Vir Assan

За час до восхода луны Дым кострищ клубился, поднимаясь в хмурые небеса, окрашивая небо в более темные тона серого, а воздух, одаривая гарью и запахом горелой плоти. Вира стояла на одной из башен древнего города Лок Муинне и молчаливо сжимала кулаки. Вся ее веселость и взболмошенность уступила место серьезности и напряженной сосредоточенности. Седрик стоял подле, скрываемый глубоким капюшоном зеленого плаща. Он так же был сосредоточен, а его решимость покинуть этот мир, как никогда тверда. Перед ними раскинулся двор крепости, где безжалостно жгли магов, виновных или нет. Всех без разбору. — Я бы сожгла этот мир дотла, только проку нет. Все равно покидаем его. — Босмерка презренно сплюнула на пол. — Мы должны еще попытаться убедить других, — Седрик посмотрел на спутницу. — Тех, кто согласиться — заберем. Там их ждет новая жизнь, лишенная гонений. — Разум скоя’таэлей слишком отравлен борьбой. Могут не согласиться. Времени у нас в обрез. Киаран знает назначенное место. Если сможет убедить своих бельчат — Нирн не убудет. Если нет, то будут дальше вариться в этом котле дерьма.

***

За четыре часа до восхода луны Они прибыли сюда всего за два часа до начала совета, разбираться с подземельями и попали в самый центр событий. Чародейка, что перенесла их сюда, дала им прекрасное снаряжение и оружие, на случай если все выйдет из-под контроля, а она знала, что Ложа все похерит, как всегда. Перво-наперво они отыскали врата. В хитросплетениях подземных коридоров, лазов, тайных ходов и просто проломленных стен им удалось найти их. Элувиан, целый и не тронутый, стоявший аккурат точно, как в Саартале. Они зажгли факелы, осветив помещение. — Мне всегда было интересно, почему они разбросаны по мирам? Эльфы различны в моем… — Вира запнулась. Она хотела сказать про Нирн «родной мир», но не смогла, потому, как недавние воспоминания показали, что это не так. До Бравила Вира ничего не помнила, абсолютно, кроме того, что она — Вира. А теперь выходило, что до дождливого и самого грязного города южного Сиродила была еще жизнь, далекая и до сих пор не ясная, кроме Ужасного Волка, что сыграл в ней немаловажную роль, -… в моем мире. Альтмеры, данмеры, босмеры, кимеры, маормеры, еще были фалмеры, двемеры, алейды и прочие. Столько видом и все разнятся между собой. Вы, угнетенный народ, привыкший к борьбе, имеющий собственную историю, пришли из других миров. Что же хранят в себе Элувианы помимо всего этого? Сколько путей, в сколько миров они открывают? Седрик смотрел на Виру, на то, как она, поддавшись своим мыслям, рассуждает рядом с зеркалом с серебряной поверхностью. Вопрос был риторический и ответа не требовал, но эльф подошел ближе к мерке, положив руку ей на плечо. — В любом из миров я буду рядом, обещаю. Вира внимательно посмотрела на него, сощурив зеленые глаза. — Не давай обещаний, каких можешь не выполнить. Неизвестно еще, попадем мы именно туда, куда хотим, или нас забросит в другое место, еще более ужасное. Она отошла от Седрика, обходя зеркало по кругу и внезапно замерла, подняв голову. Ее зрачки сузились. — Дракон. Что здесь делает дракон? Вира бросив факел, помчалась на выход, прекрасно запомнив дорогу в этом лабиринте. Седрик не пожелал оставаться в одиночестве и ринулся следом за ней. Не мысленным чудом они наткнулись на Йорвета с отрядом у самого выхода из подземелий. Одноглазый предводитель ощетинился, выставляя оружие на двоих, не узнавая их. — Кто вы такие? — Киаран, — Вира сняла