Изменить судьбу

Учиха дошел до площади в их квартале, на которой, казалось, собрался весь клан, ожидавший чего-то. Стоило Мадаре сделать пару-тройку шагов вперед, и кольцо замкнулось, закрывая любые пути отступления. — Что это за собрание? Живо! Учиха-старший замер. Так замирают хищники, готовые в любую секунду кинуться на цель, которая шелохнется. Толпа замерла, будто задаваясь вопросом «И правда, что мы здесь забыли?», пока вперед не вышел какой-то Учиха, вызывающе смотря на главу клана. На вид ему было лет пятнадцать и пацаненок не застал эпохи вечных распрей. — Мирная жизнь налажена, Мадара-сама, — сколько издевки было в этом обращении. Стоящие поодаль взрослые представители клана только покачали головой, предвидя неприятности. Но говоривший явно не замечал сгущавшиеся над собой тучи. — Пора приводить ваш план в действие! Не уж-то вы думали, что мы не поймем? Вы ведь хотели дождаться полного доверия со стороны Хокаге и устроить переворот?! На пару секунд Мадара выпал из реальности, пытаясь осмыслить весь этот бред, который на него только что вылили. Какой план? Какой переворот?! Мужчина испытал настоящее чувство дежавю. Похожие вопросы он задавал себе сразу после пробуждения. — Что ты несешь?! Ничего подобного в планах у меня не было. И я не имею ни малейшего понятия, с какой радости тебе этот бред пришел в голову. На вид Учиха оставался спокойным, но в его голосе звенел металл. Еще с прошлой жизни он ненавидел такие выступления со стороны своего клана, которые всегда заканчивались показанием силы и усмирением особо наглых. Учиха не понимали слов. Мадара вынужден был это признать, так как и сам был таким. — То есть, вы хотите сказать, что Учиха так и останутся в тени Сенджу?! Вы не можете так поступать, являясь нашим главой! Мы —уникальный клан, который должен править миром! А не сидеть в тени и ловить нарушителей, словно псы! Толпа согласно загудела, но у Мадары эта речь вызвала лишь смешок. Этот пацан был так похож на него. И непохож одновременно. Сам Мадара в его возрасте все решал силой, подкрепляя ей свои убеждения. А здесь лишь пустой звук. — Ну так победи меня. И стань главой. Тогда будешь делать все, что хочешь, — снова усмешка и Мадара занимает более удобную для нападения позицию. — Давайте так, сейчас любой может попытаться забрать у меня лидерство! Но только силой. Давайте. В голову ударил адреналин и чувство предстоящей битвы. Сражаться с Учиха всегда было веселее, чем с кем-либо еще. Шаринган делал эти битвы насыщеннее. Но… Наглецу, имени которого Мадара не понял, хватило одного удара рукой Сусано, что бы тот улетел в стену и больше не встал. Совсем зеленый, он даже не активировал шаринган, а попытался бить в лоб. Остальные были более осторожны, заходя и со спины, и из-под земли, и с воздуха. Но все было тщетно. Абсолютная защита на то и была абсолютной, что бы не пропускать никакие техники. Азарт пропадал и Мадаре стало откровенно скучно. Краем глаза он заметил подошедшего брата, который демонстративно для всех встал рядом с кучкой людей, которая поддерживала политику Мадары. На этом бой за право лидера можно было прекратить. Побитые, проигравшие с позором Учиха злобно зыркали кто алыми, кто черными глазами и уходили. Будь у них хвосты, они бы их поджали. — Нии-сан, это было обязательно? В голосе Изуны не было ни намека на то, что тот недоволен действиями брата. Простой вопрос, ради галочки. — Они бы не поняли иначе. А мне не нужны внутриклановые распри. Сейчас не время и не место для них. Вот же… Удумали мне. Изуна, присмотри за всем. Я наведаюсь к Хашираме. Мне есть, что с ним обговорить. И снова, не смотря на брата, Мадара ушел, махнув тому рукой. И снова он не увидел странного блеска в его глазах. Кто знает: была ли это обида или злость?

