Дело, холодящее кровь...

***

Темнота поглощает. Она засасывает нас. Есть люди, вроде бы на вид здоровые, но если заглянуть куда-то вглубь, то уже назвать такого человека здоровым — мы не сможем. Темнота появляется не сразу. В начале мы не замечаем, как все чаще проявляем агрессию, а сами себе говорим, что мы нормальные и все то, что мы делаем — это правильно и круто. Но если продолжать, то темнота все больше тянет нас на свою сторону. Мы не даем себе отчета, что без темной стороны мы уже не мы. Мы все равны только в начале, а после, когда черта уже пересечена, каждый выбирает свой путь сам. Кто-то остается на середине и барахтается между спокойствием и больной психикой, доказывая себе, что он все еще «человек», тот, кого так любила мать. Некоторые возвращаются назад, обещают себе… усмирить себя же. Ну, а остальные улыбаются себе в отражении зеркала и облизываются. Они уже не отличают реальности от игры с темной стороной себя, которая приручила их, но никак не человек приручил темноту. У каждого из нас жизнь складывается по-разному, но темнота есть в каждом, пусть мы и будем отрицать. Но кто-то приручил ее, а кто-то выходит ночью искать новую жертву. «Мама не говорила мне, что психика так легко рушится. Я ведь нормальный? Я просто такой, хоть руки и в крови. Она не любила меня, говорила, что так нельзя и била по рукам. А с чего все началось? Мама нашла мой личный дневник и хотела прочитать, а я закричал. Когда она заставила меня есть то, что я не хотел… я укусил ее за палец. Мать повела меня к психологу. Я ходил к психологу полгода, но и она смотрела на меня с ужасом в глазах, после теста на агрессию, как потом я узнал… Психолог сказал, что сможет вылечить меня. Но я ведь здоров, и я доказал это, проткнув врачу палец вилкой. А зачем она ее оставила на столе? Для самозащиты? Кровь лилась из пальца врача, она кричала, а слезы капали с её милой мордашки. А закончилось все, когда мне было 17. Той октябрьской ночью, шесть лет назад, я пырнул мать в живот кухонным ножом. За что? Она не любила меня, я жил несчастно…все эти 17 лет. Кровь. Красные пятна были повсюду, но мама лишь улыбнулась мне, сказав, что надеется на то, что она будет последней, кому я причиню вред». Середина марта, весна так и чувствуется. Подтаявшая дорога, ручейки текут под ногами. Слякоть. Всё ожидает тёплого сезона, природа нежится в тёплых солнечных лучах. Прошлогодняя трава виднеется из-под растаявшего снега. Скоро и первые листики появятся на деревьях. Тэхён сидит в своем кресле, напротив него негодует главный следователь. — Вот, что за херня вообще, у нас две жертвы и покончивший с собой подозреваемый. Все, за целый месяц ничего… — Мы ездили с Юнги-хёном в клуб, но там тоже ничего. Лишь только последняя жертва ходила в «Пегас», остальных там не видели, — вздыхает Тэхён. Он встает с насиженного места и подходит к Чонгуку, что оперся о стол отсутствующего Юнги. Тэ кладет руку на макушку следователя и пытается улыбнуться. — К подозреваемым мы тоже ездили, но жертва, как и сказал брат, только руками удовлетворяла мужчин, в интимную связь ни с кем из них не вступала. — Что ты делаешь? — удивляется Гук и смотрит на второго. — Утешаю тебя, — перебирая пушистые локоны пальцами, отвечает русый. — Если тебе плохо и одиноко, то ты можешь меня обнять. Следователь пускает смешок и кладет руку второму на талию. — Ты слишком много от меня хочешь. Тэ дует губы и пытается отстраниться, но Чон встает и зажимает его в своих объятиях. — Давай выпьем сегодня по бутылочке соджу? — вдруг предлагает Гук, шепча второму на ухо. — Я буду пиво, — тут же отвечает помощник и посмеивается. Прерывает идиллию Юнги, забегая в кабинет и размахивая телефоном в руке. — У нас кое-что есть! Чонгука как ветром сдуло, он отскочил от Тэхёна, смешно споткнувшись об стол и ударившись об него бедром. — Эй, ты там жив? — фыркнул Юнги, который ясно понимал, чем здесь занимались эти двое. Чон допрыгал до кресла и, как-будто ничего не случилось, сказал: — Живой! А вот у тебя там что, мертвые, что ты так занесся в участок? — злится следователь и потирает бедро, больно стиснув зубы.