капюшон, проигнорировав вопрос Йорвета, даже не глянув на него. Наставленный на нее меч мало интересовал, в отличие от эльфа, который пробрался сквозь толпу, стиснув Виру в крепких объятьях. — Я думал, ты мертва! — Снова? Она отпрянула от него, коснулась небольшого, свежего пореза на щеке, заживляя его своей магией. Одними губами он произнес слова благодарности, завороженно глядя на нее. — Рад видеть тебя, друг. — Седрик подошел ближе, приветствуя остальных. Теперь отважный отряд мятежников успокоился. Йорвет опустил оружие, хмуро глядя на остальных. — Что вы забыли в подземельях? Как же Верген? — бывший лесничий глянул на командира. — Мы отвоевали его, но Саския под проклятьем. Филиппа что-то задумала, нутром чувствую. А вы, что вы здесь забыли? — Если скажу, что соскучилась, по вам всем, вы поверите? — Вира лукаво глянула на Йорвета, опираясь рукой об Киарана плечом. — Ведь не так трудно просто ответить, — прошипел одноглазый. Вира выдохнула, сбрасывая улыбку с лица. — Тут находятся врата. Я возвращаюсь домой. Когда взойдет луна, они будут открыты, и я уйду из этого проклятого мира навсегда. Седрик согласился уйти со мной. — Она взглянула на остальных эльфов. — Все, кто желает, могут уйти со мной. Не могу обещать легкую жизнь в суровом Скайриме, но свое место под солнцем вы точно найдете. Кроме Скайрима есть еще множество провинций, стран, куда можно было бы отправиться: Хай Рок, Сиродил, Валенвуд, Саммерсет, Эльсвейр, Хаммерфелл, Акавир, Чернотопье. Все найдут свое место. До восхода луны у вас есть время на размышления, — Вира взглянула на Киарана, так вроде бы обращалась только к нему. Дернув головой босмерка опять замерла. — Дракон. Близко. Выдохнул Йорвет громко. — Ты его чувствуешь? — Еще бы, разит как от тролля, — фыркнула Вира, сложив руки на груди. Командир отряда внимательно на нее смотрел, напряженно так, желваки ходили. — Я должен тебя попросить поймать дракона, но не убивать. — А что мне за это будет? Йорвет поджал губы. Еще бы, надеялся на безкорысную помощь. — Что ты хочешь? — было видно, что эти слова ему дались с трудом. — Ты не остановишь тех, кто пожелает уйти. Клянись. — Клянусь. Она кивнула, оборачиваясь к Седрику. — Ты останешься, пока я разбираюсь с драконом. Присмотришь, чтобы никакая падаль не проникла к вратам. — Вира сжала кулак перед собой, в котором заискрился свет, а когда разжала, явился тот призрачный волк. — Он останется с тобой, на случай угрозы.

***

Босмерка наблюдала за советом внизу, стоя наверху одной из башен, уложив в бессознательное состояние одного из стражников, слушая в пол уха, больше всматриваясь в небо. Дракон, возлюбленная Йорвета, была рядом. Вира согласилась помочь поймать ее, пока командир ищет своего не менее любимого ведьмака, чтобы ее расколдовали. Она достала кинжалы, прислушиваясь, нюхая воздух, который сгущался над амфитеатром. Мерка заглянула вниз, соизволив послушать, что там происходит.  — Ты девушка из простого народа. Единственная корона, которую ты достойна носить — это венок из полевых цветов! Редания не признает такой коронации! — В таком случае, тебе придется выбирать, король Радовид: совершишь ли ты раздел Темерии или выступишь в поход на Нижнюю Мархию? Король Хенсельт, правитель Каэдвена, последний из рода Единорогов, поклялся признать Долину Понтара независимым королевством! Филиппа Эльхарт была тому свидетелем! — Ай-ай-ай… Филиппа Эльхарт обвиняется в государственной измене и сейчас ждет суда, в моем подземелье. — Она