Живущие среди нас: Тайная угроза

POV Дмитрий

— Я не хочу иметь не чего общего с этим мужчиной. И даже тысячи веков не хватит для того, чтобы я смогла оценить этого «самого достойного». Это первое, что я услышал от дочери, когда вышел из медитации, вернее сказать, она ей помешала. Старейшины позволили Мак немного познакомиться с Элиасом, но мне пришлось приложить немало усилий и много-много убеждений с фактами. И сегодня они как раз встречались, и, видимо, она не изменила своего первоначального мнения. — В чем опять причина твоего столь сильного недовольства? — спросил я, почти осязая исходящее негодование от неё. — Причина? Папа, открой глаза, если ты не видишь её очевидности. Дело все в НЕМ, он отвратительный, я не могу с ним даже находиться рядом, не то, что выйти замуж. — сокрушалась девушка, ходя туда-сюда по комнате. — Мак, ты слишком резко на все реагируешь, Эллиос не настолько плох, он умный, образованный парень. Можно сказать гениальный изобретатель. — Резко реагирую? Еще бы, ведь это мне нужно будет с ним жить, не тебе. У тебя с мамой такого не было. — Роуз — это совсем другое дело, но до этого у меня было две жены, и их так же мне выбрали старейшины. И мы мирно жили под одной крышей достаточное количество времени, чтобы привыкнуть к друг другу. — Пап, я совсем тебя не понимаю. Ты ведь не знал их, они хоть нравились тебе? Или ты как этот Эллиос выполнял программу? Ни чувств, не желаний, лишь обыденность и приказы… — вновь взвилась МакКайла, смотря на меня. Да, она могла превратиться в серебристый свет, но не могла понять того, как можно так жить. Ведь она ни раз считывала проблеск моих эмоций, когда я думал о той жизни, что была, когда жил с её мамой. Она точно знала, что я тосковал о ней, хоть и не признавал этого. Я вздохнул в который раз, ведь Мак была права до единого слова, раньше я именно так и считал. Но, оценивая ситуацию с позиции того каким стал сейчас, я четко понимал, что действовал как разумная машина. Да и понятие семьи у нас было тоже искаженное, то была не семья, а просто разделение одного дома на двоих. Просто представители одной расы, не имеющие понятия о том, что из себя представляет тот, кто живет рядом. — Мак, я понимаю, тебе все это не нравится, и, кажется, что тебе навязывают всю эту жизнь. Что никто вокруг тебя не понимает, или что я не люблю тебя. Люблю, очень, с первого момента, как только взял на руки. — Произнес я абсолютно серьезно, прерывая её передвижение по комнате, чтобы обнять. — Но сейчас остановись, попробуй отодвинуть бурю эмоций и подумай вот о чем: тебе дан выбор жить как человек или остаться и жить как все мы. Что ты предпочтешь? — Конечно я выберу первое, я хочу жить свободно. — Тут же ответила МакКайла. — Хорошо, я принимаю твой выбор, но спроси себя, что ты почувствуешь, когда поймешь, что осталась одна, что вся твоя раса исчезла? Больше никого не осталось, ни Эллиоса, ни старейшин, ни меня, будто нас и не было никогда… Я видел, что эмоции не дают мыслить здраво и отключить их прямо сразу очень трудно. Но так же я знал, что у Мак доброе сердце, как и у Роуз, и она не сможет просто повернуться спиной к такому серьезному поводу. И она прислушивалась ко мне не смотря на то, что не стеснялась выражать сильные эмоции. — Я бы не стала плакать по Эллиосу, но не хочу потерять тебя, пап. — Произнесла девушка, обнимая отца за шею и утыкаясь носом в основание шеи и плеча. — И я попробую относиться к Эллиосу более спокойно, ведь наш брак не так и