Дело, холодящее кровь...

А ведь никто и не задумывается, как именно нам начинает кто-то нравится. Сначала вы просто задумываетесь о сказанном человеком, чуточку позже заглядываетесь на чужую улыбку, а мысли о нем не дают вам покоя. Вы перевариваете все слова, сказанные в вашу сторону, все взгляды и вздохи. Все то, что вы прошли рука об руку с этим «знакомым», ведь вы даже не друзья, но тянет к нему конкретно… Улыбка сама появляется на вашем лице, когда человек, который вам небезразличен, проходит рядом: руки подрагивают, а мурашки скачут по всему телу, щеки краснеют, все тело будоражит… Это новое чувство, такого раньше не было, даже если было с кем-то другим, но совсем по-другому, это что-то новое. Скорая приезжает через десять минут, а за ней и полиция. Тэхён сидит на пустующей лавочке. Гук что-то обсуждает с прибывшими «полицаями», Тэхёну нравится так называть этих ребят, а еще его бесит то, что мертвого нельзя воскресить. Через пару минут Тэ видит, как медики из подъезда выносят на носилках тело, что накрыто с головой. Проще было бы назвать его трупом, но это неуважение к человеку, ведь всего каких-то двадцать минут назад этот «труп» был жив, он дышал полной грудью, а сейчас… — Тэхён! — зовет следователь, выглядывая из машины скорой помощи. Шатен вздыхает и поднимается с насиженного места, топая к Чону. Чонгук сидит на мягком сидении в машине, его что-то беспокоит, поэтому он это обговаривает с врачом. Врач выходит из машины и идет оглядывать мертвого Ёля, оставляя в машине этих двух. Тэхён, не думая, тут же берет аптечку, что лежала рядом со следователем и, порывшись, достает самую обычную баночку спирта, ватные палочки, мазь и пластыри. Открыв спирт и смочив палочку, Тэ подвигается к Чону и просит: — Приоткрой рот. Чонгук смотрит с недопониманием, но слушается. Тэ вздыхает и аккуратно мажет по чужим губам. Второй кривится. — Ащ, больно… — Прости. Тэ все понимает и дует на ранку, после чего наносит заживляющую мазь и клеит маленький кружок пластыря, что почти сливается с кожей. — Готово. — Не нужно было, все всегда заживало само, — хмыкает следователь вместо благодарности. Он уже и забыл, зачем звал своего помощника. Чужие руки на его лице заставили задуматься о чем-то новом. — Мог просто промолчать, — обижается Тэ и пытается встать, но чужая рука усаживает Кима обратно. — Она все равно болит! — капризничает Гук и тычет пальцем на ранку. Тэхён думает, что его начальник ведет себя как ребенок, но слегка улыбается. Думает, что сейчас или никогда, ведь такого момента может больше не быть и мажет своими губами по подбородку Гука, рядом с ранкой, причмокивает губами и отстраняется. Смотрит прямо в сердце, но по затуманенным смолистым глазам читает, что Чон бы не отказался от повтора. — Думаю, теперь она перестанет бо-бо. Ведь не болит больше? — интересуется шатен и смотрит на ошарашенного брюнета. Гук опускает взгляд и кивает, якобы соглашаясь со вторым, а сам думает, что губы у этого помощника мягкие и, наверное, сладкие как сахарная вата. А после пугается своих мыслей и крутит головой в разные стороны, пытается выкинуть мысли о Тэ. — Нам нужно заехать в участок, — решается сказать следователь и выходит из машины. — Я позвоню Чимину, — говорит Тэхён, немного смутившись, и идет к их машине.