была узницей в твоем подземелье, Радовид, но теперь, ее там нет. Она сядет рядом со мной, в Вергене, как королевская советница. Народ заволновался. Вира хмыкнула. Из того, что ей успел поведать Киаран по пути сюда, вся работа в Вергене, которую белки проделали, пойдет коту под хвост. — Приступим к делу. Документ, определяющий права и обязанности Капитула, является, как мы установили, точной копией статута, найденного на острове Таннет. Важнейший вопрос — назначение Капитула королевских советников. Сейчас при многих дворах состоят случайно выбранные маги и чародейки. Однако во времена прежнего Капитула на эти должности назначались специально отобранные люди. — Может, мы сами назначим советников? — На этих людях лежит огромная ответственность, ваше величество. Капитул хочет быть уверен, что советниками станут компетентные лица. — Которые смогут позаботиться об интересах Капитула, — закончил король Радовид. Дальше Вира не слушала, отыскав взглядом Йорвета и ведьмака. Краски над амфитеатром сгущались, как грозовая туча вот-вот решится будет ли буря или же нет. Привели Лето, того самого убийцу королей. Босмерка усмехнулась, становилось все интересней и интересней. Его склонили, связали, но вид он имел такой же грозный. Началось выяснение и оказалось, что чародейки были в сговоре с убийцей королей. Благо там не было имени Надир, это обнадеживало, но какую же она смерть примет? Чародеев арестовывали, а Вира начинала нервничать. Чертов дракон где-то поблизости, но здесь было так много запахов, так много магии, сконцентрированной в одном месте. Стражник очнулся. Вира отвлеклась, чтобы вновь отправить его в вынужденный сон, что пропустила прилет дракона и тот уже рушил все вокруг, сжигая стражей в амфитеатре. Подхватив с поля чародейку, он понес ее в башню и тут вступила в игру Вира, с разбегу перекинувшись на спину летящего мимо дракона, вцепившись руками в гребень на спине, потеряв при этом один из кинжалов. Он завис над соседней башней, оставляя чародейку, которой займется ведьмак, а мерка займется тем, что у нее выходило лучше всего — быть довакином. Дракон взлетел вверх, чувствуя на себе не приглашенную ношу, пытаясь сбросить ее с себя, делая такие виражи, что обед Виры просился наружу, но пока еще находился в пределах организма. — Скотина чешуйчастая… — прошипела босмерка, сбитая со спины дракона камнем. Она упала на край скалы, едва не рухнув в пропасть, успев удержаться за корень дерева и подтянуть свесившееся с обрыва ноги. Быстро сгруппировавшись на земле, приняв боевую стойку, увидела, как дракон заходит на пикирование, поливая путь к мерке огнем. Вира стояла, стояла до самого конца. — ЙОР ТОР ШУЛ! — вырвавшийся поток огня сбил встречный огненный напор, сбавив силу и ход самого дракона, приводя его в замешательство. Дракон сделал круг над Вирой, вновь поливая ее огнем. В этот раз она откатилась в сторону, прячась за камень, решаясь сделать следующий шаг. У ведьмака достаточно времени, чтобы разобраться с чародейкой, а у довакина — чтобы с драконом, угадывая нужный момент. Он кружил над скалой, то снижаясь, то возвышаясь. Лишь бы не прогадать. Выкатившись из-за камня, Вира встала на ноги, направляясь к пролетающему дракону. Он снизил высоту, чтобы обогнуть свисающие ели и зайти сзади, но босмерка не лыком шита и во второй раз повторила свой трюк с прыжком на спину дракона. Вцепившись не руками, а пригвоздив к спине призванный клинок, держась за его рукоять так крепко, как