Мой восьмой смертный грех - это ты

POV Никита       Пока Настя рассказывала всю правду, я сидел и охуевал! В тот момент, когда она начала говорить про психа Влада, я перебил: — Ты меня за идиота держишь? Что за сказки, Насть? Вы точно тронутые, какие демоны? Какие, к чертям, грехи? — мне хотелось схватиться за голову.       Так не бывает. — Я ожидала, что ты не поверишь. — А кто, вообще, поверит? Сама понимаешь, что городишь? И что получается? Лику тоже ты лишила жизни?       Настя поджала губы и отвернулась. Я смотрел на нее и думал, что она психичка. Я, по всей видимости, тоже, потому что люблю эту психичку больше жизни. Да, именно люблю. Я осознаю это и отдаю себе отчет в этих словах. Но всё же! То, о чем она тут толкует, ни в какие ворота не лезет. — Да, это была я… — Ну, всё, — я пихнул еу, — Уйди, дай мне встать! — Куда собрался? — Прогуляться до дома. Нужно побыть одному.       Я на самом деле хотел уйти, так как мне становилось плохо от мысли, что Настя — душевнобольная. А как иначе объяснить этот бред? Она говорит, что совсем недавно меня хотел прикончить высший демон, потому что Настя должна была стать его собственностью. Но Настя не захотела, и поэтому Артем, как она назвала его, не согласился и решил действовать по-своему. Добиваться Анастасию своими способами. Влад, сумасшедший в моей машине, тоже демон, был другом Насти, но они поссорились.       Восстание ада, да и только! Того и гляди, ангелы с небес посыпятся. — Тебе нельзя домой, не уходи, Ник! — Настя схватила меня за руку. — Пойду к отцу. Домой идти мне не особо хочется. Там может оказаться этот Влад. — Я убью его, когда встречу. — Ага. — Никит… — Да что еще? — Останься. — Нет. Не могу, не хочу сейчас. — Домой к себе не заходи только, обещаешь? — тихо сказала девушка. — С чего бы это? — я кое-как доковылял до дверей. — Там в крови всё. Я убила Артема в твоем доме и там сейчас не особо…       Настя не закончила фразу, так как я ее грубо перебил: — Стоп, хватит, перестань нести чушь, ты меня пугаешь. Охренеть, — я не удержался от ухмылки, — В моём доме убили демона и залили всё его кровью. Как мило. — Но оно так и было, — «пискнула» Настя, посмотрев на меня виноватым взглядом.       Нашкодивший котенок, да и только. Не найдя больше слов, я просто рассмеялся.       «Это нервное» — подумал я. — Хорошо, Ник, я докажу тебе, — девушка закрыла уже открывшуюся было дверь, — Смотри…       Ее внешность стала меняться.       Приплыли. Поздравляю, Киоссе, у тебя галлюцинации!       Глядя на перемены, которые творились с брюнеткой, я почувствовал, как расплываюсь в идиотской улыбке. Да я же с ума сошел! Ясно, как Божий день, или, вернее, чёртов, так как передо мной, вместо Анастасии, нарисовался какой-то… чёрт! С рогами! И что это у нее, когти? Стала бледнее, волосы темнее.       Что дальше? Не помню… По-моему, я вырубился. *** — Никит, — кто-то трясет меня за плечо.       Открываю глаза… Настя. Смотрит с волнением. По всей видимости, мне снился какой-то бред. Слава богу, что я снова в реальности. — Что со мной было? — сажусь, замечая, что нахожусь на полу. — Что я тут делаю? — морщусь от боли в боку. — Насть, мне такой бред сейчас снился. — Про демонов? — девушка улыбается. — Что? Не бред, всё-таки?       Настя мотает головой: — Никита, а ты ведь обещал мне, что поверишь всему. Что бы я ни сказала, поверишь. А на самом деле, — брюнетка ласково проводит рукой по моей щеке.       