Черные уши судьбы

      Чертов ублюдочный Блэк здесь, в Хогвартсе. А ведь Сирин так надеялась, что больше не увидит его самодовольной рожи. За что, вот за что ей все это? Каждый день видеть это красивое и одновременно уродливое лицо… Бывают же лица, настолько красивые, что даже вызывают отвращение… А может быть, мнение Сирин по поводу Блэка было просто предвзято… Синистре же пришлись по душе насмешливые синие глаза и породистый нос с едва заметной горбинкой, а ведь она была далеко не дурой…       Закончив расчёсывать гладкие смоляные волосы, отросшие ниже плеч за время, пока она загорала на больничной койке в Мунго, Сирин погладила стоявшие торчком ушки, легонько коснувшись пальцами верхушек. Уши непроизвольно дернулись, вызвав у женщины легкую улыбку. Сколько горя она пережила из-за своего уродства… Хотя уши, конечно же, были ни при чем. Они не виноваты во всей грязи и мерзости, на которую способны люди. Сирин пыталась выяснить больше о своем наследии, перерыла семейные хроники, в которых описывались условия избавления от кошачьих причиндалов… Все было тщетно: возлежи, и все пройдет. Уж сколько раз Снейп «возлеживала» — внутренний кошак продолжал считать ее девственницей. Попытки прояснить ситуацию закончились тем, что Снейп плюнула на все. Предки, по всей видимости, считали животворящий хуй панацеей, только вот Сирин убедилась в обратном. В ее жизни было много хуев, а вот мужчин не было совсем.

***

Сирин решительно постучала в дом, который когда-то считала своим. Дверь открыла худая женщина лет пятидесяти с проседью в темных волосах, удивительно похожая на нее. Эйлин Снейп. — Здравствуй, мама. Мне нужно просмотреть семейные хроники, — Сирин опустила глаза, не выдержав взгляда матери, проникавшего в самую душу. — Проходи, — помолчав, сказала Эйлин. В доме было все так же, как и двадцать лет назад — пыль, грязь и нищета. Сирин сосредоточилась на своей матери, смотревшей на нее, как на привидение. — Что тебя интересует в этих записях? Достав палочку из рукава мантии, та без слов взмахнула ею, снимая чары иллюзии с ушей и хвоста. Мать в шоке отшатнулась от дочери. — Как? Ты все еще… — Ты действительно думаешь, что у меня за тридцать пять лет жизни ничего ни с кем не было? — прищурилась Сирин. — Значит, аномалия… То, что ты рассказала мне о Тобиасе, было правдой? — мать, побледнев, пошатнулась, и Сирин поспешила поддержать ее. — Он хотел избавить меня от уродства… Не вышло, — с истеричным смешком пробормотала Снейп, — я его убила, — вырвалось у нее непроизвольно. Бывшая Пожирательница замерла, ожидая реакции Эйлин, но та лишь крепко прижала к себе дочь. — Я бы сама его убила. Прости. Сирин впервые за много лет проснулась на мокрой от слез подушке.

***

      Гарри задремал, клюя носом в свистнутый из библиотеки учебник зельеварения за шестой курс, когда в гостиную вошли переговаривающиеся друзья. Подскочив к нему, Джинни ловко выдернула из расслабленных пальцев книжку. — Что это, учебник по зельям за 6 курс?! — удивилась она. Рон и Гермиона мгновенно приблизились, с подозрением косясь то на злополучный учебник, то на едва продравшего глаза Гарри. — Зачем он тебе? — нахмурился вечно не догоняющий Рон. — Я просто решил записаться на дополнительный курс зелий у Снейп, а она обещала взять меня при условии, что я сдам ей программу шестого курса, — неохотно объяснил парень, предчувствуя разбор полетов. Рон не заставил себя долго ждать: — Дополнительные зелья? Со Снейп? Дружище, ты головой последнее время не стукался? — делано заботливо осведомился он, протянув руку, чтобы потрогать лоб друга. Гарри извернулся, уходя от нежелательного прикосновения. — Я вернулся для того, чтобы учиться, наконец, — и находиться поближе к Снейп, — потому что для аврората не достаточно будет моего Слабо по зельям. Ты, кажется, тоже туда собираешься? — А почему ты нам не рассказал? — спросила Гермиона, которой, очевидно, тоже хотелось дополнительно заниматься у Мастера Зелий. — Не успел, — пожал плечами парень. — Гарри, слушай, бросай ты свои книжки. Мы только что встретили Сириуса! — нетерпеливо объявил Рон. — Сириус? Что он тут делает? И почему вы сразу не сказали? — воодушевился Гарри. — Видимо, это и есть тот сюрприз, о котором он толковал нам все лето, — улыбнулась Гермиона, — он новый преподаватель ЗОТИ. — Потрясающе! Давайте навестим его! — поторопил Гарри, вскакивая с места и устремляясь к выходу из гостиной. — Я же говорила, что ему понравится, — Джинни переглянулась с Гермионой.

