Грейнджер и неприятности

      Северус смотрел на любимую чёрную мантию и задумчиво тёр подбородок своими длинными тонкими пальцами. За полторы недели зельевар успел смириться с тем, что на полке с одеждой у него лежат весьма симпатичные гранатовые бусы, а вот сегодня утром предмет гардероба наконец-то решил вернуться на своё законное место, что внушало надежду на то, что и одежда Грейнджер вновь стала нормальной. Нет, рассматривать ножки девушки было весьма приятно, но Снейп всё-таки почти умудрился спрятать от самого себя мысль о том, что он был бы совсем не прочь, если бы Гермиона продолжала приходить на встречи с ним в столь же завораживающем виде, отвлекающем от размышлений о делах научных. Правда, тут возникла проблема: как бы ни старался маг не думать о подобной перспективе, перед мысленным взором то и дело мелькала откровенно одетая гриффиндорка. Мужчина напоминал сам себе вечно худеющую женщину, которая безуспешно пытается в своей квартире спрятать от себя же коробку любимых конфет, но постоянно случайно её находит и тянет руки к запретной сладости… Грейнджер. За полторы недели девчонка не подала никаких признаков жизни! Ни письма, ни вопроса, ни заметки, ни попытки утащить нужную книгу! Северус начал волноваться. Причём волноваться настолько, что даже написал письмо с требованием наконец-то дать о себе знать. Когда профессор прикреплял конверт к лапке своей совы и объяснял, к кому она должна лететь, птица очень странно на него посмотрела, словно сомневалась, а не тронулся ли ещё умом её владелец, раз решил отправить письмо какой-то девушке. Явно не коллеге, тех Сурьма помнила прекрасно и некоторым особенно нелюбимым умудрялась мимоходом испортить что-нибудь важное, например, документы или причёску. Но в этот раз она благоразумно промолчала. Впрочем, сове в принципе сложно сказать что-то осмысленное — у неё клювик.       Когда посланница вернулась ни с чем, Снейп готов был поклясться, что разглядел в больших птичьих глазах сочувствие и пожелание обратится в психиатрический отдел Мунго. Так участливо Сурьма не смотрела на хозяина даже в те моменты, когда ей приходилось носиться без передышки между Хогвартсом и Малфой-мэнором. Неприятно быть могущественным магом, героем войны и просто прекрасным чел… ну… хотя бы зельеваром, на которого собственная птица смотрит как на идиота. Впрочем, Северусу явно следовало проконсультироваться на эту тему с Дамблдором — Фоукс, кажется, тоже питал к хозяину покровительственные чувства и считал Величайшего и Светлейшего немножечко безмозглым. Особенно это было заметно, когда Альбус с теплотой в голосе вспоминал юность и Грин-де-Вальда. Тогда волшебная птица словно старалась прикрыть лицо крылом и осуждающе качала головой.       В общем, Снейп был несколько не в духе, когда в дверь постучали. Подскочивший было мужчина заставил себя замереть и выдержать минутную паузу, чтобы заставить посетителя понервничать. Точнее, посетительницу. Маг подготовил уже приветственную речь из отборнейших сортов вербальных ядов, чтобы заставить эту… эту… Грейнджер устыдиться, смутиться и всячески просить прощения, очаровательно хлопая глазками. О, в тираде было про всё: и про безмозглых гриффиндорцев, и про нахальных девиц, и про шестой закон Мефистофеля в применении к особенностям подготовки шкурок бумсланга… но жизнь, как обычно, решила, что издевательств над зельеваром много не бывает, потому что, когда он открыл дверь, к нему бросился, завывая, Блейз Забини:       — Сэр, спасите нас уже от неё, пожалуйста-а-а-а!       Бывший Пожиратель Смерти, член Ордена Феникса, общепризнанный мерзавец и коварный убийца (пусть и не состоявшийся) Дамблдора опешил настолько, что юноша смог подскочить вплотную и вцепиться руками ему в плечи. Откуда-то из глубины прихожей насмешливо ухнула Сурьма.       — Мы все умрё-о-о-ом! — продолжал завывать выпускник Слизерина.       — Мистер Забини, — Северус попытался отцепить от себя пальцы парня, но не преуспел в этом.       — Она хочет натравить Тедди на нас с Ронни! Нам конец!       Северус возвёл очи горе и вздохнул. Ему-то казалось, что младший Малфой на шестом курсе был истеричкой, ан-нет, до паникующего Блейза ему было далеко.       — Мистер Забини, если вы не начнёте объяснять, в чём, собственно, дело…       — Мы пропали, сэр! Она, она…       Снейп приложил ладонь к лицу и покачал головой. Невербально призвав флакончик успокоительного, он влил половину в своего бывшего студента и непроизвольно вспомнил, как проворачивал то же действо с беснующейся Грейнджер в своём кабинете. Справиться с Блейзом было намного проще. Подождав пару минут, профессор отвёл парня в гостиную и предложил ему сесть в кресло. Забини покорно устроился и посмотрел на бывшего преподавателя. Взгляд юноши стал осмысленным, а движения перестали быть нервными.       — Сэр…       — Я вас слушаю, и очень надеюсь услышать наконец-то нечто более вразумительное, чем типичные речи подвыпившей Трелони.       — Сэр, спасите нас с Роном…       — Ну, хорошо, хоть не с Поттером, я чем-то подобным занимаюсь всю свою сознательную жизнь, — Блейз нахмурился. — А теперь поведайте мне, что за беда стряслась с вами, и почему помочь вам могу только я?       — Там Гермиона… — вздохнул юноша.       — Полагаю, что так. Вы ведь, если я не ошибаюсь, в одном доме живёте, — Снейп поднял бровь.       — Живём, но сейчас это стало просто невыносимо! — Забини устало провёл руками по лицу. — Она как от вас в прошлый раз вернулась, так просто с ума сошла. Гермиона всегда была немножко странной, но в этот раз превзошла саму себя. Потому что за прошедшие десять дней она ни разу не отвлеклась от своей новой безумной исследовательской идеи. Теперь у нас все поверхности покрыты ровным слоем исписанных пергаментов, а мы с Роном в любое время суток, чем бы ни были заняты, обязаны срочно отвлечься, слушать, кивать головами и делать вид, что мы понимаем хоть что-то в её словах…       — А я-то тут при чём?       — Вы могли бы напомнить ей о подготовке к экзаменам. Даже обложившаяся конспектами и охапками ингредиентов Гермиона не так страшна, как Грейнджер-которая-планирует-исследование.       — Почему бы вам самим не направить её энергию в нужное русло?       — Я же говорю, сэр, она нас не слушает! А вас очень даже уважает, даже сейчас упоминает через слово, — слова Забини бальзамом пролились на душу профессора. — Правда, — юноша сильно смутился и почесал затылок, — иногда это выражается в не слишком цензурной форме, и я не уверен, что выражение «да чтоб тебе профессор Снейп приснился!» идентично пожеланию спокойной ночи.       Северус тяжело вздохнул.       — Возможно, в ваших словах есть смысл, но скажите, если эта напасть преследует вас так долго, почему вы пришли только теперь?       Парень замялся и пожал плечами:       — Сэр, как вам сказать… если честно, мы очень боялись…       — Моей реакции?       — И её тоже, но… мы-то с Роном ко всему почти привычные, хотя в этот раз ситуация вышла из-под контроля, а вас, как нам кажется, могла бы шокировать картина, которая была у нас дома. Безумная Гермиона в крошечном платьице, перепачканная чернилами, и постоянно что-то рассказывающая непонятно о чём, — это зрелище для очень сильных духом. К нам на днях Драко заглядывал, он смог продержаться целых две минуты, после чего сказал, что именно так должна бы была выглядеть Беллатрикс-учёная. Видимо, пока леди Лестрейндж развлекалась в Малфой-мэноре с Грейнджер, она чем-то её заразила, — Блейз печально посмотрел на бывшего декана. — Сэр, вы же поможете нам?       Северус нахмурился и задумчиво потёр подбородок. Не мог же он сразу сказать, что из-за своего по-настоящему кошачьего любопытства согласился на эту непонятную авантюру уже несколько минут назад. И уж тем более не мог признать, что ему в принципе хотелось увидеть гриффиндорку, доведшую его бывшего подопечного до истерики. Но затягивать паузу не следовало, в конце-концов Забини мог придумать какой-нибудь другой способ решения проблемы, а Снейпу это было совершенно не на руку. Поэтому, всем своим видом показывая, какое же он делает юноше одолжение, маг согласился.       — Осторожно! — над головой вошедшего в прихожую Снейпа завис «Трактат о метаморфах. Три тома под одной обложкой!» Мужчина покосился на книгу толщиной примерно в четыре тысячи страниц и перевёл взгляд на рыжеволосого парня, левитировавшего фолиант в сторону стола.       — Мистер Уизли, если вы хотели меня убить, это следовало сделать как-нибудь иначе, — спокойно произнёс зельевар, с интересом оглядывая помещение. Слова «хаос» было явно недостаточно для описания творившегося уже в прихожей безобразия. В обувной полке лежали три сломанных пера, на вешалке расположился перечёркнутый пергамент, под самым потолком завис пучок перьев гиппогрифа, а на полу располагались разноцветным мелом написанные заметки.       — Простите, сэр, Гермиона почему-то решила оставить книгу над дверью. Кажется, она делала там какую-то воздушную полочку, чтобы никогда не забывать дома любимые книги. Я ещё просто не успел сегодня разгрести…       — Рон, я забыла у двери синюю чернильницу, принеси пожалуйста! — донёсся из недр дома девичий голос. Уизли вздохнул, взял зависшую в воздухе чернильницу, которую Северус едва не задел локтем, и пошёл в гостиную:       — Добро пожаловать, профессор, не теряйте бдительности.       — И часто у вас так? — полюбопытствовал мужчина у снявшего ботинки Забини.       — Нет, обычно ей хватает своей комнаты. Проходите, пожалуйста.       Снейп, осторожно перешагивая непонятные рисунки и уворачиваясь от висящих в воздухе предметов, пошёл за своим выпускником, который привёл профессора в гостиную. Здесь творилось что-то странное. Различных объектов, зависших в воздухе было в разы больше, чем в коридоре, черновики выполняли роль ковра, а на столе, по-турецки сложив ноги, сидела виновница всего происходящего безобразия, обложившаяся какими-то незнакомыми книгами. Профессор отметил, что девушка нашла для себя отличный способ избавиться от неудобных ножен для палочки — та опять застряла в каштановых волосах, что, впрочем, совершенно не мешало волшебнице лёгким взмахом руки призывать нужные предметы и заставлять их зависать. На щеке, руках и домашнем брючном костюме гриффиндорки красовались разноцветные чернильные пятна. Северус вновь оглядел помещение и с удивлением для себя отметил, что несмотря на весь бардак, тут было достаточно уютно и, вероятно, неплохо работалось. Что же до порядка, так его можно было навести несколькими взмахами палочкой. Гермиона подняла руку и щёлкнула пальцами. Перед ней материализовался покрытый пылью фолиант. Мужчина кашлянул, и девушка оторвала взгляд от бумаг, но только через пару секунд в её глазах появилось узнавание:       — О, профессор Снейп! — девушка вскочила на ноги и улыбнулась. — Как замечательно, что вы тут оказались!       Северус с интересом смотрел на неё снизу вверх:       — Мисс Грейнджер, позвольте поинтересоваться, почему вы не ответили на моё письмо?       — Письмо? — она похлопала ресницами и задумалась. — Рон, мне приходило какое-нибудь письмо?       — Да, и я даже три раза его тебе приносил, — выглянул с кухни юноша, держа в руке чайник.       — Акцио письмо профессора Снейпа, — волшебница вытянула руку, и из-под груды черновиков вылетел запечатанный конверт, опустившийся в подставленную ладонь. — И правда письмо, — Гермиона пожала плечами, и оставила послание нераспечатанным висеть в воздухе.       — Мисс Грейнджер, мне кажется, для более конструктивного диалога, нам следует оказаться на одной высоте, у меня уже начала затекать шея.       Всё ещё стоящая на столе девушка пожала плечами:       — Так забирайтесь, сэр, — и она потянулась за каким-то свитком, вновь уходя в свои раздумья.       Зельевар вздохнул и залез на стол, и его взгляд случайно упал на недавно материализовавшуюся книгу, а затем на другие тома, расположившиеся в пространстве комнаты.       — Мисс Грейнджер! Вы ограбили библиотеку Отдела Тайн?! — голос профессора срывался на крик.       — М-м-м? — волшебница непонимающе посмотрела на мужчину.       — Откуда у вас все эти книги?!       — Из воздуха, — девушка опять села и уткнулась в записи.       — Сэр, я не думаю, что Гермиона в курсе, откуда они берутся. Но, по идее, всё возвращается на место, когда она перестаёт пользоваться, — вновь выглянул из кухни рыжеволосый парень, несущий в руках поднос. — Хотя я в этом не уверен. Хотите успокаивающего чаю?       Снейп вздохнул и вновь оглядел окружающее его безумие. Что ни говори, но жизнь бывшего шпиона после победы стала какой-то пресной, в ней явно не хватало остроты, загадок и опасностей. А что может быть страннее, чем целующий младшего Уизли в щёчку Блейз, редчайшие и непонятно откуда взятые фолианты по алхимии и трансфигурации, одному Мерлину известно как колдующая симпатичная девушка, свихнувшаяся на своей учёбе и весьма интересных исследованиях, и он сам, гроза подземелий Хогвартса, стоящий на столе посреди всего этого беспредела? Северус улыбнулся и взял в руки чашку. Он ещё понятия не имел, что ему нужно делать в этой ситуации, и знал только то, что скоро Сурьме придётся летать от одного адресата к другому, не щадя перьев.