***

Кабинет Хокаге никак не изменился, только бумажек в нем стало больше. И сидящий за столом Хаширама все больше напоминал Мадаре живого мертвеца, который по привычке заполняет и подписывает бумаги. — Хаширама! Есть разговор! Отвлекись! Хлопок дверью и ор, который слышало все здание, если не вся деревня, никакого результата не принесли. Сенджу все так же с отсутствующим видом заполнял какую-то бумажку. Мадара рискнул вытащить ее из-под руки друга. Пару секунд ничего не происходило, но потом Хаширама будто проснулся, непонимающе смотря на друга. — Мадара? Вот кого-кого, а тебя я не ожидал здесь увидеть. Давно ты не заходил, я уже думал, забыл старого друга. — Паршиво выглядишь. Не думаешь, что иногда стоит отдыхать на благо деревни? А то Коноха лишиться своего Хокаге, потому что тот умрет от недостатка сна. Сенджу только хмыкнул и выпрямился, становясь серьезным. — Что-то случилось? Ты не любитель захаживать ко мне, что бы выпить чашечку чая или чего покрепче, хотя обещал! У Мадары, пока он шел, созрел в голове небольшой план. Он все же решил сообщить другу о Зецу, но умолчать тот факт, что давно знает о нем. Этого никому знать не стоит. — Да. Пару дней назад мои люди заметили около деревни странное существо. Черная половина тени. Звучит абсурдно. Хаширама согласно кивнул, продолжая слушать друга. Почему-то он смутно представлял, о ком идет речь. Но кроме расплывчатых мыслей ничего вспомнить не удалось. — Я подумал, что кто-то просто пошутил или показалось. Но сегодня ночью сам встретил его. Думаю, тебе стоит знать, что около Конохи кто-то ходит и мутит воду. С его появлением в клане Учиха начались недовольства проводимой мной политикой примирения с тобой. Но с новыми глазами усмирить всех — не проблема! В Мадаре жила часть ребенка, лишенного детства, поэтому он просто не смог не похвастаться приобретением перед другом. Вокруг Хаширамы повисла аура депрессии. — Ты обошел меня, Мадара… Учиха напрягся, ожидая подвоха, но его не последовало. Видимо, в этот раз Сенджу не удалось придумать шутку, которая уязвила бы Мадару. — Мне тоже есть, что тебе сказать. Недавно завершились переговоры с Деревней Водоворота. Как ты помнишь, они были настроены скептично по отношении к нашей деревне, считая союз наших кланов непрочным и опасным для остальных жителей. Шутки были забыты как только речь зашла о серьезных вещах. Мадара кивнул. Он прекрасно помнил эту деревню красноволосых шумных людей, которым для выражения своих эмоций нужно было больше, чем несколько жестов. Больше всего ему запомнилась химе клана Узумаки. Кажется, ее имя было Мито. — Между нашими деревнями был заключен мир и подписан договор о сотрудничестве. Этого удалось достичь благодаря браку. Через пару дней Узумаки Мито и несколько сопровождающих будут в Конохе, чтобы уладить некоторые организационные моменты. Хаширама не выглядел радостным от осознания своей скорой свадьбы. Кажется, это событие вообще для него ничего не значило, кроме как заключение выгодного контракта. — Ты в своем репертуаре. Все ради деревни. На свадьбе постарайся выглядеть хоть чуточку счастливым, а то люди решат, что тебя под страхом смерти заставили. Мадара устроился напротив стола Хокаге, на небольшом диванчике, вальяжно развалившись на нем, чувствуя себя хозяином кабинета. Хаширама только промолчал. — Ты не прав, Мадара. Наверное, это одно из тех немногих событий, которых я добивался ради собственной выгоды. Мито — прекрасная девушка, и я не могу сказать, что не рад этому. Но показывать свои эмоции на людях, даже при тебе… Он неопределенно махнул рукой, продолжая хмуриться. В воздухе повисло невысказанное «Говорить о своих эмоциях или показывать их в нашем мире слишком опасно». Мадара и сам понимал это, поэтому мало кто знал, насколько сильна его привязанность к брату. — Поэтому, Мадара, я прошу тебя обеспечить безопасность Конохи, пока будет проводиться праздник. Я не могу позволить, чтобы что-то случилось на этой свадьбе. — Это не обсуждается, Хаширама. Я все понял. Надеюсь, ты сможешь что-то узнать про эту тень. Еще встретимся, жених. — Не называй меня так! Учиха расхохотался на недовольство друга, исчезая за дверью. Свадьба… Мадаре помнилось, что она состоялась куда позже… Хотя, тогда и мир между кланами наступил позднее. Мало ли, какие еще тут события съехали. Из-за угла вышел Тобирама, буквально скрипя зубами от негодования. Даже свадьба не может отвлечь упрямого старшего брата от забот о деревне и об Учиха в частности! Он не уделяет столько внимания Сенджу, сколько уделяет его клану красноглазых.

