Vir Assan

Вира не могла не радоваться. Счастливая улыбка то и дела лезла на лицо, чем напрягала некоторых, малознакомых эльфов. В Айварстеде она наняла повозку, отдав извозчику вместо платы свой кинжал, последний, что остался. Естественно, пожилому норду такая плата была непривычна, но видя оголодавших путников, эльфов, согласился. — Куда едем, госпожа? — Поместье «Озерное». Близ Сосновой заставы. — Знаем эти места. Хорошие места, красивые. Богатый лес, еще богаче вода рядом. Асан отправила гонцом несколько писем. Одно — Соратникам, второе — в Коллегию. Пусть друзья знают, что та вернулась и направляется домой. Она дождалась пока бывшие белки усядутся на деревянных скамьях повозки, села рядом с извозчиком. — Там, говорят, сама Предвестница живет. — Неужели?! — Вира воскликнула вполне натурально, чем вызвала у Киарана улыбку и смешок у Седрика. Самим же эльфам эта обстановка была непривычна. Они чувствовали себя не в своей тарелке, потому как в селении на них не напали, не обматерили, собак не спустили. Удостоили лишь любопытными взглядами, когда вошли в поселение и не более. Весь путь они ехали молча, слушая лишь разговоры Виры и старого мужчины. Асан выпытывала у норда последние новости, а эльфы просто слушали. Рассматривая места, по которым пролегала дорога, мощенная камнем. Седрик находил в этом Скайриме нечто необычное, вполне осязаемое, непривычное. Он слышал пение птиц, слушал шум ветра в ветках вечнозеленых деревьев, как колышутся кустарники. — Война будет, — огорошил Виру извозчик. — От чего же? — Альтмеры стали какие-то совсем подозрительные. Старый император помер, новый занял его место, молодой, старший сын. Они молодые, вечно горячие, лихие на голову. Вот вспомните мои слова, госпожа, будет война. Будем гнать проклятых доминионцев ссаными тряпками до самого моря. — Ты бы полегче в выражениях, старик. Не все могут оказаться добрыми путниками, как мы. За такие слова могут и казнить. — Чего мне, старому, уже бояться? — Есть вещи похуже смерти, старик. — Мрачно ответила Вира, поворачивая голову в сторону. Скайрим никогда не менялся. Ни погода, ни природа, оставаясь все такой же прекрасной в своей суровости, непосредственной стойкости к лютым морозам и весьма изменчивой погоде.

***

Темнело, когда повозка привезла их в назначенное место. Двухэтажный особняк, на который Вира убила не мало сил и средств, стоял чуть поодаль дороги, прямиком в лесу. — Добро пожаловать в Поместье «Озерное», — Вира повернулась к эльфам. — Мой дом на время станет вашим домом, пока вы освоитесь и не найдете свою дорогу в жизни. А пока, пройдемте, выведаем, что тут у нас. Первое, что заметила мерка, так это мальчишку, лет десяти, подметающего крыльцо. Завидев путников, он остановился, замер, как сурок при виде хищника. — Пойди сюда, — Вира деловито махнула рукой. Не упуская метлу из рук, на случай, если потребуется отбиваться, он подошел, неуверенно ступая к босмерке. — Кем будешь? — Атисом. — Чей? — Уже ничейный. Родителей разбойники в лесу зарезали, меня подобрали, оставили при себе. Лидия. — Благородно. Хозяйка? — Лидия не хозяйка. Хозяйка Предвестница. Скоро она прибудет и уж ей решать беседу вести с вами или нет. — А ты смелый. Где Хоргар? — Вира, как ни в чем не бывало, потопала к крыльцу, но перед ней возник Атис, преградив путь метлой. — Куда это вы?! Чужим без позволения хозяйки нельзя! — Значит и законы гостеприимства не стоит чтить? — Какие тут чтить?! Выглядите как разбойники с большой дороги. Войдете только через мой труп! — Какой бойкий! — Вира рассмеялась, — Ладно, страж. Зови Хоргара. У меня к нему дело. — Какое