надолго, лишь для достижения цели выживания. — Если бы можно было избежать этого Мак, я бы ни за что не стал просить тебя об этом. — Произнес я, гладя её по спине. — Да, да знаю, я и родилась лишь только поэтому. — Знаешь ты права, но лишь от части, у меня от двух жен были только нерожденные сыновья. И я действительно хотел твоего появления, и не потому, что ты можешь спасти наш род. Просто хотел в первые стать отцом и не столь важно, если бы ты была мальчиком. — Тогда бы ты остался с мамой? — спросила девушка. — Ну, если бы я была мальчиком? — Не знаю, Мак, может быть, если бы Роуз захотела остаться рядом, — ответил я. Когда-то я думал об этом, ведь старейшины изгнали меня, и я мог бы и дальше оставаться среди людей. Но по странному чувству — кажется, это был страх — я никогда не говорил с Роуз об этом, захотела бы она остаться со мной? Сейчас-то, конечно, это уже неважно, у неё появился мужчина, что может быть рядом. — Ты думаешь о маме, так ведь? — С чего ты взяла? — Я знаю этот взгляд и теплый оттенок эмоций, — заявила МакКайла отрываясь от груди отца и чувствуя себя более спокойной. — Ты ведь скучаешь по ней правда? Все-таки Мак была хоть и эмоциональной, но так же была наблюдательной и умела видеть оттенки эмоций и чувств. Хотя тут их практически не было. — Так же как ты, но я видел её сегодня. — Видел? — удивилась девушка, во все глаза смотря на отца. — Почему ты не сказал мне, что пойдешь к ней? Наверное, не стоило этого говорить, но я никогда не лгал ни Мак, ни Роуз. — Потому, что она сама меня позвала, и это было не просто так, ей нужно было узнать кое-что. Наша встреча была совсем недолгой, и, кроме того, ты ведь провела с ней целый день. А это гораздо больше, чем я, — резонно ответил я. — Да, ты прав, прости. А что именно она хотела знать? В этот раз, отвечая, я уже подумал лучше, ведь если расскажу, Мак непременно захочет тоже впутаться в это. — Что-то связанное с её работой. — Когда я ждала её, то видела рядом с ней мужчину, они держались за руки, это ведь значит, что он её парень? — поинтересовалась Мак, вспомнив симпатичного мужчину, он был намного приятнее взгляду, чем Эллиос. — Знаешь, Мак, я до сих пор не очень-то сильно понимаю взаимоотношения у людей. А все, что знаю, научила меня Роуз, но да, она говорила, что когда двое людей много времени проводят вместе, они считаются парой, — пояснил я. Значит Мак тоже видела этого мужчину. — Получается, мама больше не любит тебя? — Люди очень сложные создания, не в плане строения, а по отношению друг к другу. Мы ведь не можем быть рядом с ней, и поэтому не можем требовать от неё, чтобы она ни с кем другим не проводила свое время. — Да, это было бы несправедливо, — согласилась девушка. — Но он мне понравился внешне, у него красивые глаза. Я не смог не улыбнуться, просто потому, что Мак впервые проявила интерес к мужчине. Среди своих она никого так не оценивала, но, как и я сам, нашла именно человека достойным внимания. — Смотрю, он тебе понравился? А ничего, что этот мужчина гораздо старше тебя? — Ты старше мамы на несколько сотен лет, я просто говорю, что он первый из людей, после тебя, конечно, кто привлекает моё внимание визуально. — Люди не могут жить несколько столетий, как мы, поэтому у них другое понятие возраста. И я никогда не говорил Роуз, как долго живу. Ладно, Мак, мне нужно по делам, я вернусь позже. — Хорошо, я пожалуй останусь здесь, не хочу ни с кем встречаться, — отозвалась девушка. Я хотел найти более уединенное место для