Трое мужчин и не-леди

P.S. — Бек, Джей! А вы здесь какими судьбами? — удивился Эмиль. — О, Юрио с Виктором тоже с вами! Вы ж вроде были где-то в Гвадалахаре? Зрелище Эмиль представлял презабавное: одетый в форму шерифа, в одной руке он держал ружье, в другой — придерживал ребенка в слинге. — Были в Гвадалахаре, — пробурчал Юра, бросая на Джей-Джея с Виктором уничижительные взгляды. — Пока кое-кто не решил устроить охоту за сокровищами ацтеков! — Так кто же знал, что ацтеки еще не повымирали, — возразил Джей-Джей. — Согласись, это было весело! — поддержал его Виктор. — А особенно весело было тогда, когда они решили снять с нас скальпы, — встал на сторону Юры Бек. — И гнались за нами аж до самой границы! Все четверо замолчали, буравя друг друга взглядами. Этот спор был у них не впервые. — А это моя дочь, — сказал Эмиль, пытаясь разрядить атмосферу. — Ну разве она не красавица? Закутанного ребенка разглядеть было сложно, но все обрадовались возможности сменить тему и заговорили наперебой: — Красавица! — Сколько ей уже? — Очень на тебя похожа! Эмиль широко заулыбался. — Ах, друзья, как же я по вам скучал! Ну что же мы стоим, пойдемте в дом — уверен, Сара будет очень рада вас видеть! Бек невольно вздрогнул, вспомнил, какой прием Сара оказала им в прошлый раз. Судя по беспомощному взгляду стоявшего рядом Джей-Джея, тот вспомнил о том же. Они переглянулись. Следовало срочно найти предлог, чтобы отказаться, но, как назло, ничего не приходило в голову. Сам того не подозревая, их спас Виктор. — Мы бы с радостью, — сказал он, — но дядя Яша с дядей Колей нас заждались. Мы обещали, что первым делом навестим их. Эмиль сразу сник, как пес, потерявший кость, и Бек, мучимый угрызениями совести, поспешил сказать: — Предлагаю встретиться вечером в «Паутине». Интересно посмотреть, как там все перестроили. — К тому же, — добавил Джей-Джей, — именно там все и началось, так что это даже символично. А сколько в этом месте воспоминаний! Эмиль улыбнулся и с энтузиазмом закивал, а Юра поморщился — видимо, у него воспоминания были не самые приятные. На том и порешив, разошлись — Эмиль помчался домой, чтобы поделиться новостями с Сарой, а они направились к дому Якова, который тот делил с крестным отцом русской мафии. Их ждал радушный прием: дядя Коля от души накормил всех кацужками, а сам Яков в кои-то веки расщедрился — наверное, и правда был рад их видеть, — и поделился с ними сливовой настойкой из своих запасов. Затем достал с полки альбом с фотографиями, и, поддавшись градусу и ностальгии, они с дядей Колей принялись рассказывать о своих былых приключениях. Рассказывали без цензуры, отчего Юра сначала покраснел, потом побледнел, но, хлебнув настойки, успокоился и принялся слушать с неподдельным интересом. Вечером, едва войдя в «Паутину», Бек первым делом посмотрел на новую — еще больше прежней — люстру. Она сияла и переливалась всеми цветами радуги, свет играл на отполированных гранях так, что невольно привлекал внимание. Или, может, люстра навевала воспоминания о королевских софитах, почивших с миром после меткого выстрела Джей-Джея. С этого, кстати, все и началось. Бек едва заметно улыбнулся. Перехватив его взгляд, Яков одними губами сказал: «Даже не думай!» и провел пальцем по горлу. Сглотнув, Бек спешно перевел глаза на Джей-Джея. Тот улыбался — наверное, на него тоже нахлынули воспоминания. У барной стойки — новой, из красного дерева, — стоял Гоша, привычно протирал стаканы и грустно смотрел куда-то в зал. Вопреки обыкновению, не на Аню, а на новенькую официантку со светлыми волосами. Судя по тому, как та улыбнулась ему в ответ, в этот раз его чувства не остались без ответа. — О-о-о-о! А вот и наши герои! Как же тут без вас было скучно! — бросилась к ним Мила и с визгом повисла на шеях Бека и Джей-Джея. Юра невольно отступил, чтобы не попасть под раздачу, и пробормотал «бешеная баба» — тихо, так, чтобы Мила не расслышала. — Задушишь же, — прохрипел Джей-Джей. — Ой, да будет вам! Сто лет же не виделись! — Вообще-то, чуть больше года… — вмешался Юра. — Не будь таким букой, — потрепала его по щеке Мила. Юра, чуть ли не шипя, дернул головой. — Ой, Яков же предупредил нас, что вы вернулись! И специально ради этого я кое-что для вас приготовила! С этими словами Мила метнулась в подсобку и притащила огромную кастрюлю борща, манты и блинчики со сгущенкой на десерт. — Мне уже страшно, — сказал Юра. — Уверен, это съедобно, — улыбнулся Виктор. — К тому же, дядя Яша рассказывал, что после того, как Мила занялась кулинарией, «Паутина» стала пользоваться бешеной популярностью у местных. — Тебе все съедобно, у тебя желудок луженый! — А твое «вкусна-а!» знают в каждой забегаловке Гвадалахары, — поддержал Джей-Джей. Четверть часа спустя, когда они расселись за несколькими сдвинутыми столами и смели все подчистую, Бек не мог не признать, что на этот раз извечное викторово «вкусна-а!» было вполне оправданным. Как-то само собой получилось, что в «Паутине» в тот день собрались почти все, кого они знали в Эль-Пасо. Тут были и Яков с дядей Колей, и Эмиль с Сарой (малышку Эмиру оставили на попечение дядюшки Микеле), и Изабелла Янг с новым женихом (тот настороженно поглядывал на Джей-Джея — наверное, был наслышан о его подвигах), заглянул даже Лео, (который, впрочем, быстро смылся, едва увидев нахмуренные брови Сары. И правильно сделал: Бек ни капельки не сомневался, что под легким коктейльным платьем у Сары был незабвенный кольт тридцать восьмого калибра). Наконец, когда блинчики были съедены, а на стол торжественно водрузили тирамису с чак-чаком, Мила спросила: — И куда вы теперь? — Покорять Сибирь, — сказал Виктор. Он как раз откусил кусок торта, поэтому вышло невнятно. — Ловить Лох-Несское чудовище! — сказал Джей-Джей. — Искать сокровища генерала Ямасита, — сказал Юра. — В общем, — окинув своих спутников взглядом, сказал Бек, — у нас большие планы. И улыбнулся.