дело? — А это, пацан, уже не твоего ума дела. Марш за Хоргаром! От такого командного голоса и эльфам захотелось двинуться на поиски этого Хоргара, что сказать о мальчишке, который, бросив метлу, помчался в дом, хлопнув входными дверьми. Вира вздохнула, осматривая свои владения и что тут изменилось. Куриц в загоне прибавилось, как и коз. Корова дала долгожданный приплод, и теперь рядом терся молоденький теленок. Кузницу облагородили, как хотела Вира, сделали навес, чуть приподняли. Хоргар расширил свои владения, вскопав больше земли под огород, что бы было, где выращивать пищу.  — У тебя большие владения, — заметил Седрик.  — Это точно. Я вообще, богатая невеста с приданным. У меня дома чуть ли не в каждом владении, комнаты в домах ярла, плюс замок в Сиродиле. Инвестировала не только в недвижимость, но и доверие народа. Так что никто из вас не пропадет, я не позволю. Слова мерки вызвали скупые улыбки в сердцах скоя’таэлей, у которых впервые в жизни могло что-то получится, по-настоящему. Двери поместья открылись, выпуская на двор огромного норда. В нем было более двух метров роста. Широкоплеч, мускулист, смуглый, с длинными светлыми волосами, завязанными в хвост позади, длинной ухоженной бородой и усами, заплетенными в косички. На нем была добротная одежда, состоящая из рубахи, штанов, хороших кожаных сапог и меховой, вышитой жилетки. В руках он держал увесистый молот, показывая всем своим видом, что убьет каждого, кто посмеет переступить порог. — Госпожа! — воскликнул он с неподдельной радостью, оставив оружие, кинув его попросту на землю. Норд подбежал к мерке, взяв ту подмышки, подняв над землей, и крепко сжал в объятьях, выпустив из легких весь ее воздух. — Хор-гар. Воз-дух! — Простите, госпожа! — он ослабил хватку, но на землю так не опустил, выставив перед собой, любуясь. — Вы отощали, госпожа! Бедная госпожа. Ну, ничего, Хоргар откормит вас. Сейчас приготовлю кушанье для вас и ваших, — норд чуть убрал руки с Вирой в сторону, посмотрев на эльфов, — друзей. А вернется Лидия из города, так вовсе пир устрою! Как знал, что вы вернетесь, решил пополнить погреба. — Поставь меня на землю, мне неловко перед друзьями. — Хорошо, госпожа. Хоргар вернул Виру на землю, широко улыбаясь. — Мои друзья остаются тут жить на неопределенное время, Хоргар. Обеспечь им должный комфорт, если надо будет, пошли в город. Надеюсь, вы мои сейфы еще не все обчистили? — Нет, только одну полочку. — Вот и славно. А теперь в дом.

***

В обеденном зале было тепло и приятно пахло едой. Эльфы расселись на скамьях за столом, принимаясь за еду. Иномирцы ели жадно, но прилично. Вира же в основном пила эль, по которому соскучилась больше, чем за стряпней Хоргара. — Этот, — Киаран решил завязать разговор, указывая на норда, что стоял у очага, помешивая еду в котелке, — твой слуга? — Хоргар? — Вира нарочно громко спросила, отвлекаясь от созерцания деревянных балок на потолке. Уши эльфа заалели от стыда. — Хоргар, ты мне слуга? — Нет, — отозвался здоровяк, — я ваш домоправитель, телохранитель и еще все, что вы скажете. — Во, Киаран, он домоправитель. А готовка, уборка, огород и скотина — его хобби. Урок номер один, иномирцы, норды весьма вспыльчивый народ. Думайте, что говорите. Хоргар у меня уже несколько лет. Он не воин, хотя силен и обучен управляться с оружием. Он прекрасно ведет хозяйство и без него тут бы все похерилось, это точно. Обычно у меня нет времени заниматься этим, а мои хускарлы — полные бездари в этом плане. — Лидия не бездарь! — воскликнул Атис со своего угла, отвлекаясь от перебирания крупы. Норд усадил мальчонка за это дело, чтобы