Живущие среди нас: Тайная угроза

— Пойдем вовнутрь, тут становиться холодно, — предложил Адриан. Мы стояли на носу яхты, тут было так хорошо — да, ощутимо холодно — но как-то по-особенному свободно. Борта яхты разрезали волны, небольшие конечно, иначе бы капитан, что управлял ей, не вышел в открытое море. — Ты здесь живешь или просто так приходишь покатать девушек? — спросила я, не оборачиваясь, чувствуя, что он находится за моей спиной. — Иногда и ночую, но жить в прямом смысле слова, нет. У меня есть квартира в городе. — ответил Адриан. — Но, да, врать не стану, я катал девушек на ней, как и тебя сейчас. — Очко тебе за честность, — сказала я, слегка улыбаясь, и даже не сомневаясь, что их наверняка было не мало. — О-о-о, значит, ты начисляешь мне очки? — заинтересовался парень. — А я могу их потом обменять, например, на поцелуй, если наберу нужное количество? — Боюсь, что нет, так как я снимаю с тебя их за подобные намеки. Я почувствовала его грудь, что прижалась к моей спине, это было… Что же, наверное, волнительно: после Дмитрия у меня не было других мужчин. И телу понравилась его близость. — Это не намек, это желание, которое я бы хотел воплотить в жизнь. Его губы были у моего уха, голос тихий, но наполненный интимом, от чего у меня мурашки побежали по спине. — Держи свои желания при себе, я пришла, чтобы просто провести время, но не больше. — отодвигаясь, заявила я. — Я ведь не настаиваю, и, поверь, рад, что ты согласилась, — последовал ответ, говорящий, что это игра для него. — Еще бы, у меня есть пистолет. Если не хочешь, чтобы я отстрелила тебе кое-что, веди себя прилично, — пошутила я. — Это отличная мотивация, и, пожалуй, я пожелаю остаться при своем кое-чем, он может мне пригодиться в будущем, — засмеялся Адриан, конечно, понимающий, что я просто шучу. Время прошло довольно незаметно и, признаюсь, приятно, давно такого со мной не было. Адриан оказался неплохим парнем, забавным и милым. Но я действительно не собиралась поддаваться его очарованию и оставаться с ним на ночь. И он предложил меня довести домой, ну, или, вернее сказать, составить мне компанию, ведь я приехала на машине сама. — Стоило остаться на яхте, теперь тебе еще добираться обратно, — заявила я, когда мы вышли из машины напротив моего дома. — Не страшно, поймаю такси, зато тебе было не скучно ехать, — отмахнулся парень, обходя мою машину, чтобы поравняться со мной. — Ну, что я могу сделать, только сказать спасибо, за вечер и компанию. Мы уже поднялись на небольшое крыльцо, дальше, за дверью небольшой пролет и дверь моей квартиры. — А я рад, что мы познакомились вообще. Это было очень… Адриан задумался подбирая слово. — Странно? — предположила я. — Волнующе или освежающе. — Я вообще-то посчитала тебя убийцей, это тебя ни капли не смутило? — Нет, с какой стати, я даже в глаза не видел ту девицу. Да и в городе меня не было, но освежающе было увидеть тебя. — Мне подождать с тобой такси? — решила я сменить тему. — Я уже вызвал, так что нет, не стоит, иди домой. — ответил Адриан опираясь ладонями на парапет. — Когда ты успел? — Ловкость рук. Но в следующую минуту его губы уже коснулись моих, захватив их мягкий плен, а я просто не смогла устоять. Эффект неожиданности сыграл свою роль, и я позволила ему эту наглость, ответила сама. — Мама. Мама… Чей-то голос отвлек меня от поцелуя, что, надо сказать, стал меня увлекать. Адриан тоже отстранился, и повернул голову в сторону голоса, там на тротуарной дорожке стояла девушка лет пятнадцати и смотрела во все глаза на нас. «Интересно, к кому она обращалась, ведь кроме нас тут больше никого не было, может она по bluetooth говорит со своей матерью» — подумала я. — Мам это ты? Девушка быстро поднялась и обняла меня, к огромному удивления моего спутника, да и меня самой. — Я так хотела тебя найти, но тебя не было дома? и я гуляла тут неподалеку, познакомилась c миссис