***

Как и было сказано, спустя пару дней перед воротами Конохи, около которых «дежурил» сам Мадара, появилась делегация клана Узумаки. По ту сторону ворот их встречали Хаширама и Тобирама, стараясь выглядеть уверенно. Все же такое событие скоро! Учиха только хмыкнул, скрывая усмешку под маской. Идущая впереди девушка со строгой прической из двух пучков, закрепленных печатями, лишь повела плечом. Этим она показала свое отношение к Мадаре. «Такая молодая, а уже стерва», — пронеслось в голове у мужчины, но он не стал говорить ничего в слух или как-то показывать свое недовольство, продолжая делать вид, что он мебель. Эта Мито ему, откровенно говоря, совершенно не нравится, но… Кто он такой, что бы указывать другу, на ком жениться? Как только процессия двинулась в сторону клановых кварталов Сенджу, Мадара дал отмашку Сове и Лисе следовать за ним, передвигаясь по крышам и деревьям. Наблюдение и за самими Узумаки входило в его обязанности. Никто не мог сказать, что среди них нет предателя. Никто. А Мадара, желающий все изменить, практически во всех видел своих врагов. За несколько дней, в течении которых Учиха не покидал своего поста наблюдателя, шиноби и простые люди украсили город и подготовили место, в котором будет проходить сама церемония. Предполагалось, что это станет не столько свадьбой, сколько общественным праздником сплочения двух кланов. Мадаре это не особо нравилось, но Хаширама ходил довольный и чуть ли не светился, так что Учиха приходилось помалкивать. Тем более, сам он не то что не обзавелся девушкой, но и не смотрел ни на кого… Если заговорить о свадьбе Хаширамы с ним, последуют неприятные подколки по этому поводу, которых Мадаре хотелось бы избежать. За этими мыслями Учиха чуть не пропустил начало праздника. Мито все с той же прической, но в белом платье, мало была похожа на счастливую невесту, что нельзя было сказать о Хашираме. По нему было видно, что тот чертовски счастлив стоять рядом с этой женщиной. Того, кто обручал их, Мадара не знал. Какой-то активный старичок, выбранный Сенджу в качестве советника. Он долго разглагольствовал о том, как этот брак важен для Конохи, на сколько он хорош и так далее. Учиха еле сдержал зевок, настолько скучно и долго старик рассказывал. Но вот он закончил, Хаширама и Мито обменялись кольцами. Праздник продолжался, но в воздухе витало напряжение. Мадара отвлекся от наблюдения за свадьбой, все теми же жестами отдавая приказы рассредоточиться по всей деревне и быть более внимательными. Что-то ему не нравилось, но он не мог понять что. То же самое чувство, что было в ту ночь, когда он увидел Зецу, но в этот раз Мадара не собирался игнорировать свою интуицию. Это могло слишком дорого ему обойтись. Учиха успел сделать пару прыжков в сторону ворот, как задрожала земля. Со стороны леса послышался рев, от которого закладывало уши и грозило сдуть с дерева. Мирные жители бросились в рассыпную. А Мадара только видел, как повторяется давняя история… На деревню надвигался Девятихвостый Демон Лис с шаринганом в глазах…