того, чтобы вновь просить аудиенции у старейшин. С тех пор как я вернулся, это случалось достаточно часто, и не всегда по моему желанию. Но сейчас мне было важно разобраться в том, что сказала мне Роуз, потому что это меня тревожило. Старейшины обитали не на Земле, а в каком-то неподвластном времени месте, оно ощущалось как недры под землей. Я пришел к вечно горящему костру, означающему, что это место священно и тут можно узнать ответы. Надо лишь отбросить свою телесную оболочку и воззвать к ним, для меня это не было особой проблемой, и уже спустя краткий миг я очутился среди бескрайней темноты и миллиардов-миллиардов звезд. — За чем ты призвал нас, сын Лайнары? — их голоса всегда звучали в унисон, и было трудно понять сколько же их на самом деле. — О, старейшие нашего рода, я узнал о том, что кто-то из людей Земли каким-то образом получил наши знания и пользуется этим, неся смерть, что является одним из запретов, — поведал я, при этом даже не шевеля губами, тут все разговоры велись ментально. — Люди этой планеты слишком примитивны, чтобы пользоваться нашими знаниями, так что это лишь домыслы. — Боюсь, что нет, одна из людей, что породила мою дочь, рассказала мне эти вещи. Выслушав, я пришел к мнению, что это именно наша технология стала причиной гибели четырех женщин этой планеты. — Ты нарушил запрет, показываясь человеку, — сейчас из массы выделили всего несколько голосов, очень недовольных моими словами. — Я не нарушал запрета, она сама меня позвала, чтобы сообщить свои опасения и они оправданы, — защитил Роуз я. — Ты не должен был вообще слышать её, — вторили все те же голоса. — Один из сынов Лайнары прав, наши технологии замешаны в этом, только это не люди. Часть серебряного народа откололась от общности, они ушли, оборвав нити связи, я вижу те пустоты, — заговорили другие голоса резонируя с первыми. — Это немыслимо… — Мы благодарим тебя за эти сведения, один из сынов Лайнары. — Это мой долг, — заявил я, копя мысли, но сейчас меня волновал еще один вопрос. — Будут ли приказы, чтобы вернуть их домой и избежать гибели людей? — Нет, они сами выбрали судьбу изгоев, и мы отсечем их больную конечность, — заявили те первые голоса, что были не довольны моей встречей с Роуз. — Согласны, мы не терпим неподчинения и иноверия, — поддержали вторые голоса. — Да будет так, отныне они больше не часть серебряного народа, и мы не несем ответственности за их действия. — Но как же люди, они ни в чем не виноваты и не должны страдать из-за распрей нашей расы. — Их слишком много на планете, так что значат исчезновения нескольких особей? А теперь иди, ты и так занял слишком много нашего времени, а оно драгоценно. И вот я опять в своем теле, значит вопрос закрыт. Но не для меня и тем более не для людей, что погибли. Мак была права, называя нас роботами, но наши вожди ещё хуже, века убили в них всякую возможность вернуться к чувствам и эмоциям. Невольно я задумался, а стоит ли спасать нас как вид? Если мы давно перестали ценить чужие жизни и все, что нас волнует — это непознанные грани науки. Сейчас я четко, как никогда за три столетия, понял одну очевидную вещь. Тогда, в том переулке, не я спас Роуз, это она спасла меня, показав, во что превратилась моя раса. И теперь я не позволю инакомыслящим сородичам использовать людей, как расходный материал. Мне нужно было рассказать все Роуз, а Мак пока пусть будет здесь, здесь безопаснее, а потом я признаю, что был слеп и мы сможем уйти и жить, как захотим сами.

POV Роуз.