Невольно подавшись навстречу, обнимаю ее, свою, любимую, родную… Нет, не отпущу никогда. Даже если у нее с головой не в порядке, даже если я сам с ума сойду, всё равно, всё равно уже! Не смогу без нее. — Ты просто прими это, — Настя отстраняется, мы так и сидим на полу, — Я знаю, что в такое трудно поверить, но… Это есть. Наш мир существует. Он реален. И я могу показать тебе его, мы сможем быть вместе всегда, но есть одно "но". — Какое? — я понимаю, что невольно начинаю верить в этот абсурд.       Понимаю, что пойду на всё ради нее. — Понимаешь, — Настя начинает что-то объяснять, но я ее совершенно не слушаю.       Смотрю на ее губы, в глаза, в которых тону. Засматриваюсь, не в силах отвести взгляд. Она что-то говорит, перебирая мои пальцы, нежно поглаживает ладонь, рисуя невидимые узоры на коже. — …а потом я нашла книгу в библиотеке и прочитала, что… — продолжает она.       Чёрт побери, Насть, какие книги? Какая библиотека? Мысли вообще не об этом. Зачем ты так нежно поглаживаешь мою руку и, опустив взгляд, смотришь в пол? Ты специально, да? Ведь мне этого хватает. Хватает любого тесного контакта с тобой, и больше не могу ни о чем думать, кроме как… — Хочу, — произношу чуть слышно, но Настя тут же поднимает взгляд, в котором читается удивление. — Никит, я не думала, что ты так быстро…       Я не даю ей договорить, целуя в губы. Не обращая на болезненность раны, заваливаю ее на пол, не разрывая поцелуя. Нет сил, не могу устоять перед ней. Изнасилую, тут же, на полу в комнате. Мои руки уже под ее футболкой, исследуют каждый сантиметр кожи, пальцы поглаживают любимое тело. Начинаю целовать ее шею, чередуя поцелуи с нежными укусами. Увлёкшись, не замечаю, как делаю любимой больно. — Никит, — томно, но немного обиженно, произносит Настя.       Это распаляет еще сильнее. Снимаю с брюнетки футболку, отбрасываю в сторону, и снова целую в губы. Она отвечает мне, но как-то напряженно. Не обращая на это внимания, продолжаю свой натиск. Дыхание сбивается, руки пытаются расстегнуть ее джинсы.       Звякает пряжка ремня. Найдя на ощупь ширинку, одной рукой расстегиваю ее джинсы. Брюнетка возбуждена не меньше меня.       «Что ты делаешь, Киоссе? Что ты творишь?» — бьется в голове запоздалая мысль.       «Что я делаю? Схожу с ума».       Глаза Насти закрыты, руки нежно поглаживают и ласкают мои плечи. Провожу по ее груди языком, оставляя влажную дорожку, спускаюсь ниже, ниже и ниже… — Блядь! — отрываюсь от своей брюнетки и отползаю от нее, садясь чуть поодаль. — Что случилось? — девушка приподнимается, оперевшись на локти, и тяжело дышит.       Смотрит непонимающе. — У тебя пупка нет. — Ну, да. А что удивительного? Я же тебе уже всё объяснила, рассказала и показала. Ты до сих пор не веришь? — брюнетка закусывает губу, чтобы не рассмеяться. — Тебе смешно? — Нет, — явно старается сдержать улыбку, чуть наклонив голову. — Смешно, значит? А мне нет! И как я раньше этого не замечал? — Никит, в наш прошлый раз было довольно-таки темно. Неудивительно, что ты пропустил такую мелочь, — говорит она и улыбается.       Теперь до меня окончательно всё доходит. — Мне надо уйти, — вскакиваю на ноги. — Опять, — Настя закатывает глаза, — Только в обморок больше не падай. — Не дождёшься! — Почему ты уходишь? — Надо побыть одному и всё обдумать. — Что обдумывать, Ник? Ты же мне совсем недавно сказал, что хочешь уйти со мной, согласился. — Ни на что я не соглашался! Я просто хотел тебя. — Всё ясно, — Настя снова разлеглась на полу и закрыла глаза, — Ты меня совсем не слушал, — добавила она как-то совсем печально. — Я ухожу!       