Pretty things

      Полихекс был городом неоднозначным, лукавым, двойственным. Творческая столица Кибертрона, колыбель музыки и театра, развлечений и азарта. Среди смеющейся толпы легко было нарваться на лазерный нож, а из смертельной ситуации выйти, обзаведясь новыми друзьями. Двуликий Полихекс завлекал своей яркостью, пленял изысканной и экзотичной культурой, не схожей ни с одной другой, и оболванивал всех, кому не хватало ума и выдержки не потерять голову в круговороте города, никогда не уходившего оффлайн. Полихекс не был подвластен движению функционалистов, радевших за сохранение первоначальных параметров альтмодов, не лебезил, берег свой суверенитет и пристально следил за происходящими вокруг себя событиями. Последнее достигалось самой масштабной и самой продвинутой системой шпионажа, существующей на Кибертроне. Полихексцы были вхожи в любой город, им была доступна любая информация, и потому осведомленность Полихекса о внутренних делах других городов была вполне закономерной. Однако, разумеется, даже с возможностями жителей города бродить по планете, куда им вздумается, и заниматься тем, чем им вздумается, достичь такого успеха в сфере шпионажа Полихексу бы не удалось, не будь у него достойного главы.       Мэтр Полихекса был обязан не только держать пестроцветие талантов и пороков в узде, но и обеспечивать их лояльность непосредственно городу. Его задачей было, чтобы город процветал и был защищен от любых напастей. А ничто другое не может защитить лучше, чем заранее выясненная новость о надвигающейся напасти и нанесение упреждающего удара внутренними силами Полихекса по возникшей угрозе.       Конечно, наличие шпионов само собой не могло гарантировать их полной лояльности. Время от времени раскрывались шпионы, работавшие на обе стороны, «спящие» агенты, которым полагалось вывести из строя Мэтра или его приближенных ботов, и предатели, продавшиеся Сенату за обещание лучшего актива.       Клавир висел в стазисных оковах, с кончика его рассеченного фейсплейта медленно капал энергон. Манипуляторы ему вывернули до отказа, чтобы предотвратить возможность взлома оков, а внушительная вмятина в боку свидетельствовала о разбитом ти-коге. В воздухе сильно пахло жженой проводкой с не столь четкой, но уловимой ноткой стравленного масла, энергон мутной лужицей поблескивал на полу аккурат под подвешенным предателем, а Квикшэдоу за этот орн устала больше, чем за последний декацикл.       Фем не хотелось даже думать о том, что Клавир, с которым она служила столько ворн, который не единожды прикрывал спину ей и которого не единожды выручала она сама, который был ее товарищем и тем, кого она могла раньше назвать своим другом, был так же и тем самым ботом, устроившим саботаж, в результате которого четверо других ее товарищей ушли в дезактив, а еще трое оказались в критическом состоянии и сейчас находились в медблоке. Клавир, который накануне операции подбадривал всех и отпускал шуточки, который был готов на то, чтобы отправить их всех в дезактив, спасая хакера из Аякона, собиравшегося было сбежать с важной информацией. Операция, впрочем, не была провалена, несмотря на предательство, повлекшее потери – аяконец был пойман, а предатель обезврежен и доставлен под наблюдение в охраняемое помещение.       Мэтр, как и прежде, оказался прав, считая, что среди них есть предатель. Квикшэдоу тихо стравила пар. Почему она сама не догадалась? Почему поняла только тогда, когда увидела детонатор? Казалось бы, уже давно научилась предугадывать подобные вещи, но нет…       Тяжелые двери, закрывавшие вход, гулко раскрылись, пропуская в камеру посетителей. Квикшэдоу немедленно распрямилась и коротко кивнула:       - Мой Мэтр, - церемонно и лаконично поприветствовала она вошедшего.       Мэтр Вольта, как и все полихексцы, был ботом невысоким и коренастым, но, несмотря на сложение корпуса, передвигался с легкой грацией, словно вечно находился в танце. В полумраке помещения на укрепленной черно-серой броне блеснули выгравированные золотом глифы главы города, и желтый визор, за которым Мэтр прятал свои белые окуляры, засветился чуть ярче, подстраиваясь под новые параметры освещения. Мэтр не высвободил ЭМ-поля и не взъерошил броню, но все равно сам факт его присутствия позволял разом осознать внушительность ситуации.       - Квикшэдоу, - отозвался Мэтр Вольта, любезно улыбнувшись ей, словно она пожелала ему доброго цикла, а на расстоянии двух шагов от них не висел на вывернутых манипуляторах предатель. – Орн выдался непростым.       - Да, - согласилась фем и вновь отступила к стене, чтобы дать Мэтру больше пространства.       