Типпи и ее мопсом Гюго, он такой милый и смешной. — Роуз? у тебя что есть дочь? — поинтересовался обалдевший Адриан, явно пытаясь понять сколько же девушке лет. Я на автомате ляпнула первое что пришло в голову. — Нет. — Мам, ты не узнаешь меня? Это же я — МакКайла, — произнесла девушка, её лицо, кажется, выражало обиду. Когда первоначальный шок прошел, я заметила между нами некие сходства в чертах лица, но глаз… глаза были нефритового цвета. — Адриан, смотри, твое такси! Давай, я позвоню тебе завтра, а сегодня уже поздно, тебе пора, — заговорила я, но мой голос подрагивал от волнения. — Роуз, все нормально? — уточнил он, смотря то на меня, то на странную девушку за нашими спинами. — Да-да, все нормально, увидимся еще. Возможно, он посчитал меня психом, ведь я чуть ли не затолкала его в такси. Потом, когда оно скрылось из вида, вернулась к девушке. — Мам, ты что, забыла меня? — девушка видимо ожидала другой реакции от меня. Нет, конечно нет, как я могла забыть собственную дочь, ведь я так мучилась тем, что не могу быть с ней и Дмитрием. — МакКайла, это ты? — выговорила я, протягивая руку к ней. Она вновь бросилась ко мне. — Да. Я так хотела тебе увидеть, так скучала… Обнимая её, я поняла, что тут совсем не место для этого. — Идем в дом. Находясь под впечатлением, я, кажется, на автопилоте открыла и закрыла дверь, разделась и прошла в комнату. — МакКайла как ты меня нашла? — спросила я, продолжая обнимать ее. Волосы у нее были длинные и такие темные, как мои, но связанные в косу на одну сторону. — Просто пришла по воспоминаниям, мы с папой приходили сюда когда мне было семь. И я впервые в сознательном возрасте увидела тебя. Ты помнишь? — Конечно, я помню, — с улыбкой ответила я, это был такой счастливый момент, но все равно в моей голове в трудом укладывалось, что МакКайла стала такой взрослой, ведь прошло всего два года. — А где Дмитрий? Вернее, твой отец, он знает, что ты здесь? Кажется этот вопрос её смутил. — Дома, я… я сбежала, хотела увидеть тебя, но он со своими дурацкими правилами не пускал меня к тебе, это не справедливо, — заявила МакКайла с пылом возмущения, и я даже узнала себя в ней. Потому что лет в четырнадцать тоже выражала свое несогласие в бунтарском виде неподчинения. — МакКайла, отец заботится о тебе, он тебя вырастил, и, да, иногда правила действительно кажутся дурацкими, но на самом деле они нужны. Ведь вы не такие как я, вы иные, а я лишь человек, и, знаешь. мне тоже было очень больно отпускать вас обоих. Но я понимала, что это надо сделать, я не могу жить с вами, твоя раса меня никогда не примет, — ответила я, смотря в нефритовые глаза, они порождали во мне спавшую тоску по другим таким же. — Но отец мог бы и бросить их, остаться с тобой. — Да, мог бы, но я не могла просить его оставить свою расу ради меня. Ты еще много не понимаешь в жизни, МакКайла, очень часто приходится жертвовать чем-то или кем-то ради блага того, кого любишь. — А я не хочу жертвовать собой, отец и старейшины все твердят, что я ключ к спасению нас, как вида. Что я почти достигла возраста, когда я смогу выносить первое дитя в новом поколении. А когда те вырастут они уже смогут восстановить популяцию женский особей и вымирание прекратится, и все заживут как прежде замечательно. Вот только никто не подумал обо мне, хочу ли этого я, просто быть с тем кого мне выберут старейшины. Как это было с отцом, он не знал, что такое любовь до встречи с тобой, я тоже хочу, чтобы у меня было так. А не просто жить с тем, кто по мнению старых всезнаек думает, что будет мне лучшим партнером. Достигла возраста зачатия? Сколько же ей уже. Как же колоссально много я пропустила в её жизни. Но ведь она и развивалась гораздо быстрее остальных детей, так что и её взросление шло так же быстро. — Сколько тебе сейчас лет, Мак? — 17. За два года она преодолела порог в десять лет, голова буквально пошла кругом. У