***

Чимин осматривает труп и качает головой, все совсем плохо. Хм, конечно плохо, чего хорошего в мертвых… Чим всегда задумывается, как же приходится тем, кто переживает такое горе, но сам никому такого не пожелает. Юнги подходит незаметно, касается чужих плеч, а голову кладет на плечо. Чимина всего передергивает. — Боже-е-е! — вопит криминалист, поворачиваясь тут же толкает второго, даже не посмотрев, кто именно стоял сзади. Юнги чуть не падает, но притянув к себе Чимина, остается на ногах. — Я чуть не упал, — уточняет Мин и смотрит в карие глаза напротив. — Ащ, Хён! — ругается Пак и пытается вырваться из хватки, но Шуга держит крепко. — Ты посмотри на него, еще и ругается тут! — повышает голос следователь. — Прости, я испугался… — Я такой страшный? — хмыкает блондин. — Нет, ты что, ты очень-очень милый! — тараторит Чимин, а после краснеет, ведь смолол глупую, но правду. Следователь немного зависает, переваривая сказанное, а после присаживается возле трупа, и начинает читать заметки, что вырвал из рук Чимина. После минуты молчания следователь решается сказать: — Будешь со мной встречаться? Чимин застывает и, не веря своим ушам, морозит тупость: — Юнги-хён, ты это трупу говоришь? — выпучивая глаза, удивляется второй. Следователь смеется долго, а после поднимается и гладит криминалиста по волосам. — Нет, я обращался к тебе, — посмеивается старший. — Я не шутил, не делай такую моську, ты же эксперт криминалист, а у тебя сейчас даже уши красные! — улыбается Юн, понимая, что второй смущается. — Ты дурак, нельзя так шутить! Глупый, глупый хён! — немного злится криминалист и стучит второго по груди. Юнги думает, что вот и пришло его спокойствие к концу, ведь ему впервые кто-то говорит, что он «очень-очень милый». Еще следователь думает, что Чим мило смущается, а его маленькие кулачки, которые сейчас «наказывают» его, хорошо бы смотрелись в его же больших ладонях. Снова сигареты. Юнги достает сигарету и подкуривает себе зажигалкой. — Ну-с, рассказывайте, Пак Чимин. Жертва — Чо Хон Ли. Убита в «Сеульском лесу» (г. Сеул, окр. Сондон-гу). Гуляла с собакой. Поводок обнаружен в десяти метрах от девушки. Найдена двумя велосипедистами в 6.55, в кустах возле скамейки. Умерла от удушья, была под наркозом… По состоянию тела можно сказать, что жертва была убита в четыре часа утра. Тело тащили по земле, а так как вечером был сильный мороз, то следов на земле не видно. Отпечатков на теле жертвы нет. Имеется переводная татуировка с надписью: «Достойна недостойного». Ранений в брюшной полости, как у прошлой жертвы, нет. — Юнги-хён, это, конечно, другой район, но дело точно наше, — говорит Чимин и закрывает труп. — Еще бы, не зря же мы ехали в такую даль, — фыркает следователь и кидает бычок на землю. — Следов точно не видно? — уточняет. — Так как вчера шел дождь со снегом, лед покрыл почти весь парк, так что нет. — Но труп тащили как минимум метров пятьсот. Снизу на куртке, на рукавах и замшевой обуви девушки слегка заметны потертости. Но мы еще не нашли, откуда именно тащили труп. Убивали ее явно не здесь. — А может, все-таки, здесь убили жертву? — думает вслух следователь. Чимин задумывается. — Нет, здесь нет никаких следов того, что девушка пыталась сбежать, что-ли… — Хм, может он просто сразу усыпил? — предлагает блондин. — Земля под ногтями. Она явно пыталась сбежать. Еще под ногтями я заметил кровь, мы отправим ее на экспертизу. Раздается звонок. Чимин смотрит на сенсор и видит имя своего друга, но не берет, скидывает. Сообщение приходит секунды через две. От кого: «Любимая мартышка». Какого ты скидываешь? У нас тут труп! Ёль выпрыгнул из окна… Чимин смотрит и закусывает губу. — У Тэхёна и Гука трупак. Значит Ёля вы можете спокойно вычеркнуть из своего списка. Юнги матерится и глубоко вздыхает, выдыхая белое облачко воздуха. — Он был единственным, кого мы подозревали, так что никакого списка у нас нет, — жалуется Юнги и ерошит свои волосы. Чимин отправляет ответ с задержкой. Кому: «Любимая мартышка». У нас тоже труп. Ну, а лично у меня рядом стоящий милый следователь. Отправляет и улыбается. От кого: «Любимая мартышка». Эй! Ты только мой, Чимин-а! Тэхён явно не злится. Юнги выхватывает телефон, когда Чимин уже успевает отправить следующее сообщение. Кому: «Любимая мартышка». «Так бы и съел». — Чего, кого это ты есть собрался? Юнги читает два последних сообщения и негодует. — Какие у вас отношения с этой «Любимой мартышкой»? — что-то набирая, спрашивает следователь. — Отдай! — взрывается Чимин и отбирает свое сокровище из бледных рук. — Ким Тэхён это… — хмыкает криминалист, а после читает явно не свое отправленное сообщение. Кому: «Любимая мартышка». «Не твой». И от этого щиплет где-то в груди, но Чим ничего не говорит, а лишь бурчит что-то о том, чтоб следователь занимался своими делами…

