Жить ради друг друга

Спустя 3 месяца — Бетти, пошли уже, — сказала Шерил, пока блондинка расчесывала свои волосы перед зеркалом школьного туалета. — Не торопи меня, а то будет только хуже, — сощурив глаза ответила Бетти, — Пошли, — махнув рукой на дверь, сказала девушка. — Тебе не плохо после вчерашнего? — говорила Шерил, придерживаясь за голову. — Наверное, у меня выработался иммунитет. Но ты все равно вчера выпила слишком много, даже для меня, — взяв под руку Шерил, сказала Бетти. — По-моему как всегда. С кем ты вчера была? — с ехидной улыбкой спросила рыжеволосая. — С Реджи. Слабак… После пяти бокалов был готов. — В смысле?! Он же говорил, что с тобой никогда, — уже радостно говорила Блоссом, ведь подруге достался самый горячий парень школы. — Говорил, но в комнате сказал, что всегда надеется на то, что именно с ним я пересплю, — удерживая смех говорила Бетти, — Наивный… И это говорила Бетти Купер не та, что мы знаем. Не та Бетти Купер шла по школьному коридору с Блоссом весело обсуждая вчерашнюю вечеринку, на которой блондинка кинула далеко не первого парня полураздетым и лежащим на кровати в пустой комнате, надеещегося, что именно с ним Бетти захочет провести ночь. Не та Бетти Купер поправляла локоны распущенных волос. Не та Бетти Купер уже не могла терпеть хвостики. Не та Бетти Купер не могла терпеть девушек тихоней или же полных заучек, хотя и сама была такой совсем недавно. Она хотела покончить с правильной и молчаливой Бетти. И если уж придется говорить свои мысли вслух и показывать себя настоящую, а не скрываться под оболочкой идеальной Бетти Купер, то она готова. Она пообещала себе, что не будет все таить в себе и если нужно, покажет себя настоящую, сможет защитить себя. Но она не смогла защититься даже от самой себя, точнее от темной копии себя. С Джагхедом она могла противостоять этому, но его нет и поэтому Бетти не может быть прежней. Она любит его и сейчас думает, что это не взаимно. Внутри девушка терзает себя, за то, что ничего не может сделать. Ей больно вспоминать о нем, но ей, как мазохистке, это приносит удовольствие. Хоть в мыслях она может быть с ним. Но свои чувства она не показывает никому, даже Веронике, хотя их дружба не стала хуже. Все держит в себе, а боль заглушает постоянными вечеринками, алкоголем, а также разводом парней. Хоть на время, но она забывала обо всех чувствах и ей было плевать на чувства других. Но потом все равно все вспоминала. Не забыла, как это ощущать его запах, его мягкие черные волосы в своих руках, притягивать его за шею для поцелуя, стягивать его шапку, ощущать его губы на своих, обхватывать ногами его тело, притягиваясь ближе к нему. Нет. Она не забыла. Она помнила его всего, его каждый миллиметр кожи, его голос, который сразу же заставлял девушку забыть обо всем на свете, его пылающие руки гладящие ее спину, от чего по всему телу появлялись мурашки. Бетти вспоминала о нем каждый день, от чего ее сердце болело еще больше. Днем все парни говорили, что Бетти — это исчадие ада, что она хуже Шерил в сотни раз. Но как только наступал вечер, все, как заколдованные, хотели попробовать тот запретный плод, насладиться тем демоном, который работал по отработанной схеме. Все они надеялись, что именно они станут теми счастливчиками, что увидят не спину уходящей из комнаты девушки, лежа на кровати, а оголенное тело. Двумя словами они хотели переспать с ней. Но никто ее еще не добился. Бетти приносит удовольствие то, что все парни наивно верят, что она не кинет его, не оставит в пустой комнате одного. Девушке с каждым разом приносила все большое удовольствие такая, своего рода, процедура. Бетти, поняв, что ей для этого нужно стать более популярной, стала больше проводить время с Шерил, сидеть с ней на уроках. Но вскоре она поняла, что ей нравиться общение с Блоссом. И со статуса «хорошие знакомые» они перешли на статус «подруги», конечно же после того, как Бетти рассказала рыжеволосой о изначальном плане, ведь кем бы она не становилась, а друзьям говорила правду. У Шерил никогда не было такой подруги, которая поддерживала ее во всем, говорила правду обо всем, что она думает. Ей нравилось, что Купер не была уже такой молчаливой девчонкой, а когда нужно было, потакала и высказывалась. Девушки стали делиться своими переживаниями на счет чего бы они не были и своими радостями. Шерил одобряла