Весенние дети

В Винтерфелле тепло даже зимой, когда задувают холодные северные ветра и крупными хлопьями на крыши замка ложится снег. Старки любят и чтут зиму, и даже их девиз возвещает о скором её приходе. Лиарру Старк называют Зимней Розой или Принцессой Севера, но это только в лицо. За глаза девочку уже в юном возрасте кличут странной, ненормальной, даже в колдовстве порой обвиняют. И она знает об этом. Знает, но молчит, потому что не может не согласиться. Лиарра приглаживает рукой недлинные волосы, каштановые с рыжиной, открывает-закрывает зеленовато-серые глаза и понимает, что ничего не изменилось. Она по-прежнему видит их.

***

Лиарре всего пять лет, и она наивно, по-детски смеётся, неуклюже пытается слепить что-нибудь из свежевыпавшего снега. Смешная, спрятанная под слоями тёплой одежды, словно медвежонок какой, хватается за руку матери, чтобы не упасть, не поскользнуться. Совсем рядом — родной замок, дом, Винтерфелл. И отец, который обещал рассказать сказку на ночь. Правдивую сказку, такую, какие она любит и всегда любила. Лиарра заливисто хохочет и всё-таки падает в небольшой сугроб, но, поднявшись, видит её. Девушка, совсем ещё молодая, стоит рядом и поглядывает на Лиарру печально-печально. На её голове — венок из бледных цветов, и девочка с удивлением понимает, что это розы. На незнакомке — только тонкое платье, такое же бледное, как она сама. Лиарре на миг кажется, будто девушка и вовсе прозрачная, будто виднеются сквозь неё серые контуры древнего замка. Незнакомка несмело подходит ближе, протягивает прозрачную руку и будто бы зовёт за собой. — Мама, а кто она? — Лиарра неуклюже указывает пальчиком в сторону девушки. Леди Мира только оглядывается вокруг с непониманием и недоумением, а позже — с улыбкой. — Здесь никого нет, милая. Посмотри сама. И Лиарра смотрит. На том месте, где прежде стояла прекрасная леди в венке из роз, нет ничего. Даже следов, и тех нет. Двумя днями позже девочка всё-таки находит её — в прохладной и жутковатой крипте под Винтерфеллом. Она смотрит на статую из холодного камня, угадывает в ней черты той прекрасной незнакомки и, кажется, понимает, кого встретила.

***

В семь лет Лиарра впервые рассказывает об этом отцу. С того самого дня, после той самой прогулки, привидения начали буквально приследовать её. К леди Лианне с венком из роз присоединился суровый лорд Эддард и кудрявый мальчишка с застывшими в глазах слезами. Они могли появляться из ниоткуда, уходить в никуда и не появляться несколько месяцев кряду. Лиарра не боялась их, однако чувствовала их присутствие почти всегда — незримое, но порой пугающее. — Я вижу привидений, — девочка говорит это чётко и прямолинейно, будто заранее знает, что ей поверят. Её отец, лорд Брандон, далеко не обычный человек. Он говорил дочери, что мог видеть то, что произошло раньше или происходит сейчас далеко отсюда. Он называл себя Трёхглазым Вороном, но потом признавал, что от Брандона Старка в нём гораздо больше. И Лиарра знает, что он не посчитает её слова детскими сказками. — Они пугают тебя? — голос спокоен, нет ни удивления, ни страха, ни недоверия. Будто это должно было произойти. — Нет, они… Они меня защищают, — и только сейчас Лиарра в полной мере осознаёт это. Отец только кивает, размеренно и невыразительно. Смотрит на дочь рассредоточено, будто находится где угодно, но не здесь, и Лиарра тихо-тихо шепчет «спасибо». Её поняли, и только это сейчас важно. Тем же вечером она убегает в крипту. Лиарра ходит по длинным мрачным галереям, с любопытством рассматривает каменные изваяния и кое-где рассыпавшиеся в труху мечи. Пока меч цел, и душа находится в нём, говорил однажды отец. Но Лиарра видит тени на стенах, видит, как медленно возникают то тут, то там, бледные и прозрачные создания. Она верит, что это души упокоившихся здесь. Верит, что они говорят с ней, защищают её и никогда не причинят вреда. Лиарра думает, что видеть призраков — дар Богов, и никак иначе. Кудрявый мальчонка вновь несмело подходит к ней, пытается дотронуться до непослушных волос рукой и неумело улыбается. Рикон Старк, её родной дядя, совсем ещё мальчиком погибший от рук болтонского бастарда. Лиарра тянет к нему руки, но они проходят сквозь худое тело, не встретив препятствий. И ей отчего-то становится грустно-грустно. Она видит дедушку, серьёзного и сурового, но такого же призрачного, неживого, ненастоящего. Он глядит на внучку с добротой, но не может ничего сказать, и от этого девочке ещё печальнее. Совсем близко подходит леди Лианна, трогает рукой венок и пытается обнять Лиарру. Она видит и бабушку, и воинственного дядю Робба. Они улыбаются ей так тепло, протягивают бледные руки, шевелят призрачными губами, пытаясь вымолвить хоть слово… И на миг Лиарре чудится, будто они ещё живы, будто не умирали никогда. Но они всего лишь призраки, приведения разрушенного прежде Винтерфелла и вечные обитатели древней, как сам замок, крипты. Они могут любить Лиарру и по-своему защищать, но к жизни никогда не вернутся.