Не смотря на то, что я очень ждала возвращения Дмитрия хоть с какими-нибудь ответами, сама без дела не могла усидеть. Я нашла все заброшенные постройки в городе и методично стала их проверять. Ну, вернее, я осмотрела только одну из списка в семь пунктов. Естественно, я делала это одна, потому что остальные сочли бы меня как минимум странной. — Хэзевей, — произнесла я, подняв трубку. — Адриан? Откуда ты узнал мой рабочий номер? Или номер мобильного потерял? — Ты не поверишь, но я сам открыл телефонную книгу и нашел ваш участок в нем. — отозвался он, в голосе сквозили веселые нотки. — А мобильный твой молчит, как рыба. Я полезла в сумку и нашла этого «молчуна». — Он просто сел, наверное, а я не заметила. — Зачем ты его вообще тогда при себе держишь, если даже не замечаешь, что он не работает? В мою голову сразу заглядывают мысли о том, что ты меня бортанула. Я не смогла сдержать смех. — Это должны быть мои мысли. — Так значит, ты думала о том, что я просто затащу тебя в койку и потом забуду номер? — Да, признаюсь, они были, — подтвердила я. — И..? — И, возможно, я уже передумала, но когда я окунаюсь в работу, перестаю замечать очевидные вещи вокруг себя. — Все эти мелкие неприятности сгладятся, если ты согласишься провести со мной выходные, — заявил Адриан более серьёзно. Бросив взгляд на календарь, заметила, что сегодня, оказывается, пятница. Мой мозг был занят другими вещами, чтобы следить за течением дней. — Что, все выходные только вдвоем? — А ты что-то имеешь против? Не знаю, я запуталась в паутине собственных чувств, да, я вроде бы решила начать отношения с Адрианом. Но приход Дмитрия задел во мне струну, что хранила чувства к нему, несмотря на расстояние. Его слова «я всегда приду, если ты позовешь меня» так и звенели во мне, цепляясь за тонкий волосок надежды. Но я знала, что мечты не имеют под собой почвы, и значит эти мимолетные встречи не должны сеять в моем сердце семя надежды. — У тебя есть определенный план на эти выходные? — Да, в противном случае я бы не стал предлагать. — Тогда озвучь их, и посмотрим на сколько идея хороша. Идея Адриана состояла в том, чтобы провести выходные на яхте в открытом океане, он хотел показать мне одинокие островки и подводные гроты. Заманчивое предложение, но яхта — это ограниченное пространство. Да, мы провели ночь вместе, но я все еще не была уверена, стоит ли влезать в эти отношения. Ким, конечно, была бы просто в восторге от этой идеи, и, наверное, если бы могла, пинками бы погнала меня к яхте Адриана. Но я и так согласилась, правда, не знала как быть с Дмитрием, вдруг он придет с новостями, а меня нет. Но может получиться и так, что я просижу одна в четырех стенах, а он так и не придет. Потом я просто написала на листке бумаги. «Дмитрий, если новости срочные, я на яхте Беглянка».

***

— Ты думаешь, мы сможем доплыть до ближайшего острова до темноты? — уточнила я, держась за поручни бортов яхты, что мчалась, рассекая острым носом волны. — Да, ты сомневаешься во мне или просто трусишь? — поддел меня Адриан, уверенно держа штурвал, как заправский моряк. — Ты сейчас назвал меня трусихой? — уточнила я, посылая ему серьезное выражение, хотя на самом деле мне было даже забавно. — Разве? — вопросом на вопрос ответил он улыбаясь. — Наверное, это ветер, и я бы не посмел, ты ведь крутой коп, вряд ли тебя пугает ночь в открытом океане. Вот ведь засранец, но, надо признать, он заражал меня своим энтузиазмом. Я проснулась от того, что лучи солнца бегают по моему лицу, а яхта покачивается на волнах. Это было второе утро, когда я просыпалась на воде. И, кажется, мне все больше нравилось это. Адриан был тот ещё соня, поэтому я выскользнула из нашей постели и пошла на палубу прямо в шортах и майке. Как же тут было красиво, раньше мне никогда так сильно не нравились необъятные просторы