Мэтр подошел ближе к предателю, молча рассматривая висящего в оковах бота. Квикшэдоу поглядела на вошедших следом за Мэтром ботов – неизменных телохранителей главы города, находившихся при нем всегда и всюду. Близнецы Диссонанс и Консонанс, неотличимые друг от друга до последнего щитка брони, стремительные и смертоносные. Они предотвратили больше покушений на искру Мэтра, чем Квикшэдоу выполнила миссий за весь свой актив – профессионалы своего дела, преданные Мэтру без остатка. Квикшэдоу не знала их истории, но ей хватало знания о том, что близнецы категорически недолюбливают предателей. Пусть верхняя часть их фейсплейтов была скрыта за визорами, однако достаточно было взглянуть на одинаково скривившиеся в немом отвращении губы, чтобы узнать их мнение о произошедшем.       Мэтр Вольта приподнял опущенную голову предателя, чтобы рассмотреть его рассеченный фейсплейт получше:       - Клавир, - он покачал головой, и черный шлем блеснул в тусклом свете. – Как же им удалось настроить тебя против Полихекса? Разве им нашлось, что предложить тебе из того, чем я не обеспечил? Как мог ты попасться на откровенную ложь? Считал ли ты, что Сенату есть до тебя дело? Считаешь ли ты так и сейчас?       - Мой… Мэтр… - прохрипел Клавир, срываясь на болезненный стон. Оптика его беспорядочно мерцала. Мэтр Вольта стравил пар:       - Ты задолжал Полихексу шесть искр за сегодня, включая свою собственную. Ты предал свой город, отняв актив у тех, кто защищал его. Ты доверился Сенату, избрав роль быть их пешкой и расходным материалом, нарушив данную Полихексу присягу.       Мэтр отпустил фейсплейт Клавира, но тот зашевелился в оковах, стараясь удержать голову без поддержки, и сорвался на еще один мучительный стон. Вывернутые в шарнирах манипуляторы натужно заскрипели. Глава города подождал, пока предатель не затихнет, и лишь после этого продолжил:       - Я даю тебе выбор. У тебя есть два выхода, первый из них – дезактив, - несмотря на то, что Мэтр обращался к предателю, присутствие при данном разговоре само по себе было довольно неуютно. Но Квикшэдоу оставалась спокойной и бесстрастно наблюдала за разговором. – Второй – ты платишь за содеянное перед Полихексом, и отныне твой актив не принадлежит тебе.       Квикшэдоу постаралась ничем не выдать мелькнувших у нее при этих словах мыслей. Со стороны могло показаться, что милостивый Мэтр дает предателю шанс на искупление, и в какой-то степени это было правдой, но при этом Мэтр опустил множество деталей такого договора, ни одна из которых не была приятной. Мэтр не преувеличил, сказав, что в результате такой сделки актив уже не будет принадлежать Клавиру, но не стал упоминать, что Клавира как такового просто не станет. Мэтр Вольта был очень осмотрительным и чрезвычайно хитроумным ботом, и не было ни единого шанса на то, чтобы он позволил кому-то предать себя вновь. Квикшэдоу знала, что произойдет, если Клавир не выберет дезактив. Участь стать живой марионеткой, идеальным «спящим» агентом, без личности, без жизни, без имени, которого можно отправить на миссию любой сложности. Это, без сомнений, поможет в защите Полихекса и загладит вину Клавира за совершенное, однако… Однако Клавир, как он есть, в любом случае уйдет в дезактив, вне зависимости от выбора.       - Что ты выбираешь? – все так же спокойно, словно интересуясь настроением, спросил Мэтр. Клавир с видимым усилием поднял голову так высоко, как только сумел, щурясь мерцающей оптикой на главу города:       - Второй… - просипел он, срываясь на статику.       Квикшэдоу почувствовала, как напряжение понемногу отпускает ее. Да, ничего хорошего в данной ситуации не было. Но сделанный Клавиром выбор говорил о том, что не все из того, что фем знала о своем товарище, было ложью. Клавир согласился отдать себя в распоряжение Полихекса, чтобы отплатить долг перед городом, а это значило, что Клавир был не просто предатель, но и все еще тем ботом, которого она однажды могла назвать своим другом. Значит, сделка с Сенатом была лишь чудовищной ошибкой, и Клавир осознал ее, за что и согласился заплатить полную цену. От осознания этого на искре Квикшэдоу стало легче.       Мэтр кивнул, показывая, что принял ответ Клавира к сведению, и резюмировал:       - В таком случае, Полихекс не будет объявлять тебя предателем. Ты начнешь работу так скоро, как тебя перевезут. Прощай, Клавир, - он стер дорожку энергона с фейсплейта подвешенного меха, и, развернувшись, поманил Квикшэдоу за собой: - Оставим его.       Мэтр Вольта вышел первым, за ним – близнецы и Квикшэдоу. Едва за фем закрылись двери камеры, Мэтр обернулся к ней:       - Ты отлично поработала, Квикшэдоу. Возвращайся домой, - велел он и улыбнулся ей. Фем кивнула, зная, что нет ни смысла, ни резона не подчиняться приказу и задавать неуместные вопросы:       - Так точно. Доброго цикла, мой Мэтр, - Квикшэдоу салютовала, отступила на три шага, согласно регламенту, и только после, повернувшись к главе города спиной, направилась прочь.       Ее работа на этот цикл была закончена. До следующей миссии она была свободна, а Мэтр был прав, говоря, что орн выдался непростой. Возможно, она даже заглянет в заправочную и послушает выступление того музыканта, кого ей довелось слушать на прошлой миссии.