Моя рыжая истеричка

POV Юнги

***

— Это блять шутка? — слегка повысил я голос, встречаясь со взглядом тех самых шоколадных глаз. Справа от меня, расположился тот самый парень с парковки, криво улыбаясь, то и дело горько и протяжно вздыхая. Рассмотрев его получше, я всё-таки признался себе, что он действительно заслуживал ту оценку, что дал ему мой воспаленный мозг некоторое время назад: хитрый лисий прищур делал его взгляд более выразительным и я б даже сказал — женственным, а эти губы, своей формой напоминающие бантик, и до умиления детские щечки не могли кого-то оставить равнодушным. Кого-то, но не меня. Натурал, хули. Поэтому, вновь послав разум в дальние чертоги двенадцатиперстной кишки, я спер всё на долгое отсутствие секса и позволил взгляду опуститься чуть ниже, о чём пожалел. На коленях у него размещалось огромное ведерко с попкорном, что успел заметить мой давно урчащий живот, а с волос изредка стекала вода. — Молодой человек, вы что специально пытаетесь испортить мне настроение? — прищурился рыжий, чуть ближе подвигаясь к моему лицу. — Если да, то только не на показе этого чудного фильма! — Ты что, курнул перед сеансом? — копируя жесты этого чудилы, и, следовательно, поддавшись вперёд, машинально облизнул пересохшие губы, словив ушами странный звук, исходящий от парня. «О да, детка. От сексуальности Мин Юнги падают не только девушки.» Не услышав ничего в ответ и улыбнувшись своей маленькой победе, я отвернулся к экрану, моля о том, чтобы хотя бы не сразу уснуть — денег жалко.

***

Сюжет меня особо не впечатлял, хотя, признаюсь, картина была весьма недурно снята. Я даже (как мне показалось) успел на ¼ проникнуться историей Ноя и его бабы, как вдруг мой организм исполнил оду умирающего тюленя, а желудок провернул третий кульбит. Но и этого (как выяснилось минутой позже) оказалось мало: этот Недопьеро завыл похуже бабы, что пропустила скидку 30% на какие-то всратые сапоги, хотя у самой в шкафу — кладбище. И такое, поверьте, мне доводилось не только слышать, но и видеть. — Ну и хули ты орёшь? — в вопросительном жесте приподняв бровь, изобразил на лице подобие улыбки, чем ещё больше раззадорил мальца. — Но они… их… война! — залился пуще прежнего мой сосед, глотая горькие, но такие бессмысленные слёзы. — Ну тише, тише… — обнял я рыжего, перебросив руку через его плечо, устраивая голову у себя на груди. Думаете, он настолько смог меня растрогать, что мне в мгновение захотелось прижать его к себе, успокоить и никогда не отпускать, как творят в самых дешёвых мыльных операх? Хуй там плавал. Свободной рукой я уже вовсю уплетал за обе щёки халявный попкорн, радуясь своему маленькому злодейству. О да, Мин Юнги гений, и с этим точно не поспоришь.

***

Устранив уже начавшееся восстание своего пищевого тракта, я отцепил от себя эту пиявку, оставив в полном недоумении и вновь обратил внимание на экран, уже в какой раз за вечер пожалев о своём выборе. Нет, меня вовсе не расстроил романтический момент между актерами и сопливые сцены с поцелуями. Нет. Я вновь увидел ту, из-за которой, в общем-то и оказался здесь. Ынхва сидела на несколько рядов впереди меня, уже во всю обмениваясь слюнями с этой жуткой антресолью. Никогда не пойму этих женщин. Он же при сексе её раздавит, как лепешку. Но, ладно, на данный момент тревожилось не моё хрупкое и нежное каменное сердце, а одно из ребер, которому недавно удалось на себе прочувствовать всю «многогранность говора» её не менее грамотного спутника. Я, подобно жиже, начал медленно сползать вниз, как только слух прорезал душераздирающий крик моего соседа. — Ему плохо! Позовите кто-нибудь вра… — договорить ему не дал мой спонтанный поцелуй, превращающий громкие возгласы в невнятное мычание.