Бабочка по имени Курио: погоня за мечтой

Курио медленно шла к реке, едва переставляя лапы. Да, она знала, что сегодня за день. Но праздновать не было никакого настроения. Вчера был последний день её детства. И теперь она уже не в том возрасте, чтобы верить в волшебные сказки. Ей следует смириться с тем, что не все мечты непременно сбываются. И именно потому она превратила свой день рождения в день траура. Сегодня умерла её мечта. Курио подошла к обрыву и села, свесив лапы вниз. Она любила подолгу сидеть здесь и представлять, как однажды она взлетит отсюда и спустится к самой реке, цепляя лапами воду и поднимая тучи брызг. Здесь она и похоронит этот кусочек детства. Нужно жить дальше. Вряд ли когда-то она ещё раз придёт к этому обрыву. Вряд ли ей хватит смелости. Внезапный тычок в спину, прямо между лопатками, заставил Курио вздрогнуть от неожиданности и подпрыгнуть, вцепляясь когтями во влажную землю. Обернулась она так же резко, при этом сползая вниз. Сзади стоял кот, очень смахивающий на гиену. Рядом с ним лежала большая массивная булава. Его морда была очень виноватой, хотя с его ужасной нижней челюстью подобная мимика была почти невозможна. - Я всего лишь хотел потрогать твои кры... Конец его фразы потонул в душераздирающем вопле Курио, лапы которой сползали по скользкой земле, выдирая целые клочки травы. - Лапу!.. - крикнул кот-гиена, становясь необычайно серьёзным. Не получилось. Они успели соприкоснуться когтями, звякнувшими друг о друга. Но вторая лапа рыжей кошки оставила на мокром грунте четыре царапины, и Курио сорвалась. Жалобно пискнув, кошка два раза ударилась о камни всей спиной и полетела дальше, уже не касаясь стен обрыва. Курио помнила, что кошка может упасть на все четыре лапы, ничего себе не повредив. Поэтому, как только рыжая осмыслила своё отчаянное положение, она расставила лапы в стороны. И тут она почувствовала хлопок. Чувство раскрывшегося за спиной парашюта. На мгновение притормозив, Курио продолжила падать, но уже медленнее. И если бы после этого хлопка не раздался тихий хруст, Курио так и не осознала бы, что этот самый "парашют" является частью её тела. Очень хрупкой частью, поняла она, когда после хруста весь её позвоночник пронзила короткая боль, а на лапы и нос упали несколько светящихся крупинок, подобных тем, что оставались на её шкуре после прикосновений Мяты. И воспоминание о летунье навело на одну очень интересную мысль... Курио захотела увидеть, что находится у неё за спиной, и резко повернула голову, но попытка увенчалась неудачей, и незадачливая исследовательница перекувыркнулась в воздухе, краем глаза все же успев ухватить что-то нечеткое, светящееся, бирюзовое. Курио снова завертелась рыжей юлой. Со стороны это было похоже на весёлую игру, но на самом деле она всего лишь хотела увидеть то, что сейчас ритмично поднималась и опускалась за её спиной, взлохмачивая шерсть. То есть, она давно знала, но хотела убедиться, увидеть это невероятное чудо своими глазами. Курио весело взвизгнула и полетела совсем над водой, вздымая фонтаны искрящихся брызг. Их было даже больше, чем она представляла когда-то. Но это совсем не волновало рыжую кошку. - Получилось, - тихо прошептал Эдвард, словно не веря в то, что только что увидели его глаза. Кайл хлопнул его по плечу, так что алхимик чуть не уронил свои очки. - Конечно получилось! Мы же с тобой гении, верно? Мятное Сердце улыбнулась, и тут её глаза выпучились, а воздуха в груди перестало хватать. Обернувшись, она заметила обнимавшую их троих Курио. - Как аукнется!.. - фыркнула ей в ухо рыжая, а вслух крикнула: - Конечно, гении! По её щекам стекали слёзы, уже даже не путавшиеся в шерсти. Конан стоял чуть дальше и пытался втолковать себе, что он не ревнует. Просто... Он первый раз видел искренне обнимавшую кого-то Курио. Словно почувствовав его взгляд, рыжая обернулась. - Это же ты им сказал? Ты, да? Неожиданно сильные, мокрые от слёз и речной воды лапы сгребли его за шиворот. - Спасибо!.. Спасибо... За мечту!