***

Когда Лиарре девять, в Винтерфелл приезжают гости из Штормового Предела — тётя, дядя, кузина Лианна и маленький кузен Лионель. Девочка почти счастлива, пусть и не ищет общества других детей. Лианна держится с ней, будто с родной сестрой. Она ничуть не похожа на леди, такую, какой её учила быть мать. Она бегает по двору замка вслед за Беном и Лионелем, бросается в них снежками и удивлённо поглядывает на спокойно сидящую рядом Лиарру. Лианне уже тринадцать, но она весела, словно дитя или тётя Арья, мирно говорящая о чём-то с отцом. Лиарра предлагает построить снежный замок, и вскоре обычный сугроб преображается в подобие Винтерфелла. Одна маленькая Старк и две Баратеон сооружают нечто волшебное из обыкновенного снега. И именно в этот момент Лиарра видит направляющийся прямо к ним бледный женский силуэт. Девушка с венком из роз встаёт рядом, и Лиарра только теперь осознаёт, как похожа эта леди на Арью или Лианну. — Смотрите, — Лиарра говорит негромко, почти шепчет, — она рада видеть вас. Девочка замечает слабую улыбку на лице призрачной Лианны, но непонимание — в глазах кузины и тёти. — Кто «она»? — Лианна Баратеон отрывается от строительства замка и смотрит на ту, в честь которой её назвали. Но ничего не видит. — Лиарра видит приведений, представляете! — маленький Бенджен смеётся и щурит голубые глаза, — она даже дружит с ними! — С призраками? Это как? — серьёзный Лионель уже в пять лет видит подвох, — их же не существует. — Вот именно, — соглашается его сестра, — мама говорила, что в Винтерфелле водятся призраки, но я не думала… Больше всего на свете Лиарра ненавидит, когда ей не верят, не признают её особенности и записывают их в странности. Ей хочется плакать, кричать и показывать куда-то в пустоту, говоря, что именно здесь стоит та самая Лианна Старк. Но какой в этом толк, если никто не верит? Даже мать сомневается в её способностях, а отец редко говорит с дочерью по душам. Лиарру душат слёзы, и она вновь убегает в крипту — туда, где поймут и не потревожат.

***

Лиарре Старк почти двенадцать лет, и каждый второй житель Семи Королевств считает её странной, больной на голову, ненормальной. Родители пытаются скрыть это от неё, но безуспешно. Она та, кто она есть — девочка, танцующая с призраками. Девочка, видящая ту тонкую грань между жизнью и смертью, которая никогда не откроется другим людям. Этот дар сродни проклятью, но Лиарра живёт с ним и будет жить дальше, несмотря на откровенные усмешки и косые взгляды. И в ночь, когда на северном небе зажигаются звёзды, девочка в сером вновь бежит в крипту. Она вспоминает древнюю легенду о Дженни из Старых Камней, такой же странной, как Лиарра, и напевает себе под нос песню о ней. В крипте прохладно и темно, но девочка уже привыкла и не испытывает никаких неудобств. Где-то снаружи на землю ложатся снежинки, светит полная луна и мирно спят обитатели замка, а здесь, в царстве вечного покоя… Здесь хозяйничает она. Сидит на холодном полу и чувствует, как обступают со всех сторон призраки. Лиарра видит во тьме кудрявую голову Рикона и снова, как в детстве, тянет к нему руку, будто сможет мальчишка за неё ухватиться. Он мёртв, напоминает себе девочка, он так и не увидел свою племянницу. Но Рикон Старк улыбается и зовёт Лиарру за собой, туда, где остались его родители и старший брат. Девочка вновь шагает по длинной галерее, вдыхает носом прохладный воздух и разглядывает каменные изваяния. Чуть позже — видит лорда Эддарда, леди Кейтилин, Лианну Старк и Робба. Они рады встретиться с ней настолько, насколько могут быть рады призраки. Бледные, почти прозрачные, они бы испугали любого, но не Лиарру. Рикон подмигивает ей почти весело, и девочка смело входит в образованный некогда почившими Старками круг. Они никогда не обидят её, а она всегда останется собой — девочкой, танцующей с призраками.