***

      Когда Сириус открыл дверь в свои покои, на ребят пахнуло резким запахом алкоголя. Гарри, нахмурившись, переступил через порог. Настроение немедленно упало. — А я тут… обмываю свое назначение, — усмехнулся Сириус, кивнув на початую бутылку, в которой, судя по всему, плескалось огневиски. — Ты теперь учитель, Сириус. И ты должен вести себя соответственно, — немедленно включила режим Молли Гермиона. — Он квасит с гибели Римуса, — шепнул Рон на ухо Джинни, — его, наверно, и назначили учителем, чтобы на божий свет вывести… — Я все слышу, вообще-то, — усмехнулся полупьяный мужчина, опустившись в кресло и жестом предлагая ребятам занять диван напротив, — разве справедливо? — задал он вопрос в пустоту. — Что справедливо? — навострил уши Рон. Гарри нахмурился, предчувствуя один из неловких разговоров, которые Сириус часто заводил летом. — Что Снейп, эта грязная убийца и шлюха, жива и гуляет себе на свободе, а Луни лежит в земле? — горько сказал мужчина, вновь прилипнув к стакану. От сказанного Сириусом Гарри сделалось гадко. — Она не виновата в его гибели, Сириус. Не нужно вешать на нее всю ответственность, — тихо заметила Гермиона, заслужив признательный взгляд Гарри. — Ты даже не представляешь себе, в чем она виновата. Я видел послужной список этой гниды, когда ее приволокли в аврорат. Она убила собственного отчима, чтобы заслужить подачку от своего обожаемого хозяина! — Сириус хлопнул себя по колену. Гермиона прижала руку ко рту. — Значит, не таким уж он был хорошим отчимом, — отрезал Гарри, ничуть не убежденный, — вспомни, как обращались со мной Дурсли. Иногда мне тоже хотелось их убить. Только Петунья мне родная тетка, а отчим ей, по сути, никто. — Я не понял, ты ее защищаешь? — встрепенулся поднабравшийся Сириус. — Она заслуживает отдельной камеры в Азкабане, рядом со своей подружкой Бэллой, а не места в Хогвартсе! — Давай не будем о заслуженности, Сириус. Я тоже заслужил срок, раз уж на то пошло. Я убивал, и не раз, — раздраженно перебил Гарри. — Они Пожиратели, Гарри, — проникновенно сказал Сириус, надеясь достучаться до крестника. — Он прав, дружище, — покачал головой Рон. Джинни и Гермиона сидели, как мышки. — А они не люди? — покачал головой парень. — Нет, я не хочу об этом говорить. Не переубеждайте меня. — А почему ты сказал, что Снейп — шлюха? — и кто тянул Рона за его бесцеремонный язык? Щеки Гермионы окрасились красным, а Джинни заинтересованно подалась вперед. — Рональд Уизли! — зашипела Гермиона. — Это неприлично, в конце концов! — А ты бы слышал, как эти волдемортовские подстилки стонали под нашими ребятами, — фыркнул Сириус. — В каком… смысле… стонали? — прошептал Гарри, боясь услышать подтверждение своих мыслей. — Авроры неплохо развлеклись с этими шлюхами, когда их всех замели, — пожал плечами Сириус. — И ты? — бесцветным голосом спросил парень. — У меня были дела и поважнее. Я нигде не мог найти эту крысу, — покачал головой Сириус, очевидно, имея в виду покойного Петтигрю. — Это… отвратительно. Твои авроры — просто… животные, — задыхаясь от гнева и разочарования, Гарри вскочил на ноги. — Гарри, они же Пожирательницы… — Не начинай, Рон. Не смей говорить, что они не женщины, — парень провел ладонью по лицу, между бровей образовалась глубокая складка. Сколько всего пришлось пережить его Сирин прежде, чем она заковала душу в железный футляр, спряталась от жестокости за слоями неизменной черной одежды? А ведь в те времена, о которых говорил Сириус, Снейп была еще совсем молода… Как она не сломалась? Гарри почувствовал острое желание защитить эту вздорную и неприступную, как утес, женщину, спрятать от чужих глаз и навсегда заткнуть рты, позволяющие себе судить ее поступки. — Предлагаю тебе на досуге подумать о том, что, если бы не ее поддержка, я бы еще на первом курсе кормил червей, — холодно сказал Гарри, собираясь уходить. — Проспись, Сириус. Глаза Гермионы подозрительно блестели, когда они вчетвером покидали личные покои Сириуса. — Вот это новости, — протянул Рон, очевидно, прокручивая в голове рассказ Блэка, — парни не поверят… — Ты серьезно сейчас? — брови Гарри сошлись к переносице. — А вам не кажется, что это отличный шанс отомстить этой летучей мыши за все ее унижения? Снейп нас за людей не считает, а сама-то… — пожала плечами красавица Джинни. — И по-моему, она в чем-то права, — прошептал Гарри, молниеносно доставая палочку. Его Обливиэйт прозвучал одновременно с Обливиэйтом Гермионы, и Рон с Джинни замерли, мгновенно остекленев взглядом. — Я их, конечно, люблю, но кое-о-чем им помнить необязательно. Нельзя допустить, чтобы они болтали о… таком, — Гарри переглянулся с подругой, прочтя в ее глазах немое согласие. На душе стало чуть менее гадко.