С этими словами я выбежал из комнаты, а потом и из квартиры. Настя больше не пыталась мне помешать. Правильно сделала, это бесполезно, ведь, если я решил уйти, то уйду, и никто меня не остановит. ***       Прошатавшись какое-то время по городу, я понял, что идти мне некуда. Конечно, куда мне теперь? Домой? Но там может поджидать тот псих Влад. К отцу? Видимо, остается только это. Тогда просто возьму у него денег и сниму комнату в каком-нибудь отеле. А там уже видно будет. Поймав такси, я сел в машину и назвал адрес, куда ехать. В карманах было пусто, но это меня совершено не заботило. Расплачусь с таксистом, как приеду.       Из-за пробок поездка затянулась, и я уснул в машине, так как был сильно вымотан. Бок продолжал болеть, плюс ко всему противно щипали оставленные Настей царапины. Черт! Так долго подобные «травмы» у меня никогда не заживали. Может быть, эти какие-то особенные? Или Настя слишком сильно меня оцарапала? Не важно конечно, но факт есть факт, они не заживают. Терзаемый разными тяжелыми мыслями, я и не заметил, как уснул. — Эй, парень, просыпайся! Приехали. Тебе сюда надо было? — разбудил меня голос таксиста. — Да, да, — я, щурясь, осмотрелся. — Сто баксов с тебя. — Сейчас принесу. Подождёте минутку? — Точно принесешь? — водитель с подозрением окинул меня взглядом. — Да, точно, это еще не конечная остановка, — ответил я с раздражением и вышел из машины.       Как же я давно тут не был. Дом отца с непривычки показался огромным по сравнению с моим. Зайдя на крыльцо, я постучал. Дверь сразу же открылась. На пороге стоял новый «сынок». — Вам кого? — Охуел, что ли? — я грубо оттолкнул парня и зашел в дом. — Вы кто такой, что Вы себе позволяете? — Что Вы себе позволяете? — передразнил я его. — Не узнал меня? Я Никита, и я пришел к себе домой! — Э-э, — парень не знал, что ответить.       Больше не теряя времени, я прямиком направился в кабинет отца. Надеюсь, он еще не поменял шифр от сейфа.       Войдя в кабинет, я с удивлением обнаружил там… отца, собственной персоной. Сидя за столом, он капал в свою чашку какое-то лекарство. — Я же просил не беспокоить меня! — нервно сказал он и оторвал свой взгляд от чашки. — Никита?       Воцарилась тишина. Мы смотрели друг на друга и молчали. Не знаю, почему, но я словно прирос к полу. Все слова куда-то пропали. Мне стало безумно жаль этого уже седого старика, слабого, больного, но всё такого же сильного. И двух дней не прошло, а он уже дома. Сидит в кресле, в халате, за своим рабочим столом… Трудоголик. — Ты умрешь скоро, если будешь так к себе относиться, — нарушил я образовавшуюся тишину. — Думал, ты еще в больнице. — Как видишь, нет. Чем обязан твоему визиту? — Я за своими деньгами. — Решил уйти? Я так и думал, что когда-нибудь этот день настанет. Перед тем, как уйти, ответь мне честно… — Что? — У тебя всё в порядке? — Да, можешь не волноваться. Я теперь — не твоя забота. — Не говори так. Ты мой родной сын. Всегда им был и всегда будешь. Тебя никто не заменит. — Теперь у тебя есть новый сынок. Так что один не останешься. — Какой же ты еще глупый у меня, Ник. — Деньги, отец. Мне надо идти. — Хорошо.       Встав из-за стола, отец подошел к сейфу и, набрав код, открыл железную дверцу. — Сколько ты хочешь? — спросил он.       Я назвал сумму.       Забрав деньги, я собирался сразу же уйти, но отец взял меня за руку. — Никит… — Что? — Почему мне кажется, что я вижу тебя последний раз? Я не могу тебя остановить, знаю, но всё же. Может, подумаешь? Если у тебя есть проблемы, мы решим их вместе. — Всё нормально, — глядя в его глаза я понял, что всё-таки люблю своего старика, люблю, — Можешь не переживать за меня, всё отлично, просто, — я замолчал, не зная, что сказать, как объяснить.       