могла. У нее было не больше двух минут, прежде чем колдовство падет. Нужно было направить дракона к башне, а лучше к амфитеатру, там больше зрителей для происходящего кризиса. Ведьмак выйдет победителем и расколдует дракона, вот только как же сложиться потом судьба? Вире было все равно. Этот мир останется позади со своими бедами и невзгодами. Вертя рукоять кинжала, причиняя дракону боль, эльфийка могла кое-как получить управление, заставляя лететь ящера куда нужно. На подлете, когда время кинжала было на исходе, Вира встала на ноги, доверившись балансу своего тела и прокричала: — ДЖОР ЗА ФРУЛЬ! — могучий голос отразился сводами амфитеатра, ударяя дракона в спину, заставляя свалиться на догорающие трупы стражей. Пока в округе каждый пытался понять, что происходит, Вира спрыгнула со спины дракона, обходя его. Синие магические путы не давали ящеру взлететь, а на земле они как правило менее опасны, если не сунуться под огонь или под острые зубы. Она остановилась в десяти шагах от морды и внимательно смотрела на него, заинтересовано наклонив голову. Сюда бежали стражники, что бы добить ящера, но близко не могли подойти из-за пожарища и заваленных проходов. Дракон взревел и прежде ем извергнуть пламя в эльфийку, Вира произнесла последний крик: — ГОЛ ХА ДОВ! Золотое марево окутало ящера, и тот послушно опустил голову, подчиняясь. — Прими свой облик, — сухо приказала Вира, не особо надеясь на результат. Ее Туум может оказаться слабее того колдовства, что окутало дракона. Но ящер покорно рыкнул, принимая облик все той же Саскии. Та рухнула на колени, не в силах встать. Рана в спине давала о себе знать, и была глубже, чем хотела Вира. — Думаю, вежливые банальности можно опустить. — Королева Долины Понтара слабо усмехнулась. — Да, они нам ни к чему. — Вира сложила руки на груди, не сводя с нее взгляда.  — И все же, — продолжила Саския, — ты готова продолжить бой. На смерть. — Ты, не правильный Дова, слишком слабая, подверженная чужому колдовству. Мой туум запросто тебя низверг с небес на землю. Вряд ли ты согласишься продолжить бой, королева из народа, потому как, убив тебя, я получу твою душу, увеличу свою силу, а ты канешь в вечность без права на перерождения. — Ты высокого о себе мнения, эльф. — Ничуть. Всего лишь говорю с высоты накопившегося опыта, не более. — Вира усмехнулась. — Что теперь будет с Йорветом и его отрядом? Они верно сражались тебе, но чувствует моя душа, что не все так просто будет. — Будем честны друг с другом — он разбойник и убийца. Я не стану обелять его или валить на него чужие грехи, он сам должен заслужить уважение, и быть может, через несколько поколений, люди забудут о его делах. — Ты использовала его. — Утвердительно сказала Вира. — Эльф, он за свою жизнь убил больше людей, чем ты…драконов. Его нельзя просто взять и использовать. Он сам поверил мне и сам знал, за что мы сражаемся. Это был его выбор. — Глупая и не правильная Дова, ты, правда, не понимаешь, о чем я говорю? — Мы сражались с ним вместе за общее дело. — Да, только он предан тебе как пес. А вот ты, что сделаешь для него? — Для скоя’таэлей всегда найдется место в долине Понтара, а что до самого Йорвета… Может быть, мне бы пригодился эльф, рядом, но не с его репутацией. Вира натурально хмыкнула. — Я услышала все, что хотела, Дова. А ты, Йорвет, услышал все что хотел? — она обернулась направо, где за валунами притихли сам командир и ведьмак. — Мое дело здесь закончено. Время до восхода луны. Вира удалилась.

