Холодная королева и её тайны

Мельком взглянув на Люси после разговора с её братьями, парень вздохнул и еле заметно улыбнулся. Спустившись в столовую, молодой хозяин дома сел за стол и стал ждать завтрак. Вот в дверях появилась молодая горничная с подносом. Для всех было неожиданностью, что Нацу встал так рано, да ещё в выходной день. Увидев парня без футболки, лишь в штанах, девушка густо покраснела и, подав завтрак, быстро убежала. Нацу лишь ухмыльнулся — эта дама уже полгода работает у него, 23 года, хорошая фигура, но не такая, как гостья, которая сейчас сладко спит в его комнате. Принявшись за еду, парень задумался. Закончив, поднялся в свою комнату, сел за стол, открыл ноутбук и начал печатать — скорее всего, очередной отчёт по делам компании отца. Спустя полтора часа работы, в комнату постучали. — Войдите, — сказал он, не отрываясь от экрана. Вошла экономка Мария. — Сэр, звонил врач, спрашивал о состоянии нашей гостьи. Я ответила, что она всё такая же. Он просил дать ей лекарства и не забыть искупать в горячей ванне. Вы сами справитесь или мне помочь? — женщина с интересом смотрела на реакцию Нацу. Он слегка удивился, но постарался не показывать. — Я справлюсь. Но у нас проблема с одеждой: остался только последний комплект нижнего белья, и тот на размер меньше, чем у госпожи. Вам придётся дать ей одну из своих рубашек. Обед сегодня отменяется, ужин в шесть вечера. Хорошей работы вам, господин, — поклонившись, Мария оставила лекарства и бельё и вышла. Нацу поднялся в ванную и набрал воду температуры около 37–40 градусов. Вернувшись в комнату, аккуратно взял Люси на руки и понёс в ванную. Медленно помыл золотистые волосы девушки, затем тело, погружая её в тёплую воду. В голове роились мысли. Она такая красивая, даже когда спит... Нет, это я себя накручиваю. Но что если... Он вспомнил, как ревновал её к тому Змею, как поехал за ней и чуть не устроил драку с её братьями, когда её столкнули с лестницы. Но ведь их родители дружат, значит, могут разрешить их отношения. А если она чувствует ко мне то же, что и я? Мы могли бы стать самой красивой, опасной парой в этом мире... Но страх и сомнения глодали душу. Он боялся её потерять и даже думал о том, что если предаст её, то встретит страшный гнев — как говорил Лексус, она страшнее Эльзы в ярости. Закончив купать Люси, Нацу переодел её в красное кружевное бельё и свою белую рубашку. Осмотрев девушку, он нервно сглотнул — чувство влечения стало почти невыносимым. Взяв её на руки, он отнёс её на кровать и лёг в ванную принимать холодный душ. Контраст воды освежил мысли. Вернувшись в комнату в одном полотенце, Нацу быстро переоделся и снова посмотрел на спящую Люси. Рубашка задралась, открывая вид на кружевные трусики, и парень поспешно сел за стол, стараясь не думать о беззащитной девушке на кровати. Три часа за работой пролетели незаметно, пока не послышался стук в дверь. Вошла Мария — время ужина. Нацу накинул рубашку и спустился вниз. Сев за стол, он медленно ел, погружённый в мысли. Вдруг тихий женский голос: — Нацу... Он поднял глаза и увидел Люси, которая еле заметно улыбалась. Сорвавшись с места, Нацу подбежал и обнял её, уткнувшись носом в волосы. Она ответила объятьем, и они молчали, наслаждаясь моментом. — Я хочу кушать, — тихо сказала Люси, глядя в глаза. Нацу кивнул и посадил её себе на колени. Попыталась встать, но крепкие руки удержали её. — Кушай, тебе нужно, — нагло сказал он и втащил