Hit Me

Он быстро добрался до туда, не теряя времени. В конце концов, он знал, что, как только он доберется до Тони, потребуется всего несколько минут, чтобы закончить дело, а ещё дома его ждёт Йен, поэтому он хотел закончить это дерьмо как можно быстрее. Над этим, конечно, ему тоже нужно было работать. Разграничение. Особенно разграничивать свои мысли от жизни с Йеном, особенно вне работы. Все, что ему нужно, — это отвлечься и заставить себя думать, что нормально для рыжика — быть причастным к этой стороне его жизни. Микки бросил машину на парковке кинотеатра и начал наматывать круги вокруг здания кинотеатра; сигарета аккуратно свисала между его губ, пока он ждал, когда Зута выйдет с работы. В голове всплыло небольшое воспоминание о его последнем клиенте, когда он так же спокойно ждал Джейсона… Его голова резко вздернулась вверх, а брови нахмурились, когда он попытался вспомнить фамилию этого человека. Он всегда помнил их имена, хотел он этого или нет. А фамилия этого человека ускользнула; что это могло бы значить? Это хорошо или плохо? Его мысли давно не возвращались к прошлым, уже завершенным делам с тех пор, как… Йен. Йен действительно был его отвлечением — прекрасным, невероятно удивительным отвлечением, от которого Микки не хотел уходить дольше, чем на минуту, но, тем не менее, отвлечением. « У тебя есть крутые дизайнерские очки, чтобы скрыть свое лицо, а ты носишь их для того, чтобы тебя заметили». Микки услышал голос, прежде чем увидел кого-то, и тотчас же вернулся в реальность, занимая свою привычную боевую позицию, затушив сигарету о подошву ботинка. Он потянулся к куртке, чтобы убедиться, что его пистолет все еще там, и терпеливо ждал. «Ты никогда не здороваешься, не помнишь мое имя и, вероятно, думаешь, что ты круче меня». Несомненно, это был Тони, который шел мимо Микки, совершенно не обращая ни на что внимания. Но бля… Серьезно, этот ублюдок поет Майка Познера в 2017 году? Он закатил глаза и убедился, что Зута шел к своей машине. Он, очевидно, не мог убить парня прямо тут, потому что в кинотеатре все ещё было дохера народу. Как только Микки добрался до Мустанга, он поднял глаза и увидел, что Зута все еще идёт по улице. Неужели этот ублюдок действительно решил пойти один по опасным улицам Чикаго в ту же ночь, когда Микки планировал его «убрать»? Не могло же ему так охуенно повезти. Тем не менее он собирался предложить мужчине подвезти его при условии, если его никто не должен был забрать. Это просто подкинуло бы ненужных свидетелей, и последнее, что Микки хотел, — это убивать того, на кого у него нет заказа. Невинных людей. Как он и подозревал, маленькая компактная машина остановилась перед Тони, и он легко проскользнул на сиденье рядом с водителем. Микки тихо проклинал всю ебаную планету и прошел через всю стоянку, спрятавшись за чужой машиной, ожидая, когда Тони уедет, чтобы он мог завести свою малышку и нагнать Зута. Он нервно стучал пальцами по рулю в напряжённом ожидании, когда почувствовал, что его карман начал вибрировать. Насколько Мик помнил, он предупредил всех, кого знал, чтобы те не звонили ему, пока он работает, исключение — абсолютно чрезвычайная ситуация. Единственный человек, который не подчинялся этим требованиям, естественно, Йен. Поэтому, когда он вытащил свой телефон и увидел, что это действительно рыжик, он бросил телефон на пассажирское сиденье и последовал за серебристой машиной, держась на безопасном расстоянии. Он лавировал между машинами, из ряда в ряд, позволяя себе пропустить перед собой несколько автомобилей, дабы не спалить себя, если водитель машины, в которой едет Зута, часто смотрит в зеркало заднего вида. Уличные огни мерцали, пролетая мимо, и они резко повернули направо. Микки убедился, что как можно более плавно последовал за ними на поворот, так что не должно быть заметно, что он их преследует. Город по ходу движения становился пригородом, который Микки искренне презирал. В пригороде люди были внимательнее, подмечали, казалось, незаметные вещи. Конечно, тут было меньше свидетелей, но в городе проходящие мимо люди, даже если их было много, редко замечали то, что происходит вокруг них. Поэтому он немного сбавил ход и продолжил вождение, молясь, чтобы они просто проехали мимо. Его телефон снова начал вибрировать на пассажирском сиденье, и Микки издал громкий вопль «Блять!», увидев на экране имя Йена. — Ты там кровью