океана. Мы кинули якорь недалеко от берега, так как яхта могла бы сесть на мель. Мне, честно, даже не верилось, что в нескольких часах отсюда уже большой мегаполис, а тут пальмы, почти белоснежный песок и лазурная вода. Просто уголок Рая. Но почему-то наблюдение этой земной красоты воскресило в моей памяти картинки погибшей Лайнары, родины Дмитрия. Вот если бы кто-то из людей попал бы туда, подумал, что именно так и должен выглядеть Рай. Больше всего мне запомнились цветки-бутоны, которые выбрасывали фонтанчики радужных вод, подобно тому, как это делаю наши киты. — Ты всегда так рано встаешь? Или тебе не хватает постоянного шума города, как любому городскому жителю? — спросил парень, обнимая меня за талию. — Всегда, это дело привычки, и, знаешь, я отлично спала, мне нравится тут, — ответила я, возвращаясь в реальность. — Вид прямо как с брошюры туризма. «Покупайте у нас туры и вас ждет незабываемое удовольствие». Но при этом мы не заплатили ни цента. — Да, так и есть, и какие у нас планы на этот чудесный день? — Для начала неплохо было бы позавтракать, — отозвался парень. — Но готовишь ты, если, конечно, не хочешь получить пищевое отравление от моей стряпни. — Значит, ты меня пригласил, чтобы самому не умереть с голоду? — в шутку заявила я, слегка ткнув его локтем в ребра. — Всё, я попался, не зря же ты детектив. В два счета раскусила мой коварный план. — засмеялся Адриан, разворачивая меня лицом к себе и накрывая мои губы своими. Трудно устоять перед его напором, да и сама обстановка этому располагает. — Ты вроде бы хотел позавтракать, так я вряд ли смогу его приготовить, — произнесла я. — Хотел, но тебя я хочу больше, — выдохнул слова в мою кожу, пока его губы по ней путешествовали, заставляя меня слегка подрагивать от желания. — Роуз, ты занималась когда-нибудь любовью на палубе яхты? — Нет, но раньше у меня не было знакомых с яхтами. Все бывает в первый раз. Мне хотелось близости так же как и ему, но было Но. — Адриан, мы в открытом океане и тут нет магазинов, чтобы приобрести защиту. Хотя, наверное, у тебя есть здесь запас. — Роуз, тебе не стоит по этому поводу переживать, со мной тебе ничего не грозит, я стерилен. Так что мы можем заниматься сексом где угодно и сколько угодно без последствий. Это признание меня удивило, ведь мы уже занимались любовью тут, на его яхте, но он мне ничего не сказал. А я, кажется, проявила безответственность, забыв про это. Но он уже перешел к делу, что заставило мыслям меня покинуть. Легкий бриз ласкал мою голую грудь, а Адриан ласкал своим ртом самую интимную часть меня. Это заставляло меня скрести пальцами по отполированным доскам палубы, с губ срывались стоны уносимые ветром. Но он не спешил доводить меня до победного конца, наоборот, кажется, заводил меня своим языком всё сильнее. Но когда я вновь подошла к грани оргазма, он резко проник в меня, наполняя тело жаром, и своей твердой плотью, заставляя кричать. Я прижала его к себе, чувствуя, как бьется его тело внутри моего все быстрее и быстрее, мышцы снизу живота скручивались в тугой узел. Мои руки искали опору под воздействием эмоций, что набегают, как волны на берег. Я сжимаю его предплечья, чувствуя, как напрягаются мышцы при каждом толчке. Оргазм накрывает меня резко и неожиданно, наполняя тело звенящей энергией, закладывая уши и ускоряя и без того сумасшедший ритм сердца. — Откуда ты вообще знаешь про этот остров? — поинтересовалась я, когда мы уже сошли на берег. — Я как-то плавал здесь и наткнулся на компанию дайверов, их катер заглох, и они дрейфовали в отдалении от острова. Я оттащил их в город, а они в благодарность предложили мне спуститься с ними в пещеры. Это было потрясающе, Роуз. — И ты решил произвести на меня впечатление, привезя сюда? — А разве я тебя еще не впечатлил? — уточнил Адриан с хитрыми блеском