Гриффиндорская Чума

      Суббота выдалась пасмурной. За окнами Хогвартса хозяйничал ливень, делая и без того серое осеннее утро ещё тоскливее. Но скверное настроение не помешало мне вовремя встать и спуститься в холл вместе с друзьями. Помимо нас, там уже собралось человек двадцать.       Кубок Огня стоял посреди зала на том самом табурете, где обычно восседала Распределительная Шляпа. Его оберегала белая линия, начерченная на полу, очерчивая круг радиусом в три метра. Старшекурсники подходили к Кубку под гул аплодисментов, поочерёдно бросая в пламя свёртки со своими именами.       — Зачем мы сюда пришли? — поинтересовался Рон, завистливо косясь на парней из Дурмстранга, что один за другим бросали свои имена в Кубок. Аплодисменты и радостные вопли буквально резали по ушам.       — Ну, посмотреть, — неуверенно пробормотал Гарри.       — А что нам ещё делать в раннюю субботу, если весь кипиш собрался здесь? — томно вздохнула я. Радовало, что мой вчерашний знакомый ещё не появился — может, успею слинять до его прихода.       — Можно будет узнать, кто станет участником «лотереи» за звание чемпиона, — заметила Гермиона. У неё в руках была какая-то книга, название которой разобрать было невозможно. — Хотя я бы лучше пошла в библиотеку.       — Давай! Не дрейфь! — кричали пуффендуйцы, заталкивая Седрика Диггори за белую черту.       — Хорошо, хорошо! — отозвался тот с улыбкой. В холле повисла тишина — но не надолго. Как только он бросил имя в Кубок, зал взорвался поздравлениями. Однокурсники хлопали его по спине, наперебой уверяя в победе.       — Весело, — без энтузиазма протянула я, наблюдая за этим карнавалом.       — Хэй! — окликнул меня Седрик, пробираясь сквозь толпу. — Давно не виделись. Как ты?       — Привет! — приветливо оживилась я. Он меня помнит? — Прекрасно… А тебя можно поздравить?       — Пока не с чем, — кисло усмехнулся он, приложив руку к затылку.       — Участие в Турнире может стать прямой дорогой к... гибели — я сделала паузу, задумавшись от перспективы отговорить его. Хотя какой смысл, если он уже бросил своё имя? — Ты уверен?       — Ты говоришь, как будто тебе за шестьдесят, — Седрик усмехнулся и потрепал меня по волосам. Неожиданный жест, конечно.       — Разве? На минуточку, я младше тебя всего на три года! — я поправила и так бедовые волосы. Он хоть представляет, сколько я их каждое утро укладываю?! Да и вообще, ментально мы ровесники. — Ну так что, готов?       — Абсолютно! — Седрик был явно настроен решительно. — Если стану чемпионом, будешь болеть за меня?       — Ну ладно... Раз уж на квиддиче не получилось — попробую на Турнире, — я довольно хмыкнула. Обнадёживающее заявление, конечно. Но, по сути, можно болеть и за Гарри, и за Седрика... Обоих ведь спасать придётся. Ой, тяжела ноша «божественной посланницы», ой как тяжела.       — Ты действительно забавная, — заметил он с интонацией старшего брата, что отозвалось во мне приятной ностальгией.       — Странный комплимент, — хмыкнула и глянула за его спину. Ребята из Пуффендуя смотрели на меня… злобно. — Думаю, тебя заждались.       — Тебя тоже, — Седрик кивнул на Рона, который уже вскипал от неприязни, но изо всех сил пытался выглядеть равнодушным. — Пока, Мария.       — Удачи! — помахала я вслед пуффендуйцам. Повернулась к своим — и тут же поймала тот самый сердитый взгляд Уизли.       — А вы, смотрю, очень дружны, — буркнул он, словно ревнует одну мягкую игрушку к другой.       — А вы, очевидно, нет, — томно вздохнула я. Не люблю, когда кто-то вмешивается в мои личные связи, особенно с таким укором. — В чём проблема? Седрик — адекватный парень. Чего ты взъелся?       — Он просто завидует, что за Диггори девчонки бегают, а за ним — нет, — вставила Гермиона, пока Рон не разразился тирадой о том, какие красавчики на самом деле мерзавцы.       — А-а-а… — наконец-то дошло до меня. — Теперь ясно.       — Знаете что… — начал рыжий, но его перекрыли оглушительные вопли — в холл влетели близнецы с Ли Джорданом.       — Есть! Мы сделали это! — кричали они во всеуслышанье.       — Зелье Старения! — ознаменовал Ли. — Сегодня утром сварили!       — У вас ничего не выйдет, — спокойно выговорила Гермиона с капелькой надменности.       — Это почему же, Грейнджер? — близнецы обступили её с двух сторон.       — Видите эту черту? — она указала на белую линию. — Это возрастная защита. Сам Дамблдор начертил.       — И что? — поинтересовался Фред с прищуром.       — Неужели не ясно? Дамблдора не проведёшь какой-то там бурдой! - настаивала на своём Гермиона.       — Вот именно потому, что это бурда — всё и сработает! — воскликнули близнецы.       — Готовы? — спросил Ли, чем только раззадорил их.       — Всегда! — и Уизли опрокинули зелье в один глоток.       — Сейчас будет весело, — заметила я, наблюдая, как они с разбега пересекают черту.       — Ура! — завопили они, но буквально через секунду раздался хлопок, и братьев отбросило назад. Пролетев три метра, они приземлились на каменный пол — уже с седыми бородами и морщинами. Зал взорвался смехом. Близнецы принялись ругаться, но даже сквозь брань насмехались друг над другом.       — Я же говорила! — радостно воскликнула я, а Гермиона победно кивнула. Смех стих, когда в холл вошли новые участники из Дурмстранга. Каркаров вёл Крама, словно гордый отец. Виктор подошёл к Кубку, пересёк черту и молча бросил своё имя. Мимолётный взгляд на Гермиону, и гордая походка до самого выхода. Следом за ним к Кубку подошёл Стефан, и по моей коже резко пробежали мурашки. Он уже заметил меня — бежать поздно, и близнецы, с ехидным хихиканьем, подтолкнули меня вперёд.       — Здравствуй, — болгарин расплылся в улыбке, сверля на моём лбу дырку. Мне стало неуютно, от чего я поёжилась на месте.       — Привет, — натянуто ответила я, мысленно проклиная рыжих. — Хочешь пройтись?       — Конечно, — он галантно указал на двери. Я обернулась, ища хоть какую-то поддержку, но Гарри лишь с сочувствием махнул мне рукой, а Рон злобно хихикнул. Долбанные подростки. Гермиона, кстати, уже смылась в библиотеку.       — Что хочешь показать? — уточнил Стефан, когда мы вышли в коридор. Он слегка склонился ко мне, потому что наша разница в росте и габаритах была внушительной.       — А что тебе интересно? — я сделала полшага в сторону.       — То, что нравится тебе, — но болгарин всё равно поравнялся со мной, построившись под шаг. Вот же настырный!       — М-м… я люблю ходить по лестницам и болтать с портретами, — немного приврала я, ибо это было самой ближайшей локацией, до которой мы могли дойти.       — Любопытно, — странно усмехнулся Стефан. — Покажешь?       — Прошу, — я указала дальше по коридору, после чего спрятала руки за спину. Мы миновали несколько поворотов и вышли к Парадной лестнице.       — Ого, невероятно! — удивился он, когда одна из лестниц с грохотом сменила направление.       — А вы вчера не видели? — недоверчиво уточнила я. Что-то мне подсказывает, что он приукрашивает, чтобы произвести на меня впечатление.       — Видели, но стояли они на месте! Теперь понимаю, почему тебе это нравится, — Стефан улыбнулся, глядя на меня. — Необычной девушке — необычное увлечение.       — Эм… да. Наверное, — я отвела взгляд, якобы засмотревшись на портрет полного мужчины с саблей в руках. На самом деле моё увлечение — спасать мир, а сюда мы пришли, чтобы далеко от многолюдных мест не отходить.       — Куда ещё любишь ходить? — очередной неудобный вопрос.       — Когда хорошая погода, мы с подругой сидим во дворе, — вспомнилось, как мы с Полумной делали уроки и собирали последние цветы из клумб для её гербария. — Но сегодня дождь, и я бы на улицу не советовала.       — Он скоро закончится, — сказал Стефан, глянув в окно. Даже не надейся, я с тобой никуда дальше коридора и Большого Зала никуда не пойду. — Жаль, но мне уже пора.       — Уже? — я наиграно удивилась. Мне уже так повезло? — Ты даже половины школы не увидел...       — Честно говоря, я просто хотел погулять с тобой, — его честность заслуживала уважения, но я не оценила этот жест доброй воли. — Узнать, чем ты живёшь.       — Ну, я живу достаточно скучно, — надеюсь, этого достаточно, чтобы мы больше не гуляли по моим "любимым" местам. Конечно, я вечно жалуюсь: если история начнётся — у меня будут проблемы, если не начнётся — сдохну от скуки. Видимо, надо радоваться, что всё завертелось.       — Ты всё драматизируешь, — Стефан громко усмехнулся и потрепал меня по плечу. Его рука была настолько большой, что могла бы полностью накрыть мою голову. — Я прекрасно провёл время. До встречи.       — Пока, — проводила я его взглядом, пока он не скрылся за поворотом. Может, Стефан на самом деле нормальный парень, а я просто утрирую и перевожу всё в странные подкаты? Ладно, пусть вертится где-то на фоне, главное — чтобы не мешал, а то ощутит на себе весь мой внутренний душевный дисбаланс и...       — А тебе, я смотрю, весело, Адерли, — на углу я столкнулась с виновником всех моих «проблем». Складывалось ощущение, что он уже давно там стоял и только и ждал моменты для "эффектного" появления. Не хватает только короны на башке и салюта с фанфарами.       — Драко, ты че, за мной следил? — мои брови встали домиком от легкого удивления.       — Я и не сомневался, что ты скажешь глупость, — фыркнул Малфой и закатил глаза. А я же задала ему конкретный вопрос. — Хотя, о чём это я? Ты вообще ничего, кроме глупостей, говорить не умеешь.       — Ты драки хочешь, да? — от его бессмысленных обвинений во мне начинала закипать ярость.       — А ты? Тебе нравится, что про тебя слухи ходят? — продолжил он в том же надменно-обвиняющем тоне.       — Чего? — я прищурилась. Кто-то подслушал наши разговоры с Полумной и теперь считает меня сумасшедшей? — Какие ещё слухи?       — Не дошло? Появляешься неизвестно откуда, водишься с Поттером, какие-то шуры-муры с Диггори, а теперь ещё и к дурмстранговцам липнешь.       — Ясно, — я облегченно выдохнула. Повезло-повезло. — Ну и что?       — Даже оправдываться не будешь? — теперь он действительно выглядел удивлённым, хотя моё лицо тоже надо было видеть.       — Перед кем? Перед тобой, что ли? — меня прям перекашивало от непонимания, чего этот соплежуй от меня хочешь. Я словно разговариваю с ребёнком, который то ли проголодался, то ли в штаны напрудил. — Ты мне не отец, чтобы я перед тобой отчитывалась.       — А у тебя его и нет, — практически прошипел он мне в лицо. — Горе-мракоборец погиб на задании. Как собака....       — Заткнись! — закричала я, словно не своим голосом. — Ты ничего не знаешь! Какое ты вообще имеешь право рот открывать?! Закрой свою пасть и больше не попадайся мне на глаза, конченная мразь!       — Эй! — крикнул он мне вслед, но я уже поднялась вверх по ближайшей лестнице и пулей влетела за портрет Полной Дамы, напугав её чуть ли не до потери сознания. Он просто ебанутый. Пусть кто-нибудь уже зашьёт ему этот рот, пока я не сделала это сама. Что взять с избалованного, надменного мудилы? Жизнь и так над ним пошутила — родился в семье аристократов, не познал настоящей жизни. Всё, чем он может похвастаться — это будущая роль Пожирателя Смерти и нервный срыв. Я даже допускала мысль помочь ему, но теперь этому не бывать.       