истекаешь? — рявкнул Микки в трубку. Он практически увидел смущенный взгляд на лице своего парня. — Чего? — Ты истекаешь кровью? — Нет? — осторожно ответил Йен. — Тогда какого хуя ты звонишь мне, пока я работаю?! — он громко цокнул языком, включив левый поворотник, чтобы проследовать за автомобилем и ожидая, когда красный микроавтобус на перекрестке развернется перед ним и отдалит его от Тони. Йен тяжело вздохнул и пробормотал:  — Потому что я скучаю по тебе, Мик. — Ты издеваешься? — Микки закатил глаза и глубоко вздохнул. — Ты мудак, Йен, я буду дома через пару часов. Он безумно хотел быть сейчас с Йеном, его сердце осталось с рыжим. Он действительно хотел вернуться домой как можно быстрее, чтобы поцеловать его глупое конопатое лицо. — Ты можешь вернуться поскорее? — заскулил Йен. Микки вздрогнул и с любопытством сузил глаза, когда машина свернула на пустырь. — Послушай, я сделаю все, что смогу, но ничего не обещаю. Я вернусь как только все сделаю, хорошо? — пообещал он, закусив губу, наблюдая, как Зута выходит из машины и подходит к другой машине, рядом с которой и припарковался. Это был черный «Крайслер» и, видимо, пустой, так как Тони уселся на водительское сиденье и резко дал по газам, выезжая из пустыря. Микки последовал за ним гораздо спокойнее, убедившись, что водитель серебряной машины свалил в противоположном направлении. Наконец все, что ему нужно было сделать, — это заставить Зуту выйти из своей машины, и при том в одиночку. Он глубоко вздохнул и снова вслух пробормотал свой план. — Микки? — Йен тяжело вздохнул, и Микки почувствовал, как его сердце остановилось. Малыш понял, что сказал Микки и испугался? — Ты даже не слушал меня? Он облегченно выдохнул. — Нет, детка, не слушал, но мне действительно нужно идти. Как я уже сказал, я сделаю это как можно быстрее и вернусь домой. Надень что-нибудь красивое, — сказал он и с этими словами повесил трубку, засунув телефон в карман брюк. Тони какое-то время ехал прямо, и улицы медленно становились все более населенными, и Микки понял, что они вернулись в центр города. Как будто услышав молитвы Микки, Зута остановился перед пустым баром; только пара человек, пьяно спотыкаясь, проходили мимо него. Микки припарковал машину в конце квартала, чтобы Тони не увидел его, но достаточно недалеко, чтобы он мог следить за блондином. Он зашёл в бар, выглядя уже немного пьяным. Он, должно быть, уже залил в себя немного алкоголя, когда тот непонятный человек заставлял его забирать его машину. И, по какой-то причине, ему этого было много. Это облегчило бы жизнь. Микки принял решение выйти из машины и подождать, когда Тони выйдет из бара, даже если потребуется несколько часов. Он вышел из машины и подошел к бару, поднес сигарету к губам и быстро зажег ее. Когда он прислонился к зданию и спокойно закурил, он почувствовал, что снова становится тем самым Микки. Находясь в толпе бандитов, он знал, кем должен быть, когда дело доходит до таких вещей. Удивительно, но Зута вышел всего несколько минут спустя — Микки даже докурить не успел. В руке у блондина был конверт. — О! Эй, сигаретой не угостишь? — спросил он Микки, стоя слишком близко к нему. Он отпустил руку от сигареты во рту и выдохнул дым сквозь нее. — Конечно, только я оставил пачку в машине, — сказал он, думая о тупости парня перед ним. Дело не могло быть еще проще. Он кивнул на Мустанг и пошел по улице, поглядывая назад, чтобы убедиться, что Тони идет за ним. Он сделал два шага и, обернувшись вновь, увидел в руке у парня оружие. Он нацелил пистолет прямо на Микки, стоящего в нескольких шагах от него. — Бля, — просто сказал Микки. — Кто ты такой и какого хуя ты следишь за мной? — спросил Тони, пытаясь говорить низким, пугающим голосом, но ничего не вышло, особенно учитывая тот факт, что у него заплетался язык. Мысли Микки пробегали в голове со скоростью миля в минуту, и он просто решил, что будет врать. — Меня зовут Мейсон, я… слышал о вашей семье, и просто хотел увидеть… — Не пизди! — прервал он, споткнувшись и пытаясь открыть глаза. Может быть, у него в машине был не только алкоголь. — Мой отец прислал тебя? Он хочет, чтобы ты… Убил меня?! — Нет, Тони, — Микки покачал головой. — Опусти пистолет, и мы поговорим. Казалось, он выполнил просьбу Микки, и в момент, когда он отвлекся, Микки тоже вытащил пистолет, но держал его уже напротив блондина. У него было ощущение, что он все еще может