в глазах. — Совсем недавно на палубе и до этого в каюте? Я закатила глаза, вот ведь засранец. — Хотя, нет, я просто хотел показать то, что произвело на меня впечатление, это, конечно, не красочные коралловые рифы. Но у пещер есть своя красота. — Адриан, это ведь может быть опасно, те парни, наверное, опытные дайверы, а мы даже не новички. — Да, Нил самый опытный из них, он уже пять лет этим занимается, но, Роуз, не переживай, мы не поплывем туда, где опасно. Только до грота, откуда они оправляются в путь, это совсем близко отсюда, — заверил меня Адриан. Я никогда не ныряла с аквалангом, но плавала хорошо, в лет двенадцать мне нравилось плавать с маской и трубкой. Этот остров оказался достаточно большим, и сейчас мы шли по проторенной дорожке, которую тут, видимо, проложили дайверы. Тут был, можно сказать, кусочек джунглей, много зелени и никаких людей, только звуки природы. — Это второе необычное свидание в моей жизни, — произнесла я вслух, осматриваясь по сторонам. — Второе? — уточнил идущий первым Адриан. — А где же было первое и, главное, с кем? Вряд ли нашу первую встречу можно считать такой необычной. — Оно было не с тобой. Чуть больше двух лет назад на озере Морейн, в Канаде. Дикая и очень красивая природа. — Ты сказала свидание, но я услышал лишь о месте, а не о человеке. — Его звали Дмитрий. Я никому и никогда о нем не говорила, ведь все, кого я знаю, думают, что события тех пяти месяцев так и остались за завесой тайны. С Адрианом же было проще, он не знал таких подробностей, а, стало быть, я могу рассказать эти крохи. — Почему звали? — уточнил Адриан. — Надеюсь, он не погиб на том свидании? — Нет... нет, он жив с ним все хорошо, — тут же заверила я, сама не понимая, почему так сказала. — И почему вы расстались? Если, конечно, не секрет. Если я отвечу, что секрет, оставит он эту тему или нет? Хотя я сама сказала «А» так что теперь нужно говорить «Б», а не пасовать. — Потому, что ему нужно было вернуться домой. — А сколько вы вообще встречались? — Где-то полгода. — И он вот так просто уехал, даже не предложил поехать с ним? — продолжил расспрашивать Адриан. — Если нет, значит ты мало для него значила. Я никогда не задумывалась над тем, что было бы, если бы Лайнара не погибла. И Дмитрий бы предложил отправиться с ним туда, ну или на еще какую-нибудь планету. Согласилась бы я бросить всех тут? Четкого ответа у меня не было, да и за чем думать о том, чего никогда не будет. — Вообще-то, это я, наверное, струсила и решила остаться здесь, ведь тут все мои родные и, конечно, любимая работа, — сказала я. — И это хорошо, что не решилась, ведь тогда бы я не смог встретить тебя. Еще два года назад я бы, наверное, так не сказала, ведь я потеряла мужчину, которого очень любила и дочь. Да, они живут и будут жить ещё долго после меня. Но сейчас я даже могла согласиться с Адрианом, время излечило меня, а еще тот факт, что Дмитрий вернул мне воспоминания. И я совсем не хотела вновь погружаться в ту пучину, я приехала сюда, чтобы идти в новые отношения с Адрианом. Скоро перед нами открылся чудесный вид на озеро и большой каскадный водопад. — Мы на месте, — заявил Адриан. — Теперь нам нужно облачиться в костюмы и спуститься вниз к первой отправной точке. — Первая отправная точка? — переспросила я. — Да, это то место откуда дайверы начинают путешествие по подводным пещерам. — пояснил он, скидывая со своего плеча рюкзак. Перед тем, как вплавь добраться до берега, мы собрали, ну, вернее, он собрал необходимые для погружения вещи. — Значит, в грот можно попасть через это озеро? — Именно. Хотя гидрокостюм был не таким плотным, на солнце все равно было тяжко и хотелось уже быстрее оказаться в воде. — А разве баллоны с воздухом не должны быть большими и увесистыми? — поинтересовалась я. — Они такие и есть, но нам они не к чему, поэтому