***

Вот и настоящая зацепка. — Мы опросили всех в том клубе, но не было ничего, что могло вывести нас на убийцу. Девушка удовлетворяла троих, которые оказались лишь трусами, что сразу признались в том, что они семьянины, а жертва была лишь той, с чьей помощью они снимали стресс. — И? Мы ездили туда, и не раз, но ничего! — подтверждает сказанное Тэхён. Юн закатывает глаза и достаёт чужой  телефон из кармана. — Сегодня  утром на телефон жертвы пришло сообщение. — В смысле? — удивляется Тэ. «Я знаю, что вы не глупые, но глупы настолько, что даже не в силах понять меня. Они, эти двое совершили ужасное. Мерзкие существа, которые ведутся лишь на красоту и деньги. Таких нужно… Даже в университете поступали как мрази». — Ключевое слово университет! — объясняет Мин. — Они знали друг друга, ну или он их знал, и по-любому они из одного университета. — А мне вот кажется, что здесь что-то не так. Он как-будто специально написал, сделав из себя дурака. Может ему это зачем-то нужно? — тихо шепчет Ви. — Даже если так, то это все равно зацепка. — наконец-то влезает Чон. Дверь хлопает, и заходит криминалист — Это не все, я тут вспомнил... Юнги, где-то примерно год назад я приезжал на двойное убийство, — Чим смотрит на Юна и кривится. — Это как-то связано с нашим делом? — уточняет Гук. — Рассказывай, — говорит Мин и гладит второго по спине. — Были убиты две молодые девушки недалеко от клуба. Эти двое работали тоже в этом самом клубе «Пегас». То, что с ними сделали… У них были сшиты руки, их насиловали чем-то большим и железным, чем-то похожим на лом. Губы были накачены силиконом, язык тоже. Про это зрелище даже рассказывать страшно, не то что смотреть. — Ужас, — шепчет Ви. — Я так точно вам не расскажу все подробности, так как уже не помню все… Но скажу точно, что это дело так и не раскрыли, а на запястье одной из девушек было написано — «Это не месть, это расплата». Написано было чёрной ручкой. — Значит ли это, что год назад он только начинал? Он мог сменить тактику. Вместо ручки, переводная татуировка. Сшиты части тела, есть схожесть с нашим делом. А так же испорченная внешность силиконом и ботоксом, — глаголит Юн. — Умерли от удушья? — интересуются Гук. — Разрыв сердца у одной из жертв, она явно видела все то, что с ней делали, хоть и находилась под анестезией. У второй был яд в крови, он насиловал её уже мёртвой, — договаривает Чимин. — Мерзость! — парирует Гук. — Предпочитаешь трахать живых? Ох, я разочарован… — смеётся Юнги, тем самым развеивая хмурую обстановку. — Хён, фу… ты что такое говоришь? — криминалист тоже разочарован. Неужели Мин Юнги не шутил, когда предлагал жертве встречаться? Чим вертит головой и закусывает нижнюю губу. — Да, знаешь, я предпочитаю живых, — фыркает Чон. Тэхён расстраивается, накручивая себя, что Гук больше по девочкам, но никак не по мальчикам. Итак, сегодня отделу везёт, у них аж две зацепки. Проверить данные по  университету выезжают два следователя, а Тэхён остаётся проверять дело, на которое год назад ездил криминалист Пак Чимин. По его словам, то дело вёл следователь Ким Намджун из участка № 668, что находится в районе клуба. — Знакомое имя у этого следователя… Тэхён дал запрос на просмотр архивных данных, и его одобрили, через полчаса у него  на столе лежала большая папка по делу 111.428, но вот бумаг в этой папке было хоть считай на пальцах. Для того, чтобы раскрыть убийство, этого мало. Информация о девушках: где учились, кем работали и с кем водились, а также, где проживали и немного о семьях жертв. Улик найдено не было, все тщательно скрыто. Схожестей в этом деле много, например то, что была зима и то, что рассказал Чимин. Только вот зачем ждать целый год? Скрывался. В деле сказано, что велась погоня за подозреваемым, но тот спрыгнул в реку. Не найдя тела, но найдя вещи, дело решили закрыть. — Идиоты, они ведь были так близко, как можно было так облажаться…

***

Тем временем Гук разговаривал с куратором по группе первой жертвы. — Зачем вы пришли снова, мистер Чон? — не понимал мужчина. — В прошлый раз, я скорее всего не так поставил Вам вопрос. Я спрашивал Вас, были у неё враги, но таких не было. Я спрашивал про Ёля и тому подобное, но я не спросил главного. — И что же? — Она когда-то отталкивала кого-то в плане отношений,  был ли человек, который ей не нравился? Для Вас это может показаться обычной жизнью студентов, но не для нас. — Постойте! Был на нашей кафедре один молодой человек. Он учился в параллельной группе, но перевёлся с четвёртого курса в другой университет. Не помню его внешность, это было около трех лет назад. Тогда он признался Кьюки в своих чувствах, а она посмеялась. Это все происходило, когда я проходил коридором в библиотеку. Но я не думаю, что из-за такого Кьюки могла пострадать… — А что в нем было странного? Почему вы вспомнили именно его? — Улыбка и взгляд, он не выглядел обычным, скорее нездоровым. Он хорошо скрывал свои чувства. Вспомнил я, потому как он перевёлся сразу после того случая. Не знаю, что она ему ответила, но ответ явно ему не понравился. — Спасибо мистер Бек! Было бы прекрасно, если бы у Вас была какая-то информация по этому студенту. — Я наберу вам завтра утром, думаю, до того момента что-то найду.