не мешался разговорам. — Бездарь, если дело не касается моей охраны! А теперь цыц, мешаешь говорить умные вещи, — Вира отхлебнула элю, — так о чем это я… — О том, что ты тут королева, — усмехнулся Седрик. — Ну, где там, — махнула рукой мерка и уставилась на притихших белок. — А теперь знакомимся. Норды обычно разговаривают после сытного обеда и выпивки, чтобы быть…более расслабленными. — Алред, — представился один из них, симпатичный, немного хмурый эльф, со всклоченными русыми волосами у висков, заплетенных в косички. — Сури, — девушка-эльфийка, больше напоминающая ребенка в ярком зеленом дуплете, скрепленного на талии широким поясом. Она была коротко стрижена и выглядела наиболее жизнерадостно, в отличии от остальных, если не считать Киарана и Седрика. — Малька, — не дурная на лицо эльфийка, пожалуй, единственная, кто носила волосы ниже плеч. — Вильдэн, — представился последний. Он выглядел опрятно и практически не угрюмился, попивая эль из оловянной кружки. — Вира Асан, но вы, наверное, и без меня знаете. Что же, Алред, Сури, Малька и Вильдэн, здесь начинается ваша новая жизнь, и я постараюсь вам дать хотя бы примерную часть знаний, чтобы вы могли начать жить. Сегодня вы отдохнете. Хоргар, ты приготовил комнаты гостям?  — Да, госпожа, на втором этаже, аккурат в пустующей комнате, — вновь отозвался норд  — Отлично! Какой же он у меня молодец. Потом как-нибудь оружейную доделаю, нет сил мотаться по домам и искать что нужно. Так! — Вира стукнула кружкой по столу, расплескав немного эля вокруг. — Прежде чем я уйду во двор, правило номер два, самое важное — здесь людям все равно, кто ты. Каджит или мер, или еще какая неведомая зверушка. Они не будут нападать на вас по той ненависти, что у вас ушки заостренные. Нет. Разбойникам, некромантам и прочей наволочи все равно кого убивать, но это бывает на дорогах у неосторожных путников. Роше здесь нет и карательных отрядов тоже, так что расслабьтесь, хотя бы в пределах этого дома, где вам ничто не угрожает. Только, чур, витрины не трогать, там иногда опасные вещи лежат, я сама до конца не помню, что и куда клала. Так что осторожно. Нужник на заднем дворе. Если увидите что-то странное, не пугайтесь и зовите меня. Хотя я тут вроде всю округу очистила, но кто его знает. Все, я пошел на воздух. Вира поднялась с лавки, едва не свалившись назад, но ловкие руки Седрика и Киарана вовремя подхватили ее, благо, что сидели по обе стороны. — Спасибо. Что-то я немного пьяна. Хоргар! Где моя трубка? Хочу курить табак с моей трубки. И чего-то горячего мне. Компота, нет, стой, отвара, травяного. Мерка удалилась за дверь, сбоку, в собственную спальню по пути расстегивая плащ и сбрасывая с себя наплечник и рукавицы. Пока за дверью была возня и тихая ругань, эльфы продолжали трапезу, но теперь лениво, переговариваясь между собой на своем родном, эльфийском. — Чудно тут, — сказал Седрик с ударением на первый слог, улыбаясь, отпив из кружки. Он смотрел на скоя’таэлей перед собой, всех четырех, и не мог не радоваться за них, что у них будет шанс на мирную жизнь. Чувствовал, что сомнения утихали в их душах, растворяясь в тепле дома, во вкусной и сытной пищи, в хороших напитках и возможностью поспать в теплых постелях, не боясь быть убитыми. — Жаль, что остальные не пожелали пойти с нами, — Киаран отломал кусок свежего хлеба и поднес к лицу, вдыхая аромат. — Думаешь, у нас выйдет? Выйдет начать все заново? — он посмотрел на старшего эльфа, видя на лице того легкую улыбку. — Да, друг мой. Пока рядом Вира. Он ведет и направляет нас к новому и мне радостно от этого. — Вижу, ты привязался к ней. — Как