изменить ситуацию, ведь, по-правде, это было не самое сложное его дело. — Скажи моему отцу, что он может поесть дерьма! — крикнул он, и Микки подумал, что всё идёт отлично. Тони небрежно поднял пистолет, и Микки попытался уклониться от него, когда тот нажал на курок, но безуспешно. Раздался выстрел, и в его ушах раздался знакомый шум, как и жгучая боль в его левом бицепсе. — Сука! — крикнул он, сгорбившись и сжимая зубы от боли. Это был не первый раз, когда его подстрелили, но менее больно от этого не становилось. Он посмотрел на Зуту, все еще согнутый пополам и приложивший руку к животу. Он поднял правую руку, едва успев прицелиться, и нажал на курок. Его выстрел был не таким громким, так как у него был глушитель на конце ствола. К счастью, его выстрел пришелся прямо в лицо Зута, и человек упал почти сразу. Микки издал задушенный крик от боли и почувствовал, как кровь согревает кожу, стекая по руке. Он изо всех сил боролся, чтобы не упасть в обморок, но это как раз означало, что он почувствовал всю полноту боли. Через несколько минут он спрятал пистолет за пояс своих штанов свободной и целой рукой и сел в свою машину. Он знал, что было пиздец как тупо — оставить Тони, лежащего посреди улицы, но за пару минут ведь ничего не случится. Микки подошел к Мустангу, быстро завел мотор и подогнал машину прямо к телу на дороге. Он сжал челюсть, когда понял, что ему одной рукой надо будет затащить эту тушу в машину. Брюнет застонал и вышел, открыл дверь и наклонился, чтобы обернуть свою целую руку вокруг талии Зута, выпустив из горла задушенный вопль, когда приподнял мужчину и потянул на брезент, который Микки расстелил на заднем сидении. Он уложил Тони и оказался прижатым к полу этим здоровенным телом. Микки почувствовал, как по лицу стекает пот, когда он изо всех сил пытался выбраться из-под мертвого тела. Он прислонился к машине, когда, наконец, сделал это, и несколько раз глубоко вздохнул, чтобы насладиться свежим воздухом. Он наткнулся на заднюю дверь своим бедром и поднял забытое оружие Тони с дороги, бросив его на заднее сиденье рядом с телом. Как только он оказался на водительском месте, не теряя времени, он двинулся по дороге, используя свое колено, чтобы рулить, когда пристегнулся и вытащил свой телефон, прижимая к себе раненную руку. — Михайло, — услышал он на другой линии. — Эй, Росси, заказ готов, — сказал он быстро, напряженно. В глазах начало темнеть, и он глубоко вздохнул, чтобы оставаться в сознании. — Я знал, что ты быстро закончишь. Почему бы тебе не прийти в главный дом, Милкович? — сказал Росси, и его голос был странно теплым. — Через пять минут буду, — сказал он, резко выдохнув. — Джоуи случайно не там? Зута получил хороший шанс, прежде чем я его ёбнул, — объяснил он. Росси прочистил горло и сказал:  — Джоуи поможет тебе. Езжай, малыш. Затем Микки повесил трубку и положил руку на руль, судорожно и резко останавливаясь у светофора, сильно ударившись лицом об руль. В любой другой момент он непременно послал бы нахуй этот светофор, но он не был готов нарушать простые законы после того, как нарушил один из самых главных. У него всегда были строгие правила оставаться законопослушным гражданином после завершения контракта. Даже соблюдая все правила дорожного движения, он быстро добрался к скромному месту жительства Росси, и к тому времени, как он подъехал, Бенни и Джоуи уже ждали его на крыльце Он заглушил машину, бросил ключи в карман и, выйдя из машины, сразу же наткнулся на Джо. — Куда он тебе попал? — спросил Джо. Он знает, что делает. Так или иначе, почти каждая семья в городе имела своего врача, а врачом Аутфита был Джо. Он закончил медицинскую школу с непристойной суммой долга и два года работал, чтобы была возможность заплатить три тысячи долларов. Как только он стал членом семьи, он выплатил оставшуюся часть в течение четырех месяцев. Бенни открыл заднюю дверь машины Микки и начал закатывать тело Зута в брезент. — Приятно видеть тебя снова, Микки, — сказал он с улыбкой. У Микки было чувство, что этому ребенку будет очень трудно превратиться в одного из апатичных монстров, на которых он работал. В нем было слишком много надежды. Джо быстро оценил рану Микки и положил руку тому на шею, чтобы помочь. — Ты потерял много крови, Милкович, пойдем, — сказал он, потянув Микки за собой в дом. — Не поцарапай ее! — крикнул Микки через плечо и Бенни показал ему большой