Не хотелось делать ему больно, даже не смотря на то, что понимания между нами не было. Я видел перед собой любимого, но совершенно далекого человека. Что сказать… успокоить? Смысл? Просто, чтобы не искал и не звонил? Не за чем. Я не знаю, что дальше ждет меня и Настю, но одно я знаю точно: у отца новая семья. Пусть мне в ней нет места, но он ее заслужил. — Что? Говори, как есть. — Я решил кардинально поменять жизнь. Скорее всего, я уеду и больше не вернусь, — чуть подумав, я добавил, — Прости, что… бросаю тебя. — Тебе не за что извиняться, я понимаю. Я всю жизнь пытался удержать тебя, думая, что так будет лучше, а нужно было дать тебе право выбирать самому. Жить своей жизнью, — отец устало сел за стол, — Теперь уже поздно, тебя не изменить. Я сам во многом виноват. Скажи хоть, как ее зовут?       Я посмотрел в его глаза и, сам от себя не ожидая, ответил: — Анастасия.       Отец, закрыв лицо руками, чуть слышно произнёс: — Прощай, Никита.       Ничего ему не ответив, я ушел. Лишь обернулся напоследок, буквально на секунду, но этого мне хватило. Не смотря на всю былую злость к отцу, сердце больно сжалось при виде того, как затряслись его плечи.       Думая, что я уже ушел, он дал волю чувствам, не зная, что я успел увидеть его слёзы. ***       Снова сев в такси, я попросил отвезти меня в отель. Надо отдохнуть, прийти в себя и решить, что делать дальше. Планы нарушил звонок мобильного. — Алло. — Алло, Никита, где ты? — Как ты узнала мой номер? — я был удивлен, так как звонивший оказался Настей. — Какая разница? Узнала да узнала. Где ты? Может, вернешься? — Нет. Не хочу. — Почему? — Мне нужно время! Оставь меня сейчас в покое, — чуть ли не прокричав последнюю фразу, я сбросил вызов.       Черт, ведь, если все это правда, в которую я уже почти поверил, то я сейчас послал демона.       Больше звонки не повторялись, но, спустя какое-то время, пришло смс: «Никит, я очень сильно тебя люблю. Да, я понимаю, у нас было мало времени, но за этот короткий промежуток я поняла, что не смогу без тебя. Я умру без тебя, не выживу. Постарайся понять и принять то, что тебе открылось. Если ты сможешь, мы всегда будем вместе. Никто и никогда нас не разлучит. Я тебе обещаю. Всё зависит только от тебя. Решай.»       Мое сердце просто разрывалось. Я не знал, что делать, просто не знал.       Не выдержав, написал ответ: «Я, конечно, решу, но что? Мне сейчас не так-то просто, как ты думаешь. Мне нужно время.»       Снова смс с неизвестного номера: «Понимаю… Я могу позвонить тебе позже? Нам нужно поговорить.»       Немного подумав, я написал коротко: «Да.»       На этом переписка была закончена. ***       Уже вечером, в номере отеля, я рассматривал царапины. На футболке остался мелкий кровавый крап. Что за херня? Повертевшись перед зеркалом, я отметил, что царапины даже и не собирались заживать. Более того — они стали только больше. Или мне кажется? Скоро уже собственным глазам верить перестану.       