и ты, — Седрик посмотрел на серьезное лицо друга, не переставая улыбаться. — С ее помощью, я обрел вторую жизнь, ушли мои кошмары, голоса. Я вновь начал ощущать жизнь, жить, а благодаря ее любви — обрел новый путь и цель, которой я буду следовать до самого конца. — Любви? — Киаран поджал губы. — Физической, духовной. Той, что согревает сердце и не дает ему заледенеть. Ты, друг, зря печалишься. Такие, как Вира, не любят однажды, они любят всегда, со всей страстью, тех, кого к себе приблизила и не отпустит никогда. С чего бы ей идти на риск, спасая тебя? А меня? Мм? Киаран не ответил. Вира шумно распахнула двери спальни, находясь в кожаной куртке, не справившись с застежками на ней. Внимательным взором она осмотрела иномирян и жестом подозвала к себе Атиса. — Отведи гостей наверх, покажи им места, где они будут спать, а после отправляйся спать сам. Нечего детишкам засиживаться подолгу. — Но я взрослый! — Усов не вижу, поэтому — нет, не взрослый. Марш! Атис насупился, но просьбу выполнил, отводя четверку эльфов наверх. Седрик с Киараном пока отказались идти. Хоргар поставил на край стола глиняную кружку с дымящимся ароматным напитком, а так же положил курительную трубку с удлиненным чубуком и мундштуком, а рядом — кисет с табаком. Взяв все в руки, Вира последовала на улицу, махнув эльфам рукой. Те, недолго думая отправились следом. Двор встретил их вечерней прохладой. Небо посерело, и начали появляться первые звезды. Вира расположилась на стоге сена и мужчины сели по обе стороны от нее. Босмерка медленно наполнила трубку табаком, аккуратно подкуривая от магического пламени. Седрик тем временем бессовестно попивал из ее кружки отвар из трав, а Киаран расслабленно откинулся назад, заложив руки за голову, смотря на чужие звезды, а затем на две луны, что появились на небосводе. — Массер и Секунда. Джоуд и Джоун. Слеза Мары и Печаль Шандара, — тихо сказала Вира, выпустив изо рта поток сизого дыма. — Согласно легендам, луны образовались из плоти погибшего Лорхана, «Мертвого бога», и служат вечным напоминанием смертным про жертву бога и их долге ему. Опережая вопрос Седрика, который едва не сорвался с его губ, она продолжила: — Лорхан, норды называют его Шором. Шезарр, Шеор, Ситисит и Барабан Рока, Мертвый бог, Потерянный — бог смертных и по праву может им называться. Он был тем, кто вынудил аэдра, богов, создать план смертных — Нирн. За это они наказали его, убили. Ему вырвали сердце и в месте, куда оно упало, появился вулкан, величайший из всех — Красная гора. Вира продолжила курить, слушая звуки тихой ночи. Журчала вода, перешептывался в листве ветер, стрекотали сверчки. Где-то щебетали ночные птицы. Седрик имел счастье вблизи рассматривать подлетевшего светлячка.  — Ты не замерзла? — поинтересовался Киаран.  — Нет, я привыкла к климату. Мне вполне комфортно, да и Фолкрит весьма теплые владения. Вы тоже привыкните, если захотите остаться. Вот в Винтерхолде и Виндхельме, Морфале и Данстаре холодно. — Глупо предполагать, что мы куда-то уйдем. — Седрик все смотрел на светлячка, который теперь ползал по его пальцам. — Мы не уйдем, пока ты сама нас не прогонишь, — он взглянул на мерку, повернувшуюся к нему.  — Вы не можете оставаться со мной всегда.  — Можем, если на то воля твоих богов, — он улыбнулся. Светлячок вспорхнул с его раскрытой ладони, продолжив свое путешествие. Вира закусила нижнюю губу, откинувшись спиной на сено, продолжая курить, задумчиво глядя на мерцающие мириады звезд. Седрик так же лег и теперь все трое смотрели в небо, думая каждый о своем. Киаран о том, как бы заговорить с Вирой по поводу того, что было на барке, ведь им так и не удалось толком поговорить после его спасения, поблагодарить. Седрик думал о чудесах, что готовил ему новый мир и о том, что он все же будет рядом с этой необычной эльфийкой, поддерживая и защищая. Он улыбнулся собственным мыслям. Проблематично защищать того, кто своим голосом кладет дракона на землю, подчиняя его. Скорее будет прикрывать спину. Это определение понравилось ему больше, и он подвинулся чуть ближе к мерке, положив голову рядом с ее плечом. Вира же думала…о всяком. О табаке, по которому скучала, о нормальном нордском эле, который выпила. О самом Скайриме, который бы не променяла ни на один из миров. Об эльфах, что лежали рядом. Ее раздирали противоречивые чувства к обоим. Оба стали ей дороги, ради обоих она старалась, только выбор сделать не могла между ними. А если выбрать обоих? Общественность не поймет. Вира непроизвольно хмыкнула. А ведь когда ее интересовало мнение общественности или вообще чье-то. Мерка бы не добилась того, что имела, если бы каждый раз оглядывалась на тех, кто осуждал ее поступки.  — Это прекрасно… — выдохнул рядом Седрик. На небе появилось то, ради чего Вира вышла на улицу, позвав с собой эльфов. Северное сияние. Красное, желтое, зеленое и белое свечение переливалось волнами по звездному, чистому небосводу, чаруя своим зрелищем, завораживая непривычный взор эльфов. Асан просто смотрела, улыбаясь, пыхтя трубкой и радуясь, что все же добралась до дома.

***

Поместье погрузилось в сон. Потрескивал очаг в обеденном зале, скрипели деревянные конструкции, и не спала Вира, пытаясь справиться с застежками на куртке, удивляясь, как она могла так застегнуть, что теперь не может выбраться из грязной одежды. Из ее спальни то и дело доносились тихие вытеиватые ругательства. Седрик и Киаран не спали, хотя лежали в чистой кровати, помывшись в купальни, куда их пригласил Хоргар после созерцания небесного сияния.  — Думаю, ей стоит помочь, — прошептал Седрик.  — Стоит. И оба продолжали лежать.  — Думаю, тебе стоит пойти, — старший эльф повернул голову в сторону друга.  — Мне? Киаран несколько опешил, но согласился. Встав, он бесшумно спустился вниз, постучал в двери и получив разрешение войти, скрылся в спальне Виры. Седрик улыбнулся, разлегся на всю двуспальную кровать и блаженно выдохнул, мгновенно проваливаясь в сон. Ведь план так хорош. — Я ее сейчас сожгу… — прошипела Вира, рухнув пятой точкой на кровать, обессилено свесив руки. Киаран усмехнулся, подходя к ней ближе, становясь на одно колено перед ней и помогая избавиться от ненавистной куртки. Да, узлы она завязала что надо и где не надо. Кое-как провозившись, эльф попросту срезал своим кинжалом. Да, с оружием он не смог расстаться, хоть понимал, что в этом доме ему ничего не угрожает. От такой привычки так просто не избавиться. — Давно надо было так сделать. Да только я хотела сохранить. — Сохранишь, — мягко сказал Киаран, — всего лишь застежки сменишь. — Верно, ты прав. — Она устало усмехнулась, позволяя снять с себя куртку и положить ту на крышку прикроватного сундука. Затем эльф начал снимать ей сапоги, делая это аккуратно и нарочно медленно. Вире показалось, что он опасался, что от туда выползет змея, столь сосредоточенно было его лицо. — Мне надо помыться. — Я хотел поговорить. Это они сказали одновременно, когда с обувью было покончено. — Хорошо, мы поговорим. Только подожди здесь, я хочу смыть остатки того мира. Вира встала с кровати, чуть пошатываясь, и направилась прочь из спальни. Теперь Киаран почувствовал себя глупо, потому, что глупа была затея, говорить с ней, когда время было далеко за