меня есть взрослая дочь… Но вот новости о том, что ей надо начать жить с мужчиной, это меня напрягало. Да, это ради выживания их расы, но нужно хотя бы дать ей шанс самой выбрать того, кто ей понравится. А не подкладывать её под всякого. О чем вообще там думает Дмитрий?! Как он может им это позволять, ведь она его дочь. Перед глазами встало воспоминание о том, как он первый раз берёт её на руки, сколько всего отражается на его лице. И вот сейчас, получается, ему вдруг стало все равно, хочет ли наша дочь стать инкубатором и проводить жизнь с тем, кого даже не знает. — Я поговорю с ним, Мак, и мы все решим, обещаю. — Но как? Его же здесь нет, — произнесла девушка. — Он придет, потому что знает, куда ты могла пойти, — ответила я. Мы еще долго разговаривали, пытаясь узнать друг друга лучше, потом она уснула на моей кровати, а я устроилась на диване. Утром меня как всегда разбудил будильник, и тут я сообразила, что я не могу уйти на работу и оставить дочь одну. А когда именно придет Дмитрий я не знала, пришлось позвонить Рику и сказать, что мне нужно один-два дня в личное пользование. Попросила написать рапорт капитану, но вдаваться в подробности не стала. Понятное дело, мне хотелось узнать подробности вчерашнего дела, но дочь для меня важнее. Я приготовила завтрак, но даже понятия не имела, что она любит, ведь я никогда не была матерью. Да, я дала ей жизнь, но на этом все, моё участие на этом кончилось, и как себя вести дальше я не представляла. — А кто это? — поинтересовалась Мак, рассматривая фотоальбом. — Это твоя бабушка и я, когда мне было десять, — ответила я, смотря на снимок, где мы лепили что-то из снега. — Я бы хотела с ней познакомиться. В этом-то и заключалась вся сложность. — Понимаешь, Мак, я бы с радостью вас познакомила, и она бы очень обрадовалась тебе, но мы с твоим отцом держали в тайне твое рождение, — попыталась объяснить ситуацию я. — Все то время, что я провела с твоим отцом, никто не знал об этом, ведь ты, наверное, знаешь, что ваши старейшины запрещают вам всякие контакты с обычными людьми. — Да, знаю, это самое важное правило, — она закатила глаза, давая понять, что считает это все чушью несусветной. — Но как же тогда вы с отцом познакомились? Хотя, я знаю как, он мне это показывал. Получается, он нарушил самое главное из правил? — Показывал или рассказывал? — переспросила я. — Показывал, он пустил меня в свою память, чтобы я смогла увидеть тебя, понять, какая ты, — произнесла Мак, и на ее лице появились эмоции, будто это было что-то живое и крайне ценное. Сердце сжалось от того, что я была для нее чьим-то воспоминанием, пусть это даже был Дмитрий. Меня не было рядом, она видела лишь только мою любовь к нему. Тут меня осенила мысль от чего я даже смутилась. — Мак, отец показывал тебе только наше знакомство или еще что-то? — решила уточнить я, не в лоб же спрашивать: не смотрела ли она то, как мы занимались её зачатием. Она засмеялась очень весело и задорно. Моя взрослая дочь. — Нет, не все. Но я знаю как именно появляются дети, мам. Отец покупал мне книги, где все рассказывают и показывают, — заявила она. Боже, как все это странно. Но она хотя бы знает, в отличие от своего отца, который не знал, что это такое. Опять меня накрыли воспоминания. — Мам, ты сейчас вспоминаешь о нём, об отце да? — Откуда ты знаешь? — Трудно объяснить, я не могу читать мысли, как он, но ощущаю это, нечто подобное бывает, когда он думает о тебе. — Он думает обо мне? — Конечно, и очень часто, хоть и не показывает этого, но он очень тоскует по тебе, так же, как и я. Всё это было как откровения, за два с не большим года я сумела заставить себя не думать о нём. Внушала, что он со своей логичностью мышления оставил меня позади, как прочитанную книгу. И вот оказывается, что я была так не права. Сердце встало на первое место перед логикой. — Я тоже, Мак, тоже каждый день думала о вас, и