***

Гук был доволен, возможно осталось немного времени и они раскроют это дело. И почему-то Чону очень захотелось позвонить помощнику. Чон уже подъезжал к участку, но руки сами набрали номер Тэ. Гудки, недолгие гудки. — Мм? — помощник был явно чем-то занят. — Ты в участке? — Нет, развлекаюсь! Конечно в участке, где мне ещё быть в шесть вечера… — разозлился. — Ты чего кричишь на меня? — удивился следователь. Послышалось тяжёлое дыхание в трубку, а после смех и гудки. Чон был в шоке, вот так взял и сбросил. Что в голове у этого парня? Припарковавшись возле здания, следователь  заметил Ви рядом с Шугой, который делился со вторым сигаретой. Выскочив из машины, он подбежал к ребятам. Выхватил из рук шатена сигарету и огрызнулся Мину: — Оставь нас… — В смысле? — не понял Шуга. — Погуляй, Хён! — отвечает Гук. — Ащ, задолбали, разберитесь уже! — разозлился Юн. Следователь заходит в здание. Чон смотрит на Тэхёна и злится ещё больше тому, что второй норовит сбежать. Ви поднимает свой взгляд на Гука и в глазах читается разочарование. Шатен хочет вырваться из хватки, но у него ничего не выходит. — В чем проблема? Что я сделал не так? — Если ты хочешь, чтобы я перестал к тебе относиться как относился ранее, то прекрати меня трогать… Иначе я не смогу прекратить думать о тебе! — уже переходит на крик. Гук мало что понимает из того, что говорит его помощник. Посмеивается. — А как ты ко мне относился? Неужели это из-за того, что спросил Хён сегодня? — Отпусти! — огрызается помощник. — А если я скажу, что ты мне нужен, что ты будешь делать? Повисает тишина. Руки Тэхёна слабеют и он больше не выдирается, он смотрит пристально и обдумывает следующий шаг. — Не играй со мной… — Не играю. — Тогда я отвечу, что ты нужен мне. Тэхён встаёт на носочки и тянется к лицу второго, не вырывая своих рук из хватки Гука. Он нежно мажет по губам следователя не закрывая глаз. Ему точно хочется видеть выражения лица Чона. Тэ отстранился, Гук в свою очередь даже и глазом не моргнул, не смутился… Нет, он отпустил руки второго и переместил свои на талию Тэ, придвигая его к себе в плотную. Глаза в глаза. Чон наклоняется ниже и целует Тэхёна в губы, причмокивая, после захватывает нижнюю и немного оттягивает. Слышится вздох, и Ви начинает отвечать, он обнимает Гука за шею и прикрывает глаза. Их губы обнимают друг друга так сладко и страстно, как будто они давно хотели этого, только боялись того, что из этого может выйти. Слюна стекает по подбородку Тэхёна, когда Гук добавляет язык, и помощник смущается… Воздуха не хватает катастрофически, но эти двое боятся отстраниться друг от друга. — Подожди, я больше не могу… — шепчет Тэ в губы второго. Его ноги подкашиваются. Гук посмеивается и чмокает помощника в приоткрытые губы. — Я только начал, а ты уже не можешь на ногах устоять… Тэхён думает, что это слишком для него. Думает, что это сон. Но что им делать дальше, после этого поцелуя. Шатен не знает, что сказать… — Я поцеловал тебя не для того, чтобы ты теперь молчал, — улыбается Чон. — Я не думал, что ты на такое пойдёшь. Ты вроде бы по девочкам. Гук молчит, но все же улыбается, а после говорит: — Был, пока ты не перевёлся к нам в отдел. Но все не может быть так прекрасно как в сказке, ведь это не романтический сериал, о котором так мечтал Ким Тэхён. Пока они мило ворковали за ними уже наблюдали. Молодой человек подошёл ближе и удивлённо спросил: — Тэ, неужели это ты? Сколько лет прошло с тех пор как мы не виделись? — лукавит парень. Тэхён выглядывает из-за Гука и теряет дар речи. Повисает молчание. «Это не может быть правдой», — думает Тэхён, но Гук подтверждает, сказав лишь: — О, Ким Намджун, какими судьбами в нашем участке?