***

Чонгук смотрит на смеющегося Тэхёна, что сидит на заднем сидении, и решает позвонить Юнги, но тот тоже скидывает, и тогда Гук пишет. Кому: «Табачный Хён». Мы едем навестить родных жертвы. — Гуки-и, — вдруг говорит Тэ, не отрываясь от телефона, а после поднимает взгляд на следователя и кривится. — То есть, следователь Чон… Чонгук впервые за долгое время смеется и крутит головой. — Говори как тебе удобно, но только не в участке. — Хорошо, — слегка улыбнулся Тэ. — Чимин написал, что на запястье жертвы было такое же черное переводное тату, как и у первой девушки. — А надпись? — интересуется Чон. — «Достойна недостойного», — шепчет Тэ и кхекает. — Жуть какая, бе… Чон обдумывает сказанное, а потом решает поделиться с помощником: — Думаю, эта надпись много чего значит. — Да ладно, что вы такое говорите, Шерлок Холмс… — хмыкает шатен. Следователь решает не отвечать, а лишь сворачивает в переулок, ведущий к участку. — А я вот думаю, что он своих жертв по какому-то принципу выбирает. А надпись можно расшифровывать так, ну, к примеру: «Все девушки были очень даже красивы, а после рук преступника стали ужасающими…» — Ну, и к чему ты ведешь? — припарковывается Чон и вынимает ключи. — Ты не дослушал! Так вот, он их портит, но не насилует, он как бы просто подбирает их под себя. Могу предположить, что красотой его природа не наделила. Если он жертв портит, то, скорее всего, под свою рожу, — заканчивает мысль Тэхён. Следователь кивает на выход и выбирается из машины. Вылезая из прогретой тачки, мороз сразу же дает о себе знать, как-бы… зима все же. — Очень интересный вариант, что-то в этом есть. А еще его выбор может отталкиваться от того, насколько девушка легкого поведения, — Чон открывает дверь в участок и пропускает вперед Кима. — О, ты прав. Нам нужно расспросить родственников второй жертвы. — Только заберу документы, и сразу же поедем, — говорит следователь.

***

Родственники убитой — это лишь бедная мать и младший брат. Женщина лила слезы, а сын её успокаивал. Мисс Чо рассказала, что ее девятнадцатилетняя дочь была доброй девочкой, в данный момент ни с кем не встречалась, училась на преподавателя танцев, а подрабатывала в каком-то ночном клубе. — Подскажите, а много мужчин было у вашей дочери? — не подумав, говорит Гук. Мать в непонимании смотрит на следователя, и слезы снова льются из её опухших глаз. Тэхён щипает следователя за руку и сам продолжает говорить с мисс Чо. Выйдя на улицу, Чон достает нетронутую пачку сигарет, но Тэхён забирает ее и обещает выкинуть в ближайшую урну. Чон думает, что Ким с Чимином братья, тот тоже однажды забрал у него сигареты. Думает, но мысли свои оставляет при себе. — Зачем ты начал расспрашивать на такую тему мать, у нее все-таки горе. — А как мы узнаем, с кем она водилась и сколько их было? — злится следователь. Пока Чонгук ругается с помощником, на улицу выходит брат убитой и сразу начинает говорить: — Я все понимаю, но не нужно было ей такие вопросы задавать, у нее сердце слабое, — говорит красноволосый и смотрит на следователя. — Прости, мы только хотим найти убийцу, — разруливает ситуацию Тэхён. Молодой парень рассказывает, что денег в семье было мало. Так как у матери постоянно проблемы со здоровьем, то денег катастрофически не хватает. Нике — школьник, так что не на каждую работу возьмут, еще и выпускной класс, нужны были деньги на учебу. Так что сестра устроилась в клуб «Пегас» танцовщицей. Она иногда ездила на дом к заказчикам, что регулярно посещали клуб. Их всего было трое, тех, к кому Ли-и не боялась ездить. Она все рассказывала брату, так что он точно знает, что мужчин она ублажала только ручками, не вступая с ними в более интимные отношения. — То есть, сексом она с ними не занималась? — переспрашивает Гук, а у Тэ краснеют уши. — Да. Я могу дать адрес клуба и имена тех ребят сказать, — отвечает парень. — Найдите этого ублюдка! — просит брат Ли. — Обязательно. А адреса тех парней ты часом не знаешь? — пытается узнать больше помощник. Нике знает и адреса, и все подробности, а все ради безопасности сестры. Но нужна ли сейчас ей эта безопасность? Тэхён думает, что таких подробностей не должен был знать младший брат, да и не смог бы он скорее всего помочь своей сестре… Уже в машине Гук говорит, что навестят ребят они завтра, что даже если они и ни при чем, то в клубе точно должна быть какая-то зацепка. Тэхён надеется, что за одну ночь никого не убьют, и что ему удастся выспаться. Кто знает, кто знает…