желала, чтобы вы были рядом. Но жизнь жестока и редко когда получается так, как хотим мы. Я решила, что стоит погулять по городу, пока у нас есть такая возможность. Пришлось придумать легенду, что Мак — дочь моего знакомого детектива и приехала из другого города. А для прочих, что она моя дальняя родственница. Да, мне не хотелось врать никому, но люди, знающие меня много лет просто не поймут откуда у меня вдруг взялась семнадцатилетняя дочь. — Мам, но почему ты просто не скажешь, что я твоя дочь? — спросила Мак, её очень печалил тот факт что она не может познакомиться с бабушкой. — Мак, я бы с удовольствием это сделала, но в человеческом мире дети не растут так быстро. Тебе сейчас должно быть как максимум три с половиной года всего, а никак не семнадцать. Люди не верят в то, что существуют другие расы и то, что можно изменять форму или полностью вылечить за несколько часов смертельное пулевое ранение. — ответила я. — Но ты-то веришь. — Я — да, но это произошло лишь после знакомства с твоим отцом, а до этого я была такой же как и все. Хотя по началу принимала Дмитрия за психа, пару раз даже посчитала психом себя за то, что начала верить в то, как сама думала, бывает только в фантастических фильмах. Мы почти весь день гуляли по городу, я водила МакКайлу по всем интересным местам в городе и даже не чувствовала усталости. Но даже спустя столько часов вместе мне все еще было странно, что со мной рядом взрослая дочь, которую я помню сначала младенцем, а потом уже семилетним ребенком. И проведя с ней это время, я поняла, что она больше похожа на человека, чем на расу Дмитрия. Хотя он тоже с интересом относился ко всему новому, пытался понять, что и как устроено, как это работает. Мак же просто нравилось пробовать или рассматривать неизвестные ей ранее вещи. В ней была кипучая энергия жизни, бунтарство, раз она сбежала от отца, и, безусловно, характер, упертость в каких-то моментах и свое мнение. Сейчас она дремала на моем плече, пока мы ехали домой на такси, в сумке зазвонил мобильный. Упс, Адриан. Я ведь вчера обещала ему позвонить и объяснить всё, но совсем забыла. — Привет, — коротко поздоровалась я, мне стало неловко. — Привет, у тебя все нормально? Я долго ждал твоего звонка, но не дождавшись решил сам набрать тебя, — произнес он, его голос был слегка напряжен. — Извини меня пожалуйста, я хотела позвонить, но закрутилась и забыла, и да у меня все хорошо. — Ладно, считай, что я поверил твоим словам, но ты можешь объяснить мне все сейчас, я готов выслушать. Что эта за девушка, у неё проблемы? Что же, он, наверное, прав, это вполне подходящее место. — Девушка? А, да, — как мне не нравилось сочинять все эти небылицы, но что я могла поделать. Хотя с Адрианом совсем другое дело, мы знакомы совсем ничего и ему я могла бы сказать правду. Тогда бы получилось совсем странно, ведь не могла же я родить её в одиннадцать лет. — Да, да знаешь я отвезла её в участок, оказалось она была немного не в себе после травмы головы. Родители сказали, что у неё иногда случаются такие вот вещи, но сейчас с ней уже все хорошо. — О-о-о, тогда понятно её странное поведение, она слишком взрослая, чтобы быть твоей дочерью. Хотя я бы тоже удивился если бы меня назвали папой. — засмеялся Адриан.  — Так какие планы на сегодняшний вечер? «Возможно, они у него даже есть, судя по всему, он тот еще бабник» — пронеслись мысли в голове. — Нет, сегодня я занята точно, — ответила я, заправляя выбившуюся прядку волос за ухо дочери. — Печально это слышать, — со вздохом разочарования ответил Адриан. — Но мы ведь увидимся еще? — Вполне возможно, — ответила уклончиво я. Хотя мне, конечно, понравился вечер в его компании. — Это слишком неопределенно, ты заставляешь меня страдать. — Ну, «возможно» это же не «нет». Так что надейся и верь, а сейчас мне пора. Пока, Адриан. С этими словами я отключилась и почему-то даже улыбнулась.