я взял, так сказать, мини вариант. — ответил Адриан подавая мне этот самый баллон, высотой где-то примерно 15 дюймов с небольшой ручкой. — Знаешь, он как-то не очень внушает доверия. Адриан усмехнулся, подходя и обнимая меня, и резина неприятно заскрипела от соприкосновения. — Поверь, Роуз, его хватит как раз на то, чтобы мы сплавали туда и обратно. — Поверю тебе на слово, но если вдруг что случиться, я буду приходить приведением к тебе по ночам и мучить, — пошутила я, слегка ткнув его локтем в бок. — Ты будешь моим личным приведением? Я даже не против, тогда тебя никто не сможет у меня увести, — засмеялся он в ответ. — Ну, а если серьезно, то все будет хорошо, тут совсем недалеко, зато впечатлений масса. Идём. — А разве у тебя есть конкуренты? И почему тогда я об этом не знаю? — Ну всегда среди мужчин в участке… — Адриан, ты ревнуешь меня к моим коллегам? Очень беспочвенно, с большинством из них я знакома не один год. — Ладно, теперь моя очередь верить тебе на слово. Но, да, я ревную, ведь ты так потрясающе красива, Роуз. Вода действительно немного охладила кожу, обволакивая все тело. Тут, у края, озеро было достаточно мелкое. Но, смотря на него с высоты роста, можно было заметить, что дальше оно меняет свой цвет с бирюзового на синий. Это означало, что там, дальше, оно уже намного глубже, Адриан подвел меня к самому краю. И это зрелище было действительно захватывающим, темный провал смотрел на нас почти идеальной округлостью и шириной где-то два-два с половиной метра. Мы начали спуск вниз и по моей спине пробежали мурашки от того чувства, когда ты не знаешь, что там внизу. Неизвестность всегда пугает. Разговаривать мы не могли, поэтому Адриан показывал мне жестами. При спуске мы держались за канат, спущенный вдоль каменной стены, видимо все теми же дайверами. Мы плыли не спеша, маска на лице не давала большого угла обзора, чтобы рассматривать все вокруг. Я старалась делать нечастые глубокие вдохи, крепко сжимая губами трубку дыхательного баллона. Но мне это нравилось, действительно удивительные выходные, то тут, то там, на каменной стене попадались водоросли. Они, будто живые, шевелили лохматыми стеблями, наверное, потому, что тут все же было слабое течение. На веревке виднелись разноцветные ленточки, наверное, они отмечали так глубину или что-то в этом роде. Я уже видела зеленую, синюю и теперь желтую, у которой и ждал меня Адриан придерживаясь за веревку одной рукой от передвигал ластами удерживаясь на одном месте. Подплыв ближе, я заметила в каменной стене проход, он подождал, пока окажусь рядом с ним, рукой указал туда, и у меня по спине пробежали мурашки. Не сказать, чтобы я по жизни была трусихой, вряд ли тогда смогла бы работать в полиции. Но вид несильно большого отверстия в монолитной скале заставлял задумываться. Адриан указал на руку (на берегу он дал мне что-то типа браслета с пяти диодными фонариками). Я кивнула в ответ, поняв, что он мне говорит. Потом смотрела, как он постепенно скрывается в темном провале. Главное, не волноваться и дышать равномерно. Страх худший враг под водой - это первое, что сказал мне Адриан перед тем, как мы стали спускаться вниз. Сделав глубокий вдох, я тоже поплыла вперед, и тут же оказалась в полной темноте. Только несколько секунд спустя поняла, что забыла включить свет, но этот тоннель оказался достаточно узким, так что человек, чуть крупнее Адриана, мог бы рисковать застрять. Но я все-таки как-то изловчилась и каменные стены осветились, хотя лучше от этого не стало. Теперь я видела подтверждение своих догадок: тоннель действительно узкий и, казалось, что он смыкается над тобой. Я старалась дышать ровно, но вдруг свет вырвал из темноты что-то живое и двигающееся, от чего я по инерции дернулась. Я ударилась о потолок тоннеля и дыхательный баллон вырвался из моих губ.