Настя так и не перезвонила. Я уже подумал, что она и не вспомнит про меня, но… Размышления прервал стук в дверь. Кому что надо в моем номере? Время — десять вечера, я ничего не заказывал. Что опять? С намерением высказать всё, что думаю по поводу неожиданного визита, я открыл дверь. На пороге стояла… Настя! — Ты издеваешься? — крик сорвался с моих губ, словно сам собой. — Тс, — цыкнула брюнетка и, пихнув меня в грудь, вошла в номер, закрыв за собой дверь. — Прости, что я так, просто у нас мало времени. Поверь, Никит. — А мне кажется, времени до хрена. — Влад может тебя убить. Наверняка, ему уже известно, как и что произошло с Артемом, поэтому он будет осторожен. Отсюда следует, что действовать он будет быстро и наверняка. Может получиться так, что меня не будет рядом и тогда… — Что тогда? — я не смог скрыть раздражения. — Тогда я не смогу помочь. Он сожрёт твою душу. А нам нужно ее сохранить. — Опять старая песня, — я закатил глаза, давая понять, как мне всё «дорого». — Послушай, Никита! Да, признаю, я втянула тебя в это дело, но ты мог бы слушать меня внимательней, когда я объясняла. Но ты не слушал! Ты просто стал приставать ко мне. Всё пропустил мимо ушей. — Ладно, я тебя сейчас слушаю. Говори. Как мы будем решать эту проблему? — я окинул ее скептическим взглядом. — Тебе надо убить себя. И, чем скорее, тем лучше.       Ответом послужил мой смех. Я просто не сдержался. Ну, конечно! Ведь всё так просто. Какой же я идиот. Если есть проблемы в жизни — просто убейся нахер, и всё станет отлично. Долго смеяться мне не пришлось, так как Настя, схватив моё запястье, зло прошипеал: — Хватит, Киоссе, шутки кончились! — в ее глазах вспыхнули красные искорки.       Мне сразу стало не до веселья. Положение усугублялось тем, что мое запястье как огнем обожгло. — Отпусти, Настя, больно! — не выдержав, я упал на колени. — Больше никакого смеха! — брюнетка только сильнее сдавила руку. — Если не хочешь, чтобы от тебя и мокрого места не осталось, сейчас же сядешь и спокойно выслушаешь меня! — Ладно, — боль стала невыносимой.       Слава Богу, в этот момент она меня отпустила. На запястье остался красный след от руки. — Прости, я не хотела. Теперь ты понял хоть что-то? — Понял, — буркнул я в ответ и направился в ванную. — Надо под холодную воду, — чуть запоздала с советом Настя. — Я знаю! ***       Остужая обожженную руку, я всё еще не мог поверить в реальность событий. Но след прикосновения Насти окончательно заставил поверить в весь ужас. От ледяной воды становилось лучше, но стоило убрать руку, как пульсирующая боль возвращалась. Пока я занимался этим «увлекательным» делом, Настя прояснила мне ситуацию. На этот раз я слушал внимательно.       Итог: мне надо покончить с собой. Тогда моя душа каким-то образом сможет возродиться в теле демона в мире Насти. И я стану таким же, как и она. Бред, абсурд! Но как по-другому?       Мысли роились в голове: хочу ли я быть с этой демоницей? Готов ли я на такой шаг? Что будет дальше? Что делать?       По всей видимости, выбор небольшой. Никогда не думал, что буду задумываться о самоубийстве, но как иначе? Либо я сам себя уничтожу, либо за меня это сделает Влад. И даже если не сделает, то…       Да и не во Владе этом дело! Что дальше? Я не смогу быть со своим любимым человеком. Она даже не человек.       Признаться честно — было страшно. Страшно, глядя на Настю. Что еще может это существо? Если одним касанием она оставила такой ожог. Что она такое? Кто я такой? Что будет с нами? Со мной? — Как рука? — голос Насти прервал мои мысленные терзания. — Нормально! — не удержался я от резкости. — Никит… — Что? — я так и держал руку под струёй холодной воды. — Прости, пожалуйста.       Подойдя со спины, Настя нежно меня обняла. Я невольно растянулся в улыбке, но ответил снова резко: — Возьму и не прощу! Хватаешь своими ручищами. Зачем я только с тобой связался? — Врединка, — прошептала она мне на ухо, — Я же знаю, что ты уже не злишься. — Да? Ты еще и телепатка, плюс ко всему? — ответил я, продолжая разглядывать своё запястье, на котором явно проступали следы пальцев брюнетки. — Не злишься ведь. Вредничаешь просто, — по ее интонации было ясно — улыбается. — А вот и злюсь! Не мешай мне! — Почему тогда лыбишься стоишь? — Что? С чего ты взяла, что я… — Зеркало, Никит, — Настя звонко рассмеялась.       