрывал шрам. Я пялился на нее слишком долго, и чтобы спрятать свой интерес к ней я выпалил первое, что пришло мне в голову: - Это был мой завтрак? - Нет. Мой. Твой в холодильнике. Сам сделаешь. Мне нужно идти, - улыбнулась девушка. - Куда? – я уже знал ответ на вопрос, прежде чем сказал его. От Риты исходит приятная энергия только когда речь заходит о парнишке по имени Вим. А со мной она получает лишь негатив, который совсем ей ни к чему. - Тебе не нужно знать, куда я иду. Ты мне не отец. - Я просто поинтересовался, - произнес я, думая, что Рита что-нибудь ответит мне все так же улыбаясь, но она поняла мои слова как фразу "Да иди ты уже, я не намерен с тобой возиться". Она ушла, хлопнув дверью, оставив меня в полном одиночестве. И настроение быстро испарилось. Теперь я начал искать свои изъяны, чтобы понять, почему Рите я не интересен. Но на это есть множество причин. Остановившись на пятом, я перестал считать... Действительно, я для нее лишь свихнувшийся мужчина, который побывал в теле пса и пришедший в ее жизнь, чтобы разрушить в пух и прах ее счастье. Но я не хочу оставаться в стороне, пора понять, что я влюбился. И мне нужно рассказать ей об этом. Я не смогу держать любовь на замке. Мое сердце может не вынести такой тяжести... А начать нужно с Софии. Ближе к полудню я оказался у ее подъезда. Уже тогда я сомневался, что смогу узнать настоящую правду и хотел развернуться и уйти, когда в кармане раздался телефонный звонок. Не знаю, кто дал мой номер Ирине, но эта женщина как-то соединилась со мной. Ее голос не предвещал ничего хорошего, и приветливо поздоровавшись, я начал слушать Иру. Сначала гневные крики по поводу вчерашней сцены со смертью Риты и ее "странному" воскрешению, потом я тысячу раз пожалел, что не позвонил ей и не рассказал все. А смысл? Все равно она как-то узнала. Но самое главное это то, что я стал свободен от проклятия. Вчерашняя дрожь и холод были признаками моего "выздоровления". Но София... Ирина настояла на том, чтобы я навестил ее что я и сделал, пожалев об этом. Дверь домофона мне открыл житель дома, и я не стал звонить Софье, напоминая о своем существовании. Я постучался в ее дверь два раза, прежде чем она открылась. На пороге стояла сестра Софии – Кэт. Увидев меня, она на мгновение растерялась, но, взяв себя в руки, успела замахнуться на меня, чтобы нанести удар. - Линдеманн, я ненавижу тебя, - крикнула она, когда я увернулся от ее кулаков. - Что я опять сделал не так? - Ты ее бросил скотина. А сегодня утром Софии упала в обморок. Она в больнице. Ты, ты виноват! И в этот момент я понял, что "ведьмочка" попалась в свои же сети. Конечно, я предположил, но нужно было встретиться и с Ирой, чтобы рассказать ей, что случилось с Софией. Я хотел развернуться и уйти, но воздержался и сказал несколько слов Кэт: - Я не виновен в гадких поступках твоей сестрички. И я рад, что она получила по заслугам. София заставила мучиться меня и девушку, которая была ни в чем не виновата. Передай своей сестре, что я ее ненавидел за жуткий характер. А теперь, идите вы к черту, а я уверен, что София туда и попадет! Прощай. Я махнул рукой и, не оглядываясь, вышел из дома. Мне вдруг стало намного легче, я будто избавился от ненужной мне жизни, она теперь не цепляла меня своей крепкой хваткой, позволяя вновь влиться в свою привычную жизнь с близкими и Rammstein. Но Рита... Я позвонил Ирине, и она предложила встретиться в тихом парке, где почти никого не бывает, кроме пожилых пар. Я пришел позже Ирины и, увидев ее около пруда, направился к ней, извиняясь за опоздание. - Добрый день, Ира. - О, Тилль. Приятно снова видеть тебя. Как самочувствие? Мы вместе с ней медленным шагом направились к скамейке у старой ивы; я рассказал Ире, что София в больнице из-за плохого самочувствия, и женщина лишь вздохнула, что помочь ей пока нечем. Поцелуй, который должен был принадлежать Рите, мог бы разрушить мою жизнь раз и навсегда, а что бы произошло с самой девушкой даже страшно подумать. Но я спасся только лишь благодаря своей глупости и нежеланием портить жизнь Рите. А Софья из-за проклятья потеряла всю свою силу, я уверен, что все ее плохие действия в отношении людей ей еще откликнутся. Чтобы удостовериться в счастливом разрешении проклятия Ирина взяла меня за руку и, не почувствовав негативной энергии, весело подбодрила меня, мне показалось, что она знает о чувствах к Рите, но я молчал, пытаясь скрыть от нее эту новость. Когда я хотел покинуть ее, Ирина вдруг остановила меня, вручив амулет с фигуркой волка, он должен был защитить меня от прочих сглазов и порч. Я надел его на шею, пообещав не снимать, мало ли. Еще несколько часов я гулял по улицам, размышляя о своих дальнейших действиях. Люди странно на меня косились, а некоторые удивленно раскрывали рты, думаю, вторая группа была ознакомлена со статьей о моем исчезновении, но мне было плевать: я снова я. Могу пойти к себе домой и обрадовать семью, могу зайти в какую-нибудь кафешку и поразить всех своим присутствием, а могу и прийти к Рите домой, объясниться с ней и решить, что делать дальше. А говорил я, что любовь дикий зверь, который часто приносит людям лишь боль и страдания? Ощущал ли я эту боль? Пытался отойти от предательств любимых и попытаться снова полюбить, чтобы ощущать страдания? Да. Но, черт, почему я снова и снова хочу прочувствовать эти этапы? Я могу развернуться и уйти от Риты ничего не сказав, тогда все будет хорошо… в ее жизни, а я переболею одиночеством и немного погодя приду в себя, забыв Риту. Или отдаться цепким лапам любви? Я тоже имею право на счастье, и я получу его. Подойдя к дому Риты, я заметил ту парочку, из-за которой мое сердце больно сжалось в груди. Я стоял на расстоянии, наблюдая, как Рита увлеченно рассматривает какой-то буклет, улыбаясь, когда Вим указывал на него. Их свидание подошло к концу и случилось то, чего я так боялся - они вместе зашли в дом. В сознании уже мелькали ненавистные мне сцены секса Риты и Вима, моим желанием было напиться алкоголя и не проснуться. Может, Рита не позволит ему сделать это, зная, что в любой момент могу прийти я. А единственный способ узнать – наведаться в этот момент. С каждым шагом я терял уверенность в правильности решения, но я не хотел сдаваться и, подойдя вплотную к двери, открыл ее с диким стуком сердца. Тихо войдя в квартиру, я услышал еле слышный шепот Вима и Риты. Я закрыл глаза, боясь сделать лишнее движение, чтобы не спугнуть парочку. В голове снова появлялись пошлые мысли оттого, что не вижу, чем они занимаются. Я больше не смог выдерживать такую обстановку и незаметно вышел из квартиры с одной целью – пойти в бар и жестоко напиться.