в рот мясо, заставляя жевать. — Ты могла погибнуть на том задании, я переживал, дурочка моя. Люси улыбнулась и поцеловала его в щёку. Закончился ужин, Нацу понёс её в комнату, положил на кровать и навис сверху, нежно целуя. Она ответила, запуская руки в его мягкие волосы, которые казались ежиком, но были шелковистыми. Поцелуй становился всё страстнее, Нацу небрежно сжал грудь девушки, вызвав стон, утонувший в поцелуе. Но воздух не вечен — пришлось отстраниться, глубоко дыша. — Так, — сказал Нацу, закинув ногу Люси на талию и покрывая шею поцелуями. — Мы друзья, враги, любовники или всё-таки пара? На последнее я надеюсь. — Мы были друзьями в детстве, врагами в академии, любовниками, когда «умирали», а пару можем попробовать, — ответила девушка, расстёгивая ремень Нацу. Он улыбнулся, поцеловал её и начал снимать рубашку с неё. Но в дверь постучали. С раздражением Нацу встал, одновременно застегивая рубашку и штаны, отправляя Люси в ванную и бросая её лифчик. — Головешка, ты что, уснул или опять сам себя удовлетворяешь? — прозвучал мужской голос, а в комнату вошли Грей и Жерар, заняв кровать хозяина. — Эй, вы что тут забыли? Я занят, а вы отвлекаете, — прохрипел Нацу и сел за стол. — Ты злишься или у тебя девушка? — с удивлением спросил Жерар, заглянув под кровать, где никого не было. — Никого нет. А вы что, выгнаны с дома бабами? — усмехнулся Нацу. — Нет, у них там бабские посиделки: Джувия и Леви в доме Эрзы, обсуждают сериал и едят вкусняшки. Поэтому мы тут, — показал Жерар шесть бутылок пива. — Не хочу сегодня пить, — отказался Нацу, что вызвало странные лица у друзей. Он засмеялся. — Кстати, — начал Грей, — слышал, Джудо Хартфилий подписал договор с отцом Хибики Лейтса: его дочь выйдет замуж за этого паренька в 19. Ты помнишь, он как-то говорил с экс-королевой академии? Это её будущий муж. Нацу не дрогнул, но внутри всё горело от злости и ревности. В ванной Люси слышала разговор и сдерживала слёзы. — Это выбор Хартфилии, мне он ни к чему, — отмахнулся Нацу, скрывая боль. — Но два дня назад ты ревновал её к Змею и поехал за ней, — напомнил Грей. — А то, как вы притворялись после «смерти», — добавил Жерар. — Все думали, вы пара. — Я говорил — я скорее с парнями замучу, чем с ней встречаться, — сказал Нацу, желая ударить себя за эти слова. Друзья были в шоке. Они надеялись, что их друг наконец-то полюбит по-настоящему, а не играет роль. После долгих разговоров Грей и Жерар ушли, а Нацу побежал к Люси, которая сидела в ванной с влажными глазами. — Люси... прости. Это не так, я тебя очень люблю. Ты всё для меня, — взяв её руки, он сел перед ней. — Не верю, — чуть не плача, сказала она. Не выдержав, Нацу потянул её к себе, и они упали на пол: она сверху. Его поцелуй был сладким, словно клубника и манго. Оторвавшись, он взглянул в её глаза. — Ладно, верю, — улыбнулась она. — Ты прощён холоп великой Стервозной королевой. — Значит, ты меня любишь? — с надеждой спросил он. — Можно попробовать, — кивнула Люси, и он крепко прижал её к себе. — Никому не говорим, — одновременно сказали они, когда раздался громкий смех. — Понял, но знай — я ревнивый, как и ты. Пошли смотреть фильм, если ты хорошо себя чувствуешь, — улыбнулся Нацу. Так закончился их вечер: фильмы, попкорн, танцы и бои подушками. На часах была уже глубокая ночь, а пара спала, обнявшись на кровати Нацу. Но на утро они снова станут врагами для всех — так надо, никто не должен узнать правду.