полночь, а у всех выдался трудный, насыщенный день. Им стоило отдохнуть, набраться сил. Он осмотрелся. Ее спальня была уютной, обставлена по-простому, без вычурности. Широкая кровать с чистой постелью, две прикроватные тумбы, сундук. Манекен, где висели латы солдата, комод, несколько маленьких витрин. Помня о предупреждении Виры, он не стал даже прикасаться к ним. Пара подставок под оружие — лук и посох в виде розы. Шкаф, круглый стол с двумя стульями. Одна половина стола была заставлена всевозможными флаконами, вторая — пергаментами и письмами с целыми сургучными печатями. Да, ей предстоит завтра много читать. Киаран подошел к стеллажу с книгами, рассматривая разноцветные корешки книг, читая их названия, а затем, выбирая некоторые, листал пожелтевшие страницы. Мужчине никогда не удавалось почитать книгу. Только короткие листовки, где обычно указывалась сумма за его поимку или поимку Йорвета. Его выбор пал на «Детский Ануад». Взяв книгу, он присел на край кровати, принявшись за чтение. Слова давались ему не просто и медленно, все же практики у него было не много, а язык оказался схожим. Дочитав вторую страницу, Киаран отложил книгу. В спальню вошла Вира, мокрая, завернутая в плотную белую простынь. — Что читаешь? — спросила она, ничуть не стесняясь своего вида, а вот эльф пытался собрать остатки мыслей, что бы ответить. Кровь окончательно покинула пределы его головы, выбрав себе место куда более подходящее. Асан не дождавшись ответа, подошла сама, достаточно близко, что Киаран затаил дыхание. — Детский Ануад. Правильный выбор, самое то, для начала изучения мира, где вы теперь живете. Отойти Вира не смогла. Эльф перехватил ее руку, не дав ступить шаг, притянул к себе, роняя на кровать и наваливаясь сверху на нее. Он всматривался в ее удивленное лицо, пытаясь найти там сопротивление, чтобы она своим видом показала, что он поступает неправильно. Но видел лишь прекрасную зелень глаз, выжидающе смотрящие на него. Видел полуулыбку на лице и росчерк грубого шрама от губы до левого виска. Нет, это увечье не делало ее некрасивой, даже наоборот, предавало ей особенность, дополняло ту чарующую красоту. Киаран склонился, впиваясь в губы босмерки жарким поцелуем, готовый в любой момент отступить, если она воспротивится. Только Вира начала отвечать с большим запалом, втягивая его в свою страсть. Они приняли сидячее положение, не разрывая поцелуя, не открывая глаза, избавляя мужчину от ненужной одежды, быстро стягивая и кидая на пол, словно это был их последний, самый последний шанс на уединение, на которое им выделили не больше десяти минут. Эльф избавился от портков, а Виру от ненужного куска белой ткани. Он вновь повалил ее на спину, разрывая поцелуй, тяжело дыша. Ее лицо покраснело, губы чуть опухли, налились кровью, а глаза блестели от желания. Дальше он действовал медленней, покрывая шею поцелуями, спускаясь все ниже, изучая тело мерки, лаская каждый изгиб, одаривал поцелуями каждый шрам на теле. Вира тяжело дышала, боясь сорваться на стоны, чтобы не разбудить остальных жителей поместья. Асан горела. Эльф чувствовал через кожу, как горяча была ее кровь, когда вошел в нее, не сдержав стона. Он давно был с женщиной и еще давнее с той, которая была дорога его сердцу. Киаран старался двигаться не спеша, но раз за разом срывался, ускоряя темп, вбиваясь в тело мерки. Затем он сменил позу, зайдя со спины, прижимая к себе Виру, продолжая двигаться в ней, сжимая руками мягкие груди и бедра. Тихие, частые стоны, хлопки наполнили спальню мерки и звучали так до самого утра, когда устав от плотской любви, эльфы завалились спать.

***