проделки Бетти на вечеринках, в то время как Вероника с Арчи думали, что это не совсем правильно. Они будто были демонами и ангелами, сидящими на плечах Бетти Купер. Но демон выигрывал эту войну. Вероника была даже не против ее первых двух раз, ведь понимала, что она таким способом избавляется от боли после расставания. Но когда это переросло в так называемое хобби, то девушка не стала держать все в себе и сразу же высказалась, хотя Бетти сказала, что ей не следует лезть в это. Вероника поняв, что она будет это делать снова и снова просто сложила руки и стала общаться с Купер не обращая внимания на взгляды парней, направленых на подругу. — Где Вероника? — спросила Бетти, осматривая Рэджи, удовлетворенным взглядом сверху вниз. — В столовой, я их вижу, — направляясь к столику, где сидела влюбленная парочка. — Привет, чего счастливый такой? — спросила Бетти у Арчи. Девушка с друзьями вела себя не как стерва, а очень даже доброжелательно. — Бетти… — перевев взгляд с Арчи на Купер, Вероника напряглась и стала нервно сжимать бумажный стаканчик и кофе, — Он… Ему вчера позвонил Джагхед, впервые за все это время и… — Вероника очень переживала говоря это и поэтому ее взгляд бегал то на Шерил, которая очень внимательно слушала, то на Арчи, жалеющего взглядом Бетти, то на саму Купер, которая непонимающе смотрела на черноволосую. — Он на днях вернется. Его приемная семья все время собирала деньги на новый дом, чтобы переехать оттуда сюда. Недавно они купили здесь дом и теперь он снова вернется сюда, к нам, — увидев, что Веронике с трудом удавалось говорить, немного запинаясь сказал Арчи. — Иии?.. — на лице у Бетти вначале появилось толи удивление, толи страх, но за секунду эти эмоции заменила злость — маска, которую на себя одела девушка, чтобы не видели ее слабость окружающие. Ее сердце забилось очень сильно, а под столом в ее ладошки вдавились ногти — давнее ощущение, но вмиг она разжала ладошки, ведь она стала сильной. Но наверное не настолько… Сейчас девушка просто не понимала, что происходит и не смогла сдержать себя. Почувствовав кровь, которая выступила из прикусанной губы, девушка осмотрела друзей и сказала: — Почему вы так смотрите, будто это что-то значит для меня? Пусть переезжает, меня он не волнует, — грубым голосом сказала Бетти, сделав глоток кофе. — Бетти, я понимаю. Это сейчас трудно осознать. Но вы должны будете поговорить. Вы не сможете игнорировать друг друга постоянно, — говорил Арчи, который единственный заметил ту секундную эмоцию — страх на лице Бетти, — Я, конечно, не вправе на тебя давить, но я думаю, ты поняла меня, — он смотрел на нее щенячьим, но в тоже время заботливым взглядом. — Оох, Арчи. Может это тебе стоит с ним поговорить! Как Вероника сказала? Вы с ним не разговаривали все это время? Получается он не только как парень ужасен, но и как друг?! Ты с ним говори, не я должна сейчас за ним бегать, не я сделала выбор расстаться. И ты мне говоришь, что я должна поговорить?! Он будет постоянно твердить, что это для моей же безопасности, с ним невозможно будет общаться! — встав из-за стола и размахивая руками, кричала Бетти, из-за чего все присутствующие в столовой наблюдали только за этой группой. Сдерживать себя и свой неконтролируемый поток эмоций она давно разучилась. Но перед кем? Перед ее друзьями? Или перед толпой сплетников, которые все равно, что-нибудь да придумают. — Бетти! — Шерил и Вероника резко встали из-за стола, чтобы утихомирить Элизабет, но она только больше размахивала руками. Девушки уже держали ее запястья, после чего Бетти немного утихомирилась. — Чего уставились?! Вам мало шоу?! Вечеринка в пятницу у меня! Будет вам шоу… — закричала белокурая, обращаясь к ученикам. — Может пока не стоит? — спросила Шерил, все еще держа руку подруги. — Да пошли вы! — вырвав окончательно руки, Бетти направилась к выходу со школы. Вот она — замена вдавливания ногтиков в ладошки показыванием своих настоящих эмоций. Именно это постоянно вдавливала в кожу та девочка с хвостиком. Именно это скрывала за маской «правильности» Элизабет. Сказать, что Бетти была счастлива, ничего ни сказать. Но это чувство она подавляла, открывая возможности обиде и ненависти к Джагхеду Джонсу младшему. Сейчас она была очень встревоженной, и до конца дня ее сопровождала нервозность. Но как было сказано ранее — она была счастлива…