палец. Когда они оказались внутри, Джоуи сразу посадил Микки за стол, вытащил ножницы и поднес их к рукаву его кожаной куртки. — Воу, Джо какого хера ты делаешь?! — крикнул Мик, дернувшись, и его руку сразу пронзила боль. — Ты не сможешь вытащить руку из рукава, а мне нужно как-то добраться до раны, Мик, — сказал он, и, в попытке доказать, что тот ошибается, Микки начал тянуть за рукав, неловко вскрикнув от боли. Наконец он вздохнул и откинулся назад, закатывая глаза, когда Джоуи рассмеялся. Он услышал, как ножницы резали кожу куртки и закрыл глаза. Его драгоценная куртка была еще одной вещью, связанной с проклятой мафией. В итоге, предмет одежды оказался разодранным в лохмотья. — Блять, Джо! Не трать время, это дерьмо пиздец болит, — прошипел он сквозь зубы, оглядываясь на парня, который уже начал вытирать кровь вокруг раны. Он покачал головой, потянулся к своей сумке и схватил предмет, похожий на плоскогубцы. Он взял бутылку водки с кожаным ремнем и вручил их Микки. Брюнет открыл бутылку и с трудом поставил ее, прежде чем поместить ремень между зубами и крепко зажать его, готовясь к тому, что Джоуи обработает рану водкой и достанет пулю. Он прошел через это миллион раз, а Джо был хорошо подготовлен к таким делам. — Вообще-то, да, я не могу тратить время. У меня четкие инструкции — чтобы ты поправился как можно скорее, — сказал он, протягивая Микки тряпку, чтобы промокнуть рану и впитать избыток крови, поскольку его инструмент теперь орудовал на пуле в бицепсе Микки. — Я думаю, что сегодня твой день, малыш, — вздохнул он, и Микки посмотрел на него, и его челюсть упала от удивления, когда Джо вытащил пулю. Он крепко сжал зубы на коже ремня и зажмурился. Когда он открыл глаза, Джо уже начал сшивать рану. Сегодня? Они собирались сделать его членом членом клана сегодня?! Ему пришлось побороться с собой, чтобы не удариться в панику. — Думаю, я не очень подходяще одет для этого, Джо, — признался он. — Как комиссия узнала, что я разберусь с Зута сегодня? У меня ещё три дня в запасе, — сказал он, зажав нос рукой. Джоуи пожал плечами: — Если бы я знал, мужик. Есть костюм, в который они хотят, чтобы ты переоделся. Мейсон или Бенни могут помочь… — Бенни, — быстро сказал Микки. — Можешь убедиться, что это будет Бенни? Джо ухмыльнулся и кивнул. Он знал голый минимум о Микки и Мейсоне, что в основном означало: он знал, что они трахались. — Я постараюсь сделать это, но, в любом случае, Мейсону прострелили ногу, поэтому я сомневаюсь, что он встал бы и помог тебе. Ведёт себя, как телка, — сказал он, усмехнувшись и закатив глаза, а Микки кивнул, улыбаясь ему. — Хорошо, хорошо, это не самая моя красивая работа, но все в порядке, — сказал Джоуи. — Здесь будет повязка… хорошо, малыш, носи это пару недель, сними швы, когда станет лучше… Ну, ты знаешь, — сказал он, пожав плечами и бросив кусок ткани в Микки. — Наверху вторая дверь направо, я отправлю Бенни туда. Микки кивнул и медленно встал, бросая кровавую тряпку из правой руки в парня. Он засмеялся, когда Джо оттолкнул его в ответ и улетел наверх по ступенькам. Бенни через минуту спустился к нему, помогая подняться наверх. Он удивился тому, насколько полезен и эффективен Бенни. Как только он натянул свои подтяжки, Бенни подошел к нему с пальто, перекинув его через руку Микки, чтобы не тревожить рану. После того как он был полностью одет, Бенни помог Микки с повязкой и положил свою руку на его кулак. — Удачи, Микки, — сказал он с обнадеживающей улыбкой. Микки закатил глаза. — Удачи в остальной части моей проебанной жизни, а? — добавил он, глядя на парня. Выдавив из себя извиняющуюся улыбку, он пожал плечами. — Прости, чувак. Милкович просто кивнул в ответ. — Подвал? — спросил он, потому что один или два раза, выскакивая из спальни Мейсона, ему пришлось держаться подальше от подвала, потому что там заседала Комиссия. Он кивнул, и Микки глубоко вздохнул. — Хорошо. С этим он спустился по лестнице и прошел через кухню, пока не оказался у двери, ведущей к подвальной лестнице. Он встряхнул своей здоровой рукой, глубоко вздохнул и сглотнул. Он мог это сделать. Нравится ему это или нет, но он был хорошо подготовлен к этому, подготовлен к Росси. Микки открыл дверь и спустился по лестнице. Оказавшись в подвальном помещении, он огляделся, встретившись взглядом с Густаво Росси. — Добро пожаловать, Михайло, — сказал он, кивая. — Пожалуйста, шаг вперед.