Подняв взгляд, я встретился с нашим отражением.       Чёрт, я кретин! Всё это время Настя наблюдала мою улыбающуюся физиономию, а я… — Ты меня подловила, — выключив воду, я повернулся, высвобождаясь из ее объятий, — Да, ты права, я не злюсь уже. Больше так не делай только. Ладно? — Ладно, — Настя снова меня обняла, — Не хотела, честно. Прости. — Прощаю, — улыбнувшись, я не смог удержаться и поцеловал ее в губы.       Настя тут же ответила на поцелуй, нежно поглаживая мою спину.       Ну, вот опять. Сейчас снова «наброшусь» на нее. Только я собрался стянуть с нее футболку, как почувствовал боль. — А! — коротко вскрикнув, я тут же отстранился.       Да что же такое? Такими темпами боль станет для меня привычным делом. Так и мазохистом стать можно. Настя задела одну из царапин, ей же оставленных. Мне показалось, или? Так и есть! В зеркало я увидел, как по спине стекала тоненькая струйка крови. — Бля! — Я снова тебя травмировала? — Настя с виноватым видом закусила губу. — А вот и нет. Это как раз старые травмы. Может, просветишь на счет этого? А именно — почему они не заживают? — Наверное, отец это и имел ввиду, когда посоветовал поговорить с Леной, — ответила девушка, нахмурившись. — Ты о чем? — Что? — Настя, ты тут вообще? — Да, да… Всё нормально. — Ну, вообще-то, нормального тут мало. Вытри мне спину, — я взял первое попавшееся полотенце и протянул его брюнетке, — У тебя это лучше получится. Только осторожно! — Да, да… — ответила она как-то рассеяно. ***       Спустя полчаса, мы вдвоем лежали на кровати и молчали. Каждый думал о своём. Настя, лежа на спине и закинув руки за голову, смотрела в потолок и о чём-то мечтала, по всей видимости. Время от времени она хмурилась и кусала губы. Я давно заметил за ней эту привычку. Я же лежал на животе, с полотенцем на спине, так как кровь даже и не думала останавливаться. Потерплю еще немного, может, перестанет. Обожженное запястье обмотал мокрым полотенцем, но оно моментально высыхало, и его снова приходилось мочить в ледяной воде. Проблему можно было бы решить с помощью льда, но его, как на зло, не было, а вызывать обслуживание номера не хотелось. Да и время уже двенадцать ночи. Не смотря на все эти неудобства, мне нравилось лежать вот так, вдвоем, молчать и не думать о плохом. Хотя, как сказать — не думать. Мысли о самоубийстве не покидали. И, мне кажется, я уже все решил. — Насть? — М? — Сходи в ванную, намочи полотенце, а то я так вставать не хочу. — Окей, — Настя тут же встала с кровати. — Только воду похолоднее сделай, — я отдал ей полотенце. — Ладно.       Буквально через минуту я услышал звук льющейся воды, а спустя еще минуту — уснул. Меня просто выключило. Видимо, сказалось напряжение за весь день. Что тут говорить? Денёк выдался насыщенным!       Я был разбужен ласковым прикосновением. Настя нежно коснулась моей щеки. — Сколько время? — Половина третьего. — Вот это я задремал. — Ты устал просто. — Да, это точно.       Воцарилась тишина. Закрыв глаза, я подумал о том, что стоит сказать брюнетке о своём решении. Тянуть с этим нет смысла. — Насть? — Что? — Я тут подумал и решил для себя кое-что.       Настя промолчала. Открыв глаза, я увидел беспокойство в ее взгляде и немой вопрос. Она ждала ответа. Собравшись с силами, я сказал: — Я хочу жить…