Зачем?! Зачем надо было говорить гадости про отца этой девушки? У меня внутри всё перекосилось не от собственной боли. Мария почти не знала отца, но мама всегда говорила, каким великим он был. Девчушка всегда ждала, что однажды он окажется жив и вернётся к ним. Как больно и обидно ей было видеть полноценные семьи на перроне, когда её в школу провожала одна мама. Я не могла прочувствовать её страхи и боль, но прекрасно понимала, каково это жить с чувством неполноценности. А этот паразит... Он даже на секунду не задумывается о чужих чувствах. Он просто жалок.       — Мария, что случилось?! — я едва не врезалась в Джинни, когда металась по гостиной, пиная подушки.       — Драко случился... бесит, сука! — рявкнула я, забегая в спальню и с шумом захлопнув дверь. Я шмякнулась на самую дальнюю кровать, завернувшись в одеяло как капризный ребёнок. К счастью, в комнате никого не было. Наверное, все зависали в холле, наблюдая за старшекурсниками.       Я бы и правда пролежала весь день, злая и обиженная, размышляя, как было бы приятно набить Малфою морду, но время на выходных всегда летит слишком быстро. И вот он — долгожданный момент.       Ужин, казалось, длился вечность. Праздник шёл второй день, и даже самые прожорливые уже наедались изысканными блюдами. Все ёрзали, тянули шеи, всматривались в Дамблдора. Наконец золотые тарелки очистились сами собой. Зал загудел, а затем стих — директор поднялся.       — Кубок огня вот-вот сделает выбор, — начал он как всегда пафосно. — Как только имена чемпионов станут известны, прошу их подойти к столу и пройти в ту комнату, — он указал на дверь за преподавательским столом. — Там они получат инструкции к первому заданию.       Он взмахнул палочкой — свечи погасли, кроме тех, что светились внутри тыкв. В полутьме пламя Кубка вспыхнуло ярче, синевато-белые языки света резанули по глазам. Но никто не отводил взгляд.       Первый клочок пергамента вылетел из Кубка, и Дамблдор громко прочёл:       — Чемпион Дурмстранга — Виктор Крам.       Зал взорвался аплодисментами.       — Так и должно быть! — восторженно рявкнул Рон. Дурмстранг сидел у стола Слизерина, но это не мешало Рону аплодировать сильнее всех. Крам поднялся, мрачно ссутулив плечи, и, не торопясь, ушёл в указанную комнату.       — Браво, Виктор! Браво! — Каркаров перекричал зал. — Я знал, ты не подведёшь!       — Вау, как круто... — буркнула я без особого энтузиазма. Давайте уже, не хочу торчать тут дольше часа, особенно рядом с блондинистым куском мяса.       — Чемпион Шармбатона — Флёр Делакур, — объявил Дамблдор.       — Смотри, Рон! Это она! — воскликнул Гарри. Флёр легко встала, откинула свои белокурые волосы и пролетела мимо нас, как настоящая вейла.       — Глянь, какие расстроенные, — заметила Гермиона, кивая на девушек из Шармбатона.       — «Расстроены» — слабо сказано, — фыркнула я, глядя, как те тихо рыдают. Флёр скрылась в соседней комнате, и напряжение повисло в воздухе. Остался только один. Кубок вспыхнул снова, огонь стал красным, посыпались искры, и вылетел третий пергамент.       — Чемпион Хогвартса — Седрик Диггори.       — Ну почему он?! — застонал от досады Рон.       — Юху! — не удержалась я и присоединилась к бурным аплодисментам, чтобы позлить рыжего. Пуффендуйцы бушевали — кричали, хлопали, топали. Диггори шёл к преподавательскому столу под настоящие овации.       — Теперь мы знаем имена чемпионов, — снова начал директор. — Я уверен, что вы поддержите своих представителей. Поддержка друзей — это...       Он вдруг замолчал. Кубок снова вспыхнул, и все затаили дыхание. Новый обожжённый кусочек бумаги вылетел и упал в руку директора.       — Гарри Поттер, — медленно произнёс Дамблдор, повернувшись в нашу сторону.       — Ну всё… — прошептала я, разбавив повисшую тишину. Но никто не слушал. Все смотрели на главного героя истории.