Проклятие на воде

— Что же делать? — тяжело дыша, спросил Фассбендер. Они уже сидели в машине. Неспешно на улице день сменялся вечером. Небо темнело. Эти краски сумерек всегда казались ведьмаку подозрительными: неизвестно, что таится во тьме… — Ты должен отдать долг своим преследователям. А я — отдохнуть. Мне нужно восстановить силы, — тихо ответил Тальков, — поехали. Михаил отвёз колдуна домой. Даже когда тот уже скрылся в подъезде, мужчина не мог тронуться с места. Ему снова было до одури страшно. Как оказалось, Игорь излучал невероятное тепло, мощную энергетику, словно защищал одним лишь своим присутствием. А теперь Фассбендер почувствовал себя брошенным и одиноким.

***

Была глубокая ночь. Включённый телевизор работал без звука. Ведьмак, лежащий в своей постели, видел какой-то дивный сон. Кажется, то был яблоневый сад и догорающий сиреневый вечер июля. А потом пёстрая картинка сменилась. Всё пространство сна заняла фигура Тамары. Горбатая старуха внимательно смотрела на Талькова. — А справишься ли ты? Если уж не ты, то кто? — «прокаркала» она и расхохоталась. — Действительно. Кто, если не я? — ухмыльнулся ведьмак. — Это твоя проверка на прочность, можно и так сказать, — с трудом отходя от хохота, отозвалась старуха. И в этот миг Тальков резко распахнул глаза. Снова эта чёрная тень… Она была совсем близко… Запах смерти ударил в нос, заставляя голову кружиться. Мужчина быстро встал и накинул на голое тело (не считая плавок), махровый халат. Вонь шла из подъезда. Именно туда и прошествовал колдун. Отворив дверь, он увидел Мишу. Впрочем, это было ничуть неудивительно — только он мог быть носителем этой «печати». Мужчина задрал голову, делая глоток вина из бутылки. Завидев Игоря, он поспешил подняться. Он не был пьян, но и трезвым его было не назвать. — Я не смог находиться один. Слишком страшно, — извиняющимся тоном произнёс Фассбендер, с надеждой глядя в серые глаза. — Я… понимаю. Ладно, проходи, — стараясь не морщиться, ответил Игорь. Они прошли в тёмный коридор. Михаил поставил бутылку на комод и крепко обнял колдуна. Вдыхая его аромат, принялся нежно и неспешно покрывать поцелуями его лицо, шею, плечи, тычась носом. Опешивший было Тальков, сжал бока Михаила, шепча: — Что это мы творим? — Ты меня цепляешь, — горячо прошептал Фассбендер. От него пахло вином и улицей. Бедный, он чертовски устал, искал защиты… Внутри у колдуна что-то дрогнуло. Несмотря на порывистость происходящего, в этом не было пошлости, но было желание тепла, уюта… Тальков очень хорошо понял это, слегка ослабляя хватку. Михаил жадно дышал в шею ведьмака, подрагивая от нахлынувших чувств. А потом он поднял взгляд и Игорь смог увидеть блеск в светлых зеленоватых глазах. — Пойдём, я постелю тебе, — отстранившись, негромко произнёс зацелованный колдун. Через несколько мгновений они уже были в дальней комнате. Игорь расстелил на широкой тахте простынь, взбил подушку, достал одеяло. Он намеревался укрыть своего гостя и уйти, но тот крепко сжал его запястья, лёжа на спине. — Наверное, меня проклял кто-то из тех, кого я бросил. Их было много, — прошептал он, неотрывно глядя в серые глаза и ища в них спасение. — Их? — Тальков изогнул бровь. — Любовниц и любовников. Ты не представляешь, скольких я трахал, а потом вышвыривал. — Люди мстительны по своей натуре, — подумав, нейтральным тоном отозвался Игорь. — Я отдал долг. Спасибо тебе, если бы не ты… — Фассбендер быстро отпустил руки мужчины и тут же крепко обнял его. Подняв голову, страстно впился тонкими губами в губы колдуна. Смял их в тягучем поцелуе и прикрыл глаза. Ресницы дрожали. Тальков не отстранился. Несколько мгновений он ощущал чужие вкусные губы на своих, а затем Михаил уронил голову на подушку. Он выглядел разомлевшим. — А теперь спать, — прошептал ведьмак и поспешно вышел из комнаты. Когда он уже засыпал в своей кровати, на стене промелькнула полутень. Словно искра той «печати смерти». Тальков стиснул зубы, мысленно прочитав заклинание на латыни. Спустя пару мгновений тьма растаяла. Дышать стало намного легче. А кожа горела от недавних поцелуев, словно Михаил невольно что-то выжег на ней своими тёплыми губами.