***

Ей было по-настоящему гадко видеть, как горел город. Кровь, огонь заполнили старые улицы. — Даже Маннимако был более милостив и не оставлял за собой столько грязи, — она сглотнула, отворачиваясь от вида города. Седрик только хмуро кивнул. — Пойдем, пора убираться из этого проклятого богами места. Тут творится сплошное безумие. Она ушли к входу в подземелья. Но там их уже ждали. Реданские воины, рыскающие в поисках новых жертв своей охоты на ведьм. Завидев двух незнакомцев, они не стали разбираться маги они или нет, а сразу пошли на них. Вира сбросила капюшон, призвав в руку клинок. — Во славу Ситису отправлю их души в Пустоту времен! — зло прошипела эльфийка. Седрик усмехнулся, вскидывая одолженный у Виры лук, отходя на расстояние выстрела. Мерка парировала удар одного солдата, откидывая Безжалостной силой второго. Ударив по коленной чашечке, выбивая колено из сустава, наносит хлесткий удар по шее, срубая голову. Брызги крови орошают ее хмурое лицо, на котором постепенно расползается улыбка. Величайший ужас эванурисов убивала с упоением. Она не чувствовала угрызения совести, когда жестоко лишала жизни солдат. Нет. Магия, туум творили свое дело только для того, что выжила Вира. Во всех мирах ведь по-другому не бывает. Либо тебя, либо ты их. Подоспели каэдвенские солдаты, немного, но пришли за тем же. — Вира, время! Солнце шло на убыль. Небо темнело. — Бездна, — ругнулась Вира, убирая оружие, подходя ближе к Седрику. Каэдвенцы видимо подумали, что победа будет на из стороне, только ошиблись. — ВЕН МУЛ РИК! Густой туман окутал местность. Вира взяла Седрика за руку и повела в сторону входа. Они слишком… Нет, она слишком заигралась с боем, а время поджимало. Скоро взойдет луна. У самого входа она остановилась, пропуская Седрика, а сама подняла голову вверх, к нему и произнесла Туум Чистого Неба, открывая небеса взору, отгоняя тучи и дым, обнажая тлеющий огненный закат. Они быстро бежали подземельями, словно их даэдра гнали, боясь не успеть. В зале их уже ждал Киаран и четверо эльфов с отряда. — Йорвет? — Седрик посмотрел на знакомого. — Решил попытать счастья с Саскией. Мы хотим отправиться с вами. Киаран не сводил взгляда с Виры и лишь редко поглядывал на остальных. — Хорошо. Да будет так. Асан подошла к элувиану, притрагиваясь ладонями к золоченой раме. Зеркальная поверхность помутнела, показывая готовность врат, но активным будет лишь, когда взойдет луна. Она терпеливо ожидала, как и остальные эльфы, остановившиеся за ее спиной. Минута, две, десять и поверхность засветилась. — Быстро! По одному и никуда не отходим! Держимся вместе! Все быстро прошли сквозь зеркало, и последней была Вира. За ней проход закрылся. В лицо ударил морозный ветер и снег. Асан выставила руку, прикрывая глаза и осмотрелась. Эльфы были на месте, только снегопад и мороз не делали их настроение радужным.  — Дрем Йол Лок. Приветствую, Довакин. Долго тебя не было на моей струнма. Она обернулась, ровно, как и ее компания. Партурнакс восседал на привычном месте, на драконьей стене и скалился, обнажая зубы. — Йор! — огненное дыхание окутало морду дракона и тот одобрительно закивал. — Дрем йол лок, Партурнакс. — Твое путешествие было долгим, Довакин. Тазокан заждался твоего возвращения. — Как и я, фадон. — Ты привел фалил из другого леин. Запах другой. Чужой. — Их мир, фадон, отвратительная гиена. Вокул, бэйн, байн. Я рада, что от туда их вытащила. — Честь тебе, Довакин. Мои дова могут вас доставить на гол, прочь от монавен. — Благодарю, фадон. Это честь для нас. Дракон взлетел со своего насеста, приземляясь рядом, позволяя эльфам занять места на своей широкой и могучей спине. — Это у меня впервые, — признался Киаран за ее спиной. — Это Скайрим, детка, а я тут довакин. Вира широко улыбнулась, чувствуя, как сердце уходит в пятки, когда Партурнакс взлетел, расправив крылья. Она дома!

***